Когда мы умрем, можно ли будет начать все сначала?

Такеши пронзил Разиэля яростным взглядом, напрягшись всем телом.

Халани вырвалась из его объятий и с недоверием уставилась на Такеши. Ритм музыки изменился, и она вдруг почувствовала, как стены начали смыкаться вокруг нее.

Халани открыла рот, но не произнесла ни слова.

Он прикасался к ней и целовал не из-за того, что искренне хотел ее. Такеши сделал это только ради выполнения миссии. Чтобы Дилеры поверили, что они действительно женаты и влюблены.

Такеши повернулся к ней, а когда увидел в ее глазах только чистую душевную боль от предательства, морщинка у него на лбу стала глубже.

Он шагнул к ней.

Она отступила назад.

– Халани, это не…

– Мистер и миссис Дэвенхью, вам нужно пройти с нами. – Низкий голос прорвался сквозь напряженную тишину, и несколько Дилеров в облегающей черной экипировке плотным кольцом окружили их, отрезая все пути к отступлению.

Халани встретилась взглядом с Сайласом, Дилером, с которым они познакомились в казино, однако его лицо было холодным и бесстрастным, словно они никогда раньше не виделись. Он крепко схватил ее за руку, в то время как двое других охранников удерживали Такеши, полагая, что он представляет большую угрозу.

Разиэля и след простыл. Вероятно, он где-то радостно потирал руки, довольный тем, что его план увенчался потрясающим успехом.

– Что вы делаете? – прорычал Такеши. Он злобно уставился на руку Дилера, сжимающую Халани, словно был в шаге от того, чтобы оторвать ее.

Ну просто феноменально талантливый актер.

– Пошли, – рявкнул Сайлас, проигнорировав Такеши, и подтолкнул Халани вперед. Она споткнулась на каблуках, но он потащил ее по полу.

Едва мужчины и женщины в клубе узнали Дилеров, как все бросились врассыпную.

Сайлас подвел ее к неприметному черному ходу. Когда вытолкнул Халани наружу, ей в нос ударил запах гниющего мусора и холодного металла, а каблуки заскользили по мокрому асфальту в переулке.

Сайлас схватил ее за локоть и впечатал спиной в кирпичную кладку.

Халани хмыкнула, когда Такеши приперли к твердой стене рядом с ней. Его мышцы были напряжены, а на лице застыла маска сдерживаемой ярости. Такеши повернул к ней голову, но она отказывалась смотреть на него.

Он только и делал, что выставлял ее дурой. И Халани надоело быть пешкой в его больных играх.

В некотором смысле поступок Такеши был полезным. Дилеры не стали сомневаться в их легенде, и Халани могла сосредоточиться исключительно на задании.

А как только неделя закончится, она навсегда разорвет все связи с Такеши Стилом.

– Они у нас, – сказал Сайлас в маленькую рацию. – Пригоняйте вагонетку.

Халани нахмурилась, глядя, как один из Дилеров приближается к ней и достает что-то из заднего кармана. Не успела она среагировать, как он воткнул ей в шею длинную иглу.

– Ай! – Она дернулась, прижав дрожащую руку к шее. – Что… за…

Она часто заморгала, но Дилеров, казалось, стало вдвое больше.

Халани повернулась к Такеши, который резко наклонился вперед, когда другой охранник вытащил шприц из его шеи. Ее пульс замедлился, и она привалилась к стене. Каблуки словно увязли в бетоне, увлекая ее вниз.

Все глубже.

И глубже.

И глубже.

Ей показалось, что Такеши тянет к ней руку, но в следующее мгновение все кругом поглотила тьма.

* * *

– Эй…

…

…

…

– Эй!

Кто-то пнул ее по ноге, и Халани резко очнулась, жадно хватая ртом воздух. Она огляделась, ослепленная ярким белым светом, падающим на нее сверху.

Над ней стояла размытая фигура, похожая на оживший призрак.

Халани протерла глаза и прищурилась, полагая, что застряла в ночном кошмаре. Но зрение постепенно начало проясняться, и она разглядела бледную девушку в белых штанах и белой рубахе с длинными рукавами и черными пуговицами посередине.

