Ратибор не спал четвёртые сутки. Обозы втягивались в ворота круглосуточно, кузнечный квартал работал в три смены, а на стенах ставили дополнительные площадки под тяжёлые арбалеты и зачарованные орудия. Повозка-подарок с Земли добралась до самой величественной крепости людей и была здесь как нельзя кстати.

Архонт Болдур принимал этот поток со стены надвратной башни и то и дело косился на север. Если с орками они каким-то чудом смогли договориться, то вот новый враг переговоры не ведёт и пленных если и берёт, то только для того, чтобы скормить его где-то в тылу свеженьким.

Внизу, у распределительного пункта очередная смешанная разведгруппа сдавала снаряжение. Трое людей в егерских накидках и двое орков из передовых сотен Дира спорили над картой, тыкая в неё пальцами и когтями попеременно. Ещё год назад подобная сцена закончилась бы дуэлью, а сегодня на неё никто не оборачивался. Общий враг укрепил союз двух цивилизаций: откликнувшиеся на призыв люди мгновенно заслужили уважение в глазах воинственных соседей.

Первые звенья ушли в степь через день после того, как гонцы Дира доставили в Ратибор донесение Каргада. Люди дали дальнозоркие артефакты, обеспечили связь с городами и крепостями Дира, помогли выяснить масштаб бедствия. Орки дали проводников и знание степи, и с той поры сводки ложились на стол Болдура и Дира каждое утро. И утешительного в них не было…

— Свежие листы, командир, — догнал Лявонт на лестнице и протянул папку Болдуру. — Одна группа не вернулась, а уже сутки как должна была…

— Значит, готовь письма родным, что пропали без вести. Если за три дня не вернутся, отправляй, — дал указание Архонт и раскрыл папку с донесениями прямо на ходу.

Орда монстров расползалась от раны мира широким веером и каждый день продвигалась на десятки километров. Мелкие твари шли первыми, выедали всё живое до корней и обгладывали даже кору с деревьев. За ними двигались существа покрупнее, в том числе исполины, которых разведка насчитала уже одиннадцать. И это только те, кого видели своими глазами.

Хозяева этих монстров практически не показывались. Зато там, где они проходили, твари демонстрировали изрядную дисциплину и какую-никакую тактику со стратегией. Даже в походные колонны выстраивались.

Отдельным листом шла памятка о слабостях врагов, что узнали ещё в первых стычках. Голов у тварей нет, но органы чувств имеются, сосредоточены в щупах над плечами. Если ударить чем-то масштабным — та же магия ветра хорошо справляется с отростками, — то твари станут слепыми и глухими котятами. Злыми, правда, но уже хоть что-то. Раненых — и своих, и чужих — они утаскивают и скармливают остальным.

— Куда они добрались уже? — Болдур захлопнул папку и посмотрел на помощника.

— Первая мелочь была замечена в четырёх днях от Ступенчатого перевала.

— Так быстро… Четыре дня нашего пути?

— Нашего… Они, вероятно, доберутся быстрее… — ответил Лявонт.

Архонт остановился у бойницы и посмотрел на север, где за холмами и лесами лежала степь.

— Перевал им отдавать нельзя. У орков там крепости с гарнизонами. Но это единственное удобное место для перехода через утёсы. После них начнётся уже наше пограничье, и воевать тут будет куда сложнее. Надо сдержать их и скоординировать атаку с Диром… — размышлял вслух Лявонт, Болдур же молчал.

Сделать это было проще, чем казалось: посланники Дира были в крепости. А сам царь орков встал с армией у Тур Кламена, перекрывая тварям дорогу в глубь степных царств, и готовил контрнаступление. Дыра посреди его земель — последнее, что Дир хотел бы видеть в первый год своего воцарения на едином престоле орков.

Оставался нерешённым ещё один вопрос — Дракория. Гонцы к императору ушли в первый же день, но связи так и не было, как и ответа. Посланник Дракории не прибыл, так что о намерениях драконидов не было известно практически ничего.

