Я начал раскидывать плотный, слипшийся снег. Но практически сразу надобность отпала, поверхность под ногами превратилась в трясину, и снег начал затягивать меня вниз. Словно я на большой сугроб залез, а теперь он подо мной раскрывается.

Продавил собственным весом чуть больше метра и, почувствовав, как под ногами хрустит лед, проломил тонкую корку и ухнул еще на пару метров. Только уже свободного пространства. Неожиданно не темного, хотя сыпавший сверху снег практически полностью закрыл небо.

На пещеру это не тянуло, скорее глубокая трещина в скальной породе. Которая уходила вперед под небольшим углом, а сверху была прикрыта кристаллизованной коркой снега.

При моем появлении что-то маленькое и прозрачное с фиолетовыми прожилками внутри, похожее то ли на медузу, то ли на бабочку, соскользнуло со стены и исчезло в небольшой трещине в стене, оставив за собой еле видимый серебристый энергетический след.

Я присмотрелся. Таких существ тут было несколько десятков. И светящийся эффект разбавленного фиолетового неона исходил как раз от них. Я их явно спугнул своим неожиданным появлением. Моллюски стали в спешке покидать насиженные места, заползая вглубь прозрачных стен.

Пригнулся, чтобы не задеть головой украшавшую вход связку кристаллов, и пошел вперед. Туда, откуда фонило энергией больше всего. Химера предоставила меня самому себя и осталась охранять снаружи. Не почувствовав здесь для себя ничего необычного.

Зато я чувствовал и даже видел с помощью шлема, как в узкое пространство стекались волны темно-синей, густой энергии. Что-то ее чересчур много. Пожалуй, такого мощного насыщения я еще не встречал.

Предположу, что Лэйн в своих предположениях и расчетах опирается как раз на мощность излучения сектора. И тогда остается только один вопрос — почему нас всех раскидало в разные места. Ладно я — летел позже, какое-то время еще падал, удаляясь от места, где потом фундамент Вавилона начали строить.

А вот что было с группой ученых вопрос. Как-то их всех притянуло в эти точки силы с монолитами. Может, выход на эту сторону в те года был нестабилен и как аномалия скакал от монолита к монолиту. А ученые по одному уходили в портал. Типа пойду проверю. Ну, ок. Пойду поищу того, кто первый проверил. И так далее. Надо будет у Лэйна спросить, как именно они пропали.

Я спустился на несколько метров по склону трещины и, наконец, в свете неоновых «медуз», которые полностью облепили стены вокруг, заметил монолит.

Точнее, некую форму, очень похожую на монолит. Только в три раза ниже и сильно тоньше. С неровной, будто срезанной верхушкой и без привычных мне символов.

— Огрызок какой-то, — проворчал я, но потом в голову пришла другая ассоциация. — Или ты типа саженец какой-то?

В сравнении с монолитами, которые я уже встречал, он действительно выглядел каким-то недоделанным. Недоросшим что-ли?

В любом случае источником сигнала, который засекла система, был именно он. Своим «чутьем» я видел, как разноцветные потоки энергии, теперь уже не только темно-синие, но и голубые, и серебристые, стягиваются к кристаллу, обвиваются вокруг него непослушными змейками и закручиваются в своеобразную воронку неровной формы.

Энергию он не излучал и было понятно, что и отдавать не собирается. Зато впитывает в себя как ненасытная зубастая губка.

— Да ты у нас оказывается еще малыш? — я подошел поближе.

«Малыш» вырастал из небольшой квадратной лунки размером где-то метр на метр. Основание монолита выделялось — черный камень, явно рукотворный, испещренный символами. Плюс в некоторых местах были ровные круглые отверстия, похожие на фрагменты перфокарты.

Верх же кристалла, куда впитывалась энергия, напоминал открытую коробку с различными породами камней, наваленными друг на друга. Или растущие сталактиты. Поверхность была неровной и неоднородной.

Я осторожно прикоснулся к монолиту рукой. На его основании тут же красным цветом подсветилось несколько символов, которые Искорка условно перевела, как: «трогать накопитель до завершения зарядки — запрещено». На ощупь кристалл был нетвердым, скорее, каучуковым. Материал легко спружинил от моего прикосновения.

