Где-то в Многомерной Вселенной

Тагоний проснулся и сразу понял две вещи.

Его голова осталась на плечах, и это была первая вещь, а вот вторая… что он самый большой неудачник в этом мире, да и во всех остальных. Вообще-то, Архимаг Тагоний пользовался уважением, правда, круг уважающих его был настолько узок, что все они спокойно поместились бы за одним столом, причем половина пришла бы туда, чтобы обсудить его убийство.

Но так сложилось, ведь молодость у него выдалась бурная. Денег хотелось много, а вот ждать не хотелось вовсе. Дар Ветхости открывал перед хозяином двери, стены и чужие хранилища. Иногда даже самих дверей открывать не требовалось, достаточно было положить ладонь на кладку, дать камню прожить лишнюю тысячу лет и затем пройти через осыпавшуюся труху.

Удобный Дар, и кормил он Тагония исправно.

Тагоний почему-то решил, что применять его следует там, где за работу платят мешками золота и сразу предупреждают, что если попадешься, заказчика ты никогда не видел. Например, однажды он состарил державный клинок молодого Императора — императорский символ Власти, так-то. Клинок переломился во время присяги войск, а конкурирующая династия потом полгода рассказывала народу про дурной знак. Другой заказ касался короны. Там Тагоний ограничился внутренним обручем, но правитель всё равно облысел и едва не отрекся от престола, ведь в том мире красота волос для людей была всем… Ну не мог же лысый мужик править Империей?

Смешно Тагонию, правда, было только первые два дня, а потом ему пришлось исчезнуть на добрую сотню лет. За это время он многое обдумал, сменил имя в трех мирах и даже сделал некоторые выводы, поэтому сейчас Тагоний работал осторожно и брал заказы, где требовалось напугать мелкого князька, вскрыть склад или помочь одной торговой гильдии убедить другую в необходимости подчиниться конкурентке. Платили ему скромнее, зато домой он возвращался на своих ногах.

Само собой, что угрозы все равно сыпались регулярно, но слова слабых людей редко чего-то стоили. Тагоний выслушивал их, кивал и шел получать остаток платы. Пусть это была не жизнь, полная роскоши, но даже так он не был бедным человеком, а самое главное развивался, и делал это, не сказать, что медленно, а очень даже быстро.

Но вчера эта удобная жизнь закончилась, и виноват в этом был простой заказ. Всего-навсего ему нужно было уничтожить какой-то новый банк и наказать владелицу, причем прилюдно, а если получится, то и состарить ее. С людьми его Дар так не работал, как с предметами. Но бывали исключения, всегда можно воздействовать на волосы. Об этом он и подумал тогда… Но его планы остались лишь таковыми.

Внезапно из разрыва посреди армии появился Охотник. Его самого в это время пыталось утащить Пространство, рядом ревел дракон, а Тагоний готовился вскрывать защиту банка.

Охотник огляделся, увидел Архимага и решил забрать именно его, возможно, просто обознался, ведь в бою всякое бывает. А у этих отморозков вообще возможно что угодно. Но было обидно, да…

Последнее, что запомнил Тагоний, это чужая рука на воротнике и жесткая драконья спина под его животом. Потом пространство свернулось, внутренности попытались уйти в другую сторону, и сознание милосердно погасло.

Открыв глаза, он понял, что сейчас лежит на узкой кровати в каменной комнате. Тагоний сел, проверил руки и ощупал свою шею. Воротник мантии был порван, посох исчез, его кольца тоже сняли и забрали. А вот сапоги ему оставили, за что похитителям стоило выразить отдельную благодарность.

Его камера выглядела оскорбительно. Четыре стены, каменный потолок, простая кровать. На полу стоял кувшин с водой, двери в камере отсутствовали. Не было также ни решетки, ни печатей, ни охранных артефактов.

Тагоний дважды обошел комнату, простучал всю кладку и присел возле стены. Похитители либо ничего не знали о его Даре, либо знали слишком много.

В хороших темницах встречалось, что заключенному оставляли обычный камень, а за ним прятали отражающий контур. Ударишь по стене и получишь собственным заклинанием в лоб, поэтому после первой попытки сотоварища остальные вели себя спокойнее.

