Пиратские корабли, замаскированные под торговцев, спокойно покинули Баохе, потом прошли вверх по течению мимо патрульных судов правительства. Они причалили в тихой речной гавани вдали от любопытных глаз. Более сотни человек из отряда Бурой Свиньи благополучно высадились на берег, после чего пересекли лес, знакомыми только им тропами. Завидев вдалеке очертания крепости Земляного Дракона, бандиты оживились. Им не терпелось похвастаться своими подвигами в большом городе, увидеть завистливые глаза тех, кому не повезло остаться на горе.

Первым через ворота проехал Тан Гуй верхом на лошади и с доброй улыбкой на лице. Награбленный товар ему удалось продать по приемлемой цене, а во плаванья заключить с пиратами несколько сделок на будущее, в том числе на покупку партии рабов. Он пребывал в хорошем настроении. Следом за ним пешком шли бандиты и тащили на плечах ящики с покупками из большого города. Процессия сразу направилась к складам.

Прошло больше двух недель с тех пор, как Чжан Мин покинул крепость. Здесь ничего не изменилось все те же пыльные улочки и грубо построенные задания с соломенными крышами. Материалы давно потеряли цвет, от чего поселение на горе казалось мрачным и серым. Раненному Чжан Мину не доверили нести груз, поэтому он шел с пустыми руками в самом хвосте отряда.

— Старина Лао Юй! — воскликнул он, увидев вдалеке человека с торчащей во все стороны копной волос.

— Живой! Ты только глянь! — ответил тот.

— Эй! Ты не рад меня видеть живым? — удивился Чжан Мин.

— Из-за тебя я проиграл пятьдесят монет! Ты мне должен!

— Э? Ты ставил на то, что меня убьют? Ни хрена от меня не получишь!

— Ха-ха-ха. Как бы я посмел?

— Ставил, ставил! — к ним подошел Лин Бо и похлопал Чжан Мина по плечу. — Я не сомневался, что ты вернешься!

— Вот как надо встречать! Как поживал дядя Лин? — улыбнулся ему в ответ Чжан Мин.

— Здоров, как бык остальное не важно.

— Ничего странного не случилось, пока меня не было?

— Если не считать того, что всех пленников купил заклинатель Ин Хуа, а потом отряд Рогатого Змея увел их из крепости, то ничего, — лениво заметил Лао Юй.

— Это не тот, кто мумий из людей делает? — напрягся Чжан Мин.

— Он и есть. Ничего хорошего их не ждет, — безразлично заметил лохматый пьяница.

— Это все ерунда! Случилось кое-что поважнее, — загадочно ответил Лин Бин, младший брат Лин Бо.

— Что? — сердце Чжан Мина пропустило удар.

«Неужели девушек нашли?» — подумал он.

— Нас четверых переселили из общего барака. Мы получили отдельный дом.

— А? Ты о чем?

— Один из доверенных людей атамана, заметил, что под нашим присмотром куры несутся лучше, а все свиноматки опоросились. Теперь свинарники и курятники, полностью на нас! — похвастался Лин Бин. — Пока мы справляемся, нам не придется рисковать своей шеей снаружи. Хе-хе-хе.

— Каждому выдали по десять серебряных, — добавил Сяо Бай.

— Нас поселили ближе к загонам. Дали большой дом только на нас четверых, — уточнил крестьянин Лу Хань.

«Меня оставили в общем бараке», — подумал Чжан Мин, — «Выходит Тан Гуй больше не считает меня частью крестьян. Чего он задумал?»

— О! Все получилось, как вы и мечтали! — поздравил он.

— Угу.

— О чем вы говорите? Здесь все по-старому. Сплошная скука, — фыркнул на них Лао Юй, — Кстати! Я нигде не видел Ту Хама и его людей, — вдруг вспомнил он, — Они не вернулись со всеми?

— Нет и никогда не вернуться.

— Чего? — лохматый пьяница с недоверием посмотрел на Чжан Мина, — неужто ты всех отправил на тот свет?

— Шутишь? Откуда у меня столько сил? — посмеялся тот, а потом рассказал все тоже самое, что и помощнику Мо слово в слово, поскольку не видел причин рассказывать правду даже приятелям.