Я завороженно смотрел, как энергетические волны продолжали напитывать артефакт, стекаясь к нему со всего видимого мне пространства.

Сфотографировал монолит и отправил изображение Лэйну. Может, ему и этот подойдет? Тогда мне не обязательно пилить еще два сектора вглубь Мерзлоты.

Пока ждал ответа, присел рядом с основанием кристалла и принялся разглядывать символы и изучать точки «перфокарты». Пытался найти какую-нибудь закономерность. Потом внимательно осмотрел основание, поковырял по краям, определяя глубину.

Явно ключевая здесь именно эта штука. Что-то типа грядки или теплицы, в которой можно вырастить монолит. Интересная технология древних, которой наш мир еще не владеет. У нас «ветряки» и катушки а-ля Тесла.

Я расковырял лунку уже практически на всю длину клина, но так и не добрался до низа основания. Может, это одноразовая вообще штука? Но жаль, мысль установить на заднем дворе «тридцать седьмой» собственный монолит была вполне интересной.

Попробуем иначе.

Погрузил себя в некое подобие медитация, а Ориджа в тонкое, наполненное энергией пространство и предоставил ему возможность взаимодействовать с артефактом. Но никакой сакральной тайны не открылось. Система лишь просигналила, что запас моей энергии на максимуме.

Мои изыскания прервал звонок Лэйна. Николай подключился по видеосвязи. Мне показалось, что с момента нашего прошлого разговора он еще больше осунулся и постарел.

Глава «Майтена» сидел в кресле в своем кабинете, а за ним стояла какая-то стойка с проводами, похожая на капельницу.

— Покажи, что там у тебя? Подойди поближе, — проговорил Лэйн, опустив момент приветствия.

Я поднялся и обошел монолит по кругу, то приближая, то отдаляя видео, чтобы Лэйн увидел полную картинку и все грани кристалла.

— Сойдет?

— Нет, — устало вздохнул Лэйн. — Этот еще зеленый совсем, ему еще лет двадцать расти и заряд накапливать. У меня нет столько времени.

Мне показалось, что говорил он с трудом, и ему приходилось прилагать немало усилий, чтобы его голос звучал буднично и не прерывался. Да и про время как-то двусмысленно получилось, явно, вопрос не про двадцать лет.

— Не трать время в этом секторе, там слабые токи энергии, — сказал Лэйн. — Сколько тебе до нужного сектора?

— Три-четыре дня. Если погода не задержит, — я ответил, а сам задумался, если здесь слабая, то что же там будет.

— Поторопись, — продолжил Николай. — Я отправлю к тебе в помощь два отряда. И не спорь, мне нужен результат. А ты слишком затянул.

— Я выйду на связь, когда доберусь до цели, — ответил я и отключился.

В чем-то Николай был прав, я, действительно, задержался. А с другой стороны, мы не обсуждали конкретных сроков. Дата выплаты кредита РИПу висела надо мной, а над Лэйном, кажется, висели серьезные проблемы со здоровьем. Неужели современная медицина бессильна и единственный способ — это пересадка сознания? Надо бы его со Свидетелями свести или Дарк Айс Партнерс, у них явно это уже на потоке. По крайней мере, в обратную сторону, где энергии меньше требуется.

Я снова подошел к малышу монолита. Последний научный эксперимент и буду выбираться отсюда.

Обхватил кристалл руками с двух сторон и попытался его немного расшатать. Уперся ногами в пол и слегка потянул монолит на себя.

Почувствовал, что он слегка поддался. Вся пещера при этом «заволновалась». Энергия вокруг артефакта завибрировала слишком частыми волнами, а прозрачные существа на стенах засуетились с новой силой.

Я сделал еще один рывок и услышал легкий треск в основании лунки.

«Не надо, ты его убиваешь…» — пронеслась в голове мысль. Только я не совсем понял, кому она принадлежала. Химере? Искорке или прямо Ориджиналу?