Тагоний прикрыл глаза и медленно выпустил энергию. Чужой силы поблизости не было, но особенно его интересовал след Охотников. Он помнил эту энергию, ведь такое не забывают, даже если прожить еще пятьсот лет и каждый день заливать свою память вином. От нее душа сама искала место поглубже, а совесть внезапно вспоминала обо всех неоплаченных долгах.

Сейчас вокруг стояла обычная магия. Здесь ее хорошо спрятали и усложнили до неприличия. Значит, его не доставили в крепость Охотников. В крепости Тагоний даже пробовать бы не стал. Портить стены в таком месте, это всё равно что стучать ложкой по зубам спящего дракона. Возможно, выбраться и удалось бы, но рисковать, проверяя цену успеха, он не собирался.

Здесь же всё выглядело проще. Тагоний приложил ладонь к стене. Камень под его пальцами посерел и по поверхности побежали трещины. Раствор между блоками рассыпался, а скрытые внутри нити укрепления начали стареть вместе с кладкой. Через несколько секунд в стене появилась яма глубиной по локоть.

Не было никакой отдачи, поэтому Тагоний только усмехнулся и добавил еще силы. Камень осыпался на пол, за ним открылся следующий слой, уже темный.

Архимаг поднялся, расширил проход и только собирался сделать первый шаг, как края отверстия дрогнули и кладка поползла обратно. Крошка с пола стремительно поднялась, собралась в куски и вернулась на прежнее место. Трещины закрылись, а укрепляющий контур восстановился последним и даже чуть ярче засиял.

После нескольких ударов сердца перед Тагонием снова стояла целая стена.

— Забавно… — эта ситуация показалась ему любопытной.

Тагоний опять повторил. На этот раз Ветхость вошла глубже. Первый слой умер сразу, второй продержался немного дольше. Он добрался до полости между стенами и увидел там сложное плетение, похожее на корни.

Но прямо на его глазах плетение разложилось и стена восстановилась. Кроме того, изменился рисунок, и линии легли плотнее в том месте, куда пришелся удар.

— Понятно…

Тагоний отошел к центру комнаты и закатал рукава. Он не любил, когда над ним издевался холодный камень!

Следующая его атака накрыла сразу две стены. Камень прожил несколько тысяч лет за секунду, потолок просел, пол пошел волнами. Кровать Тагония развалилась, а кувшин превратился в груду черепков.

Но комната зарастала прямо во время разрушения.

Архимаг усилил свое давление. Его Дар прошел по всем направлениям, состарил внутренние опоры и добрался до основания. Если здесь имелся фундамент, то через минуту он должен был стать пылью, но ничего не произошло.

Старая кладка сменялась новой. Каждый восстановленный участок становился только крепче. На потолке появились дополнительные ребра, пол выровнялся и обзавелся узором, который гасил Ветхость быстрее прежнего.

Тагоний прекратил свою неудавшуюся атаку и тяжело опустился на камень. Кровать тоже вернулась в прежнее состояние. Кувшин стоял рядом, целый и полный. Темница еще и посуду починила.

— Да вы издеваетесь…

Тагоний посидел немного, посмотрел на стену и снова поднялся.

— Ладно, тогда я уничтожу всё это место!

Его сила рванула во все стороны. Камень разом побелел, потолок рухнул крупными пластами и исчез, не долетев до пола. За ним на мгновение показалась еще одна конструкция, уходившая вверх на десятки метров. Тагоний успел увидеть колонны, кольца усиления и слои кладки, вложенные друг в друга. Но потом всё закрылось. Его энергия ушла в стены, словно вода в сухую землю. Новые контуры выстроились прямо поверх старых. Они учли направление удара, плотность потока и даже его привычку заходить в материал сбоку.

Архимаг замер. Только что он собственными руками улучшил свою темницу.

— И чего это тебе не спится?

Тагоний резко повернулся. Возле восстановившейся кровати стоял парень лет двадцати в простой одежде. В одной руке он держал кружку, второй задумчиво чесал затылок. На его щеке отпечатался край подушки.