После возвещения отряда Бурой Свиньи крепость кипела, как встревоженный муравейник, везде шныряли люди, в том числе на территории скотного двора, а помощник Мо Души бдительно наблюдал за всеми. У Чжан Мина не получилось незаметно выбраться и проверить укрытие под землей, где прятались три девочки. Лишь ночью, когда большинство обитателей крепости легли спать, он дошел до свинарников и издалека бросил взгляд на старый сарай, но дальше идти не решился.

«Вокруг сарая нет свежих следов. Значит девочки не выходили наружу и все еще ждут моего возвращения», — думал он, направляясь в общий барак, — «Черт! Надо достать их оттуда поскорее!»

На другой день среди бандитов распространился слух о смерти Ту Хама и половины его отряда, как единственный выживший, Чжан Мин оказался в центре внимания, поэтому сидел перед бараком окруженный любопытными бандитами. Ему пришлось по несколько раз отвечать на одинаковые вопросы, иногда показывать заживающее раны для убедительности.

— Мы давно не ладили и вот только отошли от лагеря… — придумывал на ходу Чжан Мин, правду говорить он никому не собирался. — Мне удалось сбежать, что там с ними было дальше, знать не знаю. Какие ходят слухи вы и сами знаете.

— Повезло! — заметил один их них, — Тебе конечно досталось, зато живой.

После смерти своего лидера, остатки группы Ту Хама довольно быстро распались, будто давно ждали такого шанса. До Чжан Мина им больше не было никакого дела, а о мести или ненависти они сразу забыли, некоторые с благодарностью смотрели на бывшего врага.

Оживленная суета в крепости не утихала несколько дней и все это время Чжан Мин держался подальше от старого сарая, однако под предлогом помощи приятелями, частенько бывал рядом. Успехи Лин Бо в разведении скота вдохновили Тан Гуя на постройку нового курятника и починку свинарников. Люди постоянно крутились на территории скотного двора, не давая ему возможности увидеть пленниц, а пару человек даже зашли внутрь старого сарая.

«Всего за два вдоха, я добегу до них, еще одного хватит сломать обоим шеи», — наблюдая со стороны, прикидывал Чжан Мин. — «Хватаю девочек и лезу прямо через стены в лес. Потом мы побежим… надеюсь удача на нашей стороне», — сжав кулаки, он приготовился.

— Тут ничего нет. Только вонища, — ветер донес до него обрывок фразы бандита. — . Там крыса похоже сдохла… под полом.

— Угу, будто мертвечиной тянет, — согласился второй.

* * *

К счастью, они ничего не нашли, но наблюдая за ними, Чжан Мин пропотел сильнее, чем на тренировке. Казалось, он сходил с ума, находясь так близко, но не имея сил помочь девочками или хотя бы узнать о их состоянии. Сон полностью покинул его. Под видом медитации он сидел на свинарнике, ожидая любого момента, когда бандиты разойдутся, утихнет грохот молотков, но те шатались до утра, а с рассветом приходили другие.

— Надо было перерезать их как свиней… — бормотал он, шагая по направлению к складу с несколькими монетами за поясом.

— О! Опять ты! Какая трава нужна на этот раз? — встретил его управляющий Шан Юньцзы, — Помогли тебе семена Ба Доу, что ты купил прошлый раз? Запор прошел?

— Очень помогли. Только от них еще температура и тошнота.

— Хех, ну извини. Зато живой вернулся, — многозначительно посмотрел на него управляющий, — Так чего теперь надо?

— Не могу спать. Нужно снотворное. Очень сильное. Много.

— О! Прям много? — Шан Юньцзы удивленно поднял брови, — Деньги принес?

— Да, — ответил Чжан Мин, а про себя подумал, — «Ему вообще плевать для чего и что я использую. Даже если отравлю тут всех… Странный человек».

Закончился четвертый день с момента его возвращения в крепость. Солнце зашло за горизонт и прохладный осенний ветер со стороны леса принес запах влажной травы и грибов. По небу плыли облака, закрывая тенью и без того мрачный форт.

На углях в печи запекался картофель, добавляя к запаху дыма сладковатые нотки, а в большом общем котле над остатками каши поднимался пар. Вокруг вповалку спали бандиты, вместе с ними Лин Бо с приятелями храпели на всю округу.

— Хорошая сонная трава, — пробормотал себе под нос Чжан Мин. — Даже лучше, чем я думал. Теперь как минимум половина отряда проспит до утра. Мо Души свалил из крепости. Пора!

