— Что значит «пропал»? — я весь подобрался. — Говори толком.

— Я отправила его следить за Андреем, потому что нашёл какие-то бумаги и обещал мне их принести. И он не вернулся. А когда мои пацаны пошли следом, что обнаружили только следы и никакого Прохора! Не просто следы, Марк! А драки! Сама лично там всё облазила, он как сквозь мостовую провалился! Боюсь, что он попал в ловушку!

— Когда это случилось? — я уже мысленно проверял котомку и искал глазами куртку.

— Ох, погоди, — она упала на лавку и растёрла лицо. — Часа три назад. Я сначала думала, он просто задержался, но потом ребята прибежали и сказали, что нашли его шапку у входа в башню. Он не должен был даже туда ходить!

Я быстро переглянулся с Грумхильдой, потом снова посмотрел на Каролину. Её аж трясло от переживаний за пацана, и я знал, что не останусь в стороне.

— Идём, — сказал я, снимая фартук. — Бекон, со мной. Каролина, ты расскажешь про дорогу.

— Я с вами, — сказала она, и в её голосе звучала решимость.

— Ты сейчас на пределе и устала. Оставайся здесь, мы с Беконом справимся. Фёдор, Буяна! А ты, Каролина, пока объясни, где эта башня.

Минотавр уже ушёл к конюшне. Я схватил куртку, проверил нож на поясе и котомку. Бекон выскочил на улицу, не дожидаясь меня.

— Марк, будь осторожен! — крикнула Грумхильда.

— Вернусь, — коротко бросил я и выбежал во двор. — Присмотри за Каролиной.

Я вскочил в седло, едва Фёдор закрепил последний ремешок. Бекон запрыгнул ко мне на колени, и мы сорвались с места прямиком в прохладную ночь.

Вокруг уже опускались сумерки, небо было тёмно-синим, на горизонте догорала последняя полоса заката. Ветер свистел в ушах, а я думал только том, чтобы успеть.

До города добрались быстро, а благодаря описанию Каролины, и башню нашли почти сразу. Мы мчались по дороге, и я видел, как впереди начинают проступать очертания старой городской стены. Башня была на окраине, за заброшенным районом, даже удивительно, что в Бешале ещё остались такие места. Когда мы подъехали ближе, я придержал коня. Темень, хоть глаз выколи! Чёрт, у меня же были ягоды, чтобы в темноте видеть! Совсем из головы вылетело. Придётся рассчитывать только на себя и кота.

Когда добрались, я спешился, набросил поводья на ближайшую ветку дерева и кивнул коту. Бекон спрыгнул и бесшумно двинулся к башне. Я последовал за ним.

М-да… Местечко больше подходило для съёмок фильма ужасов. Внутри было темно, сыро и пахло гнилым деревом. Где-то капала вода, и этот звук разносился эхом по пустым каменным стенам. Я запустил распознавание магии, но навык ничего не показал. Жаль, что он не подсвечивает живых существ! Поэтому вытащил нож и сделал несколько осторожных шагов. Бекон шёл впереди, и его шерсть поблёскивала в лунном свете, который пробивался через дыры в крыше.

— Прохор! — крикнул я, но ответа не последовало.

Тишина в башне была тягучей и плотной, как старая патока. Где-то в проломах каменных стен завывал ветер, под ногами хрустели мелкие камни и ветки. Кот скользнул вперёд, обернулся, сверкнув глазами, и мне показалось, что он покачал головой.

— Прохор! — снова крикнул я.

Ответа не было. Только эхо моего голоса прокатился по зданию, утонув где-то в грязных углах. Я сжал нож в руке и двинулся дальше, ориентируясь на кота. Уж он-то лучше меня в темноте видел, да и мог услышать то, что недоступно человеческому слуху. На несколько мгновений он застыл, дёрнул ухом, а потом подкрался к угловой стене.

Я напряжённо следил за ним. Вскоре Бекон радостно мявкнул и прыгнул за поворот. Я рванул следом, мысленно выдохнув. Реакция кота могла означать только одно: Прохор нашёлся.

