Сомневаться – значит не верить в себя.

Халани облизнула потрескавшиеся, обожженные солнцем губы. Она допила остатки теплой воды еще несколько часов назад, и теперь ее фляга была такой же пустой, как пустыня, по которой они брели.

Миражи растекающейся по асфальту воды терзали разум Халани. Она бездумно волочила ноги по дороге, каждый следующий шаг давался ей тяжелее, чем предыдущий.

Брок ускорился, убеждая всех в том, что неподалеку в Зоне Смерти находится колодец с водой, и призывая двигаться быстрее.

Халани изо всех сил старалась не отставать, но мысль просто лечь на асфальт казалась все более заманчивой. Разве это плохо?..

– Давай, Халани, – подбодрил Дерек, положив ладонь ей на спину и удерживая в вертикальном положении. – Осталось чуть-чуть.

Она несколько раз моргнула, чтобы прояснить затуманенное зрение.

Никто не говорил ни слова. Игривая атмосфера куда-то исчезла.

Тишину нарушали лишь их затрудненное дыхание и стук ботинок по твердой земле.

Халани взглянула направо. Такеши крепко держал Винни за талию, переняв большую часть ее веса на себя. Ее лицо было неестественно бледным, а ноги волочились так, словно к лодыжкам был привязан тяжелый мяч.

Внезапно Халани поняла, что больше не потеет, хотя солнце припекает затылок. Ее охватило жуткое предчувствие.

– Вот там, – сказал Брок, нарушая напряженное молчание, и указал куда-то вперед.

У Халани чуть не подогнулись колени, и она уставилась на горизонт в поисках прекрасного колодца – их единственной надежды на выживание в Зоне Смерти. Вот только она не увидела ничего, кроме пустынной дороги, коричневых зазубренных утесов и бесконечных песчаных просторов вокруг.

– Брок, где колодец? – спросила Халани осипшим голосом.

Он проигнорировал ее вопрос и бросился к тонкой зеленой палке, торчащей из песка. Упал на колени и внимательно осмотрел землю, что-то бормоча себе под нос.

– Если ты планируешь заставить нас еще и песок есть, я тебя точно убью, – процедила Серин, уперев руки в колени и пытаясь отдышаться.

– Заткнись, – прорычал Брок, лихорадочно копаясь в песке.

Халани покачнулась, ее веки уже начали смыкаться, но тут Брок прокричал:

– Нашел!

Он раскопал в песке какой-то бежевый люк. На нем был незаметно выгравирован ряд цифр, и Брок, не раздумывая, ввел десятизначный код.

С приятным щелчком крышка люка открылась. Пря-мо под ней виднелась непроглядная пропасть и натянутая длинная веревка, уходящая в черные глубины.

Халани опасливо шагнула вперед, когда Брок, стиснув зубы, потянул за веревку; его предплечья напряглись от усилий. Ноги Халани дрожали, грозясь вот-вот подкоситься, но уже в следующее мгновение Брок вытащил из ямы огромное ведро воды. Все разом бросились к нему, словно дикие звери, измученные жаждой.

– Пейте медленно, не торопитесь, – инструктировал Брок, наполняя каждую флягу по очереди. Он снова и снова опускал ведро в колодец и постоянно подливал воду.

Вода оказалась теплой, но Халани было все равно.

Та могла кишеть насекомыми, и она выпила бы ее без колебаний.

Ничего вкуснее Халани никогда не пробовала. Посматривая между глотками на глубокую яму, она испытывала опасное искушение нырнуть в нее и смыть все свои проблемы.

– Кто это построил? Откуда берется вода? – спросил Адан, плеснув драгоценной жидкостью себе в лицо.

– Когда Аполлон и Гермес только строились, в Зоне Смерти соорудили эти колодцы для обмена припасами. Всего их около семи. Насосы находятся глубоко под землей и соединяются с большой рекой вблизи Гермеса. Колод или Колорда… не помню ее точного названия. – Брок пожал плечами и сделал большой глоток.