Я разжал ладони и отошел от кристалла на несколько шагов. Повернулся к камню спиной и побрел на выход. Пришлось проломить несколько метров ледяного «потолка» прежде, чем я нашел за что ухватиться.

Открыл карту и сопоставил все энергетические слои, которые видел, с имеющейся у меня информацией про эту зону. Получалось, что я двигаюсь в сторону усиления энергетического поля.

Подозвал химеру, которая резвилась на свободе в свое удовольствие и гоняла обезумевших от страха ледяных хорьков, отъевшихся на местной энергии до размеров хороших таких кабанчиков. Слабая энергия говорите? Ню-ню.

Судя по всему, сектор богат на сокровища, и у меня есть все шансы их здесь обнаружить. Вот она прелесть отдаленных и заброшенных мест. Все, что найдешь — твое. И охотников за этим всем не так уже и много. Жалко только времени мало.

Искорка тоже вернулась в строй и забросала меня снимками местности с данными по найденной органике и даже несколькими проблесками скайкрафта.

Плюс «ведьмачье» чутье практически сразу распознало зелено-золотистый след, вьющийся впереди меня и уходящий в какую-то снежную нору. Откуда считывался слабый сигнал скайкрафта.

Я, конечно, тороплюсь, но обновить снаряжение тоже нужно. Пирамидка одна осталась, патроны тоже на исходе. Надо подготовиться, не известно, какие переростки меня там ждут.

Так что, Хима, фас — мысленно скомандовал я Химере. Увидел, как монстр, отталкиваясь мощными лапами от земли, стал двигаться вперед большими прыжками. Я активировал скаутган и побежал за ним.

Надо бы, конечно, придумать моему новому питомцу имя. Пока бежал, перебирал в голове хоть сколько-нибудь подходящие имена. Кроме Химы, Фимы и Хихиморы или просто Котя ничего в голову не пришло, так что я решил подумать над этим позже. Или мозговой штурм с ЧИЛАбовцами устроить?

Меж тем химера затормозила и начала активно рыть лапами землю, раскидывая вокруг себя куски льда. Энерго след витал аккурат над тем местом, где она копала.

Расширив проход, Химера, словно охотничий терьер-переросток, бросилась вперед, схватила кого-то рычащего и потащила наружу. Показался фрагмент бугристого чешуйного тела. Черный с желтыми пятнами. Потом еще и еще. Химера отошла от норы уже на два метра, а «фрагмент» все не заканчивался. Только появилось несколько костяных отростков.

Скорее всего, хвост. Зажатый в стальных тисках пасти химеры, хвост выдавал такие амплитуды и синусоиды, что уже и вход в нору расширился и все вокруг завалило взбаламученным снегом.

Я держал под прицелом выход и ждал, когда же, наконец, появится голова.

И она появилась, только совсем с другой стороны. Метрах в пяти от норы, снежная корка взорвалась снежным фонтаном, в центре которого высилась оскаленная змеиная морда. Желтые глаза и такого же цвета зубы на плоской и широкой морде.

Змея, похожая на гигантскую анаконду, разинула пасть и дернулась в мою сторону. Я выстрелил, но пули ушли в белый снег. Почувствовал напряжение химеры, которая как раз в этот момент с удвоенной силой дернула монстра на себя.

Анаконда дернулась в ответ, закружилась, собирая верхнюю часть в кольца. Проломила ледяной пласт над норой и так дернула, что лапы химеры протащило на целый метр. Оставив за ней глубокие снежные борозды.

Я выстрелил еще раз и еще. Пытаясь достать мельтещащего в снегу монстра. Попал дважды, ослабил, а когда химера нашла во что упереться и потянула с новой силой, прыгнул на змею сзади и расстрелял в упор. Прошил насквозь, идя по шкуре до самого затылка.

Монстр затих, передав мне немного опыта, а химера никак не могла успокоиться. Рвала зубами шкуру, будто мстя за то, что ее на заднице прокатили по снегу. Чем очень мешала мне добраться до трофейного скайкрафта.