Тагоний его появления не заметил. Это могло стать удачей. Перед ним сейчас стоял сонный слуга без оружия. Один захват, короткий разговор, затем обмен на выход.

Парень посмотрел на разрушенный рукав мантии, затем перевел свой взгляд на стены и усмехнулся.

— Ты что, серьезно решил сломать темницу Архитектора? Даже если старость тебе служит, здесь правит Вечность.

Тагоний внезапно остановился.

Архитектор… Теперь он понимал, как попал.

— Ты слуга Архитектора? — прямо в лоб спросил он парня.

— Ага… Слуга… — лениво зевнул тот. — Кстати, меня зовут Теодор!

Стоило ему произнести эти слова, как по стенам прошли линии, пол под ногами Тагония стал частью огромной печати, а сам парень оказался в ее центре. Силу парень, кстати, не выпускал наружу. Она держалась внутри тела, и от этого он выглядел еще… опасней.

Тагоний много раз встречал людей, способных его убить. И этот парень мог сделать всё быстро.

Архимаг остановился и разгладил свой рукав.

— Я, кажется, попал?

Парень зевнул, прикрыв рот ладонью.

— А хрен его знает. Меня попросили приглядеть за тобой, но я же тебе не нянька.

— Это меня утешает, — старался он выглядеть спокойно, но выходило это плохо.

— Не чуди, и всё будет хорошо.

Тагоний посмотрел на две стены, которые успел сделать только крепче.

— А если я продолжу?

— Тогда мне придется окончательно проснуться.

Парень подошел к камню. Стена разошлась перед ним, открыв освещенный коридор.

— Подожди, — окликнул его Тагоний. — Где я сейчас нахожусь?

— В безопасности.

— Для кого?

Парень задумался, пожал плечами и вышел. Кладка сомкнулась за ним и Тагоний остался один. Он лег на восстановившуюся кровать и стал вспоминать все свои грехи за последние двести лет, заодно подбирая нужные объяснения.

С имперским клинком было всё ясно. Заказчик уверял, что оружие заменят копией. Корона вообще не должна была коснуться головы Императора, так говорилось в договоре. В секретном хранилище Тагоний только проложил проход. Что оттуда потом вынесли люди нанимателя, его уже не касалось.

Пожар во дворце произошел через три дня. Тут связь выглядела совсем слабой.

Оставался только храм, где обрушилась статуя основателя династии. Тагоний тогда целился в стену, но статуя стояла рядом по решению архитектора, который явно плохо рассчитал нагрузку.

К утру у него уже набралось двадцать семь объяснений, но проблем было намного больше.

Тагоний проснулся от шелеста бумаги. Возле его кровати сидела женщина и просматривала небольшую папку. Вчера вечером кресла здесь не было, значит, темница умела еще и мебель создавать.

Женщина закрыла папку и взглянула на него.

— Вот так встреча! — улыбнулась она. — Давно не виделись…

Тагоний сразу узнал ее. Она стояла вчера на стене банка, рядом с двумя другими женщинами. Тогда он решил, что перед ним хозяйка, советница или представитель местной знати, но разбираться времени не было. Заказчик требовал открыть стены, наемная армия уже вышла из порталов, а впереди маячила работа, где риск считался символическим.

Теперь вчерашнее «в безопасности» звучало просто издевательством.

— Доброе утро, — сказал Тагоний и сел. — Могу узнать, с кем имею честь говорить?

— Можешь, но чуть позже, — она даже не отвела своих глаз от бумаг.

Потом положила папку на колени и осмотрела восстановленные стены.

— Ну ты молодец, конечно, Тагоний!

— Благодарю, ведь со мной редко начинают допрос с похвалы.

— Ты напал на банк, в котором в этот момент находились сразу три жены Охотника… Это было мощно!

Тагоний медленно опустил ноги на пол и побледнел. Он стал прикидывать, как ему лучше убить себя, ведь живым в их руках после такого он быть не хотел.

Однако, помимо страха, было еще и любопытство.

— Три жены?

Девушка кивнула.

— Понятно…

Версия, что он вдруг случайно обознался, тихо скончалась, но ему очень хотелось ее воскресить, ведь еще оставалась надежда.

