А в ответ — тишина. И на сканере тоже тишина. И темнота. И главное, что ночное зрение системы опять видит так, что фиг разберешься. Вроде бы лед, вроде бы стекло и лишь редкие очертания отдельных кривых предметов.

Мощности визора хватало только на то, чтобы увидеть то, что находилось на расстоянии двух-трех метров впереди. Я включил фонарик.

Посветил под ноги, на стены и на потолок и обнаружил, что спустился прямиком в прозрачный бокс. Эффект был как в большом аквариуме, только в данном случае рыбой был я, а зрителей и вовсе не было.

Только ледяные стены пещеры за стеклом, большая часть из которого торчала разбитыми кусками. Так, дети горы и елочки рисуют. Три стены моего «аквариума» уцелели чуть выше пояса, а вот дальняя, которая дополнительно была завалена мебелью и шкафами, отсутствовала полностью.

Острые осколки пластика торчали снизу и сверху. Минуя уже тронутые Мерзлотой компьютерные станции, я подошел к дальней стене.

Похоже на пробоину с той стороны и попытки забаррикадироваться с этой. А потом разобрать баррикады. Но что-то пошло не так.

Так и представил себе британский спецназ, приехавший расследовать преступление. Сунулись, начали откапывать, а потом рукой махнули. Типа и так сойдет! А, может, кто-то спугнул?

Я просветил фонариком сквозь дырявые полки стеллажа, но увидел лишь корку льда. Неровную, бугристую, словно заросший шрам. Подключил энерго-зрение и увидел мельчайшие частички, словно осевшую пыль, но не только в затянувшемся проеме, но и по всему помещению. И больше всего было на потолке — не звездное небо в ясный день, конечно, а скорее брызги неудачно открытого шампанского.

Повернулся лицом к ступенькам, по которым только что спустился и осмотрелся. Помимо остатков старой техники и кучи проводов (что-то все-таки вывезли) из короба торчали манипуляторы, выведенные за стенки и уходящие в лед. Один был сломанный, а другой застыл непосредственно в ледяной стене.

На столе еще стоял тубус размером примерно метр на метр. Я чуть подвинул его и открыл крышку. Внутри был образец грунта. Небольшого размера серый камень с ледяными прожилками. По краям довольно гладкий, словно частично растаявший лед. Повертел в руках и положил обратно. Вряд ли еще кому-нибудь пригодиться, но все же.

Рядом с тубусом обнаружил небольшой бокс с торчащими из него проводами. Судя по надписям на кнопках на панели управления, этот агрегат служил своеобразным нагревателем. Интересно, чем конкретно занимались здесь британцы? Пытались растопить лед? Или как-то ускорить разморозку?

Я еще немного пошарил по столам. Обнаружил три тубуса поменьше, соединенных проводами с квадратными боксами. Разбитые пробирки, колбы, даже клочок листа бумаги с оставшейся на нем формулой, написанной от руки.

Под манипуляторами в столах находились панели управления. Рычажки и кнопки. Понажимал все по очереди. Но система не подала признаков жизни.

Тут на ледяной стене промелькнула тень. Большое черное пятно, даже как будто с гребнем на голове. Резко обернулся. Уже приготовился увидеть там ее владельца, но на противоположной стороне была лишь такая же ледяная стена.

Искорка выдала что-то нечленораздельное — кто-то или что-то мелькнуло на радаре, но сразу же перешло в разряд: «объект не распознан». Энергетические выдали всю ту же пыль, но с некой концентрацией в районе стеклянной стенки «аквариума». Не совсем было понятно — за стеклом или на стекле. Или это вообще отражение — потому что следующий легкий скрип я ощутил совсем с другой стороны.

Метнулся туда лучом фонарика, но лишь породил кривые тени от руки-манипулятора. От которых инстинктивно дернулась нога в кресле, предлагая мне сваливать отсюда.

Я активировал скаутган и медленно попятился к самой целой на вид стенке «аквариума», продолжая водить лучом фонаря перед собой.