Обернув печеный картофель несколькими слоями мешковины, он наполнил бамбуковый термос кашей из гаоляна и мяса, после чего неспеша обошел скотный двор, заглянул в конюшни. Убедившись, что все спят, он молнией пронесся по заранее выверенному маршруту, избегая чужих глаз, и через несколько вдохов оказался рядом со старым сараем, оглядевшись, зашел внутрь и плотно запер дверь.

— Чем пахнет? — в нос сразу ударил запах разложения и гнили, сердце Чжан Мина едва не остановилось. — Пожалуйста будьте живы!

Дрожащими руками он разобрал пол сарая и потянулся к люку, ведущему к укрытию. С шорохом осыпалась потревоженная земля, из черноты погреба поднялось густое облако вони из смеси разложения, остатков еды и туалета. Оно окутало его с ног до головы. Хотя крышка пропускала воздух, ее едва хватало, чтобы не задохнуться, укрытие плохо проветривалось. Чжан Мин достал свечу из корзины, осторожно зажег и спустился вниз, оставив люк открытым.

Внутри укрытия на своих постелях лежали пленницы, свернувшись калачиком. Худые фигурки, одетые в мужскую одежду великоватую им по размеру, не шелохнулись при его появлении. Сердце Чжан Мина сжалось от отчаяния, к горлу подступил ком, и он сделал неровный шаг вперед.

— Эй! Это я, — произнес он, голос предательски сорвался.

Наконец, они медленно повернули головы, щурясь от тусклого огня свечи, словно от солнца. Их лица осунулись, глаза немного ввалились. Медленно двигая руками, девочки пытались сесть на кровати.

— Спасибо, что дождались … — тихо произнес Чжан Мин, проведя тыльной стороной ладони по щеке, — Теперь все хорошо. Я вернулся.

— Да, — всхлипнула старшая.

Некоторое время Чжан Мин с тревогой смотрел на них, зная, что почти три недели им пришлось провести здесь, питаясь водой и сушеной пищей, вздрагивая от каждого шороха. Он видел заторможенные движения, сухие губы, пустые взгляды бывших пленниц. Истощенные физически и духовно, они ждали его возвращения, а по сути, одного из бандитов, что запер их под землей. У него потяжелело в груди, переносицу предательски кольнуло.

«Не сумел позаботиться об одних детях, как задолжал другим», — влезла в голову колючая мысль, вспомнились лица двух малышей из Баохе.

— Папа! — выкликнула младшая из девочек, поднимаясь на ноги, — Где ты был так долго? — пошатываясь, она подошла к Чжан Мину и крепко обняла.

— Прости… — удивился тот, но не отшатнулся, положил мозолистую руку ей на голову и погладил по волосам. — Что происходит? — он перевел взгляд на саму старшую.

— Сяо Мэй … кажется, она … немного путается последние дни … — ответила та, садясь на постели.

— Ясно, — кивнул Чжан Мин.

Несмотря на их истощенный вид он чувствовал облегчение, самого плохого удалось избежать. Все переживания последних дней, пожиравшие его душу, как голодный демон, растворились за один миг. Младшая девочка все еще не отпускала Чжан Мина, обхватив своими хрупкими ручками, и он невольно прижал ее к себе, а потом еще раз погладил по голове. Она зарылась лицом в его одежду, и крохотное тельце перестало дрожать.

— Почему она такая горячая? — спросил он, ощущая будто обнимал раскаленную печь, — И чем у вас так пахнет? Что-то протухло?

— Нет, это от нас… после тех конфет, жар не проходит.

— Как? Сколько было конфет?

— Четыре…

— Всего четыре не страшно, — выдохнул он.

— Четыре каждой из нас…

— Ох! Не хорошо, — нахмурился Чжан Мин, по себе он знал о действии пилюли, так как принял две. — Как вы продержались столько?

Положив ладонь между лопатками девочки, что крепко обнимала его, он ощутил бушующую энергию внутри ее, просто огненный разрушительный шторм, сжигал ребенка изнутри. Сначала он выжег все нечистоты, потом принялся за само тело, метясь диким зверем внутри без выхода и направления.

* * *

— Ложитесь обратно на спину! — из-за пазухи он достал свиток.

По очереди одной за другой он приложил ко лбу девочек загадочный артефакт, а они лишь послушно закрыли глаза. Свиток светился, передавая техники медитации и управления внутренней энергией, а вместе с ними всю систему тренировок. Какую из версий передавал свиток, Чжан Мин не знал, но процесс длился дольше, чем когда он сам впервые получал техники.