У нее были растрепанные светлые волосы до талии и острые черты лица, искаженные раздражением. Она выглядела на несколько лет старше Халани, а на запястьях у нее виднелись странные металлические браслеты.

– Вставайте, – приказала девушка, направляясь к открытой двери. Затем оглянулась и добавила: – Если через две минуты не выйдете, вас шандарахнут током. – Она указала на запястья Халани и вышла.

Широко раскрыв глаза, Халани посмотрела вниз и увидела на своих запястьях точно такие же металлические браслеты. Она провела ладонями по ногам – на ней была такая же белая форма, как и на той девушке.

Ее взгляд лихорадочно забегал по сторонам.

Она находилась в светлой комнате размером с большой чулан. Ее окружали белые стены и одна приоткрытая полупрозрачная дверь.

Тридцать два.

Кроваво-красный номер был написан над дверью.

Помещение напомнило ей лабораторию, но было гораздо белее, холоднее и пропитано отчаянием.

Халани обернулась, когда мимо ее камеры начали проходить люди в похожей униформе, едва удостаивая ее взглядом. Их спины были сгорблены, а глаза измучены.

Слева от нее раздался низкий стон, и она обернулась.

Такеши был в камере вместе с ней.

Он лежал на спине. Белая рубаха плотно облегала его крупную фигуру, а запястья сковывали металлические браслеты. Его глаза были плотно закрыты – он все еще не пришел в сознание после того, что охранники вкололи им в шеи.

У Халани возникло мимолетное искушение оставить Такеши корчиться на полу от удара током, которого он, несомненно, заслуживал. Но она была достаточно умна, чтобы понимать: пока Капитан жив, у нее больше шансов сбежать.

Руки и ноги словно налились свинцом, а каждое движение давалось ей сложнее предыдущего, пока она ползла к нему.

– Просыпайся. – Она толкнула его в руку.

Тишина.

– Такеши. – Она сильнее потрясла. – Проснись же!

Никакого движения. Даже веки не дрогнули.

Халани перестала дышать, не в силах проглотить ком в горле. Но затем увидела, как грудь Такеши медленно поднимается и опускается, и с облегчением выдохнула.

И все же инстинктивная волна беспокойства лишь сильнее разожгла огонь у нее в животе.

Она встала на колени, склоняясь над его бесчувственным телом. Впервые за долгое время Халани видела его без привычной ледяной хмурой гримасы. Смертельно прекрасное лицо Такеши наконец-то стало безмятежным…

ХЛОП.

Она ударила его ладонью по щеке с гораздо большей силой, чем было необходимо, и черные глаза Такеши в шоке распахнулись.

В следующее мгновение Халани уже лежала на спине, а Такеши сидел сверху, сжимая ее горло мощной рукой.

Когда он начал душить ее, Халани охватила паника. Она уставилась в его зловещие глаза, безмолвно умоляя отпустить и не в силах сделать ни единого вдоха.

Наконец выражение лица Такеши изменилось, а его глаза наполнились ужасом, стоило ему все осознать. Он, побледнев, быстро слез с нее.

Халани откашлялась и села, тяжело дыша.

– Кейнс. – Он сглотнул, искренне потрясенный. – Мне так жаль. Я принял тебя за кого-то другого.

Он потянулся к ней, но она оттолкнула его руку.

– Все в порядке. Переживу. К сожалению, – пробормотала она, отряхиваясь дрожащими руками.

Однако гнев не утихал и вспыхивал каждый раз, когда она встречалась с ним взглядом. Халани встала на ноги, не желая оставаться рядом с ним ни секундой дольше.

– Нам нужно выйти. Похоже, нас ударят током, если мы этого не сделаем.

Халани указала на его запястья, но Такеши едва взглянул на них. Его лицо скривилось, словно его не заботило ничего вокруг.

– Ты в порядке? – Его голос был низким и хриплым.

– Я же сказала. Все хорошо.

Халани развернулась, загоняя душевную боль в самые потаенные уголки сердца, и прошла через открытую дверь камеры, даже не оглядываясь.

Перед ней протянулся светлый стерильный коридор. Халани последовала за несколькими фигурами, которые торопливо направлялись к металлической двери в конце прохода, и по тяжелым шагам позади поняла, что Такеши идет за ней по пятам.

