Уровень культивации: стадия конденсации ци

Ступень: 10

* * *

После прямого вмешательства главы секты убивать меня больше никто не собирался, но и приближаться тоже не торопились, предпочитая рассматривать со стороны, как диковинную, но опасную зверюшку. И я отвечал конкурентам тем же самым, пытаясь оценить расклады при минимуме информации.

Юй Сянлин дала мне общие расклады, но времени у нас было в обрез, а сама она знала далеко не всё. Например, даже общую численность участвующих в испытаниях игроков назвать было сложно, поскольку многие из них отсеивались ещё на первом этапе. До третьего, где уже можно было завести знакомство, доходили тридцать или сорок, а до вершины горы добирался в лучшем случае один из четырёх. Иначе говоря, среди сотни-полутора кандидатов около десятка могли быть игроками, но выделить их было затруднительно. По крайней мере, если они сами не представятся…

Ашу: можешь попробовать рассказывать им по очереди о Системе!

Василий: я уже один раз спровоцировал появление небесной молнии, и второй раз она может и не промахнуться.

Не говоря уже о том, что призыв Гнева Небес может вызывать санкции со стороны экзаменаторов, в виде летального для меня исхода. Именно поэтому я и не рискнул использовать этот метод для разрушения барьера. При наличии десятков свидетелей, это было бы скорее разновидностью самоубийства, чем спасением.

— Я — Сунь Лаоцзэ, страж священной горы! — произнёс старик, взлетев над толпой. — Поздравляю вас всех с прохождением третьего испытания!

— Приветствуем стража Суня!

Не все сообразили выкрикнуть приветствие и изобразить поклон сразу, но когда кто-то сделал это первым — остальные последовали примеру.

— В этот раз из двенадцати тысяч ста девяносто трёх кандидатов прошли сто тридцать шесть… точнее, сто тридцать семь. — посмотрел на меня старик. — И хочу с прискорбием сообщить, что это худший результат за последнюю тысячу лет!

Практики промолчали, не решаясь комментировать это заявление, но мне терять было особо уже нечего, так что я не стал отводить взгляд.

— Худший, старший?

— Именно худший! — яростно кивнул Сунь Лаоцзэ. — Если вы идёте по демоническому пути, то не должны бояться убивать своих соперников! Чем больше из них умрёт в начале, тем больше шансов у вас в конце! Обычно до меня доходило не больше сотни кандидатов! В лучшие годы — вдвое меньше!

— Тогда, возможно, это прошлые потоки были слишком слабы?

— Чжи Дао, верно?

— Да, старший!

— Назови свой изначальный номер!

— Девять тысяч двести восемьдесят четыре.

— Девять тысяч двести восемьдесят четыре! — громко повторил Сунь Лаоцзэ на случай, если кто-то не услышал. — Ты находишься здесь исключительно благодаря доброму отношению главы. Не думай, что он будет помогать тебе в будущем!

— Изначальный номер не значит ничего — уверен, среди присутствующих есть немало и других, кто скрывал свою силу и происхождение. Предок Бай справедлив и, что бы нас ни связывало, никогда не будет нарушать правила!

В первую очередь — другие игроки, изначальный номер которых всегда был ближе к концу списка. И их присутствие тоже служило подтверждением моим намёкам.

— Верно, не будет. Рад, что ты это понимаешь.

— Благодарю за мудрость, старший!

Вместо ответа страж показал мне средний палец, явно вспомнив мой жест, но я лишь улыбнулся и склонился в поклоне. Формальная вежливость необходима, но излишняя в такой ситуации вызвала бы лишь презрение. Намёки на скрытое происхождение работали куда лучше. Как минимум, в краткосрочной перспективе.

Ашу: а в долгосрочной — приведут к ещё большим проблемам!

Василий: я не сказал ничего, что можно было бы назвать ложью.

Ашу: думаешь, это имеет значение?

Василий: если я проиграю — нет, но и, если дойду до конца — тоже нет. Главное не ограничиваться полумерами.

В любом случае, блеф на какое-то время сработал, и Сунь Лаоцзэ перестал обращать на меня внимание, предпочтя вернуться к своей речи. Ну а я решил немного помолчать.

— Но раз уж вы выжили, то теперь каждый из вас получит пилюлю ста дней! После того, как вы примете её, священное насекомое внутри вашего дантяня уснёт примерно на указанный срок!

— Разве из нас не извлекут комариных тварей? — спросил кто-то.