— В договоре не указывался владелец банка, — сказал Тагоний. — Меня наняли для вскрытия укреплений, да и я не участвовал в грабежах.

— Вы до них не дошли.

— Но это важное обстоятельство.

Женщина постучала пальцем по папке.

— Для кого?

— Для справедливого суда.

— Сандр обычно всегда справедлив. Вопросы у него своеобразные, зато люди дают честные ответы.

Тагоний нервно сглотнул.

— Сандр? Это не тот ли часом, который Великий Охотник? — на всякий случай, решил уточнить он.

Он понимал, что это никак не мог быть Сандр, ведь у того нет времени на такие мелочи, как жены… ну или похищение самого Тагония.

Тагоний слышал о нем, и ему было достаточно той информации, чтобы никогда не пересекаться с этим Охотником, что в этой жизни, что в последующих.

— Он самый… Кстати, я тоже его жена, как ты мог уже понять, — улыбалась она. — А потому допрос веду сегодня я!

— Понятно, — в который уже раз ответил Тагоний. — Но я должен вас расстроить, допроса не будет…

В следующий миг его психика пошатнулась и он потерял сознание.

* * *

Я честно задолбался…

Тагония я отправил прямиком к Теодору, благо мне подвернулась подходящая траектория, после чего мои полезные дела на этом закончились.

Дальше мы с Эранией только бежали. Вот честно, за последние несколько часов мы сменили столько миров, что обычный Путник уже начал бы путать собственное имя с адресом. Эрания выныривала из слоя, едва успевала расправить крылья, и почти сразу уходила дальше. За ее спиной каждый раз оставался след, который Многомерная подхватывала с упорством налоговика, заметившего у бедного барона вторую корову. А я, между прочим, тоже барон, поэтому не зря сделал такое сравнение.

Меня пока она не видела. Розовенькая работала криво, оставляла дыры в памяти, зато прятала мою душу от ее взгляда. А душа у меня, кстати, ого-го! Подозрение падало только на Эранию. После недавней кормежки девочка стала тяжелее для прохождения слоев. Они сами расходились перед ней, и за спиной еще несколько секунд дрожала дорога. Удобство вышло с ценником.

Пустотный дракон оставлял после перехода след, который обычный Путник не нашел бы даже с подсказкой, словно по дороге проехала одна тень от телеги, колеи нет, грязи нет, а направление поди разбери. Только Многомерная владела дорогами. Она замечала, где слои расходились чуть охотнее, и шла за нами по этим мелочам.

— Сандр… — Эрания вздохнула, и серебряное кольцо между ее рогами дернулось. — Я уже устала.

Мы неслись сквозь слой, где расстояние не имело привычного смысла. Справа тянулись миры, похожие на тусклые пузыри, а слева проходила Путевая нить толщиной с городскую стену.

Я погладил дракониху по шее. Чешуя под ладонью раскалилась от нагрузки.

— Знаю, моя девочка. Держись! Еще один переход, и потом дадим тебе отдохнуть.

— Ты говорил это четыре мира назад, — напомнила Эрания и дернула кончиком крыла, едва не сбив меня со спины.

— Значит, обещание проверенное, — я перехватил гребень поудобнее.

Дракониха скосила на меня один глаз и показала клык.

— От таких обещаний мне хочется тебя укусить.

— Только после посадки.

Она фыркнула, однако прибавила скорости. За нами уже расходилась серебряная рябь. Многомерная вошла в предыдущий слой и снова нащупывала дорогу.

Сначала мы прыгнули в мир, где вместо суши лежали стеклянные поля, и задержались там минуты на три. Потом мы вывалились над бесконечным океаном, а над водой висел второй океан, перевернутый и очень недовольный нашим появлением. Там нас почти достал первый жгут.

Дальше я перестал считать.

Проблема заключалась еще и в том, что выбор миров здорово ограничился. Я видел сотни подходящих направлений, но стоило потянуться к ним, как перед моей Душой вставал Запрет. Многомерная успела закрыть часть старых дорог и наверняка держала под наблюдением места, где у меня имелись знакомые. Первая Крепость, миры Ордена, владения Михаэля, всё это сейчас находилось за решеткой. Только с миром Теодора вышла у нее промашка, но Архитекторы очень искусные ребята, видно, там не все так просто.