Но когда я заглянул в тёмное помещение, то ничего не увидел. Озадаченно застыл, глядя на кота. Тот же победно ходил кругами возле кучи старого тряпья.

— Он там? — спросил я кота.

В ответ куча едва заметно дёрнулась. Я убрал нож и поспешил разгрести завал. Так вот почему Каролина ничего не нашла! Да если б не Бекон, у меня бы и мысли не возникло, что под грязной рогожей лежал человек.

— Эй, ты живой там? — спросил я, отбрасывая в сторону третий слой ткани.

Прохор с завязанными руками и ногами с трудом держал глаза открытыми. На лице грязь, глаз заплыл, на лбу здоровенная ссадина, а рот был заткнут кляпом. Хорошо же его отделали!

— Прохор, — сказал я, опускаясь рядом с ним на колени. — Ты слышишь меня? Я пришёл за тобой.

Бекон тут же забрался к пацанёнку под бок, чтобы согреть, а я осторожно вытащил кляп и начал развязывать верёвки.

Мальчик вздрогнул всем телом и, наконец, понял, кто к нему пришёл.

— Господин Винтер? — хрипло спросил он. — Это, правда, вы?

— Правда-правда, и Бекон со мной. Это он тебя нашёл. Погоди, я осмотрю тебя. Ты руками и ногами пошевелить можешь? Переломов нет?

В свете лун кровь на запястьях и рубахе Прохора отливала серебром. Я методично ощупывал его, чувствуя, что парень серьёзно замёрз. Прохор застонал, когда я коснулся его рук, но мужественно сдержал крик. Бекон заурчал, успокаивая пацанёнка.

— Прохор, кто это сделал? — спросил я, когда убедился, что у него ничего не сломано.

— Трое… — его голос дрожал. — Следили за мной. Я только успел забрать бумаги и хотел убежать. Петлял по городу, как мог! Но они неизменно шли следом. Я побежал к этой башне, думал, скроюсь. Не успел, — Прохор тяжело дышал. — Набросились, повалили, связали… — он сглотнул, и в его глазах блеснули слёзы. — Я успел спрятать только один лист, когда они нагрянули. Отобрали все, что было в карманах. Даже свистульку!

— Держись, парень, сейчас я тебя выведу.

— Погодите, господин Винтер. Бумага! — в голосе прорезались нотки паники. — Вам нужно её забрать! Мы с пацанами здесь раньше играли, знаю один тайник.

— Тайник?

Он кивнул на полуразрушенную стену, которая ничем не отличалась от остальных. Бекон подошёл к этому месту, обнюхал и озадаченно стукнул лапой по камню.

— Показывай.

— Я хотел всё положить, — Прохор с трудом поднялся. — Но услышал шаги и испугался. Даже прочитать толком не успел! Это же наверняка важные бумаги! Не зря же они за мной по всему городу носились! — он посмотрел на меня с тоской, и плечи его поникли. — Я подвёл Каролину, господин Винтер. Я должен был быть осторожнее.

— Ты не подвёл, — твёрдо сказал я, положив руку ему на плечо. — Ты сделал всё, что мог. Покажи мне, где этот тайник.

Прохор, прихрамывая и опираясь на меня, подошёл к стене. Я мог бы его и на руки взять, но боялся причинить больше боли. Парень дрожал от холода и шока, и, увы, у меня не было достаточно знаний, чтобы помочь ему. Так! Стоп!

— Подожди, — я остановился и открыл котомку. — Надо тебя немного подлечить.

— Что вы собираетесь делать?

— То, что умею лучше всего, — улыбнулся я и посмотрел на кота. — Бекон, проверь воду, её пить можно?

— Мяу! — брезгливо фыркнул кот, намекая, что здесь даже воздухом толком дышать нельзя.

— Зараза! — выдохнул я и тут же собрался. — Прохор, подожди минуту, я уже всё придумал.

Если у меня есть мана и сила Очага, то почему бы не попробовать добавить в неё лечебные бонусы⁈ Хранитель я или кто⁈ Поэтому вытащил котелок и жаровню и побежал за водой. Она нашлась в старой бочке у одной из стен, явно дождевая, но для меня подойдёт.