К полудню Болдур взглянул на часы, после чего поднялся в кабинет и коснулся терминала. Стены вокруг него растворились, сознание улетело через магический артефакт в особое место. Члены Совета Домена материализовались один за другим: Телемах, Халявко, Леман, приграничные Архонты, представители сильнейших кланов.

Фёдор Ковалёв занял место ближе к центру, а напротив него сгустилась фигура в тёмной клановой униформе «Мемории». Левис Алукард прибыл лично, что само по себе говорило о серьёзности момента. Впрочем, он был лишь одним из немногих клановцев, кого позвали на это собрание.

Болдур открыл заседание, зачитал утренние сводки и вынес на стол главное:

— … Северные боевые корпуса выступают в полном составе, это не обсуждается. Обсуждается остальное. Мне нужны ваши солдаты, ваши гвардии здесь, в Ратиборе и в других крепостях севера. Необходимо выступить подкреплением и организовать снабжение, обеспечить тыл. Либо же мы рискуем сидеть в осаде и смотреть, как твари уничтожают всё северное пограничье и просачиваются всё дальше на юг.

Орков много, больше миллиона, они не пустят монстров на восток. На западе хоть и молчат, но воины Дракории встанут насмерть. Север — голодные земли для орков, враг туда не пойдёт, зато у нас… Судя по тому, с каким темпом и аппетитом они продвигаются, ждите, что эти монстры дойдут до самого моря. Мы обязаны сдержать их здесь, на самых укреплённых рубежах. Желательно на орочьих.

— Юг оголять опасно, — подался вперёд один из Архонтов. — У нас перевалы гарпий под боком и Дракория, которая молчит. Снимем полки, а через месяц крылатые ударят по пустым гарнизонам. Мы готовились к войне в горах, стягивали силы…

— Горная кампания подождёт, — впервые заговорил Левис Алукард. — Я уже отдал приказ сняться нашей армии, что готовилась к большому контракту в Гарпиевых горах. «Мемория» не против завоеваний, но угроза вторжения куда серьёзнее. Что касается гарпий… Их время ещё придёт. А атак мы не боимся: оставшиеся в гарнизонах бойцы — превосходные стрелки и маги.

— Дракория ставила условие по горной угрозе, — напомнил Леман. — Императору может не понравиться.

— Императору ещё нужно соизволить ответить хотя бы на одно письмо, — хмыкнул Халявко. — Надеюсь, на запад твари тоже сунутся и замотивируют имперцев на сотрудничество.

Споры о квотах и источниках финансирования военного набора добровольцев покатились по кругу и стихли, когда Болдур поднял ладонь и провёл голосование. Согласились в итоге все, единогласно, а с остальным…

— Мы готовились к войне с орками, вот и будем с ними воевать. Только на одной стороне. Чрезвычайный фонд Совета будет компенсировать расходы Архонтов. В крайнем случае всегда можно продать на аукционах немного сокровищ, — произнёс Болдур, и слово взял Телемах, доставая свои таблицы.

— Добровольцам жалование предлагаю положить как минимум наравне с минимальной оплатой кланов из первой тройки. Иначе набор может и не состояться. И зимнюю форму я бы заказал уже сейчас: не думаю, что орки и мы сумеем закончить войну за месяц, а северные пустоши умеют удивлять своими перепадами температур. Не просто так орки скупают у нас мех который год подряд.

— Соглашусь, — черканул Болдур отметку в списке. — Это в любом случае нужно было бы делать. Пусть лучше оно не понадобится на этой войне, но будет лежать на складах, чем мы доживём до зимы без тёплой экипировки и армия замёрзнет в поле.

Слово взяли другие Архонты. Каждый высказывался. Кто-то с ними соглашался, кто-то спорил, какие-то предложения принимались. Дошло слово и до Архонта Ковалёва…

— Предлагаю Гильдии авантюристов создать объявление о Северном фронте, чтобы подстегнуть к участию независимые отряды.

— А что ваш собственный отряд? Прибудет? — поинтересовался один из Архонтов, что раньше имел много претензий к Ковалёву.

— У меня своего отряда нет. Отряд есть у моего сына, и да, они отправят всех, кого смогут — весь боевой костяк, включая новобранцев, вступивших в клан. Все они объединятся с боевой дружиной Крево, и под общими знамёнами отправятся туда, куда укажет Домен.

