Неверные решения закаляют характер.

Той ночью Халани почти не спала. В ее давнишних кошмарах Губернатор сжимал ее шею изо всех сил, садистски ухмыляясь.

Но затем его лицо начало меняться, и спустя мгновение уже Такеши душил ее. Прекрасные черные глаза пылали торжеством, пока жизнь медленно покидала ее.

– Ты сделала неверный выбор, – прошептал он.

Халани резко проснулась, хватая ртом воздух и дрожа всем телом. Она потерла глаза и попыталась успокоить прерывистое дыхание. Затем выскользнула из комнаты, одетая в одну лишь синюю толстовку и футболку, которые нашла в комоде, и босыми ногами прошла по черной плитке.

В главном зале она обнаружила Винни с моноклем на носу. Та сидела за столом, скрестив ноги, а ее бордовое платье ниспадало на деревянную табуретку. Она яростно писала что-то в дневнике.

– Привет, Винни, – тихо поздоровалась Халани с еле заметной улыбкой.

Винни вздрогнула, и ее щеки зарделись.

– Халани, дорогая! Ты почему так рано поднялась?

– А сейчас рано? – Халани приподняла брови, оглядывая комнату без окон. – Трудно сказать.

– Ох, нужно и тебе раздобыть такие же.

Винни повертела запястьем, показывая ей циркадные часы. Вживую Халани видела их всего несколько раз.

Циркадные часы считались большой редкостью и стоили столько, сколько среднестатистический житель Аполлона зарабатывал за двадцать лет работы.

Вместо цифр на циферблате были изображены символы солнца, луны и еды, что помогало следить за временем под землей и выбирать лучшие часы для приема пищи.

– Винни нашла их в прикроватной тумбочке. Она обязательно раздобудет такие же и для тебя, – с гордостью заявила Винни и похлопала по стулу рядом с собой. – Садись, дорогая. Ты выглядишь слишком бледной.

Тяжело вздохнув, Халани послушно опустилась на стул, вытянула ноги и потерла уставшие глаза.

– Что не так?

– Ничего, Винни. Просто кошмары.

– То, что пугает нас в реальном мире, проявляется во снах, только чтобы потом вырваться наружу. Не дай этому случиться, – взмолилась Винни, серьезно глядя на нее.

Халани запрокинула голову, устремив взгляд в серый потолок. Она променяла один подземный город на другой, и тревога продолжала преследовать ее, словно призрак, не желавший прекращать свои мучения.

Она прикусила губу и повернулась к Винни.

– Как думаешь, есть еще такие, как он?

– Как кто, дорогая?

Халани заколебалась, не желая озвучивать мысли вслух, но, несмотря на все свои усилия, не могла отпустить эту тему… и его.

– Губернатор. Как думаешь, есть еще такие машины, как он?

– Скорее всего.

– Но откуда они взялись? – спросила Халани.

– Винни не знает. – Она крепче сжала карандаш. – Винни не припоминает, чтобы встречала в Архивах какие-либо упоминания о том, что Губернатор не был человеком. Но кто-то же должен был создать эту машину и наделить ее властью, поставить управлять целым городом. Винни подозревает, создатель все еще где-то здесь.

– Здесь? – Халани напряглась. – В Гермесе?

– Возможно. Мы должны сохранять осторожность. Ключ к поискам Прометея и проекта «Хеликс» может находиться в этом самом городе.

Путь к проекту «Хеликс» начинается с Прометея.

Именно эти слова написал Тимоти Талбот.

Чтобы выяснить правду о проекте «Хеликс» – о чем-то достаточно мощном, чтобы спасти все человечество, – они должны были покинуть Аполлон и найти Прометей. Однако проблема заключалась в том, что с момента побега из Аполлона они так и не приблизились к пониманию того, что такое Прометей.

Возможно, они никогда не узнают правду.

Но Винни все еще цеплялась за надежду. А надежда была упрямым, капризным существом.