– И никто не обеспокоился тем, что вода может быть заражена? – Дерек нахмурился, настороженно глядя на свою флягу.

– Конечно, обеспокоились. – Брок вытер губы. – Но противорадиационные костюмы Смертников были снабжены специальными фильтрами для воды.

Халани почувствовала, как резко изменилась атмосфера.

Ни на ком из них не было защитных костюмов.

Если вода в самом деле заражена, все они только что выпили свой смертный приговор.

Но Брок поджал губы и демонстративно сделал еще один глоток.

– Раз уж мы еще живы и признаков лучевой болезни нет, я рискну выпить эту воду.

Никто не стал спорить.

Только когда Халани начало тошнить из-за быстрого питья, она отставила фляжку и легла на песок. Сердцебиение постепенно успокоилось, мышцы расслабились, а силы медленно возвращались к ней.

Она прикрыла лицо ладонью и зажмурилась. Спустя мгновение слегка сдвинула предплечье, осмелившись наконец взглянуть на солнце… и тут же ослепла от яркого света.

Однако боль не мешала ей пробовать снова и снова.

Она всю свою жизнь прожила, не видя солнца, но теперь, когда находилась прямо под ним, все равно не могла взглянуть на него. И это… бесило.

Только когда перед глазами заплясали белые пятна и она не на шутку испугалась, что ослепнет, Халани наконец сдалась.

– Ладно, – спустя полчаса сказал Брок. – У нас теперь много воды, и все успели отдохнуть. Идем дальше.

* * *

Вспотевшая рука Халани дрожала от усилий, пока она старательно придерживала слабую спину Винни. Они шли вперед, преодолевая километр за километром, минуя разбитые машины, обрушенные здания и сорванные вывески.

Халани пыталась представить, как выглядела эта апокалиптическая дорога до Великого Коллапса.

Винни рассказывала ей истории о металлических зданиях, которые тянулись до самых облаков. Люди находились в постоянном движении, пытаясь не отставать, потому что перемены происходили каждый день. Стоило остановиться лишь на мгновение, чтобы перевести дух, как мир проплывал мимо.

В один момент перед тобой многообещающее будущее, а в следующий – все рассыпается, словно забытый песок сквозь пальцы.

А что, если их путешествие повторит трагическую судьбу предков?

– Ты в порядке, дорогая? – спросила Винни, одарив Халани теплым взглядом.

– Да, – рассеянно ответила та, глядя на оставленные Броком следы.

– Ты уверена?

– Я в порядке.

От резкого тона Халани Винни нахмурилась и склонила голову набок.

– Ты же знаешь, что можешь сказать Винни правду, да?

Халани глубоко вздохнула. Ее охватило чувство вины за то, что так грубо ответила человеку, которого любила больше всего на свете.

– Прости, Винни. Я просто переживаю. Что, если мы доберемся до Гермеса, а парень из рации нас не встретит? Что, если мы застрянем на поверхности? Что, если наш побег был ошибкой? – Слова лились из нее потоком, а пульс учащался с каждой пугающей возможностью, которая возникала в голове.

Успех никогда не был гарантирован. По правде говоря, поражение с каждым днем казалось все более вероятным. Но на этот раз на кону стояла не только ее собственная жизнь. Халани удалось убедить шестерых человек сбежать из Аполлона вместе с ней.

И если что-то пойдет не так, в их смертях будет виновата лишь она.

– Наш побег не был ошибкой. Благодаря тебе мы узнали правду о поверхности Земли. Разве она не восхитительна? – Винни огляделась вокруг, широко раскрыв глаза, как если бы по песчаной пустыне пронесся калейдоскоп ярких, искрящихся красок.

Халани подняла взгляд. В воздухе парили песчинки, а вдали виднелось несколько разрушенных зданий, полностью покинутых и отданных на растерзание пустоши.