— Достойно, — кивнул Болдур. — А где сам глава клана? Я ожидал увидеть его здесь: такие вести обычно приводят его первым.

— Алекс ушёл в горы гарпий, на разведку. Мы готовились к операции по устранению тамошней точки Срыва, а подобные вещи он предпочитает сначала изучать, а уже потом с ними разбираться. Он вылетел до того, как с севера пришли первые вести.

По залу прокатилось шёпот. Халявко потёр переносицу и что-то пробормотал себе под нос.

— Связь с ним есть? — смотрел Болдур на Ковалёва не моргая. — Вытянуть его оттуда можно хоть каким-то способом?

— Нет.

— Тогда сделаем так… — Архонт обвёл взглядом зал. — «Мемории» и всем присутствующим уведомить стражу всех близлежащих к горам городов. При появлении Алекса Лисоглядова, избранного Домена и Клинка Системы, надлежит немедленно сообщить ему о вторжении и о необходимости прибытия на Северный фронт. И о том, что любой ближайший Архонт обеспечит ему немедленную связь с прифронтовым командованием. Этот человек стоит полка, и я хочу, чтобы он узнал новости раньше, чем доберётся до дома.

Возражений не прозвучало, и Совет перешёл к спискам снабжения. Нужно было с ним что-то делать, потому как Дир решил позаботиться о голоде своих солдат за счёт складов Домена…

Подобное отношение несколько бесило и вызывало вопросы. Очень хотелось дать, наконец, понять царю орков, что люди — это воины, а не фермеры, что будут содержать чужих солдат. Но и дать оркам сдохнуть от голода они не могли позволить. Уж лучше пусть мрут, уничтожая нежданную угрозу.

* * *

Столичный дворец Дракории был построен так, что тишину в нём было услышать почти нереально. Но сегодня был именно такой день, когда все старались даже дышать на полтона тише. Император принимал доклад разведки в малом кабинете, у стола с рельефной картой континента, и его когтистый палец неподвижно лежал на россыпи орочьих степей.

— Крепость Дир’Колл пала за ночь, — доложил глава имперской разведки то, что сообщили сами орки. — Срыв продолжает расширяться. Безголовые твари управляются странными и могущественными существами, оружие которых режет камень световым лучом. Царь Дир развернул орду с похода и встал у Тур Кламена. Его гонцы просят империю выступить согласно союзным обязательствам.

Император слушал и медленно вёл пальцем по карте от степей к собственным границам.

«Интересная выходит партия…»

Это вызов, но и возможность, каких не выпадало со времён его деда. Орки истекут кровью на своей земле второй раз за год, и спасение придёт к ним из Дракории. А спасение стоит дорого… Льготы на степную торговлю, права на приграничные пастбища и шахты, а может, и парочку приграничных крепостей получится забрать и не возвращать прежнему владельцу…

«Да, если партия ляжет совсем удачно, то передел старых спорных земель пройдёт под знаменем спасительной помощи. Следует выдвинуть легионы к границе, встать там лагерем и ждать правильного момента. Нужно войти в войну не раньше, чем цена участия вырастет настолько, что Дир будет готов на любые требования».

— Подготовить приказ по армиям Восточного Предела… — начал он. — Легионам первой очереди выдвинуться к границе степи и…

Договорить ему не дали. Двери распахнулись без стука, и в кабинет вошёл дежурный офицер связи с серым лицом и лентой срочного донесения в лапах.

— Государь, простите. Заставы докладывают о движении в приграничных районах Часовых. Идут колонны. Не отряды, не карательные рейды. Целые легионы, государь. Форты на их рубежах опустели, механизмы снимаются с позиций и уходят походным строем.

Палец императора замер над картой.

Часовые не выводили легионы за свои рубежи на памяти трёх последних поколений. Они сидели в своих землях, резали любопытных и варились в собственном соку, отражая нападки смелых авантюристов. Именно ради них и создавался союз с орками…

Это вечная спящая угроза… Никогда не знаешь, в какой момент и почему они начнут шевелиться и куда отправят свою армию. И вот они поднялись, сразу после того, как в степи открылась дыра в чужой мир.