Теперь нужно вскипятить воду, чтобы обеззаразить. В темноте вспыхнул кристалл нагрева, чугунок со стуком встал на жаровню. Налил немного, чтобы всё сделать быстрее. Пока вода нагревалась, я переключился на тайник Прохора. Бекон держался рядом с ним, подставляя голову под руку. Словом, поддерживал как мог. Я бросал на кота внимательные взгляды, но тот оставался спокойным, значит, опасности не было.

Пацанёнок остановился у стены, ощупывая камни. В такой темноте, да ещё с подбитым взглядом он едва видел. Пальцы Прохора прошлись по стыкам и остановились.

— Вот здесь, — прошептал он. — Помогите, пожалуйста.

Нужный камень почти ничем не отличался от остальных, разве что вокруг него не было скрепляющего раствора. Я подцепил его ножов и аккуратно вытащил. За ним оказалось небольшое углубление, в котором что-то белело. Бумага. Я вытащил её и поднёс к свету, который едва пробивался сквозь дыры в стене. Эх! Ничего не разобрать, каракули какие-то!

— У вас вода закипела, — отвлёк меня Прохор.

— Спасибо, — я убрал бумагу и вернулся к чугунку.

Мне и самому было интересно, получится ли у меня добавить бонусы просто в воду. Начал с Оценки.

Дождевая вода, кипячёная

Качество: низкое

Примечание: содержит осадок из мелких частиц пыли и органики. Рекомендуется процедить

Отлично! Теперь бонусы. Я закрыл глаза и сосредоточился, думая о том, чтобы погасить самые острые воспаления, придать сил и согреть Прохора. Влил сразу десять единицы маны, отчего по чугунку пробежались золотистые искорки.

Дождевая вода, кипячёная

Качество: среднее

Свойства: восстановление сил +10%, согревание +15%, регенерация +20%

Примечание: содержит осадок из мелких частиц пыли и органики. Рекомендуется процедить

Нет времени ничего процеживать, Система! Пора пить!

— Прохор, вода пока горячая, но ты осторожно сделай пару глотков, тебе станет легче. Только смотри, там осадок.

— Воду? Я?

— Давай уже! А то я продрог здесь стоять. Пей.

Пацанёнок вскинул брови, но послушно наклонил чугунок и начал пить. Первый глоток, второй, третий. Мы с Беконом, не отрываясь, смотрели, как увереннее начинает держаться Прохор, как плечи распрямляются и руки перестают дрожать.

— Ну, как ощущения? — спросил я, хотя этого и не нужно было, и так эффект был виден.

Я присмотрелся к заплывшему глазу, который стремительно наливался фиолетовым цветом. Ссадина на лбу покрылась корочкой, а дыхание Прохора выровнялось.

— Тепло! — перевёл он дух. — Спасибо, теперь гораздо лучше. Даже глаз почти открылся.

— Это то, что вам нужно, господин Винтер? — он кивнул на лист бумаги, торчащий из моего кармана.

— Я не знаю, Прохор, — честно ответил я. — Ты молодец, что спрятал его. Теперь нам нужно убираться отсюда. Каролина ждёт тебя в трактире и очень переживает.

— Они… они хотели меня убить, мол, так надёжнее, но потом кто-то крикнул снаружи, и они ушли, бросив на меня тряпки.

— Из-за них тебя и никто не мог найти, только Бекон, — я погладил кота между ушами. Всё, пойдём, Буян здесь рядом стоит.

Прохор уже меньше морщился от боли, да и шёл ровнее. Надеюсь, у него нет трещин в рёбрах или других костях. Я не представлял, как сработают бонусы, но не хотел, чтобы у парня что-то не так срослось.

Когда мы выбрались наружу, ночной воздух показался мне чистым и свежим, словно я вынырнул из глубокой воды. Над головой уже зажглись звёзды, а луны скрывались за лёгкими облаками. Буян нетерпеливо бил копытом у ворот. Увидев нас, конь тихо заржал и придвинулся ближе.

— Я тебя сейчас закину в седло, держись крепче, — сказал я Прохору.