Оставались случайные миры, куда запрет еще не успел дотянуться. Их тоже хватало.

Вселенная огромная, а у хозяйки оказалось много работы, кроме погони за одним заслуженным Охотником. Хотя… в последние часы складывалось впечатление, что все остальные дела она пока отложила на время.

— Впереди выход! — предупредила Эрания и сложила крылья.

Слой лопнул и нас выбросило над широкой долиной. По склонам росли черные папоротники, каждый лист был размером с крышу. Внизу блестела река, а за ней поднимались холмы с плоскими вершинами. Живности хватало, однако ни одна местная тварь не тянула даже на Магистра.

Эрания рухнула на ближайшую площадку, пропахала когтями камень и улеглась прямо там. Ее большая голова шлепнулась рядом со мной.

— Пять минут, — потребовала она, закрывая глаза. — Потом можешь снова спасать себя от всей Многомерной.

— Десять, — разрешил я и спрыгнул на землю. — Я сегодня добрый.

Она приоткрыла один глаз.

— Разбудишь меня раньше, сброшу!

— Ты уже пробовала, — напомнил я, отходя к краю площадки.

— Теперь я больше, — Эрания снова закрыла глаз и уложила морду на лапы.

С этим спорить было сложно.

Я отошел к краю холма и раскрыл свое восприятие. Мир оказался старым. Энергетические линии лежали глубоко, местная магия тянулась из ядра и почти не смешивалась с душами жителей. Место годилось для отдыха и отлично подходило тому, кто решил устроить здесь засаду.

Нужно было сбросить чёртов «поводок»!

Бежать дальше можно еще долго, но Эрания выдохнется раньше. Я бы подхватил ее силой, вот только с переходами через Пустоту такой номер не проходит. Дракон знает дорогу телом. Если тело перестает слушаться, путешествие заканчивается внутри слоя. Оттуда даже Шнырька будет вытаскивать меня за дополнительное ведро мороженого.

Я просматривал линии мира, искал старые порталы, брошенные хранилища или хотя бы достаточно мощный источник, которым можно перебить след.

Внезапно небо над долиной дрогнуло, и на синем своде проступила тонкая сетка. Узлы загорались один за другим, и каждый новый оказывался ближе.

Эрания открыла глаза.

— Десять минут еще не прошли, — проворчала она, приподнимая морду.

— Это ты ей объясни, — я кивнул на сетку.

Дракониха посмотрела вверх и тут же встала. Усталость никуда не делась, но крылья уже разошлись.

— Пора уходить, — решила Эрания, примериваясь к прыжку.

— Полминуты, — я поднял ладонь, не давая ей рвануть. — Здесь должно быть что-то полезное.

Хвост ударил по камню.

— Сандр, она уже входит в мир.

— Вижу… Еще немного.

Сетка быстро наливалась силой. Привычных жгутов пока не было, и это настораживало.

Я дал восприятию больше энергии и ударил им по дальним линиям. В ответ пришел слабый след божественной силы, совсем рядом, за двумя холмами. Там стояла конструкция, собранная вокруг чужого ядра.

— Нашел! Двигай к храму, — я уже бежал к ней.

— Какому храму? — Эрания подставила спину, и я запрыгнул между выступами чешуи. — Ты опять решил попросить помощи у бога?

— Не, я собираюсь взять то, что мне нужно без спроса, — зачем просить у темных богов, я не понимал.

Дракониха оттолкнулась от площадки.

— Тогда я тебе верю.

Она спрыгнула с холма. Два взмаха, короткий разрыв, и мы вышли уже над храмом.

Когда-то это место впечатляло. Колонны высотой с башню держали крышу, от которой остался один угол. В центре стоял алтарь, вросший в каменный круг, вокруг него валялись цепи. Каждое звено могло удержать крепостные ворота и пережить удар Магистра.