– Что ты знаешь о Гермесе? – спросила Халани, наклоняясь вперед. – Почему он так отличается от Аполлона?

Винни подняла голову, размышляя над вопросом.

– Читала ли Винни ту книгу? Дай-ка подумать… Ах да! Читала. – Ее лицо просияло, и она хлопнула в ладоши. – Давным-давно Смертник принес мне книгу о Гермесе, написанную одним из их ученых. Изначально, когда только люди спустились в Гермес, он был очень похож на Аполлон. Такой же темный, унылый и удручающий. Однако богач, владевший казино до Великого Коллапса, увидел возможность еще больше разбогатеть и построил здесь первое казино. Оно стало невероятно популярным, и вскоре Совет Гермеса взял под свой контроль богатство и власть, которые приносило казино. Разница в том, что люди здесь не возражали против усиления контроля со стороны правительства. А власть, основанную на воле народа, труднее всего разрушить.

– А казино?

– Казино продолжало расти, как и жадность, как и преступность. Будем надеяться, что не пересечемся с одной из самых опасных банд в этом городе.

Халани сглотнула, и Винни нежно положила руку ей на колено.

– Не волнуйся, дорогая Халани. Винни нравится Спейд. Он о нас позаботится.

– Откуда ты знаешь, Винни? Мы только с ним познакомились.

– Ну и что? Винни отлично разбирается в людях.

Она с хитрой усмешкой постучала себя по виску, и Халани слегка улыбнулась.

– А что ты пишешь? – Халани указала на блокнот на коленях Винни, пытаясь немного отвлечься.

– Ох. – Щеки Винни порозовели. – Винни знала, что не сможет взять с собой печатную машинку, но ей все равно нужно как-то записать наше путешествие. Поэтому у нее есть блокнот.

Винни погладила страницы, и Халани взглянула на последнее написанное предложение.

– «Так что завтра они отправятся в пасть казино, и Винни молится, чтобы они вышли победителями», – прочитала вслух Халани.

– Текст еще сыроват. Винни подберет слова получше, – добавила Винни, внезапно смутившись.

– Мне кажется, звучит замечательно, – улыбнулась Халани.

Внезапно на лестнице послышались громкие шаги. Она вздрогнула, но уже через мгновение слегка расслабилась, заметив Спейда, одетого в черные брюки и белую рубашку на пуговицах.

– Отлично. Вы двое уже встали. – Он посмотрел на них. – Разбудите остальных и поднимайтесь наверх.

– Зачем? – Халани нахмурилась.

– Вам нужно кое с кем познакомиться.

Не сказав больше ни слова, Спейд поднялся по лестнице и скрылся из виду. Винни и Халани обменялись беспокойными взглядами, а потом отправились будить остальных. Чтобы поднять Серин, потребовалось несколько попыток, а вот Такеши уже проснулся. Халани заметила темные круги у него под глазами и задалась вопросом, спал ли он вообще.

Он поднимался по ступеням, переступая через две за раз, а на лице у него отражалось бесстрастное выражение.

Шагая следом за ним, Халани разработала новый план, как справиться с Такеши и своими сложными чувствами.

Он был блестящим.

И назывался: «План по сохранению дистанции».

Когда они все появились, Кено, бармен из задней комнаты, молча пригласил их пройти в главное помещение бара. Посетители с прошлого вечера исчезли. Спейд указал на длинный стол, которого накануне там не было.

За ним сидели четверо мужчин в элегантных костюмах.

Трое из них казались мрачными и неприветливыми, а их плечи лишь сильнее напряглись, когда Халани и остальные заняли свои места. Мужчина напротив выглядел моложе остальных, нижнюю часть его лица закрывала черная бандана – он единственный ее носил, – а карие глаза пристально смотрели на Халани. Она невольно замерла под его обезоруживающим взглядом.

Кено вошел в комнату, закатав белые рукава до локтей, и сел в конце стола. Он с недовольством осмотрел четверых мужчин, задержавшись на том, чье лицо скрывала бандана.