— Я справлюсь, — упрямо ответил он и попытался залезть, но не тут-то было.

Впрочем, я сделал вид, что не увидел, и подсадил его. Кот прыгнул следом, а я забрался на Буяна последним и тронул его бока пятками.

— Вези аккуратно, — сказал я гнедому, и он понял меня.

Через полтора часа мы уже были перед окнами трактира. Там же на ступенях с кружкой в руках сидела Каролина. Увидев нас, она вскочила, и на её лице промелькнула радость, которая быстро сменилась яростью.

— Прохор! — она бросилась к нам, помогая мальчику слезть. — Прохор, что они с тобой сделали⁈

— Всё нормально, Каролина, — хрипло ответил он. — Господин Винтер меня подлечил.

— Кто это был? — её голос стал жёстким. — Ты их видел? Они тебя узнали?

— Он их не знает, но они за ним следили, — ответил я спешиваясь. — Трое. Они довели его до башни и забрали все документы. Прохор успел спрятать один документ, я его забрал.

— Документы? — Каролина резко обернулась ко мне. — Ты их видел? Что там было?

— Я не успел прочитать, — сказал я, не моргнув глазом. — В башне было темно, а Прохор нуждался в помощи. Я посмотрю её позже, когда разберёмся с травмами Прохора.

Каролина хотела возразить, но посмотрела на избитого Прохора и сдержалась.

— Хорошо, — сказала она, и в голосе прозвучала сталь. — Завтра мы поговорим. Пойдёмте в тепло.

Прохор вяло поднялся по ступеням, я понял, что он уже отошёл от шока и спешно перебирал в голове рецепты для его полного восстановления. Меня злило, что у меня нет ни единой возможности просканировать состояние Прохора. Как мне лечить без этого⁈

Внутри уже царила суета. Грумхильда принесла тёплую воду и чистые тряпки, Керина расстелила на лавке мягкое одеяло, а Людмила уже стояла с руками, зажатыми в замок, и сосредоточенным лицом.

— Положите его сюда. Я посмотрю, что можно сделать.

Я удивлённо посмотрел на неё и увидел спокойную решимость. Она точно знала, что делать. Хотя, мне кажется, что любая мать в какой-то момент становится лучше педиатра. Поэтому доверился ей.

Людмила опустилась рядом с ним и начала осматривать его раны. И тут-то я понял, в чём весь смысл. Она проверяла его магией! У меня отлегло на сердце, теперь-то точно Прохор в надёжных руках.

— Он был сильно избит… — задумчиво пробормотала она. — Ничего не понимаю!

— Что случилось? — я присел рядом.

— Все раны выглядят так, словно им уже несколько дней! — она снова приложила к Прохору руки, и они засветились зеленоватым светом.

— Это всё господин Винтер! — сдал меня пацан с потрохами. — Напоил какой-то водой, и мне стало легче.

Людмила перевела на меня изумлённый взгляд, я пожал плечами, а она коротко кивнула.

— Посмотри, может, что ещё осталось? Трещины? Переломы? — спросил я.

Она провела руками от макушки до кончиков пальцев ног, а потом покачала головой. Я выдохнул. Всё сделал правильно!

— Сейчас ничего нет. Внутренние органы тоже в порядке. А синяки и ссадины пройдут. Только их промыть нужно, а то лечение, конечно, хорошо, но если там грязь, будет только хуже. Пойдём, дорогой, я всё сделаю.

Прохор приоткрыл глаза и посмотрел на Людмилу с благодарностью.

— Спасибо, а можно чего-нибудь поесть? — он перевёл взгляд на меня.

— Сейчас всё устроим, но сначала мыться! — скомандовал я.

Когда Прохора увели, Каролина подняла на меня взгляд. В нём уже разгорался знакомый огонь — ярость, смешанная с решимостью.

— Я найду их, — тихо сказала она, обращаясь скорее к себе, чем ко мне. — Они заплатят за это. Каждый из них.

— Каролина, — вмешался я. — Сейчас главное — это Прохор. С ними разберёмся позже. Ты останешься на ужин?

