К утру я осилил по меньшей мере половину случайно выбранной книги из библиотеки крылатой. Это была «Торговая хроника 96-го столетия отречённых», и гарпии вели её очень дотошно: каждый караван и каждая пошлина удостоились отдельной строки, так что читать чужую бухгалтерию оказалось познавательнее иных приключенческих романов. По цифрам голод виден лучше, чем по лицам. Записи о сборах худели год от года, а списки погибших дозорных и отрядов добытчиков лишь увеличивались. И это ещё до людей!

Основными проблемами гарпий были ящеры, огры, гоблины и орки. За прошедшие годы для них мало что изменилось, но из соперников вычеркнули огров и гоблинов, а на их место пришли люди.

Кресло было спартанским. Голый табурет и то комфортнее получился бы… Я сидел в нём и читал книгу, пока вокруг суетились лекари. К утру их осталось всего двое — худощавые самцы с перьями мышиного окраса. И они старательно делали вид, что меня не существует. Каждые полчаса один из них склонялся над королевой, слушал дыхание и шёпотом докладывал второму.

Я перевернул страницу, и шелест бумаги заставил их нервно заскрести когтями по каменному полу. Нервные ребята попались… Хотя понять их можно. Ещё вчера перед закатом я гонял их владычицу по всему небу столицы, а сегодня сижу в её спальне и почитываю её же книги. Хорошо хоть им хватило ума осознать, что сражаться со мной — дело неблагодарное.

Комната была такой же, как и кресло, — суровой и пустой. Спальня воина, а не монарха.

Королева зашевелилась ближе к полудню. Ресницы дрогнули, пальцы сжали одеяло, дыхание стало прерывистым, шумным, а потом расслабленным. Проснулась и оценивает обстановку, не открывая глаз. Со слухом её уровня это самый логичный вариант поведения.

— С возвращением, — перевернул я страницу. — Рад, что ты очнулась. Хотя, честно говоря, могла бы так долго и не валяться. Я уже большую часть книги одолел, а она у вас не тонкая…

Королева взметнулась с постели. Крыло смахнуло с прикроватного столика плошку с отваром, ладонь взлетела в призывном жесте, но алой вспышки не последовало. Она встряхнула кистью и повторила жест с тем же результатом. Растерянность взяла верх над яростью, что было видно по лицу.

Лекари повисли на ней с двух сторон, заворковали на своём наречии и с усилием вдавили пациентку обратно в кровать. Я же заложил страницу пальцем, поднялся и вытянул руку. Парные клинки покинули ячейку «Длани» и легли в ладонь.

— Не это ищешь? — развернул я клинки плашмя, позволяя алым граням поймать свет из окна. — Если чувствуешь, что уже достаточно поправилась и готова ко второму раунду, пожалуйста, я не против. Но сперва ты должна мне разговор. Твоё прошлое желание я исполнил. Ты хотела сразиться — мы сразились. Теперь очередь моих желаний.

Она затихла и несколько долгих секунд изучала протянутые рукояти. Потом одно движение плеч раскидало лекарей в стороны, босые ноги коснулись пола, и королева пересекла спальню, не отрывая взгляда от моих глаз. Пальцы сомкнулись на рукоятях привычно и плотно, клинки ожили у моего горла на расстоянии ладони.

Я улыбнулся, после чего развернулся к ней спиной и неторопливо направился обратно к креслу. Она могла попытаться меня убить, но не стала, и это уже сам по себе знак, что сломить её броню недоверия мне удалось.

Я уселся, поднял хронику и с самым сосредоточенным лицом отыскал заложенную страницу. Пусть дозревает…

— Ты обещал не трогать мою библиотеку, — процедила она мне в затылок.

— Я её и не трогаю, я её читаю, — не оборачиваясь, отозвался я. — Верну в целости. Могу даже ещё книг принести, если скажешь, какие ты ищешь. И если я уйду отсюда, получив ответы на вопросы, конечно же.

— Почему я жива?

Голос после суток беспамятства слушался её плохо, на последнем слове дал слабину, перешёл на писк, после которого она прокашлялась и вырвала из рук лекаря протянутый бурдюк с напитком. Выпила немного, швырнула бурдюк в беднягу и снова встала в боевую стойку с клинками, направленными в мою сторону.

— Ты мог убить меня там, в небе. Почему не стал? Почему не сражался нормально? Почему подхватил, когда я падала? И почему… — короткая заминка — признавать собственное падение вслух её гордости давалось тяжело. — Почему мои воины не атаковали тебя, пока я лежала без чувств?