– Я бы так не сказала, – уклонилась от ответа Халани.

– Разве ты не слышишь, как шелестит трава?

– Какая трава, Винни?

Винни подняла дрожащий палец и указала куда-то вперед.

– Вот там, Халани. Разве ты не слышишь тихий шелест травы на ветру? Разве не видишь дубы и ели, окружающие нас?

Халани нахмурилась, оглядывая груды развалин вокруг.

– Я ничего не вижу, Винни.

– А ты присмотрись внимательнее, Халани. Представь это, как советовала Винни в Брадерхельме. Помнишь? Просто представь.

Халани приоткрыла рот. По ночам в тюрьме она часто смотрела на потолок своей камеры, снова и снова прокручивая истории о поверхности, которые прочла в старых книгах Винни. Она представляла, как растения разрастаются по камням, как лучи солнца и луны пробиваются сквозь мелкие трещины, а океанские волны разбиваются о скалы.

Она никогда прежде не видела ничего столь поразительного. Но разум простирался все дальше и воплощал образы, словно воспоминания тех, кто жил задолго до нее, сохранились в ее крови.

Но после того как она обнаружила, что Губернатор не более чем машина, те образы поблекли.

Как будто раскрывшаяся правда стерла все в ее сознании и не оставила ничего, кроме разрушительной ненависти. Она кипела под кожей, а опасные вопросы поглощали Халани.

Неужели Губернатор так часто говорил с ней в Аполлоне, потому что нашел в ней свое отражение?

Неужели она настолько похожа на него?

Такая же… бесчеловечная?

– Я больше ничего не вижу, Винни. Каждую ночь пытаюсь что-то увидеть, но вижу лишь черноту. – Подбородок Халани задрожал. – Вдруг со мной что-то не так?

– С тобой все в порядке.

Халани покачала головой, чувствуя, как к горлу подступает ком.

– В Аполлоне Губернатор постоянно стремился быть рядом со мной. Смотрел на меня так, словно узнавал что-то похожее. – Халани замолчала, и мысли, которые она с трудом пыталась сдержать, обрушились на нее с удвоенной силой. – Что, если я такая же, как он?

Винни резко остановилась, и Халани поспешила продолжить, пока не растеряла всю смелость:

– Я каждую ночь режу себе руку. Вижу кровь – такого же красного цвета, как у всех. Но совсем ничего не чувствую. Никакой боли. Только странную отстраненность. Как будто я физически нахожусь здесь, но на самом деле нет, – произнесла она и замолчала, чувствуя, как глаза наполняются влагой.

– Остановись. Посмотри на Винни. – Винни поймала ее взгляд, и Халани утонула в теплых карих глазах, напоминающих цвет земли. – Ты – это не твои страхи. Понимаешь?

Одинокая слезинка скатилась по щеке Халани.

– Халани, послушай. – Винни приложила холодную ладонь к ее лицу. – Даже те, кто чувствует больше всех, порой ощущают пустоту внутри. Хочешь знать, каково быть живой? Это не значит быть идеальной. Это не значит, что у тебя всегда все должно быть хорошо. Быть живой – значит знать, что такое страхи. Чувствовать, что ты недостаточно хороша. И каждый день пытаться стать лучше. Твои слезы отражают, насколько ты прекрасна в своем несовершенстве. Что может быть человечнее этого?

Слезы Халани просачивались сквозь пальцы Винни, словно капли надежды в безжизненной пустыне.

– Пожалуйста, никогда не покидай меня, – прошептала Халани.

– Винни здесь. – Она коснулась ее груди. – До конца жизни.

Халани крепко обняла Винни и представила, что они снова в библиотеке Брадерхельма, в окружении историй, от которых ее сердце грозилось выпрыгнуть из груди. Тревоги все утихли, а мысли впервые за несколько недель успокоились.

Внезапно тонкие руки обвили их обоих, и раздался приглушенный голос Серин:

– Я тоже хочу обнимашки.