— Конечно нет, — хмыкнул старик. — Чуть позже вы получите технику контроля насекомых, при помощи которой получите шанс подчинить комариную тварь. Если справитесь — станете внутренними учениками нашего отделения секты Небесного Дьявола!

— А если нет — умрём?

— К моему сожалению — не обязательно, — сказал Сунь Лаоцзэ, медленно обводя взглядом толпу. — Если кто-то из вас поймёт, что не справляется, то может обратиться к любому из старейшин! Возможно, среди вас найдутся желающие отказаться от дарованного сектой шанса? Нет?

— Нет, старший!

— В таком случае приступим к раздаче пилюль. Ты — займись!

Страж достал из воздуха шкатулку и метнул её одной из девушек, переложив задачу по раздаче пилюль на чужие плечи.

— Да, старший…

И новоявленная ассистентка направилась между учениками, позволяя каждому взять по одной пилюле. Случайно или нет, я оказался последним — и, когда уже потянулся за пилюлей, девушка захлопнула шкатулку.

— Извини, брат, но там осталась последняя пилюля. И она — моя!

— Каждый должен получить пилюлю.

— Однако их сто тридцать шесть, а не сто тридцать семь. Если тебе нужна пилюля — обратись к почтенному стражу с просьбой!

После чего шагнула назад и повернулась спиной, уходя прочь и явно провоцируя отобрать пилюлю силой — однако простые решения не всегда оптимальны.

— Почтенный страж! — громко произнёс я. — Прошу выдать мне положенную пилюлю!

— Неужели тебе не хватило?

Сунь Лаоцзэ изобразил сочувствие, но сделал это так неумело, что со всех сторон раздались злорадные смешки — все прекрасно понимали, что пилюль оказалось меньше не случайно.

— Не хватило, старший.

— Печально. Тогда почему ты не отобрал её у того, кому хватило?

— Правила запрещают атаковать соперников вне испытаний, — не смутился я. — Но, если вы дадите разрешение, то я заберу себе одну!

— Боюсь, это будет затруднительно — пилюли уже съели, — развёл руками старик. — И, кажется, у меня они тоже закончились…

— Ничего страшного, — улыбнулся я. — Времени прошло не очень много и, уверен, если разрезать кому-нибудь живот, то пилюля наверняка окажется ещё целой!

Простые слова, однако я сумел произнести их достаточно уверенно, чтобы смешки затихли, а ближайшие соседи решили отойти подальше.

— Извини, я не могу дать тебе подобного разрешения. Но я могу извлечь из тебя священного инсектоида!

— И что же меня в этом случае ждет?

— Ты сможешь войти в число внешних учеников нашей секты.

Вот только испытание с такой смертностью явно не могло иметь целью поиск внешних учеников. Как минимум внутренних, а скорее даже основных — тех, в кого секта вложит бесчисленные ресурсы, чтобы вырастить новых старейшин.

— Смешная шутка, — оскалился я. — Но если у старшего Суня закончились нужные пилюли, то, возможно, предок Бай сможет решить этот вопрос?

— Хочешь пожаловаться на меня главе секты?

— Всего лишь узнать, не найдётся ли у него для меня лишней пилюли. В конце концов, он лично признал, что я прошёл испытание, и наверняка расстроится, если по вине кого-то из его подчинённых я не получу положенного.

— Пф…

Сунь Лаоцзэ не стал утруждать себя объяснениями и просто метнул в меня пилюлей, которую я с трудом перехватил, не позволив ей разбиться о мою голову. Причём получилось это у меня в первую очередь потому, что страж контролировал силу броска.

— Благодарю старшего за справедливость!

— Прими пилюлю немедленно — или я заберу её обратно!

— Позвольте уточнить, старший, это та же пилюля, что получили остальные?

— Верно, младший.

С некоторым сомнением посмотрев на чёрный шарик, источающий не самый приятный аромат, я проглотил его, а затем сел в позу для медитации.

— Как закончите поглощение — идите по дороге, — произнёс Сунь Лаоцзэ. — Я буду ждать вас в храме Небесного Дьявола!

* * *

Процесс поглощения пилюли требовал всего нескольких минут, но, когда я уже заканчивал, вновь обнаружил себя в кольце из трех десятков практиков. Несколько десятков секунд они хранили молчание, держа руки на оружии, а затем разомкнулись, пропуская юношу с алыми волосами.

— Чжи Дао, верно?

— Чи Яньлун, кажется?