Спейд устроился на противоположной стороне, сложив руки перед собой.

– Теперь, когда все в сборе, мы можем начинать.

Что начинать?

– Может, для начала обсудим, какого хрена ты притащил чужаков в наш город, Спейд? Да еще и в «Черное сердце», – выплюнул один из мужчин с толстыми руками и огромным животом, упиравшимся в деревянный стол.

– Следи за языком. Я не чужак, – прошипел Брок, подаваясь вперед, словно собирался вспороть его ножом для масла.

– Еще какой чужак, Смертник. Когда-то ты входил в нашу группу, но от тебя не было ни слуху ни духу несколько месяцев. Откуда нам знать, что ты не выдал наши секреты Аполлону и не явился сюда, чтобы украсть все у нас из-под носа?! – прорычал мужчина, а пара других кивнули в знак согласия.

Человек в маске молчал, откинувшись на спинку стула так вальяжно, словно ему было скучно.

Брок напрягся, уже порываясь встать на ноги, но Спейд успокаивающе положил руку ему на плечо.

– Хватит, Зенит, – оборвал старика Спейд. – Брока схватили в Аполлоне, и он по-прежнему нам предан. Я полностью ему доверяю. Слово против него – слово против меня. Еще есть претензии?

Зенит сглотнул, уловив безмолвную угрозу.

Хотя его глаза пылали неприкрытой враждебностью, спорить он прекратил.

– Прекрасно, – продолжил Спейд. – Теперь мы наконец можем перейти к причине, по которой мы все здесь собрались. Во-первых, нам нужно понять, что происходит в Аполлоне. Вы упомянули о неурожае и о том, что правительство Аполлона убивало ваш народ. Рассказывайте.

Именно Адан первым нарушил молчание и поделился тем, что Дерек рассказал им о своих открытиях, сделанных еще во время работы в лабораториях исследований и ресурсов Аполлона. Он поведал и о вирусе в урожае, который медленно уничтожал все запасы продовольствия, и о халатности их лидеров, и о массовом убийстве граждан Аполлона.

Когда он дошел до их побега из тюрьмы и нечеловеческой сущности Губернатора, над их группой повисла гнетущая тишина.

Однако мужчины по другую сторону стола разразились недоверчивыми и возмущенными возгласами.

– В каком смысле он был роботом?

– Это невозможно! – выкрикнул другой.

– Ты слышишь, Спейд? – Третий всплеснул руками. – В жизни не слышал такой изощренной лжи.

Трое мужчин продолжали грязно ругаться, в то время как человек в маске, Кено и Спейд хранили зловещее молчание. Какофония голосов превратилась в приглушенный рев в голове Халани. Послышался слабый, пронзительный звон.

Халани заерзала на стуле.

Свет флуоресцентных ламп казался слишком ярким. Одежда раздражала кожу на спине. Ее дыхание участилось, а прямо перед ней возникли бледно-голубые глаза.

«Вы уверены, что задаете правильные вопросы?»

– Прекратите!

Когда она хлопнула ладонями по столу, все удивленно повернулись к ней. Даже мужчина в маске с интересом посмотрел на нее.

– Вы не обязаны нам верить, – произнесла она. – Я бы и сама не поверила, если бы не увидела это собственными глазами. Но Адан сказал правду. Правительства обоих наших городов лгали нам о радиации. Кто знает, какие еще тайны они скрывают…

– О радиации? – впервые заговорил человек в маске, выпрямившись на стуле. – Объясни.

– Вот почему меня упекли в тюрьму, – вмешался Брок, уставившись на Зенита, после чего продолжил: – На обратном пути в Аполлон на меня напали люди, и на них не было никаких противорадиационных костюмов. Они даже не выглядели больными. Когда я доложил об увиденном Губернатору, меня бросили в тюрьму. Мы добрались до Гермеса без средств защиты, потому что поверхность больше не заражена радиацией. Вот вам еще одна ложь правительства.