Она посмотрела на меня, и в её взгляде мелькнула тень благодарности.

— Когда я отказывалась от твоей стряпни? — она на секунду замолчала. — И ты прав, Винтер. Спасибо, что пришёл за ним.

— Он помогал мне, — сказал я.

Каролина кивнула и отправилась за оставленной на крыльце кружкой. Грумхильда принесла ей тёплую куртку. Керина ушла помогать Прохору, а Фёдор ещё торчал на конюшне.

Вскоре вернулась Людмила, она подошла ко мне и отчиталась, что все раны промыли и смазали лечебной мазью.

— Спасибо, ты молодец, — сказал я. — Мне очень важно было знать, что с ним всё в порядке.

— Я рада, что смогла помочь, — она устало улыбнулась. — Да и потом, ты сделал основную работу, мне оставалось лишь проверить. Думаю, как только я всему научусь, то смогу не только лечить.

— Хочешь продолжать? — спросил я. — Ты много делаешь полезного. Защиту поставила, артефакты зарядила, теперь ещё и лечение. Я должен сказать тебе, что с такими талантами ты в городе заработаешь гораздо больше, чем в трактире. Маги всегда в почёте и им платят золотом.

Людмила задумалась, и её взгляд стал далёким.

— Я знаю, Марк, — ответила она. — И много думала об этом. Но пока ещё рано. Маги, как я слышала, сначала учатся в своих академиях, годами! А я без году неделю изучаю эту науку.

— Ты останешься в трактире или будешь учиться дальше?

— Я хочу учиться, Марк, — в её глазах зажглась искра. — Я хочу знать больше. Хочу помогать людям, хочу видеть, на что я способна. Да и потом, учёба — это в столице, как же я туда уеду? Здесь мой дом, здесь моя семья. Может быть, потом, как дети подрастут…

— Рад это слышать, — кивнул я. — А теперь пойду готовить. Желудок так и намекает, что после таких приключений обязательно нужно его наполнить чем-то вкусным!

Она улыбнулась и просветлела лицом. Я направился на кухню, чувствуя, как усталость отступает перед новой задачей. Бекон последовал за мной, запрыгивая на подоконник, и приготовился наблюдать за своей любимой кулинарной передачей.

Мне нужно было приготовить ужин для дюжины своих друзей, а вместе с Беконом на все тринадцать персон. Я быстро проверил запасы и обнаружил там целую корзину жирных уток. Сразу вспомнил, как готовил для молодого охотника Георга, когда мы с ним встретились. Впрочем, сейчас у меня в планах было совсем другое блюдо.

— Утка с картошкой, — сказал я сам себе, доставая их. — Это именно то, что сейчас нужно.

Я разложил их на столе и начал разделывать. Это нужно было сделать очень тщательно и аккуратно, ведь утка не прощает небрежности. Впрочем, годы опыта, системные навыки и острый нож в руках исключали возможность сделать что-то не так. И уже через несколько минут передо мной были целые грудки и бёдрышки. Кости пойдут на бульон, а мясо я нарезал крупными кусками.

Грумхильда вошла на кухню и остановилась, наблюдая за моей работой.

— Марк, ты уверен, что хочешь готовить сейчас? Ты же устал как собака, да и бледный, словно призрак.

— Готовка помогает мне успокоить нервы и привести голову в порядок, — ответил я, даже не повернувшись. — К тому же мы все голодны, и утром будут другие дела. Перед судом нужно сделать все заготовки.

— Тогда я помогу, — она сняла фартук с гвоздя. — Что нужно делать?

— Мне нужно, чтобы ты почистила и нарезала картошку крупными кусками, и лук тоже, рассчитывай на целый противень, нас целая дюжина.

— А если учитывать кота и аппетит Фёдора, то все пятнадцать.

— Именно, так что начинай.

Пока она занялась картошкой, я обжарил куски утки на сковороде до золотистой корочки, чтобы жир вытопился, а мясо стало ароматным. Ух! Запах стоял такой, что у меня желудок скрутило, а на кухню начали заглядывать то Керина, то Людмила. Даже Фёдор просунул голову в дверь и повёл носом.