— Ты оскорбил меня, а я не прощаю оскорблений, — произнёс мой недавний противник. — Однако, если ты встанешь на колени и будешь умолять взять тебя в слуги, то наказание будет не слишком суровым!

— Насколько не слишком?

— Ты и все твои потомки станут моими рабами на тысячу лет!

Немалый срок, но для практиков, достигших хотя бы стадии зарождающейся души, вполне достижимый. Однако и маленьким его назвать всё равно сложно.

— Ну а если откажусь?

— Я убью тебя, а затем найду и вырежу весь твой род.

С учетом временной петли, я мог согласиться, ничем не рискуя, избежав дополнительных проблем здесь и сейчас, но что-то внутри меня не позволяло согласиться на подобную сделку.

— Ты же понимаешь, что после таких угроз я не могу оставить тебя в живых?

— Приятно видеть смелого человека, — улыбнулся Чи Яньлун. — Надеюсь, когда ты будешь умирать, то не станешь молить о пощаде!

— Я не собираюсь умирать.

— Слушайте меня все! — произнёс он. — Я, Чи Яньлун, прямой потомок девятнадцатого Небесного Дьявола, объявляю этого человека своим врагом! Отныне любой из вас, кто окажет ему помощь, разделит его участь!

— Я, Чжи Дао, принимаю вызов! — отозвался я. — И обещаю, что к концу испытаний у девятнадцатого Небесного Дьявола станет на одного прямого потомка меньше!

— Прекрасно! — искренне рассмеялся мой новый враг. — Прекрасно! Ты ещё глупее, чем мне казалось сначала. И скоро ты на практике узнаешь, как велика земля и как высоко небо!

После чего развернулся, уходя прочь по дороге — и следом за ним направилась свита приспешников. Напасть на меня здесь и сейчас они не решились, но я не сомневался, что позже обязательно попытаются доставить мне проблем.

* * *

Окончательно закончив поглощение пилюли, я встал на ноги и направился следом за остальными участниками испытания, без удивления заметив, что те старательно меня игнорируют. Словно после прозвучавшего вызова я стал невидимкой. Или, скорее, носителем бубонной чумы?

— Хорошая сегодня погода, не правда ли?

— Пожалуйста, не разговаривай со мной — я не хочу неприятностей.

— Неприятности — моё второе имя, — оскалился я. — И если ты не хочешь узнать почему, то лучше бы тебе ответить на мои вопросы.

— Ты не можешь меня заставить!

— Начнём с простого — как тебя зовут?

Вместо ответа практик резко ускорился, использовав какую-то технику передвижения, тем самым лишая меня возможности перейти к угрозам. Слегка оглядевшись по сторонам, я попытался найти себе нового собеседника, но большинство кандидатов отводили взгляды, явно осознавая всю токсичность возможных контактов.

Ашу: нужно найти кого-нибудь силь…ного…

Василий: почему мне кажется, что ты зеваешь?

Ашу: я не зева… ю… Но ты прав, кажется, я правда засыпаю.

Василий: из-за пилюли?

Ашу: скорее из-за комариной твари — пытаясь взять её под контроль, я оказалась связана с ней слишком сильно. И теперь она тоже на меня влияет…

Василий: но ты же не уснёшь?

Ашу: конечно нет! Наверное…

Василий: наверное?

Ашу: просто шу…чу…

Правда, звучало так, словно она вот-вот уснёт, а потому доверия не вызывало. И перспектива на долгое время остаться без поддержки предка вызывала куда больше опасений, чем угрозы конкурентов.

Ашу: всё будет хорошо. Ищи союзников…

Чи Яньлун силён и обладает высоким статусом, однако у него наверняка есть конкуренты, которые не могут позволить себе выказывать страх. Например, отряд из десятка практиков, во главе которого шла смутно знакомая девушка. Белые волосы, небольшие рожки и богатая одежда — спутать её с кем-то ещё было затруднительно, и это явно была одна из тех, кто участвовал в споре о том, как быстро я погибну.

— Приветствую, друзья, — преградил я им путь. — Хорошая сегодня погода, не правда ли?

— Тебе мало одного врага? — отозвалась девушка. — Или ты решил спровоцировать и меня тоже?

— Врагом больше, врагом меньше… — пожал я плечами. — А вот друзья мне бы пригодились.

— Дружат с равными, а ты — никто.

— Я — Чжи Дао, будущий победитель этих испытаний. — представился я. — И если бы ты считала меня никем, то не стала бы делать ставку на мою победу!