Эрания опустилась во двор. Я спрыгнул, подошел к алтарю и положил на него ладонь. Пусто, но божество точно раньше здесь жило. Судя по отпечаткам, его посадили в храм насильно и много веков качали силу через алтарь. Потом пленник вырвался, порвав цепи изнутри. Жрецов, вероятно, он съел, а напоследок вынес из святилища всё самое ценное. Произошло это примерно лет пятьсот назад.

Я проверил глубокие контуры, там тоже ничего не было.

— Облом, — подытожил я. — Древний бог съехал, адреса своего не оставил.

Эрания замерла у входа. Ее зрачки сузились.

— Сандр, — она подалась назад.

— Вижу.

Дракониха оглядела двор, будто искала, куда спрятать собственный хвост.

— Такое раньше было?

— Со мной много чего было, но вот такого пока нет.

Пространство вокруг храма раскрылось сразу в десятке мест.

Подобных порталов я прежде не встречал. Никакой рамки, привычного завихрения или выхода в другой мир. Вокруг нас появились ровные круги, заполненные белым светом. Они поворачивались вслед за Эранией, словно орудийные башни.

Я успел поднять щит, как из кругов ударили лучи. Первый продавил защиту до ладони. Второй прошел сквозь камень и зацепил плечо. Боли почти не было. Рука потяжелела, энергетический канал начал засыпать, а следом в душу проник чужой приказ — лечь, закрыть глаза и перестать сопротивляться.

— Охренеть, — выдохнул я и вырвал из плеча белую нить. — Она решила меня усыпить.

Такого от Многомерной я еще не видел. Грубая сила ей надоела, и теперь хозяйка миров собиралась аккуратно выключить меня, чтобы доставить домой без очередной драки.

Алтарь за спиной принял еще два луча. Камень остался цел, зато вся вложенная в него магия погасла. Многомерная подобрала состав удара грамотно. Лучи глушили силу, сознание и связь с душами. При достаточном количестве меня бы выключили, упаковали и вернули на Землю. Наверняка еще записку приложили бы со словами — «Сиди спокойно!»

— На спину, быстро… — Эрания рванула ко мне и развернулась боком.

— Уже бегу, не ори!

Новый залп снес остаток крыши.

Я прыгнул на дракониху, вцепился в гребень, и она пробила слой прямо из двора. Один луч успел пройти рядом с ее крылом. Серебряная чешуя потускнела, Эрания дернулась и ушла глубже.

Храм исчез.

Обычно после такого перехода преследователь остается в мире. Нужно заново найти след, открыть дорогу и понять, в какую сторону ушла цель.

В этот раз белые лучи пробили пространство следом.

— Сандр! — Эрания шарахнулась от первого луча, едва удержав слой. — Они здесь!

— Вижу, девочка. Вправо!

Она заложила поворот, лучи повторили его.

Один прошел снизу и срезал кусок пустотного облака. Другой разделился на три нити, обошел Путевую складку и снова собрался у хвоста.

Лучи были самонаводящимися и теперь дела стали совсем плохи.

— Сбрось их! — крикнул я, поднимаясь на одно колено.

Эрания нырнула под поперечную нить мира, прижав крылья к бокам.

— Думаешь, я их в гости веду⁈ Они повторяют всё за нами!

Я создал две ложные метки и швырнул их в разные стороны. Каждая несла мою энергию, след души и даже запах Розовенькой, если запах вообще может существовать между мирами.

Лучи прошли мимо.

Я призвал душу Пустотного Ската, обернул ее остаточной силой Эрании и выпустил в соседний слой. Один круг дернулся, на один миг повернулся к приманке, затем вернулся к нам.

— Умные, падлы, — сообщил я драконихе, словно от этого ей станет легче.

— Сделай что-нибудь! — Эрания пробила тонкую перегородку плечом. — Они уже близко!

— Я думаю, — выбросив за спину еще один отпечаток, я проследил за лучами.

Принимать удар на себя нельзя, ведь именно этого Многомерная ждала. Я привык прикрывать своих, она тоже успела выучить мои привычки. Лучи подготовили под меня. Стоит встать между ними и Эранией, как вся конструкция схлопнется на моей Душе, а дальше я очнусь дома, возможно, в хорошем настроении и с желанием никогда больше не спорить. От одной этой мысли стало противно…

Я смотрел, как лучи держат поворот. Они шли за хвостом, повторяли высоту, игнорировали мои метки. Даже когда я выбросил наружу собственный отпечаток, погоня не дрогнула.