Покинув корпус, она оказалась в огромной гулкой пещере, а под ногами захрустел гравий. Размеры пещеры просто поражали – по сравнению с ней «яма» в Брадерхельме выглядела жалкой дырой. Одноэтажные постройки, выстроившиеся ровными рядами, выглядели совсем крошечными на фоне обступивших их сводов.

В дальнем конце пещеры стояло неприметное черное здание. В нем не было окон. Никто не входил и не выходил из него. Но в этом строении было что-то такое, отчего у Халани по спине пробежал холодок, и она поскорее отвела взгляд.

Несколько сотен заключенных выстроились в десять ровных рядов по центру пещеры. В глазах одних все еще горел вызов, в то время как другие безучастно смотрели в землю, словно надежда давным-давно покинула их.

– Извините? – Халани подошла к молодому человеку с сальными каштановыми волосами. – Почему все стоят здесь?

Он едва взглянул на нее, пренебрежительно хмыкнув.

Ну ладно.

Внезапно кто-то схватил ее за руку и резко дернул вперед. Халани широко раскрыла рот, когда девушка, ранее заходившая к ней в камеру, потащила ее к месту в конце шеренги.

– Вставай здесь, – скомандовала таинственная девушка, а затем повернулась к Такеши. – Ты тоже.

Такеши сощурился, не привыкший подчиняться приказам, но все же неохотно встал позади Халани. Он недоверчиво наблюдал за всеми.

– Что будет дальше? – спросила Халани у девушки, но, обернувшись, обнаружила, что та уже исчезла на другом конце очереди.

Халани глубоко вздохнула и переступила с ноги на ногу, чувствуя, как по телу пробегает нервное покалывание.

Через несколько минут Дилеры начали осматривать заключенных. Они били дубинками всех, кто стоял недостаточно прямо или слегка сместился в сторону. Один из Дилеров посмотрел на нее таким пристальным взглядом, что у Халани внутри все сжалось, но он лишь хитро ухмыльнулся и перешел к остальным.

Внезапно по пещере разнесся оглушительный сигнал тревоги. Дилер со звездами на лацканах коричневой униформы скомандовал:

– На колени перед доктором Штраусом!

Все вокруг тут же попадали на землю, словно от удара грома. Халани в замешательстве огляделась, но быстро последовала их примеру и поморщилась, когда гравий впился в ее колени.

Перед заключенными появился мужчина.

Он был невысокого роста, с бледным лицом и седыми волосами, похожими на клочья облаков на голове. Одетый в белый медицинский халат, он медленно шел вдоль ряда заключенных в сопровождении двух Дилеров.

На его лице отражалась тревожная отрешенность, пока он переводил взгляд с одного стоящего на коленях заключенного на другого, крепко сжимая планшет у бедра.

В воздухе висело удушающее напряжение. Халани даже уловила свежий запах мочи, исходящий от девушки слева. Все замерли и едва дышали, как будто малейшее движение могло привлечь внимание доктора Штрауса.

Кто этот человек, внушающий такой ужас?

Доктор Штраус продолжил шагать вдоль шеренги с тревожным, маниакальным блеском в глазах. Внезапно его размеренные шаги замерли в нескольких сантиметрах от Халани, и она уставилась в пол, боясь сделать вдох.

– Он, – холодным голосом произнес доктор Штраус и указал на мужчину, стоявшего на коленях впереди.

– Нет! Вы не можете забрать меня!

Тощий мужчина перед Халани вскочил на ноги, но тут же рухнул обратно на колени, безудержно сотрясаясь всем телом и сжимая металлические браслеты на запястьях. Несмотря на попытки Дилеров усмирить его, он извивался и боролся из последних сил, что еще оставались в нем.

– Я не пойду в это здание! – кричал он во все горло.

Один из охранников треснул его дубинкой по лицу. Заключенный без сознания рухнул на землю.

Доктор Штраус прищурил глаза, пылающие яростью. Он вплотную подошел к охраннику с дубинкой и ударил того по лицу; звук эхом прокатился по пещере.

– Я говорил вам не трогать их головы, идиот. Сделаешь это еще раз – займешь его место, – предупредил он, и Дилер стал бледным словно бумага.