Челюсть Зенита отвисла. Человек в маске задумчиво постучал пальцем по столу.

– Это правда, – вставил Спейд. – Когда я встретил их у арки «Врата на Запад», на них не было защитного снаряжения.

– Яд, возможно, еще не подействовал, – сказал один из высоких, долговязых мужчин.

Халани сжала кулаки, чувствуя себя так, будто они разговаривают с кирпичной стеной.

– Но если они правы, – впервые за все время произнес Кено с напряженным видом, наклоняясь вперед, – если их Губернатор признался в отравлении посевов и убийстве невинных граждан, независимо от того, был он человеком или нет, логично предположить, что то же самое может произойти и здесь.

– Это уже происходит здесь, – отрезал Спейд, крепко сцепив руки. – Ты и сам знаешь, что они забирают наших людей и отправляют в секретные трудовые лагеря. Должно быть, именно там и держат Джека.

При упоминании этого имени мужчины по ту сторону стола напряглись, включая молчаливого человека в маске. Температура в помещении, казалось, упала на несколько градусов, и Серин нахмурилась.

– Кто такой Джек?

Сначала никто не ответил.

Халани заметила, как Кено едва заметно покачал головой, глядя на Спейда, но тот проигнорировал его.

– Джек – наш лидер. Месяц назад его забрали Дилеры. С тех пор никто его не видел и не слышал. Он был первым в нашей группе сопротивления, тем, кто объединил всех нас. Он сыграл ключевую роль в переговорах о мире между главными бандами Гермеса.

Спейд остановил взгляд на человеке в маске, и тот склонил голову в знак признательности.

– А кто такие Дилеры?

– Элитное подразделение нашей армии. Мерзкие ублюдки, которые выполняют всю грязную работу, о которой, по мнению правительства, граждане знать не должны. До нас доходили слухи, что в этих секретных лагерях создают оружие, но никто из тех, кто туда попадал, никогда не сбегал. И вот тут появляетесь вы.

Они мгновенно насторожились.

– Что это значит?

Спейд наклонился вперед, и его выражение лица стало серьезным.

– Если планируете вернуться в Аполлон и вызволить свой народ из-под земли, вам понадобятся люди и оружие. Мы можем все это предоставить. Но сначала нам нужна ваша помощь, чтобы спасти Джека.

Халани ощутила, как у нее упало давление. Ей не понравилось, к чему ведет разговор.

– Каким образом? – Глубокий голос Такеши разнесся по всему залу.

– Разиэль, – Спейд кивнул на человека в маске, – силовик Тузов, и он введет вас в курс дела.

Разиэль, человек в маске, бросил на Спейда задумчивый взгляд, а затем перевел внимание на их группу.

– Один из Дилеров задолжал Тузам. Он сообщил, что их следующая цель – семейная пара, мистер и миссис Дэвенхью. Похищение запланировано на сегодняшний вечер. Нам нужно, чтобы двое из вас, мужчина и женщина, выдали себя за семью Дэвенхью и встретились с Дилером в казино. Он согласился отвести в лагерь наших двойников. Мы снабдим вас специальным устройством для отслеживания местоположения. Оказавшись внутри, вы найдете Джека, а ровно через неделю мы совершим налет на лагерь и вытащим вас.

В комнате воцарилась тишина, пока они обдумывали безумный план.

– Мы только что сбежали из тюрьмы. – В глазах Адана сверкнуло обвинение. – И вы хотите, чтобы двое из нас опять вернулись за решетку?

Разиэль кивнул, его бесстрастное лицо ничего не выражало.

– Почему это займет неделю? – спросила Халани.

– Нам нужно это время, чтобы собрать необходимую огневую мощь. Штурм лагеря будет нелегким, но у нас будет наготове взрывчатка.

– Почему двое из ваших людей не могут этого сделать? – спросила Серин.

– Нужны те, кого Дилеры не знают. Они усилили меры по выявлению членов нашей группы, и риск слишком велик, если они догадаются, что схватили ненастоящих Дэвенхью. Вы – наш лучший вариант.