Но я не отвлекался, работал сразу с двумя сковородками, не забывая приглядывать за бульоном, а потом присоединился к орчихе, взяв из кладовой морковку. Вместе мы быстро справились.

Как только закончили, я выложил мясо на противень, добавил нарезанную картошку, лук и морковь. Всё это я залил бульоном, посолил из Системной солонки, добавил розмарин, тимьян, перец и лавровый лист. Оставалось лишь добавить маны. Это я сделал с искренним желанием восстановить всем силы и душевное равновесие. Ещё бы добавить уверенности и веру в хорошее, но этого пока я не умею. Затем закрыл противень крышкой и поставил в печь.

— Минут тридцать, не больше, — сказал я, вытирая руки. — Придётся набраться терпения, да и стол подготовить.

— Пахнет совершенно невозможно! — сказала Керина, заглядывая на кухню. — Я уже голодная как волк и готова съесть свой фартук.

— Не ты одна, — усмехнулась Грумхильда. — Бери тарелки, нужно их расставить.

— Сейчас на этот аромат ещё и дети прискачут, я же их потом не уложу! — посетовала Керина.

— Я могу для них сварить компот, чтобы быстрее заснули, — улыбнулся я.

— Да? А рецепт не дашь? — подняла брови Керина.

— Конечно, сонных трав много, есть у меня такой сбор, — честно ответил я, хотя предлагал ей совсем иное.

Пока утка запекалась, мы успели нарезать хлеб, накрыть на стол, разлить компот. Постепенно в зале собрались и остальные. Несмотря на поздний час, и сонные лица, поесть никто не отказался. Прохор, закутанный в тёплый халат, сверкал глазами, предвкушая трапезу. Каролина сидела рядом с ним и что-то говорила на ухо. Пацан кивал, но взгляда от двери кухни не отводил.

Когда таймер в голове отщёлкнул, я вытащил противень из печи и поставил на стол. Золотистая корочка утки блестела, пар поднимался вверх, и по всему залу разнёсся запах запечённого мяса с травами.

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Утка запечённая с картошкой и травами»

Качество: превосходное

Свойства: восстановление сил +20%, спокойствие +15%, улучшение настроения +25%

Вы получаете 10 опыта

Рецепт сохранён в кулинарную книгу

Текущий опыт: 330/800

Я довольно кивнул, убирая сообщение, и отнёс противень в зал. Все за столом замерли на мгновение, втягивая носами воздух, и нетерпеливо сжали в руках вилки.

— Божественно, — выдохнул Рик. — И это из обычной утки? Ты точно не маг?

— Просто повар, — ответил я, раскладывая утку с картошкой по тарелкам. — Ешьте, пока горячее.

Особого приглашения никто не ждал, и почти сразу приступили к еде. В зале воцарилась та особенная тишина, которая бывает только тогда, когда люди по-настоящему наслаждаются едой. Прохор ел жадно, Каролина изредка толкала его локтем, напоминая про манеры. Хотя сама активно работала вилкой. Видно было, что они оба давно нормально не ели.

— Винтер, — сказала она, облизывая ложку, — если завтра что-нибудь пойдёт не так, я лично прослежу, чтобы в Бешале тебе досталось лучшее место для твоего трактира. Будем ходить к тебе каждый день!

— Спасибо за предложение, — усмехнулся я. — Не думаю, что до такого дойдёт.

Когда ужин закончился, все разбрелись по своим делам. Семьи охотников ушли в новые дома, а Каролину с Прохором разместили в гостевых комнатах. Я же с Беконом поднялся в свою спальню. Или нашу? Нет, в мою, чтобы ни думал кот.

Бонусы от блюда и готовка помогли обрести душевное равновесие, я сел за стол и вытащил бумагу, которую достал из тайника Прохора. Это был потрёпанное письмо, с выцветшими чернилами и местами изрядно грязное. Видно, что Прохор добыл его в бою. Часть текста была утрачена, а то, что можно было прочитать, было написано так коряво, что я изрядно поломал голову, разбирая слова.

Но стоило мне дочитать до конца, я улыбнулся. Завтра будет весело.