— Если ты надеешься, что я буду защищать тебя от Чи Яньлуна — забудь.

— Со своими проблемами я привык разбираться самостоятельно. Всё, что мне нужно — ответы на некоторые вопросы.

— Уходи! — выступил вперед один из практиков. — Ты слышал, что сказала старшая сестра! Не навлекай на нас свои проблемы!

— Замолчи! — произнесла девушка. — Я, Бай Шуанмэй, не боюсь угроз! И буду говорить с любым, с кем сочту нужным!

— Прости, сестра. Просто этот ублюдок не заслуживает твоего внимания!

— Я сама решу, кто заслуживает моего внимания, а кто — нет, — осадила она подчинённого, а затем повернулась ко мне. — Ты можешь задать мне вопросы, но за каждый заплатишь по три жетона!

— Не слишком ли дорого?

— Нет, не слишком.

Бай Шуанмэй протянула ладонь, и я без споров положил в неё три жетона в качестве платы за ответ — само собой, из числа наименее ценных.

— Спасибо, братик, — лучезарно улыбнулась девушка. — Ещё минуту назад я думала, что ты — просто идиот, но теперь начинаю в этом сомневаться. Какой твой второй вопрос?

— Сколько всего было Небесных Дьяволов?

— Девятнадцать, — отозвалась Бай Шуанмэй. — И Чи Яньлун, по слухам, сын последнего из них от одной из наложниц.

— Два ответа по цене одного? — оценил я, вновь отдавая плату. — Благодарю сестру за щедрость!

— Не стоит, я всего лишь слегка выправила баланс. Так что, если у тебя всё ещё есть жетоны, то можешь задавать свой следующий вопрос!

— Чем именно я спровоцировал Чи Яньлуна?

— Потомки Небесного Дьявола обладают алыми волосами, и, намекнув на то, что он их красит, ты тем самым поставил под сомнение и его происхождение.

— Сомневаюсь, что его задела бы такая мелочь, не будь с этим проблем.

— Это вопрос?

— Скорее утверждение.

— В таком случае, если у тебя больше нет вопросов, то не трать моё время.

— Вопросы ещё не закончились. Если твоя фамилия Бай, имеешь ли ты отношение к Бай Чунвану?

— Я — его сто пятьдесят седьмая дочь!

— Какая-какая?

— Сто пятьдесят седьмая — и этот вопрос будет стоить тебе десять жетонов!

— Ну… это справедливо, — кивнул я. — Спасибо за ответы, сестра. Надеюсь, я не доставил тебе проблем?

— Не беспокойся, братик, — махнула рукой девушка. — Даже Чи Яньлун не посмеет причинить мне вред!

— Вопросы у меня закончились, но есть просьба — одолжи мне зеркало.

— Зеркало? — чуть удивилась она. — У меня есть зеркало, но зачем оно тебе? Собираешься любоваться собственным отражением?

— Хочу посмотреть, так ли я похож на ублюдка, как мне все говорят.

— Тебя часто называют ублюдком?

— Сегодня — особенно часто.

— Ты забавный, — рассмеялась Бай Шуанмэй. — Одолжить зеркало я тебе не могу, подарить тоже, а вот продать — вполне!

Девушка замолчала, давая мне возможность попасть в ловушку — и я не стал обманывать ожиданий, задав очередной вопрос.

— Сколько?

— Три жетона за ответ. И сверху — один духовный камень!

— Договорились, сестра.

— Даже не спросишь почему так дешево?

— Твои ответы обходятся слишком дорого, — улыбнулся я. — К тому же моя причина достаточно убедительна, чтобы вызывать сочувствие.

— Держи — и постарайся не умереть слишком быстро.

Бай Шуанмэй получила плату, а один из её последователей передал мне зеркало. Причём не простое, а изящное, с золотой оправой, драгоценными камнями и идеальной поверхностью — такое должно было стоить целое состояние. Однако потенциальная цена предмета оставила меня равнодушным…

— Твою же…

В отличие от отражения. Я, конечно, подозревал, что выгляжу неплохо, но в данном случае это было явным преуменьшением. Моё лицо оказалось невероятно гармоничным, красивым и одновременно мужественным. Сочетание, которое просто обязано было вызывать раздражение у мужчин и симпатию — у женщин. И это, пожалуй, многое объясняло. Действительно — вылитый ублюдок.

Отвратительно…