Халани слегка рассмеялась, когда Дерек присоединился к ним, сдавливая всех троих в крепких объятиях.

– Понятия не имею, что тут происходит. Но я пришел оказать моральную поддержку.

– Что вы там делаете? – Адан остановился, оглядывая их так, словно они все окончательно спятили.

– Хватит вопросов, – отрезала Серин. – Иди уже к нам.

Халани не хотела думать о том, как они выглядели, обнимая друг друга посреди апокалиптической дороги.

Ей было все равно.

Раньше она считала, что друзья – это люди, с которыми тебе комфортно. Но теперь верила, что друзья – это те, кто заглушают все сомнения.

– Что происходит? Какого черта вы облепили друг друга, как кучка плюшевых игрушек? – закричал Брок.

– Сказал тот, у кого никогда не было плюшевых игрушек, – отозвалась Серин.

– Сейчас не время и не место. Перестаньте тискаться и пошевеливайтесь.

– Нам нужен перерыв, – сказала Винни с такой решительностью в голосе, которая ей была совсем не свойственна. Когда они выпустили друг друга из объятий, она потрепала Халани по щеке и улыбнулась, словно давая понять, что все будет хорошо. И даже лучше.

– Никакого перерыва, – прорычал Брок. – Мы продолжаем идти.

– Нет, мы делаем перерыв, – осмелилась возразить Винни.

Брок уже открыл рот, чтобы поспорить, но над пустыней пронесся более властный голос.

– Ты слышал их, Смертник. Им нужно отдохнуть, – скомандовал Такеши.

Брок впился взглядом в непоколебимого Капитана, и его глаз дернулся. В конце концов он махнул рукой и зашагал прочь, ворча себе под нос что-то про упрямых женщин.

Шмыгнув носом, Халани глубоко вздохнула и поставила тяжелый рюкзак на засыпанный песком тротуар рядом с остальными. Завела руки за спину и вскинула голову, подставляя лицо солнечным лучам.

Она закрыла глаза, наслаждаясь дуновением ветерка, которого никогда по-настоящему не чувствовала под землей.

Халани ощутила родство с ним. Ей тоже хотелось быть везде и сразу.

Невидимой. Но значимой.

Чей-то тяжелый взгляд скользнул по ее коже, и по рукам побежали мурашки. Ей даже не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть, кто изучает трещины в ее выстроенной броне. Она быстро вытерла нос, пытаясь скрыть следы слез.

– Если плохо себя чувствуешь, то тебе лучше сесть.

Такеши молча приблизился, заслонив своей крупной фигурой послеполуденное солнце и отбросив на нее плотную тень.

Халани отступила, стараясь держаться от него как можно дальше.

– Я в порядке.

– Почему тогда плачешь?

– Песок в глаза попал.

– Все еще любишь врать, а?

Халани фыркнула, опалив его злобным взглядом.

Резкие слова, сказанные Такеши несколько дней назад, вновь всплыли у нее в сознании, и она смутилась, почувствовав раздражение, которое подпитывало огонь ее и без того переменчивого настроения.

– Тебе заняться больше нечем, кроме как преследовать меня?

Такеши оглядел пустую дорогу.

– Типа того.

– Видишь вон тот холм? На него наверняка давно никто не смотрел.

– Ты все еще злишься, – заметил он, склонив голову набок.

– Вау. Какая наблюдательность.

– Если отказываешься отдыхать, почему бы тогда не сделать что-нибудь со своим гневом?

– Если это заставит тебя исчезнуть, то я вся внимание.

Халани повернулась к нему лицом и скрестила руки на груди, копируя его позу.

– Сразись со мной, и я ни слова тебе не скажу до самого Гермеса.

Его глубокий голос разнесся вместе с ветром, и по спине Халани пробежал холодок. Она сглотнула, чувствуя себя так, будто угодила в тщательно расставленную ловушку.

