(7) К этому следует добавить, священнейшие императоры, также святотатственное заблуждение (profanus error), которое поддерживает этих людей, то есть Либера и Прозерпину, с еще большей силой. Толкования греков желают возводить Либера к Солнцу [139], а Прозерпину, то есть Либеру, представляют как Луну [140]. Что еще столь же абсурдное и столь несуразное можно предъявить из такого же объяснения истины (ratio veritatis)? Кто видел Солнце ребенком? Кто его обманул? Кто убил? Кто рассек? Кто разделил на части? Кто насыщался его телом? Кто похитил Луну? Кто ее спрятал? Кто сделал ее женой Плутона?

(8) Однако это заблуждение желают отстоять опять-таки с помощью естественного объяснения (physica ratio) [141]: полагают, что можно почитать ум неделимый (indivisa mens) и делимый (divisa mens), то есть τὸν ἀμέριστον καὶ τὸν μεμερισμένον νοῦν [142].

(9) Но скажите мне во имя богов, злополучные смертные [143], почему вы присоединяете похороны к естественным вещам? Почему благорасположение (dispositio) бога вы оскверняете суровостью жестоких смертей? Какова была необходимость в столь жестоком и суровом мучении? К чему эта убежденность, что порядок гибельного разрушения сочетается с божественными вещами? Чтобы природа звезд, которую высочайший бог создал по определенным законам, соединялась со скорбями смертного разрушения? Чему выгодно то, что вы делаете? Вы смешиваете земное с небесным, гибельное с вышним, темное со светлым, освящая страдания и скорби человеческие божескими почестями.