— Вообще-то, это я собирался задавать вопросы, — возмутился я. — Весь вчерашний день честно зарабатывал это право, а в итоге сижу и отдуваюсь на чужом допросе. Ладно, так уж и быть, отвечу… Я сегодня добрый, у меня книга интересная.

Хроника отправилась на столик, а я устроился поудобнее и закинул ногу на ногу.

— Отвечаю по порядку. Мёртвая королева не подписывает договоров, но и превосходно собирает народ на войну. Я прилетел остановить войну до её начала, и твой труп в этом деле — худший из помощников. Королева, разбившаяся о брусчатку собственной столицы на глазах у подданных — это ровно тот же труп, только с особо унизительной подачей. Лечить проще, чем хоронить, вот я и подхватил. Ну и последнее. Про своих воинов лучше спроси у них самих. Моя версия простая: они видели весь бой от начала и до конца. Видели, что убить тебя я мог не единожды, но вместо этого, спрятав оружие, держал тебя на руках, спокойно дождался лекарей и передал им, когда те прилетели. Бросаться после такого на чужака, что сумел победить их владычицу и не убил… Тут даже у самых горячих голов крылья не поднимутся.

Она слушала молча, и боевой хват на рукоятях понемногу слабел.

— Кстати, — кивнул я на её стойку, — ты так и собираешься стоять в боевой позе? Разговор у нас намечается долгий, ноги устанут.

Королева покосилась на собственные руки с клинками и шумно выдохнула. Затем бросила пару слов лекарям, и обоих сдуло из спальни быстрее, чем я успел с ними попрощаться. Дверь закрылась, хозяйка опустилась на край кровати. Оружие она так и не отпустила, пристроила на коленях.

— Кто такая Алиса? — подалась она вперёд. — Ты произносил это имя в хранилище, когда разговаривал с пустотой. И у земли, когда я… Когда закончился бой. Кто она?

— О, а вот это уже правильный вопрос, — не я сдержал усмешки. — Алиса, тебя зовут. Выходи, будем знакомиться.

Воздух рядом с креслом уплотнился, и Лисонька вышла на свет. Белоснежные волосы уложены волосок к волоску, ушки торчком, хвост мерно качается, на лице выражение самой примерной девочки в классе. Кого другого этот спектакль, может, и обманул бы…

— Здравствуйте, — чинно сложила Алиса руки перед собой. — Алиса. Присматриваю за этим обормотом, чтобы его не съели в очередных гостях.

Королева отреагировала на гостью занятно. Ноздри дрогнули, перья на крыльях приподнялись дыбом, и по спальне от неё пошла давящая волна, от которой у лекарей за дверью наверняка разболелась голова.

— Богиня… — выдавила она.

Столько брезгливости в одно слово умудрился бы вложить не каждый. Вот теперь верю, что храмы тут разбирали на камни сами гарпии и с удовольствием. Одно дело мои догадки, совсем другое — эта живая гримаса.

Алиса неспешно обошла кровать, разглядывая крылья хозяйки с чисто кулинарным интересом.

— Всё-таки надо было ей перья выщипать и сварить куриный супчик, — поделилась она выводом, повернувшись ко мне. — Ты слишком добрый для этого мира.

— Я называю это дальновидностью, — посмеялся я.

Королева дышала с усилием. Пальцы вжались в рукояти, но клинки оставались лежать на коленях.

— Что мне сделать, чтобы вы оба исчезли? — прикрыла она глаза и, судя по всему, мысленно считала до десяти, чтобы успокоиться.

— Поговорить со мной, — пожал я плечами. — Ответишь на вопросы, и я уйду по своим делам. Или ты думаешь, у меня свободного времени вагон? У меня дома дел невпроворот, а тут ты капризничаешь.

— Ладно… Задавай уже свои вопросы, — повернула она голову в сторону, чтобы не смотреть ни на меня, ни на Алису.

— Расскажи, как вы стали вне Системы. Почему разошлись с ней, что случилось с вашей цивилизацией. Вашу историю, какой вы сами её видите и помните.

Она долго молчала, поглаживая большим пальцем алую грань клинка. Взвешивала, сколько чужаку положено знать.

— Не знаю, зачем вам это… Но ты меня победил, сохранил мне жизнь и не тронул ни город, ни моих гарпий. Я отвечу. А потом вы уйдёте и перестанете меня тревожить.

— Посмотрим, — уклонился я от щедрых обещаний. — Я говорил тебе о войне, которая скоро может начаться. Так вот, чтобы её остановить, крутиться придётся именно тебе, а не мне. И нет, крылатая армия тебе не поможет, собственные силы тоже. В этот раз не помогут. Нам, людям, выбора тоже не оставили, а значит, выход придётся искать, и это в твоих интересах не меньше, чем в моих. Ну а теперь я слушаю.