Еле отогнал ее, поручив искать следующие норы, а сам вскрыл шкуру в районе, где у нормальных змей скрыто сердце и легкие. Нашел там лишний орган, что-то типа еще одного рудиментарного легкого. А в нем уже три маленьких кристалла скайкрафта, суммарно где-то на унцию. Не чистый, а с какими-то примесями, но система признала его годным.

Трофеи приятные, но способ их добычи выматывал. А химера уже подала сигнал, что нашла еще одну нору.

* * *

На пятом побежденном монстре я сказал себе остановиться. Вернулся к мотоциклу, устроился на сиденье и включил газ.

Надо ехать, до темноты еще место, безопасное для ночевки, искать.

Вскоре равнина закончилась, и ландшафт стал более холмистым. Высоких гор вокруг не было — дюны-холмы, проехав которые я должен был добраться до заброшенного сектора.

Справа заметил разрушенную добывающую установку. Какой-то частник-отшельник посчитал себя бессмертным, не иначе. Вмерзшая в землю головка балансира и сам балансир, разбитый на две части корпус. Химера покружила вокруг покрытых льдом и снегом запчастей, что-то вынюхивая. Не нашла для себя ничего стоящего ее внимания и побежала вперед. Я тоже не стал здесь останавливаться.

По мере того как я продвигался вперед, я встречал и разрушенные одиночные установки, и развалившиеся, засыпанные снегом стены, и остатки вмерзшей в землю техники.

На фоне всего этого, городок с молчаливыми дроидами, казался чуть не переполненным азиатским мегаполисом. В голове по кругу играл Cranberries с одним из моих любимых треков про зомби, прерываясь только на голос Савелия Крамарова с его бессмертным: мертвые с косами и тишина…

Так и ехал, пока меня не окликнул Роберт.

— Будешь обедать? — спросил Боб, зашедший в автодом. Судя по доносившемся до меня звукам, он был чем-то занят на кухне.

— А что на обед? — бодро поинтересовался я.

— Эбби настояла на овощном супе. Какие овощи предпочитаешь? Кабачок, тыква, овощная смесь? — проговорил Боб, шурша пакетиками.

— Давай смесь, — вздохнул я.

Роберт тоже вздохнул.

— Честно говоря, я скучаю по бургерам из кунгерятины, которыми мы наслаждались каждый вечер у Данди, — грустно отметил Роберт. Наверное, это был первый раз с начала нашего путешествия, когда я услышал грустные нотки в голосе Боба.

— Ты же знаешь, что это была ненастоящая кенгурятина? — спросил я и чертыхнулся, поняв, что сам сейчас звучу, как Эбби недавно.

— Нет, — Боб задумался, — и знать не хочу. Как бы нам нормальной еды добыть, а?

— Закажи доставку, — усмехнулся я. — Ехать до нас всего несколько тысяч километров, главное, напиши в комментариях курьеру, как объехать аномалию. А то останемся голодными.

— А что? Это идея! — бодро воскликнул Роберт.

И если я шутил, то он, похоже, был полностью серьезным.

Через несколько минут в моей руке появился горячий стаканчик. Пахла свежеприготовленная еда достаточно аппетитно. Но вкус оставлял желать лучшего. Хоть бы сухарики какие-нибудь предусмотрели.

Боб отчалил на станцию с двумя порциями супа, и я снова был предоставлен сам себе, а, точнее, Ориджу и Мерзлоте.

Искорка просигналила о том, что надо свернуть южнее.

Я повернул «вдоводел» и начал подниматься на очередную дюну.

Туман окончательно отступил. Небо стало ясным. Красное солнце осветило заснеженную поверхность холмов. Я заехал наверх и посмотрел на расстилавшейся подо мной границу между секторами. Четко различимую на уровне энергии — потоки на той стороне стали ярче и плотнее. Натыкались на невидимую границу, словно на волнорез, и сюда просачивались уже слегка разреженные.

В обычном зрении уже отсюда виднелись недостроенные заводы и времянки. Разрушенные блокпосты, грузовые траки и неработающие энергетические вышки.

Я снова выжал сцепление, открыл газ и стал спускаться с холма. Химера послушно бежала рядом.