– Зачем? В нашем последнем разговоре ты согласился, что между нами все кончено.

– Это было до того, как ты меня ударила.

– Ты заслужил!

– И меткость у тебя ужасная, – добавил Такеши, пропустив ее слова мимо ушей. – Сила есть, но техника весьма посредственная. Ты забыла все, чему я тебя учил.

Халани стиснула зубы.

– Я знаю, что ты делаешь.

– Правда? – Он склонил голову набок.

– Ты провоцируешь меня на драку, потому что по какой-то нездоровой причине тебе нравится наблюдать за моими страданиями. Срочные новости. На этот раз у тебя ничего не выйдет.

Халани выпрямилась и подняла подбородок так, что их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Такеши скользнул взглядом по ее лицу, внимательно изучая каждую мелькающую эмоцию.

В его глазах отразилось разочарование.

– Интересно. Никогда не думал, что ты из тех, кто пасует перед вызовом.

Такеши резко повернулся и двинулся прочь, оставляя ее позади, словно запоздалую мысль о чем-то несущественном. Халани вдруг почувствовала, как огонь охватил пальцы ног, поднялся к лодыжкам и пронесся по ногам, согрел живот и проник в самое сердце.

– Раз уж ты заговорил об этом. – Она догнала Такеши, и он остановился, оборачиваясь через плечо. – Ударить тебя еще раз кажется прекрасной идеей.

Верхняя губа Такеши дернулась, а в глазах промелькнула неясная эмоция. Но затем его лицо вновь приняло безучастное выражение, и он быстрым шагом двинулся вперед. Халани молча последовала за ним.

Она нахмурилась, когда Такеши остановился в полуметре от остальных.

Винни, Серин, Дерек и Адан сидели на мягком песке у обочины пустынного шоссе. Брок же расположился на капоте ближайшей черной машины, одну ногу поджав под себя, а другую вытянув вперед, и проверял патроны в пистолете.

– Готова, Кейнс? – спросил Такеши. – Ты какая-то рассеянная.

– Мы будем драться здесь? На глазах у всех? – Пульс Халани участился, когда она почувствовала, что все взгляды устремлены на них.

– Если не можешь тренироваться перед публикой, то как собираешься сражаться в реальном мире?

Халани хотелось закричать, столкнувшись с ним лицом к лицу, но, возможно, это все к лучшему. У нее была уйма нерастраченной энергии, и, честно говоря, лучшей груши для битья не существовало.

– Вы что, собираетесь заняться яростным сексом или что-то в этом роде? – скучающим голосом спросила Серин.

– НЕТ! – выкрикнула Халани слишком громко. – Я скорее насажусь на палку с шипами.

Слева от нее раздался взрыв хриплого смеха.

– Сдаешь позиции, Капитан. Еще немного, и кто-нибудь порасторопнее тебя обгонит, – вмешался Брок.

Халани бросила на него сердитый взгляд. Броку она не нравилась. Ему просто доставляло удовольствие подначивать Такеши. Словно хотел проверить, сколько времени потребуется, чтобы эта бомба замедленного действия взорвалась.

Такеши в ответ усмехнулся, и в этом звуке сквозила порочность.

– Если ты настолько уверен в себе, Смертник, можешь сразиться со мной. Но не жди от меня сочувствия, когда я оставлю тебя без парочки конечностей.

Глаза Халани расширились от ужаса, когда Брок схватил пистолет и тут же спрыгнул с машины. Такеши выпрямился и спокойно достал из кармана нож.

– Воу, воу. – Халани встала между ними, вытянув ладони. – В мое дежурство конечности у всех останутся на месте.

– Расслабься, Халани, – ухмыльнулся Брок. – Твоя очередь подойдет позже. К тому же я не стану его убивать. Так, просто поупражняемся для здоровья, верно?

– Разве твоя рука не повреждена? Ты был ранен, – недоверчиво сказала Халани.