Вот оно!

След она держала по Эрании. Розовенькая закрывала мою душу, а вот Пустотного дракона скрыть оказалось намного сложнее. Переходы, жгуты, новый залп, всё строилось по ее следу. Лучи были наведены на дракониху и оказались достаточно умными, чтобы не теряться в слоях. Значит, нужно убрать цель.

Куда направить оставшийся удар, я тоже знал.

Я улыбнулся, и Эранию от этой улыбки передернуло сильнее, чем от очередного луча.

— Мне не нравится твоя улыбка, — она попыталась заглянуть мне в лицо, продолжая петлять между нитями.

— А мне нравится, двигай на Землю.

Дракониха повернула голову так резко, что едва не врезалась в Путевую нить.

— Куда⁈

— На Землю! Прямиком к барьеру, — я указал нужное направление.

— Тебя хотят вернуть, и ты решил им помочь? — в ее голосе уже слышалось вполне человеческое возмущение.

— Всё верно. Это очень разумный план.

Эрания клацнула зубами.

— Сандр!

— Давай, девочка. Сейчас самое время поверить в меня.

Она молчала несколько секунд, уворачиваясь от лучей. Затем резко сложила правое крыло и ушла вниз, к знакомому направлению.

— Правильно, мы вернемся, и она тебя простит, — Эрания перестала метаться между нитями и взяла прямой курс.

— Ага, — я прижался к шее и улыбнулся. — Простит…

Дракониха снова оглянулась.

— Ты улыбаешься.

— Я радуюсь возвращению домой, — я помахал приближающимся лучам.

Эрания издала звук, который у драконов заменял матерное слово, и ускорилась.

До Земли по обычным меркам было далеко. В Пространстве Мироздания расстояние зависело от того, знаешь ли ты дорогу и насколько сильно тебя там ждут.

Многомерная ждала меня всем своим существом. Дорога распахнулась так широко, что Эрании не пришлось искать переход. Было даже удобно, нам и так несложно бродить здесь, а Многомерная так вообще даже пыль с дороги убирает, чтобы нам было комфортно и мы не передумали вдруг.

Мы проходили слой за слоем. Вокруг становилось всё больше охранных линий. Некоторые узнавали мою душу с задержкой, вспыхивали и пытались сомкнуться, но лучи сзади пробивали их раньше.

Многомерная сама расчистила нам дорогу своим ударом.

— Быстрее, Эрания! — я пригнулся, когда над головой прошел белый луч.

— Я и так выжимаю всё! — она тяжело работала крыльями. — Еще немного, и меня придется нести!

— Понесу. Там у меня место есть.

Дракониха насторожилась.

— Где это там?

— Скоро узнаешь.

Впереди появилась Земля. Отсюда мир выглядел небольшим. Синий шар лежал внутри многослойной оболочки. Внешний барьер закрывал подходы, за ним работали поисковые контуры, а ближе к самому миру сияла клетка, построенная под мою душу.

Сколько же сил она сюда вбухала!

В прошлый раз я бил по этой конструкции всем, что имел, и едва царапал. Каждая секция подпитывалась от соседних. Повредишь одну, Многомерная тут же перебросит энергию и залатает.

Сейчас за моей спиной летело решение.

Лучи стали шире. Они собирались в один поток, чтобы ударить по цели одновременно. Эрания видела барьер и, похоже, решила, что мы действительно сдаемся.

— Она открывает проход, — Эрания вытянула шею, всматриваясь в барьер. — Сандр, нас впустят.

— Пусть готовится.

— После всего, что ты сделал, это хороший исход, — дракониха чуть сбавила скорость.

— Замечательный.

Она снова прибавила, уловив мое настроение.

— Мне опять не нравится твой голос.

Я погладил ее между рогов.

— Не переживай… Так надо.