– Да, доктор Штраус.

Охранник покорно склонил голову, его левая рука дрожала у бедра.

– Берите его, – приказал доктор, и двое Дилеров подхватили безжизненное тело мужчины под мышки и потащили прочь.

Все заключенные оставались на местах и хранили молчание. Доктор Штраус сжал кулаки, глядя на пустое место, образовавшееся перед ним.

Затем его взгляд скользнул к Халани.

Она инстинктивно напряглась, а ее сердце гулко застучало в груди. Таинственный доктор не сводил с нее глаз, и она затаила дыхание, безмолвно молясь стать невидимой. Не сказав больше ни слова, доктор Штраус повернулся и направился к простому черному зданию.

– Встать! – крикнул Дилер с золотыми звездами на форме.

Заключенные поспешно поднялись на ноги, и послышались общие вздохи облегчения. Молодой человек справа от нее часто моргал, а по его щекам текли слезы, пока он смотрел на пустое место, где только что стоял заключенный.

Как будто знал, что больше никогда его не увидит.

Сначала Халани думала, что этот лагерь предназначен для сторонников сопротивления, но теперь не могла отделаться от ощущения, что здесь замешано нечто более зловещее.

– Направляйтесь в туннели!

Заключенные направились влево от пещеры, окруженные дюжиной Дилеров. Халани поймала взгляд Такеши. У него на лица застыла безжалостная решимость, но тело оставалось напряженным, словно он только сейчас осознал, в какой серьезной опасности они на самом деле находятся.

– Пойдем.

Он подтолкнул ее вперед.

– Как думаешь, что там внутри? – прошептала Халани, глядя на черное здание.

– Даже не собираюсь это выяснять. – В голосе Такеши зазвучали жесткие нотки. – Нам нужно сосредоточиться на том, чтобы найти Джека и убраться отсюда к чертовой матери.

Они последовали за толпой заключенных в большой туннель, по каменистой земле которого тянулись рудничные рельсы.

Своды потолка терялись на высоте трех метров, едва различимые в свете редких желтых фонарей, развешанных тут и там. Когда они проходили мимо большого металлического контейнера, заключенные полезли внутрь и достали кирки.

Халани поджала губы, но тоже взяла одну, заметив, как охранники крепче сжали оружие.

– За работу!

С общим стоном заключенные выстроились в шеренгу и начали стучать кирками по оранжевой каменной стене.

Нет.

Должно быть, она жила в какой-то дурацкой космической игре.

Бог ненавидел ее. Никак иначе.

Она едва сбежала из Брадерхельма, только чтобы оказаться в другой подземной тюрьме и заниматься каторжным трудом в туннелях.

Почему они не доверили ей такие задачи, как мытье посуды?

И что самое страшное, заключенные, казалось, предпочитали изнурительную работу в шахте тем ужасам, которые ожидали их в черном здании.

Поскольку она двигалась недостаточно быстро, один из охранников подошел ближе и нажал красную кнопку на портативном устройстве.

Острая, пронзительная боль пронзила ее запястья, и Халани рухнула на колени, содрогаясь в бесконтрольной дрожи. Мышцы ее шеи напряглись, а зубы сжались, сдерживая рвущийся из горла крик.

– Когда мы говорим «за работу», ты выполняешь наши приказы быстрее. Уяснила? – Лицо охранника побагровело, а изо рта летели брызги слюны.

Такеши что-то крикнул, бросаясь вперед, но охранник и его ударил током. Такеши сгорбился, у него на лбу выступили капельки пота, а мышцы задрожали. Остальные заключенные продолжали колотить по стенам, не обращая на них никакого внимания.

Когда электрические импульсы наконец утихли, Халани судорожно вздохнула. Ее конечности все еще подрагивали, а на языке ощущался металлический привкус.

– Начинайте работать, иначе в следующий раз увеличу напряжение втрое, – пригрозил охранник, с презрением глядя на Халани и Такеши.

Она оперлась на каменный пол, чтобы подняться на ноги, но проигнорировала протянутую руку Такеши.

Халани справится и без него. Обязательно справится.

Ей всего лишь нужно продержаться одну неделю.