— Они выступили после Срыва, — медленно произнёс император, и от прежней игривости в его голосе не осталось ничего. — Часовые не тратят энергию на пустое. Если поднялись их легионы, значит, они оценили то, что вышло из этой раны, выше, чем вся моя разведка. И значит, враг там куда страшнее, чем мне докладывали.

— Государь, возможно, это совпадение… — осторожно начал глава разведки.

— Совпадений такого масштаба не бывает, — оборвал его император.

Он выпрямился над картой. Партия с переделом земель рассыпалась на глазах, и на её месте встала задача, с одной стороны, попроще, а с другой — пострашнее любых интриг — уцелеть.

— Отставить прежний приказ. Пишите новый. Первое — установить связь с правителем королевства Эйр: их земли лежат на пути Часовых, и они знают этого врага лучше всех живущих. Второе — связь с Диром. Любой ценой. Терминалы, гонцы, драконья почта… Что угодно используйте, но к завтрашнему вечеру я должен говорить с царём орков. Мы выступим единым фронтом или не выстоим вовсе.

— А Домен Людей, государь? — уточнил глава разведки.

— Да что они могут сделать… Маленькое, очень гордое и в меру сильное племя. До них ещё дойдёт очередь империи. Сейчас важнее те, кто способен выставить на поле хоть что-то против идущей угрозы.

— Будет исполнено.

— И третье… Привести в действие план «Спасение». Во все города, граничащие с территориями Часовых, отправить предупреждение. Границы закрыть, торговлю остановить, гарнизонам перейти на осадное положение. Никто не знает, чьи земли лягут на их пути.

Офицеры вышли, а император ещё долго стоял над картой и смотрел на пограничные горы. Если легионы пойдут вдоль них по земле драконидов, под ударом окажутся десяток крепостей и не меньшее количество городов.

«Нужно действовать быстро, чтобы увидеть масштаб надвигающейся бури заранее, и просчитать шансы спасти драконьи замки и города. В худшем случае придётся эвакуировать их все и встречать беженцев здесь, в центральных районах империи».

* * *

Дорогу на восток затопили беженцы на третий день. Авулус вёл отряд по обочине, мимо гружёных повозок и семей, тащивших скарб на собственных спинах, и с каждым часом встречный поток густел. Синелицые эйры уходили от западной границы целыми деревнями, и по их лицам опытный глаз читал, что слухи не врут. Отряд держал путь на восток, к землям, откуда была родом их бывшая соратница. И ещё неделю назад эта дорога считалась спокойной…

В ближайшем городе отряд встал на постой, и уже к вечеру за ними прислали из цитадели. Слава работала безотказно, охотников на Часовых в королевстве знали наперечёт, а отряд Авулуса громил их бастионы последние пару лет и до сих пор был жив, что само по себе служило лучшей рекомендацией.

В зале собрались коменданты города и окрестных фортов, старшие офицеры и пара магистратов. Авулус занял место у общей карты, обвёл собравшихся взглядом и обошёлся без вступлений:

— Спрашивайте. Отвечу на всё, что смогу.

— Правда ли, что они идут по прямой? — начал старший комендант, длинноухий эйр с кучей серёжек в правом ухе и с девственно-чистым левым. — Донесения твердят, что колонны не сворачивают ни перед чем.

— Правда. Часовые не признают дорог: дорога для них — лишняя трата энергии на лишние шаги. Маршрут прокладывается по прямой, и колонна идёт по нему, как по натянутой нити. Лес они валят и перемалывают, скалы обходят только те, что дешевле обойти, чем перелезть. Встретится каньон, и передние машины сцепятся в живой мост, по которому переберутся остальные, а потом мост разберёт сам себя и догонит строй.