— Хрень, какая-то, а не иллюминация, — пробормотал я себе под нос, поражаясь, как быстро темнота захватывает пространство, где только что был луч фонаря.

Дотянулся до подсумка и вытащил сразу три палочки химического света, давным-давно затрофеиным у фоггеров, но так еще не использованных. Переломил первую и бросил в дальний угол, потом вторую подкинул к лестнице, а третью бросил перед собой. Какая-то пара секунд и химия сработала, погрузив пещеру в призрачное зеленое свечение.

Теней на стенах стало больше, потолок замерцал, словно по нему северное сияние побежало. Но вместе неоновыми волнами мелькнула и чья-то тень, а я успел сделать два вывода. Во-первых, это не невидимка, а что-то типа хамелеона, мимикрирующего под окружающую среду — лед, камни, металлические камни конструкции. А во-вторых, она несется на меня, пытаясь зайти с фланга.

Я не до конца разглядел границы тела хамелеона, и первые два выстрела улетели в потолок. Первая пуля дзинькнула о стальную балку, уйдя рикошетом в остатки стеклянной стенки и разнеся ее вдребезги. А вторая попала в лед, но эффект произвела такой же — с потолка рухнул огромный кусок, разбился о пол. А стенки пещеры вздрогнули.

— Кто же так строит-то? — риторический вопрос сам вырвался, а я сменил скаутган на то, с чего начинал в Мерзлоте — щит и клинок. — Значит, будем по старинке.

Заметил энергетический сгусток практически у себя над головой. Активировал маскировку (хоть и не был в ней уверен), оставил двойника на своем месте, а сам двинулся в сторону.

Монстр не купился. Проигнорировал двойника и каким-то чудом, нарушая все законы физики, оказался с другой стороны. Послышалось тихое шипение, похожее на змеиное, и мне в спину полетел комок энергии.

Резко развернувшись, подставил щит, который впитал в себя большую часть удара. Словно кувалдой ударили, моментально отсушив руку, а так и не увидел, кто напал. Сгусток, как и в виде энергии, так и в виде физической оболочки. Моментальная подстройка под окружающую среду — от стены отделился кусок стены, а на щит прилетел уже кусок щита неотличимый по цвету от моей скайкрафтовой брони.

С одинаковым успехом это могла быть кошка, уровня упитанного леопарда, а мог быть и какой-то Голум, шипящий, что вторгся на его территорию. Гибкий, зараза, но мощный. Ударить клинком я не успел, сгусток отпружинил от щита и скрылся зеленом полумраке, зацепив меня чем-то острым по плечу.

Больно, но терпимо.

— Ладно, поиграем, — я поерзал в кресле, встряхивая руки.

Сдвинулся на свободное пространство и замер, больше ориентируясь на звук, нежели систему сканеров.

Краем глаза заметил, как пошевелилась провода на одном из столов. Дряхлая оплетка, торчащая вверх, прижалась к поверхности стола, а потом резко дернулась и начала распрямляться. В этот же момент дернулся и я, ударив щитом на развороте. Попал. Не в невидимый лоб, но точно задел какую-то конечность. Обиженное шипение, звук рухнувшего на пол тельца и шелест убегающих лап.

Я еще сделал несколько шагов в противоположную сторону, приблизился к коробам и стоящему на столе тубусу. Дверку я так и не закрыл. Замер перед ним, опустив руки, думал даже присесть, типа я шнурки завязываю, но решил, что это будет уже чересчур. Все-таки у нас здесь не уличная драка, монстр мерзлоты на такой трюк не купится.

Купится — не купится, хватило его ненадолго. Меньше минуты прошло, как я услышал легкий скрип битого стекла. Посветил туда фонариком, надеясь шугануть, потому что атака с этой стороны в мой план не вписывалась.

