Очень примечательно, что в новых условиях старые схемы, действовавшие в своё время, переставали работать. В этом отношении показательна печальная история, связанная с Саввой Мамонтовым (1841–1918). Успешный московский купец и меценат, Мамонтов с молодых лет интересовался железными дорогами — в это время как раз гремели имена Дервиза и Мекка. Благодаря связям своих компаньонов в правительстве, Мамонтов получил концессию на строительство железной дороги в Донецком угольном бассейне. Успех предприятия вдохновил Мамонтова на строительство железнодорожной линии на русском Севере (в первую очередь из Вологды в Архангельск). Пользуясь протекцией Витте, Мамонтов не скупился на траты. Полученные в результате эксплуатации деньги предприниматель планировал направить на другие грандиозные проекты. Прежде всего речь шла о суперсовременном отеле «Метрополь», тендер на постройку которого выиграл Мамонтов (в итоге купец так и не смог претворить строительство «Метрополя» в жизнь, и современная гостиница была построена Санкт-Петербургским строительным обществом).

Гостиница «Метрополь» на старой фотографии

Сложности строительства в районе, считавшемся непроходимым, постоянно требовали дополнительных затрат. Вскоре выяснилось, что Мамонтов, получивший банковскую ссуду, не может по ней рассчитаться. Это был прекрасный политический повод для противников Витте выступить против него. Начатая с санкции Министерства финансов проверка выявила массу нарушений в отчётности и перерасход по смете. Отягчающим обстоятельством было то, что Мамонтов переводил деньги между счетами железной дороги и обслуживавшего строительство собственного холдинга, где на руководящих постах были его родственники. При этом Мамонтов, надеясь на Витте, как Дервиз на Рейтерна, не стремился этого скрывать, хотя и знал, что подобные действия незаконны. В результате в сентябре 1899 года Мамонтов был арестован и около года провёл под следствием. Суд, проходивший летом 1900 года, признал его банкротом и предписал конфисковать всё его имущество. Стоит ли говорить, что Витте так и не заступился за своего протеже.