– Бывало и хуже. – Брок снял перевязь и отбросил ее на землю. – Он все равно мог бы воспользоваться этим преимуществом.

Тело Такеши было напряжено до предела, словно он давно ждал этого момента. Когда он облизнул губы, Халани побледнела, искренне беспокоясь за жизнь их единственного проводника на поверхности.

И ее страх только усилился, когда Брок заявил:

– Никакого оружия. – И протянул пистолет Халани. – Для безопасности. – Он подмигнул ей.

Через долю секунды острое лезвие Такеши пронеслось в сантиметре от уха Брока и вонзилось в спущенную автомобильную шину позади них.

– По-моему, отличная идея.

Такеши кинул черную куртку на песок и закатал рукава, обнажая выступающие вены на предплечьях.

О боже.

Серин схватила Халани за локоть, оттаскивая ее назад на несколько шагов.

– Садись. Мы ни за что не пропустим это зрелище.

– На кого ставишь? – спросил Дерек.

– Думаю, на Брока, – с энтузиазмом ответил Адан.

– Ну не знаю. Он крупный, конечно, но Стил обладает инстинктом убийцы.

Точнее и не скажешь.

– Какие правила? – Такеши выпрямился, оценивая противника.

Брок покрутил головой, разминая шею.

– Будем драться до тех пор, пока один из нас не вырубится. Само собой разумеется, мне нельзя тебя убивать, хотя я бы с удовольствием это сделал.

– Какая жалость, – прошептал Такеши, напоминая в этот момент оживший кошмар. – Я-то надеялся, мы сыграем жестче.

Брок ухмыльнулся, отступил на несколько шагов и поднял кулаки к лицу.

– Готов?

Такеши кивнул, сохраняя невозмутимое спокойствие.

Невысокий и коренастый Брок был полной противоположностью Такеши – высокого, с атлетичным телом, отточенным за годы интенсивных тренировок.

Все замерли в ожидании первого удара.

Брок рванул вперед, двигаясь быстрее летящей пули, и замахнулся правым кулаком.

Такеши отклонился, но Брок сделал ложный выпад и нанес удар прямо ему по ребрам. Такеши отбил его руку и врезал Смертнику в челюсть.

От раздавшегося звука все невольно поморщились.

Брок быстро пришел в себя и пнул Такеши в колено. Тот пошатнулся, но тут же впечатал локоть Броку под подбородок. Его голова дернулась назад, и Такеши зарядил мощный удар ему в грудь.

Халани осознала, насколько сильно он сдерживался во время их тренировок. По сравнению с этой дракой Такеши обращался с ней так, словно она была сделана из стекла.

Восстановив равновесие, Смертник перехватил локоть Такеши и швырнул его через плечо. Но тот успел вцепиться Броку в шею, потянув на землю за собой.

Они сошлись в яростной схватке, пока Брок не оказался сверху и не нанес точный удар по скуле Такеши. Халани напряглась всем телом, но Такеши лишь улыбнулся и всадил кулак Броку в горло. Тот резко выдохнул, и Такеши, воспользовавшись заминкой противника, с силой подмял его под себя и нанес ответный удар.

Брок каким-то образом сумел отразить атаку и врезал в лоб Такеши своим.

Такеши заскрежетал зубами и поднырнул под Брока, зажимая того в удушающем захвате.

– Остановитесь! – внезапно выкрикнул Дерек.

Такеши без колебаний отпустил Брока, и все в замешательстве уставились на Дерека.

– Что это, черт возьми, такое? – Дерек указал направо.

Они одновременно обернулись.

Издалека на них надвигалась громадная стена песка. Ей не было видно конца, и она простиралась до самого неба.

Все дружно ахнули, когда усилившийся ветер хлестнул песком по щекам.

Буря подступала все ближе, несясь к ним с такой скоростью, которая казалась невозможной.

Брок вскочил на ноги, и впервые за все время в его глазах отразился настоящий страх.

– Бежим!