Еще минута и я скорее почувствовал движение воздуха за спиной, нежели звук или энергию. В последний момент рухнул на землю, получив знатный подзатыльник по гребню. По касательной задело — монстр просвистел надо мной и влетел ровно в открытый тубус. У которого я тут же захлопнул дверь.

Стащил его на пол, уронив дверью вниз. Переждал очередное недовольство пещеры, стряхнувший кучу ледяной крошки с потолка. А потом активировал скаутган.

Тубус зашатался, что-то тяжелое грохнуло изнутри, оставив на стенке вмятину размером с теннисный мячик. И тут же рядом еще одну. Я приложил скаутган чуть ниже и выстрелил. Пробил переднюю стенку, но выходного отверстия не появилось. Потом еще раз и еще, чувствуя себя фокусником, который шпагами протыкает коробку со своей помощницей.

Надеюсь, я буду успешнее.

После пятого выстрела, толчки с той стороны прекратились. После седьмого монстр перестал шипеть. А после восьмого система порадовала меня сообщением о получении нового уровня. И дала такой приток энергии, забив мой запас на максимум, которого я еще ни разу не получал.

Новых навыков система не предложила, просто улучшила показатели брони. Снизив расход энергии и скайкрафта для восстановления на пять процентов. И, похоже, снизив болевые ощущения, которые мозг передавал физическому телу. По крайней мере, все еще ноющая рука, наконец, расслабилась.

Я аккуратно, чтобы лишний раз не травмировать пещеру, положил тубус на пол и открыл крышку.

— Мда, понятней не стало, — я посветил фонариком на растерзанную тушку монстра.

Похоже было на очень крупную летучую мышь с короткими крыльями. Летать такое не могло, только если подруливать во время прыжков. Тело довольно плоское, покрытое сеткой кристаллических наростов. Я попробовал срезать один, но как только он отделился от тела, тут же превратился даже не в ледышку, а кусок мутного прозрачного пластика. По структуре похожий на обычные когти ледяных хорьков.

Возможно, то что отвечает за маскировку, где-то внутри. И я уже мысленно собрался приступить к разделке, но туша прямо на глазах стала полностью превращать в «пластик». Еще и вонять, будто его плавят.

— Ладно, давай тогда хотя бы поймем, откуда ты взялся, — я захлопнул тубус и пошел по новой осматривать пещеру.

Вернулся к заваленной дыре и увидел, что в корке появилась выемка. По форме и размерам очень похожая на тело монстра. Аккуратно растащил остатки баррикады и, активировав ледоруб, примерился к стене.

Ударил легонько, но и этого хватило, чтобы вся пещера вздрогнула. Увидел, как вокруг трещины, которую я пробил, поползла паутина новых. Самая толстая пробежала над моей головой, и где-то в центре лаборатории рухнул лед.

Я спрятал ледоруб. Так есть шанс уронить весь этот прекрасный свод себе на голову. Будем действовать точечно.

Зашел в меню и активировал скайкрафтовый рой на этот раз в его «шахтерской» версии. Поскольку совместимость у навыка была всего тридцать процентов, то я не почувствовал такой плотности энергии, которая была при активации «ассасинского» варианта.

Появившееся передо мной облако вибрировало более мягкими и ленивыми волнами, расплываясь неровной формой.

Я немного отвел руку назад, и условные пчелы, практически полностью состоящие из острых жал, организованно потянулись за моей ладонью. Отвел ее вправо и мягко направил весь улей на ледяную стену.

«Пчелы» вонзились в треснутый лед и начали шумно буравить стену. Действовали при этом ювелирно, аккуратно вытачивая в мерзлой стене отверстие необходимого мне размера. Я лишь направлял, чтобы не разбегались в сторону, а шли по контуру будущего прохода.

Работа роя почему-то напомнила действие зубной бормашинки, которая аккуратно высверливает полость в больном зубе, обтачивая его по краям.

Прошло минут десять кропотливой работы пчел. На моих глазах некогда толстая корка исчезла, открыв узкий проход между ледяными глыбами.