До барьера оставалось несколько секунд. Эрания напряглась, готовясь пройти в открывшийся коридор. Я заглянул в свой Океан Душ и заранее приготовил нормальное место, в центре которого оставил целое озеро силы, халявной и вкусной, так ей понравится больше.

— Сандр, что ты делаешь? — Эрания уловила движение внутри моей души и рванула головой, пытаясь сбросить мою ладонь.

— Готовлю тебе спальню.

Крылья раскрылись шире.

— Нет.

— Поздно.

Я надавил на связь. Дракониха взревела. Крылья ударили по слою, серебряное кольцо между рогами вспыхнуло, но усталость подвела ее. Я раскрыл Океан и забрал Эранию внутрь вместе с разогнанной силой.

За миг до исчезновения она успела послать мне одну короткую мысль.

«Укушу»…

— В очередь, — ответил я уже в пустоту.

Подо мной пропала драконья спина, а я продолжил лететь к Земле по инерции, кувыркаясь среди охранных линий. В Океане Эрания рухнула в выделенное место, увидела озеро энергии и засунула туда морду. Потом свернулась вокруг него, сохраняя вид оскорбленной драконихи.

Сзади изменился строй лучей. Они потеряли цель. Белый поток дрогнул, несколько нитей разошлись в стороны. Наводиться заново было не на кого. Меня Розовенькая по-прежнему прятала, а отпечаток Эрании исчез из слоев.

Прямо перед ними находился барьер, который Многомерная возвела специально для меня.

— Ну, давайте, родные, — пробормотал я, разворачиваясь ногами вперед. — Пора немного поработать!

Защита Земли, кажется, растерялась… Открывшийся проход схлопнулся. Вокруг меня загорелись печати, барьер выпустил десятки захватов.

Вся оболочка Земли пришла в движение. Соседние секции начали перекачивать силу, укрепляя и без того несокрушимую защиту.

Ну а я… Ну а я привычным охотничьим способом полностью отрезвил себя, пропустив по каналам энергию и являя себя под гневным взором Многомерной Вселенной. И тут же рванул в сторону, меняя направление, пытаясь уйти через Тень.

И Многомерная «купилась»…

Поняв, что ее дичь передумала возвращаться в клетку, она снова устроила веселую перестрелку. Белые лучи шарашили в меня прицельно, пытаясь уже долбануть наверняка.Я уворачивался из последних сил, подгадывая нужный момент.

И наконец он наступил. Я завис в пространстве, повернувшись лицом к лучам, раскинув руки в стороны и широко улыбнувшись. Думаю, со стороны это выглядело эпично. Жаль, что сейчас рядом не было зрителей.

После чего я закрылся своим доспехом настолько, насколько только мог, прижал душу к телу и успел подумать, что план, вообще-то, отличный. А потом в меня врезалась вся мощь Многомерной Вселенной! Вот только мощь была избыточна для одного маленького человечка, пусть даже Великого Охотника. Поэтому большая часть энергии пошла дальше, ударив куда вы думаете? Правильно! Прямо в непробиваемый щит над старушкой Землей!

Вспышка закрыла Землю. Первый слой защиты исчез сразу. Следующий выгнулся, и по нему побежали трещины. Энергия, которую копили для моей клетки, встретилась с ударом, рассчитанным на мое же подавление. Конструкции узнали хозяйскую силу и на миг замешкались, но этого хватило.

Защитные узлы начали лопаться один за другим, разрушалась сама суть клетки Многомерной, в которую та вложила столько сил.

Я же летел по направлению к своей родной усадьбе на берегу озера Байкал.

«Что ты сделал?»

— Сэкономил силы, — ответил я, выравнивая полет. — Свои.

Позади продолжало греметь. Барьер, который я не смог проломить, сейчас разваливался под залпом собственной хозяйки. Она вложилась щедро. Такой мощью можно было вырубить шестерых вроде меня, если собрать нас в ряд и попросить не уворачиваться.

Я посмотрел на огромную брешь в защите Земли.

— Она меня за такое не простит никогда.

Эрания фыркнула из моего Океана Душ и снова опустила свою морду к энергии.

«Тебя это волнует?»

— Точно нет! Это было весело, — не удержался я от довольной улыбки, — хотя чертовски опасно, наверное…