— Мы пришли в этот мир давным-давно, — начала она, глядя в стену. — Из родного мира, мира гор и ветров. Прошли через трещины, что появились на склонах родного мира, и оказались здесь, рядом с этими горами. Они приняли нас. Мы строили города на склонах и растили птенцов. Через перевалы легли торговые тракты, караваны платили за проход и охрану, и обе стороны были довольны.

— Давным-давно — это сколько? — уточнил я. — Люди в этом мире восемьдесят лет, мне нужна точка отсчёта.

— Счёт идёт на тысячелетия. Всё шло замечательно. Ну, почти, — усмехнулась она краем рта. — То чужие боги явятся и потребуют храмы в свою честь, то очередной сосед решит, что платить за проход — ниже его достоинства. Где стычка, где война… Но заканчивалось всегда одинаково: наши небеса оставались нашими. Мы отстроили столицу в этой котловине, а над переходом высекли в скале Защитницу.

— Защитница — это ваша богиня? — пристроилась Алиса на подлокотник моего кресла. — Своя, не пришлая?

— Она не была нам навязана, — отрезала королева. — Она родилась среди нас и за нас сражалась. Первая из первых в этом мире. Мы жили здесь, пока в нашем мире шла война… Мы осваивались, пока горы меняли свой цвет на красный от пролитой крови. Прошли годы, она стала легендой далеко за пределами наших гор и получила право вернуться в родной мир. Она отправилась туда, чтобы защитить нашу родину. И провела там двадцать лет, прежде чем сумела открыть тот портал, что вы видели под её ликом. Мы вновь увидели свою чемпионку, свою Защитницу. Она постарела, она устала, но её глаза были полны решимости. Она издала клич и позвала на защиту родных гнёзд армию. С ней отправились лучшие из лучших.

— С кем воевали? Что за монстры?

— Черви гор… Жуткие монстры, что прогрызали хребты насквозь и пожирали всё, до чего дотягивались. Добрались и до наших городов, и до лесов. Им было плевать, чем питаться. Они уничтожали не только наши города, но и сам наш мир…

— Звучит неприятно… — скривилась Алиса.

— А выглядит ещё хуже, — покачала головой гарпия, и её крылья дёрнулись. — Война там шла долгие годы. Портал связал и объединил два мира, но не принёс нам победы. Про Защитницу здесь начали забывать, и наши предки решили высечь её лик в этой скале. Шло время, сменялись поколения, а потом пришла вестница и сообщила, что Защитницы больше нет… Оказалось, все те годы она вела войну, сражалась, защищала наш мир. Больше врага останавливать было некому в том мире. Баланс был нарушен, и монстров стало ещё больше. Наши предки воззвали ко всем в надежде сохранить родной мир.

— Только к гарпиям? — уточнил я.

— Зов услышали все, — продолжила королева. — И наши соседи тоже, но они не прислали подмогу… Не-е-ет. Пока наши тысячи воинов уходили каждый день через портал, эти строили свои планы и ждали, пока мы ослабнем. Из ушедших туда обратно возвращались единицы. Искалеченные. С рассказами, от которых седели перья.

Тварей было без счёта. Они убивали и разрушали, склоны стояли объеденные до голого камня. Мир менялся, воздух становился отравой. Но это был наш мир, и мы не могли его отдать.

Я слушал и мысленно примерял её рассказ на собственный дом. Замени горы на равнины, а гарпий — на людей, и получится история, которую я больше всего на свете боюсь однажды услышать о Земле.

— Соседи почуяли нашу слабость. Дозоры на границах редели, и внизу началось шевеление. Тогдашней королеве пришлось поднять в бой едва оперившихся птенцов. Других воинов у гор уже не осталось… Но вчерашние птенцы удержали рубежи, — стиснула она оружие на коленях. — Остановили вторжение армий. Но нас стало слишком мало, а твари в родном мире так и не были добиты. Их согнали с поверхности, загнали в самые глубокие пещеры, только мир уже не был прежним. Пища там больше не росла, и каждое поколение рождалось слабее предыдущего.

Гарпия немного помолчала, явно ощущая боль от этого рассказа.

— Спустя десять лет тишины, когда мы только стали приходить в себя, твари вновь полезли наверх и принялись обрушивать целые долины. И тогда Система не придумала ничего лучше, чем потребовать закрыть проход. Мир не освобождён, монстры не уничтожены. Подобные риски для неё недопустимы, так что приговор был готов, от нас требовалось лишь исполнить её волю.