Пригнулся и пролез внутрь, практически сразу оказавшись в небольшой пещере.

Было очевидно, что британцы сюда не докопали. В пещере не было никаких следов деятельности людей, но зато была огромная прорытая в ледяном полу нора вокруг которой были разбросаны кости и остатки шерсти. Похоже, что убитый мной хамелеон обитал здесь. И даже кем-то питался.

Я подошел к норе и заглянул внутрь. Присел у острого края и оперся о ближайшую стену, чтобы получше рассмотреть, что там было в глубине. Ледяные осколки и куча всякого мусора, вероятно, натасканная из лаборатории.

Искорка просигналила, что нужно копать дальше, и выдала проекцию объемного помещения, расположенного ровно под нами.

Я схватился за ледоруб и начал выковыривать из норы мусор, расширяя проход. Наконец, увидел неровное отверстие, словно кто-то выгрыз его, проникая с той стороны.

Заглянул внутрь. Никаких ступеней. Внизу пыльный пол, припорошенный ледяной крошкой. Снова какой-то мусор, но уже не понять — эхо древних или хамелеон натаскал. Я снова пустил в ход «рой» и расширил дыру до моих размеров. Сгладил острые углы, оставив с одной стороны ровный выступ с торчащей из него арматурой из астериуса.

Прицепил к ней трос, сел на край, оттолкнулся руками и аккуратно спрыгнул вниз.

Оказался в древнем бункере. Большой зал, каменные стены, где-то изъеденные зеленой плесенью, а где-то покрытые коркой льда. С левой стороны в стене торчали выпуклые иллюминаторы.

Я насчитал восемь штук и сначала подумал, что это трубы. Один иллюминатор был расколот, остальные целые. Заглянул в сломанный — внутри было пустое пространство примерно два метра глубиной. Подошел к следующему и приник к мутному, давно потерявшему прозрачность стеклу. Просветил фонариком и разглядел остатки неизвестного монстра.

Массивные ребра, клыкастый череп и короткие конечности. За следующим стеклом нашел труп хамелеона, совсем уже превратившийся в пыль. Только по форме останков можно было сопоставить с тем, кого я оставил в тубусе.

В конце зала с трубами я нашел дверь с панелью цифрового замка. Индикаторы были неактивны, а сам замок был покрыт коркой льда. Я взялся за ручку и толкнул дверь от себя.

Тяжело, но поддалась. Прошел внутрь и чуть не споткнулся о каменную тумбу. Обошел ее справа и оказался перед столом, над которым в стену было вмонтировано что-то типа встроенного стеллажа. Ровные, аккуратные ряды, я в таких в молодости музыкальные диски хранил. Всего было восемь отсеков.

Посередине небольшой выступ — перегородка. Четыре отсека с одной стороны и четыре — с другой. Наверху нашлось две полустертые таблички, которые Искорка перевела как: «Мастер-схемы» слева, «Мастер-формы» справа.

— Схемы активируем через энергию, формы изготавливаем руками скаймастера, — предвкушая добычу, проговорил себе, как инструкцию.

Я заглянул в ячейки в надежде увидеть там уже знакомые мне прямоугольники.

Труха, пыль и лед. Верхняя слева — пустая. Зато в следующей обнаружил пластину, примерзшую к полке. С небольшим усилием оторвал ее от поверхности ниши и поднес к визору. Похожа на мастер-схему, только круглая.

Круг был весь испещрен неглубокими бороздками в виде замкнутых колец, расходящихся от центра. Напоминал макет какой-то еще не открытой учеными планету. Никаких картинок или механизмов, как на предыдущих мастер-схемах. Но тут неожиданно включилась Искорка, которая все это время нетерпеливо кружила вокруг Ориджа.

«Мастер-схема — энергетический эмиттер, способный воздействовать на агрессивные органические существа. С его помощью можно отпугивать монстров. Ограничение на первом уровне — масса органического материала до пятидесяти килограмм. Совместимость с дроном более семидесяти процентов. С Буревестником несовместим».