Халани сглотнула, пытаясь протолкнуть ком в горле.

– Нет, – прорычал Адан. – Моя сестра, Халани и Винни не станут приманкой и уж точно не отправятся в этот лагерь.

– Тогда вы не получите от нас никакой помощи, парень, – прошипел Зенит. – В Гермесе ничто не дается даром. Все здесь – азартная игра. Либо соглашаетесь, либо валите отсюда с пустыми руками.

Разиэль кивнул.

– Вы должны решить сейчас, чтобы мы успели к вечеру подготовить документы с вашими фотографиями. Кто пойдет?

Серин положила руку на бедро Халани и слегка сжала его.

Халани побледнела – поняла безмолвное послание.

Серин собиралась сделать это. Она пожертвует собой, только чтобы Халани не пришлось.

У нее в голове вспыхнули новые, более жуткие образы.

Ее родители, лежащие на холодном металлическом столе. Дуглас, оглянувшийся на нее, перед тем как захлопнуть дверь.

Стены начали смыкаться вокруг, приближаясь все быстрее и быстрее.

– Я пойду, – выпалила Халани.

Все разом повернулись к ней, и она почувствовала, как от Такеши, сидевшего в конце стола, исходят волны ледяного гнева.

– Халани. – Серин схватила ее за руку, привлекая к себе внимание. – Это не обязательно должна быть ты.

– Нет, обязательно, – ответила Халани, игнорируя боль в груди. Если кто и собирался рискнуть, то только она. – Ты искусно воруешь, но я умею драться. У меня больше шансов выбраться оттуда живой. И я не позволю тебе подвергать себя опасности ради меня.

Подбородок Серин задрожал, слезы выступили в уголках глаз, и она отрицательно покачала головой.

Разиэль прочистил горло, напоминая им, что время на исходе.

– И кто из мужчин пойдет?

– Я.

Халани закрыла глаза, испытывая одновременно и восторг и ужас от того, кто именно произнес это слово. В нем не слышалось ни малейшего сомнения. Голос Такеши прокатился по залу подобно грому, не давая никому и шанса возразить.

Брок нахмурился, бросив взгляд на Серин, но продолжал сохранять раздраженное молчание.

– Отлично. – Разиэль встал, застегивая пиджак. – Я все подготовлю для передачи. Они должны быть готовы ровно к восьми вечера, Спейд.

Не проронив больше ни слова, Разиэль выскочил за дверь и с глухим стуком захлопнул ее.

Тишина стала оглушительной.

Халани почувствовала, как кровь отхлынула от лица, и только сейчас начала осознавать, на что именно подписалась.

– Халани. – Серин снова повернулась, умоляюще посмотрев на нее. – Ты столько всего пережила. Ты не обязана этого делать. Я могу пойти.

– Или Винни может. – Винни схватила Халани за руку. – Винни предпочла бы, чтобы что-то случилось с ней, а не с тобой.

– Нет, – отрезала Халани, повышая голос.

Винни с Серин вздрогнули, и она слегка отстранилась, чтобы сделать вдох и немного успокоиться.

– Пойду я, и точка. Со мной все будет в порядке, – произнесла она с уверенностью, которой на самом деле не ощущала.

Именно Халани настаивала подняться на поверхность и убеждала всех присоединиться к ней.

Теперь пришло время столкнуться с последствиями своих действий.

Халани извинилась и направилась в уборную, чтобы побыть одной. Она привалилась к кафельной стене, и ее плечи обмякли. Лишь теперь она по-настоящему осознала, на что согласилась, и эта мысль тяжелым грузом легла на нее.

Она добровольно возвращалась к кандалам. Возвращалась в тюрьму с единственным человеком, от которого ей стоило держаться подальше.

Однажды они уже сбежали.

Однако Халани не могла отделаться от ужасного предчувствия, что на этот раз им не выбраться живыми.