— Что за машины идут в колоннах? Наши деды описывали пауков…

— Пауки и сейчас основа строя, — постучал Авулус пальцем по карте. — Восемь ног, корпус с гружёную телегу, вряд ли что-то изменилось. Ходят по любому склону. Даже по отвесной стене. Крупнее них только штурмовые многоножки. Эти таранят стены собственным весом и не замечают рвов. Есть ещё с десяток моделей, разных по функционалу и значениям, но они в пограничье встречались редко, описать не смогу. Ну и не забывайте об операторах — полуживых монстрах из плоти и металла. Эти умнее машин и опаснее всех, потому что умеют менять план на ходу. По сути, это такие же избранные, как и мы, только жить они могут сотни лет. Они же отдают команды остальным.

— Если это механизмы, у них должен быть и источник питания, так?

— Это самая основная угроза для нас… Мы можем не быть их целью, но можем быть просто ресурсом, что поможет им достичь цели, — ответил Авулус.

— Был случай, сдох посреди погони один страж. Так к нему подбежал мелкий, шустрый и завопил странным звуком. Через пять минут прибежал такой же страж, закинул того себе на спину и унёс ремонтировать, — вступил Джас. Инженер отряда говорить о машинах и механизмах любил, но сегодня даже его голос подрагивал… — Обесточенный механизм подхватывает ближайший исправный и тащит на себе до источника питания. Часовые не бросают своих, в этом они честнее многих живых. В колоннах для этого идут зарядники — отдельная порода машин. Здоровенные, брюхатые, вся их внутрянка — это хранилище энергии.

— А когда энергия у них заканчивается? — тихо уточнил кто-то из офицеров.

В зале стало заметно тише. Авулус решил ответить сам. Многим просто не хотелось говорить правду — то, что знали многие местные ветераны.

— Тогда они идут к ближайшему скоплению живых. Для них лучше всего — к городу: там всегда найдутся артефакты и накопители. Если артефактов нет, в дело идёт сила жизни. У них есть особенные механизмы — сборщики энергии. Живых существ обескровливают, и машина сгущает кровь при помощи магии в кровавые кристаллы. Они легко заменяют стандартные накопители энергии. Для Часовых нет разницы между зарядным камнем и деревней на две сотни жителей. И то, и другое — всего лишь ёмкость с энергией.

— Зачем они вообще поднялись? — старший комендант подался вперёд. — Столько лет сидели за своими рубежами… Что им понадобилось теперь?

— У них появился враг, которого они посчитали опасным. — сложил Авулус руки на груди. — Часовые не воюют ради земель и добычи. Им нужно только одно — уничтожить того, кого их командиры назвали угрозой. Куда идут легионы, там этот враг. Беда в том, что между ними и их целью лежат чужие королевства, а обходить Часовые не умеют. Они могут стереть с лица земли не одно и не два государства и даже не заметить этого. Для них это будут места подзарядки на маршруте.

— Звучит печально… — выдохнул один из магистратов.

— Хватит трястись, — хлопнул рогатый здоровяк отряда ладонью по своему щиту, и гул пошёл по всему залу. — Эйры всю свою историю живут на границе с Часовыми. Ваши деды били Часовых и знают их слабые места лучше всех на континенте. Так что не тряситесь раньше времени и слушайте, что говорят ваши старшие.

— Из практических советов… — Лоджер вытащил из сумки потёртый лист и пустил его по рукам. — Список средств, которые берут их броню. Алеанские гранаты небесного воздаяния в первых строках, если у казны хватит духу раскошелиться.

Коменданты склонились над листом, и на несколько минут зал наполнился рабочим гулом, вопросами о дистанциях поражения и слабых узлах машин. «Какую магию лучше использовать?», «Есть ли смысл стрелять по ним из луков?» и многие другие вопросы, что молодое поколение задавало именитым авантюристам. Разговор почти вернул собравшимся уверенность, когда двери зала распахнулись и внутрь влетел немолодой эйр.

— Господа… Вы слышали? Илленхор… Говорят, кого успели — эвакуировали. А кто остался — все убиты. Города больше нет.

Все переглянулись, не веря своим ушам. Один из магистратов ошарашенно поднялся со своего места и заговорил:

— К-как, уничтожен? Там же мой брат… В Илленхоре жило триста тысяч, он был прекрасно защищён… Как он мог перестать существовать? Как они могли его уничтожить⁈

Принёсший новости эйр лишь пожал плечами:

— Видимо, очень легко…