Теперь понятно, почему ты так нетерпеливо тут летаешь. Эта игрушка для тебя? Тема прикольная, получается что-то типа ультразвукового отпугивателя собак. А, точнее, ледяных хорьков и прочей мелочевки. Берем, потом прокачаем.

Я влез в настройки системы, сопоставил мастер-схему и Искорку и, потратив, один кристалл скайкрафта, одобрил все запросы системы.

После того как Искорка подтвердила интеграцию навыка, я вернулся к полке. Скоро наткнулся на второй такой же по размерам круг. Только узор был другой — окружности, наоборот, сходились посередине.

Искорка тут же считала, что эта штука призвана приманивать органическую массу. Совместимость с ней у нее была шестьдесят пять процентов. И ограничения по массе на первом уровне такие же, плюс появился радиус действия — пока всего сто метров. Тоже интересно, этакий манок мелкоту приманивать.

Я потратил второй кристаллик скайкрафта и дождался оповещения системы об открытии у дрона нового навыка.

Исследовал вторую часть полки. Здесь обнаружилась только одна мастер-форма, на которой был изображен овальный предмет очень похожий на ошейник.

Обошел помещение. И снова оказался перед тумбой, на которую чуть не налетел в самом начале. Стряхнул с нее пыль и почувствовал, как по ладони пробежали знакомые, слегка покалывающие ее волны.

На поверхности тумбы проступил знакомый символ. Потом еще один и еще. Я устроился поудобнее на полу и, войдя в медитацию, выделил нужную последовательность. Внутри щелкнуло, и с легким скрипом верхняя панель поднялась, дав доступ к неглубокой нише. В которой нашлось несколько тех самых ошейников, что и на мастер-форме.

Судя по информации от Искорки, сделаны ошейники были из какого-то сплава астериуса, меди и капельки скайкрафта. Тонкие, гибкие, собранные из нескольких частей, как телескопическая удочка. Я взял один, повертел в руке. Маленький блок управления был в середине. Потыкал все кнопки, но ошейник был неактивен. Перебрал все. Только на одном ошейнике из всего короба индикатор блока управления мигал красным.

Достал пауэрбанк из рюкзака и положил на него ошейник. Система опознала оборудование и отчиталась о начале процесса зарядки.

Теперь, по крайней мере, ясно что такое Beast Arms и чем здесь занимались древние. Наблюдая за ползущим вверх прогресс-баром на экране, я вспомнил наступление фоггеров на Айстаун-8 и толпу монстров, которая им подчинялась.

Значит, дело было не в тумане, как мы все тогда решили. Они, скорее всего, пользовались подобными девайсами. Или сами обладали навыками управления чудовищами. Я не помнил, чтобы видел на монстрах ошейники. Но, возможно, просто в тот момент они были не нужны.

А что, если…? У меня возникла идея.

Я позвонил Елизавете.

— Как там ваши партнеры? Когда ждать? — спросил я. — А то я уже на месте.

Елизавета явно снова собиралась на какую-то деловую встречу. Аккуратный макияж и деловой костюм, делающий ее подчеркнуто строгой. В одной руке она держала вейп в форме тонкой сигареты, украшенный небольшим рубином.

— Недавно отписались из соседнего с тобой сектора, — произнесла Елизавета и показала мне проекцию карты с группой зеленых точек.

— Хорошо. Я жду их здесь.

— Как там у тебя? Безопасно?

— Уже да, — ответил я.

Или пока да — подумал я, когда уже попрощался с главой Энигмы. Люди Абрамова проведут в пути еще, по крайней мере, сутки. А, значит, у меня есть это время, чтобы завести себе собственного монстра.

— Искорка, посмотри, кто попадался нам на пути. Желательно, не дальше пятидесяти километров от базы.

Дрон тихо зашелестел, перебирая в памяти данные. Я просмотрел выведенную на экран информацию.

В тридцати километрах отсюда было логово химеры.