Чтобы контролировать денежную массу и её движение, в конце 1768 года манифестом Екатерины II был санкционирован выпуск первых отечественных бумажных денег — ассигнаций. Эксклюзивным правом эмиссии обладал Ассигнационный банк. Были выпущены ассигнации номиналом в 25, 50, 75 и 100 рублей (они примерно соответствовали 75 000, 150 000, 225 000 и 300 000 современных). От печатания 75 рублей вскоре отказались, так как «некоторые грамотеи» научились переправлять двойку на семёрку, что при низком качестве ассигнаций было нетрудно. Первый выпуск был ограничен суммой в миллион рублей (около 3 миллиардов современных), причём каждая ассигнация вручную подписывалась в Сенате ответственным лицом.

Одна из первых ассигнаций номиналом в 25 рублей, 1769 год

Уже 1 января 1769 года подчинённые Ассигнационному банку конторы начали обмен медных и серебряных денег на ассигнации, а также размен последних на монету. Любопытно, что за операцию по размену сначала бралась комиссия (0,5 % от суммы), однако она вызвала возмущение, и вскоре от неё отказались.

Здание Ассигнационного банка в Петербурге (в наши дни — Финансово-экономический институт, Садовая у л.,21/ набережная канала Грибоедова, 30)

Изначально правительство рассчитывало, что ассигнации будут полностью соответствовать прежним серебряным рублям и потом заменят их. Действительно, сначала новый вид денег вызвал ажиотаж: люди приходили в банк, чтобы обменять мешки с монетами на новенькие ассигнации. В отдельные недели отдельно взятая контора могла разменивать до 100 тысяч рублей (порядка 0,5 миллиарда современных). Однако, учитывая постоянный дефицит бюджета, власти очень быстро подверглись соблазну включить печатный станок. При изначальном лимите в миллион реально в обращение было выпущено втрое больше, а через двадцать лет после начала хождения в стране уже обращалось ассигнаций на сумму 76 миллионов рублей (или 3 триллиона современных). Банки физически не могли разместить такое количество наличности и были вынуждены искать для этого помещения. Поскольку специализированных хранилищ в ту пору ещё не существовало, нередко банковские менеджеры (даже не хозяин банка!) хранили деньги, с которыми работали, прямо у себя дома. В итоге императрицей Екатериной был издан указ, по которому государственные учреждения обязывались хранить свои деньги на месте, не переводя их на баланс в банк. Тем самым в России было положено начало системе безналичных расчётов. О том, как она развивалась, мы поговорим ниже.

Ни широкие массы населения, ни даже государственные учреждения, привыкшие к «твёрдому» серебряному рублю, не горели желанием пользоваться, по сути, ничем не обеспеченными «бумажками». Так в России возникло две параллельные денежные системы: серебряный и ассигнационный рубль. Если первый содержал 100 твёрдых медных копеек, то курс второго был плавающим. Котировки ассигнационного рубля каждый день печатались в газетах, а когда производилась оплата, каждый раз уточнялось, о каком рубле идёт речь. Так возникла формулировка «столько-то серебром (столько-то ассигнациями)».

Непродуманная финансовая политика и постоянное напряжение бюджета в результате многочисленных войн отрицательно сказывалось на развитии российских банков. Уже в начале XIX века экономика России вступила в полосу затяжного кризиса. Дефицит бюджета к 1809 году превысил 150 миллионов рублей (примерно 0,5 триллиона современных), в этом же году сумма необеспеченных ассигнаций достигла 533 миллионов рублей (соответственно 1,5 триллиона современных). Уже в следующем, 1810 году в денежную массу было «вброшено» ещё 50 миллионов ассигнациями (0,15 триллиона современных рублей). Денежная система страны была подорвана в ходе войны с Наполеоном, когда по приказу французского императора Россия тайно наводнялась поддельными банкнотами. Примечательно, что французские подделки достаточно быстро разоблачили из-за того, что они были гораздо более качественными по исполнению, чем российские оригиналы.

В результате к 1815 году курс ассигнации упал до рекордно низкой отметки 0,2 серебряного рубля за 1 бумажный. При этом вместо того, чтобы выключить печатный станок и стабилизировать курс, правительство установило официальный курс бумажного рубля к серебряному как два к одному и потребовало вносить все госпошлины по этому курсу именно ассигнациями, а не серебром. Для этого соответственно следовало пойти в отделение Ассигнационного банка, чтобы разменять 1 твёрдый рубль на два бумажных вместо фактических пяти. Эта ситуация способствовала началу широкой спекуляции ассигнациями. Происходило это так. Спекулянты разменивали серебряные рубли на бумажные по биржевому курсу (который колебался на уровне 4–5 бумажных за 1 серебряный) и затем реализовывали их на местах с небольшой надбавкой. Чем дальше от столицы, тем больше была надбавка: если в районе Петербурга она составляла 6 %, то в Москве уже 17 %. Поскольку бумажные деньги приходили в провинцию медленно, размен осуществлялся не везде, а пошлины следовало платить постоянно, людям было выгодно купить с рук 4 бумажных рубля на 1 серебряный, чем получить за тот же твёрдый рубль всего 2 рубля ассигнациями при официальном размене. Таким образом, каждый соблюдал свой интерес: покупатель получал бумагу по курсу близкому к реальному, а не официальному, соглашаясь доплатить перекупщику, чтобы не терять деньги, а продавец получал за бумажные деньги твёрдую монету с комиссией, делая, как в Москве, из 1 серебряного рубля 1,17.

В конечном счёте власти были вынуждены временно прекратить выпуск ассигнаций и начать их вывод из оборота. В течение пяти лет (1818–1823) в среднем ежегодно изымалось 50 миллионов бумажных рублей. Пошлины вновь было разрешено платить серебром по биржевому курсу. Ассигнационный банк перестал выполнять банковские операции и превратился в учреждение для обмена и хранения купюр.