— И королева отказалась, — договорил я за неё.

— Ещё бы! — распахнула гарпия крылья во всю ширь, перья хлестнули по покрывалу. — Мы не имели права отказываться от своего мира! От своей родины! Там оставались наши сёстры и наши мёртвые!

— И Система отказалась от вас в ответ, — подытожил я. — Мир объявили потерянным, а портал…

— Срывом, — выплюнула она слово. — Обычным Срывом, дырой, из которой лезут чудовища. Нас вычеркнули отовсюду. Ни рангов, ни наград. Для неё мы перестали быть разумными. Она не любит лишних рисков, твари из нашего мира не должны были попасть в этот. И к нам пришла война.

— Очередная…

— Вечная… С каких-то пор мы стали жить в вечной войне сразу на два мира. Слабых принято покорять, а на наши перевалы внизу облизывались всегда. В самые суровые годы мы потеряли плодородные предгорья, все земли у подножия, но сами горы удержали. И никто не заберёт у нас их, — решительно сказала королева.

Интересно, а император Дракории в курсе этой истории, или он свято верит, что здесь самый обычный Срыв, а гарпии — самые обычные монстры? Почему-то мне кажется, что знает…

— И вы начали грабить караваны, — вставила Алиса. — Слухи о крылатых разбойницах гуляют далеко за пределами Домена.

— Начали, — не отвела королева взгляда. — Прокормить два мира без пахотных долин невозможно. По ту сторону прохода до сих пор стоят гарнизоны, стерегут пещеры, и их нужно кормить и лечить. Мы просили помощи у соседей. Хоть у кого-нибудь. Никто не пришёл. Все хотели одного — забрать горы и подчинить тех, кому в одиночку не хватило сил справиться с монстрами. Тогда мы стали брать сами. И будем брать столько, сколько потребуется.

Она замолчала и вскинула подбородок, ожидая осуждения или жалости. Ни того ни другого у меня для неё не нашлось. Я откинулся на спинку кресла и не спеша разложил услышанное по полочкам. Картина сложилась занятная.

— Познавательно и поучительно, — подвёл я итог. — И очень обнадёживающе!

— Что же здесь обнадёживающего? — Её пальцы снова сжали рукояти.

— Твоя история, если ты ничего не выдумала, означает ровно одно: для Системы вы не вычеркнуты навсегда. Вы — заблудшие овечки, которых надо вернуть на путь истинный. Закройте переход, и вас снова назовут достойными. Обратная дорога у вас есть, ей просто никто не хочет пользоваться.

— Мы не для того отдали миллиарды жизней, чтобы отказаться от родного дома! — Клинки взлетели вместе с хозяйкой.

Моя догадка из вчерашнего боя обрела фундамент. Система не стирает гарпий подчистую, хотя возможностей у неё предостаточно. Она наказывает и ждёт, когда блудный народ приползёт обратно на её условиях. А то, что ждать приходится тысячелетиями, её не смущает, времени у неё в достатке.

— Значит, нужно этот дом очистить от паразитов, только и всего, — я даже не шелохнулся. — Мир снова станет чистым и безопасным, и портал закрывать не потребуется. Требование Системы исполнено, родина при вас — все довольны.

— Ха! Как будто это так легко!

— Никто не говорил, что будет легко. Я говорю о другом. Сами вы этого не сделаете никогда, вам нужны союзники. — Я поднялся с кресла и прихватил со столика недочитанную хронику. Надеюсь, хозяйка переживёт, если я одолжу её на время… — Давай-ка прогуляемся в твой мир. Хочу своими глазами оценить его масштабы и посмотреть на гадов, которые прогрызают горы насквозь. Заодно подышу вашим отравленным воздухом, для полноты впечатлений.

— Ты… — она моргнула, и клинки в её руках дрогнули уже не от злости. — Ты собрался помочь нам?

— Как же долго до тебя доходит, королева… — вздохнул я. — Кстати, а зовут-то тебя как? Твои подданные, когда тебя спасали, разговорчивостью не отличались. Я задал им десяток вопросов, но не получил ни одного ответа.

Она выпрямилась во весь рост, развернула крылья, и в спальне разом стало тесно.

— Вален Тайни! Королева этих гор и этих небес!

— Отлично, рад знакомству, Валентина. Меня зовут Алексей Ковалёв. И, прежде чем мы отправимся на экскурсию, рекомендую заскочить на кухню и прихватить что-нибудь перекусить. Пока этого не сделала сама Алиса. А то, боюсь, в ваших кладовых после неё совсем ничего не останется…