Саблин стоял в полумраке уединённого уголка зала, словно незваный гость на этом причудливом празднике жизни, внимательно наблюдая за собравшимися. Готические наряды, затейливые образы, сошедшие со страниц старинных гравюр, и завораживающая музыка создавали ощущение присутствия на каком-то диком балу монстров. Тени от мерцающих свечей оживали, танцуя на задрапированных бархатом стенах, добавляя происходящему ещё больше мистического колорита.

Взгляд следователя скользил по лицам, а мысли были сосредоточены на голосе Максимовой, идущем из передатчика в ухе. Из своего укрытия он видел, как старший лейтенант подошла к бару в компании Ульяны Читковой, а затем познакомилась с загадочной дамой в зелёном платье по имени Фелиция.

Внезапно для Саблина открылось неожиданное обстоятельство: Ульяна, барменша из маленького, неприметного бара на территории заброшенного завода, оказалась хозяйкой экстравагантного клуба. Кто бы мог подумать, что за непритязательной внешностью скрывается организатор столь необычного места.

Теперь становилось очевидно – их с Максимовой предположения верны. Ульяна, скорее всего, знала об увлечении Василевской, как и саму девушку, и именно Читкова пригласила погибшую сюда, в этот клуб, где Марьяна реализовывала свои фантазии, перевоплощаясь в вампира.

Но наиболее поразительным стало услышанное от Фелиции: рассказ о семенах амаранта и крови. Марьяна приносила их в клуб и предлагала гостям. Подобное уже выходило за рамки. Похоже, Василевская была не просто одержима темой вампиров, её увлечение переросло в помешательство, безумие, которое она не контролировала, перейдя опасную грань и пытаясь воплотить свои тёмные фантазии в реальность.

Саблин прищурился, всматриваясь в толпу. Каждый гость, шёпот, взгляд сейчас казался потенциальным ключом к разгадке. Кто-то из этих людей являлся свидетелем того, как Василевская пыталась сделать из привилегированного закрытого клуба место для сомнительных и отвратительных ритуалов. Кто-то с удовольствием согласился быть участником, а кого-то, очевидно, возмутили и разозлили действия Василевской настолько, что он стал причиной трагедии. Убийцей.

Ульяна Читкова, хозяйка клуба, теперь предстала совсем в ином свете. Её роль в этой истории могла быть куда более значительной, чем организатор вечеринок. Членство в клубе было платным и, скорее всего, приносило хороший доход, а поступок Василевской повлёк уход части гостей, вероятно, навсегда. Дама в зелёном утверждала, будто Ульяна резко отреагировала на действия Марьяны, и в этом Саблин сразу же увидел мотив.

Следователь сделал глоток воды из стакана, молча поданного официантом в чёрном фраке. Музыка продолжала звучать, пульсируя в воздухе. Майор чувствовал, что находится на пороге чего-то бо́льшего, чего-то, способного изменить его представление о человеческих желаниях, их тёмных сторонах. Этот клуб, этот бал монстров был не просто местом для развлечений, а ареной, где страсти и фантазии переплетались с реальностью, порождая, возможно, и смерть.

От размышлений его отвлёк сигнал мобильного телефона. Пришло СМС-сообщение.

На экране высветилось имя: «Виктория». Сердце ёкнуло.

Саблин прочитал текст: «Как ты? Думаю о тебе… и о нашем поцелуе».

Лёгкая улыбка тронула его губы. Мысли о Колесниковой были как глоток свежего воздуха в душном искусственном мире. Он уже собирался набрать ответ, как вдруг в пёстрой толпе мелькнула фигура. Что-то неуловимо знакомое, но ускользающее.

Следователь напряг зрение, пытаясь разглядеть, но фигура растворилась в танцующих тенях, оставив лишь смутное ощущение, будто он видел кого-то очень важного, кого-то, кого знал, но не мог вспомнить.

– Пора уходить, – раздался рядом голос Максимовой. Она подошла незаметно, словно материализовавшись из темноты. – Здесь мы больше ничего не узнаем.

Саблин согласился, всё ещё пытаясь ухватить ускользающий образ, замеченный в толпе.

Они направились к выходу, оставив позади призрачный бал.