«Улучшенный свиток намного опаснее, чем я думал!» — заметил он.

Поток знаний то ускорялся, то замедлялся, словно артефакт подстраивался под каждую из девочек, взвешивая возможности их хрупких тел и повреждённых меридианов. На их лицах проступила гримаса боли: новые знания входили в сознание, причиняя страдание. Чжан Мин чувствовал, будто вел их по хрупкому льду. Один всплеск эмоций, одна попытка вмешаться и энергетические каналы могли не выдержать, в то же время, если бы поток из свитка замедлился, то техника могла не укоренится.

— Ничего не делай, просто расслабься, — тихо успокаивал он, — все хорошо.

Через нечто подобное Чжан Мин проходил сам и весь его опыт, и интуиция подсказывали как нужно действовать. Сжавшись внутри, он полностью скрыл свою ци, не позволяя ей вмешиваться, и доверился мудрости свитка.

«Кажется получилось», — вздохнул с облегчением Чан Мин, когда все наконец закончилось.

Осторожно, словно боялся повредить, он по очереди вынес всех троих из укрытия, а потом, проверив округу, выпустил из сарая на свежий воздух, под свет звездного неба. Покачиваясь на ослабших ногах, девочки неспеша вышли наружу, провели руками по высыхающим стеблям травы, подняли головы к небу, где неспешно плыли облака и разрыдались, но тихо едва слышно, будто пищала мышь, однако горе их казалось безбрежным. Ветер принес запах осеннего леса и ободряюще трепал волосы, словно утешал девушек.

— Садитесь и начинайте направлять энергию, пока не успокоиться, — напомнил Чжан Мин. — Вам сразу станет лучше. Дольше тянуть нельзя.

— Угу, — кивнули они и будто делали это уже много раз, прикрыли глаза и начали медитацию.

Пока они боролись с бушующей энергией, Чжан Мин прибрался внутри укрытия, вынес все провонявшие тряпки, заменил плетенные циновки, служившие матрацем на свежие. Позаимствовал их из нового дома Лин Бо. Прежде чем укладывать все вещи по местам, он вымыл пол, горшки и местами стены. В качестве финального штриха, Чжан Мин подготовил для каждой новую одежду. Запах из погреба не пропал полностью, но заметно уменьшился, через открытый люк наполнился свежим воздухом.

Когда через пару часов девочки закончили первый этап медитации, Чжан Мин принес им горячей запечной картошки вместе с котелком мясной каши. Потрогал лоб младшей, к счастью, температура снизилась, техника из свитка работала. Проверив двух оставшийся, он выдохнул с облегчением. Кризис миновал.

«Еще бы день другой… не хочу об этом думать. Главное худшего удалось избежать», — он взглянул на младшую девочку, — «Кажется ее душевное здоровье сильно пострадало. Не знаю виноваты пилюли или она просто много пережила… надеюсь со временем ей станет лучше».

До сих пор Чжан Мин не спрашивал имен пленниц, будто так потеря ощущалась бы слабее, но это не помогло. Чувство вины давило сильнее, чем он ожидал. На него с надеждой и доверием смотри три пары глаз, и относиться к ним отстраненно у него не получалось. Их судьбы тесно переплелись между собой и теперь он намеривался во что бы то ни стало вытащить девочек из бандитского логова, при том целыми и невредимыми.

— Кхм-кхм. Меня зовут Чжан Мин. Можете звать меня дядя Чжан, — вдруг представился он, — Мы же так и познакомились нормально. Как вас зовут? — он сделал жест рукой в сторону старшей девушки.

— Эм … ух … я… Меня зовут Хай Лин.

— Теперь ты, — Чжан Мин показал на тихую девочку вторую по старшинству, все еще испуганно смотрящую в плошку с кашей.

= Я-я-я, Цао Сивэнь, — едва слышно пропищала она.

— Мое имя, Чжан Сяо Мэй!

— Э? Разве не Чжоу Сяо Мэй? — удивилась старшая.

— Нет, — уверено помотала головой девочка. — Точно Чжан!

— Ты фамилию сменила?

— Ладно, пусть так, — не стал возражать Чжан Мин, — У вас хорошие имена. Не похоже, что вы из простой семьи. Хм … Как вы умудрились съесть все четыре конфеты? Вам же плохо было от них.

— Плохо стало не сразу, — задумалась Хай Лин, — сначала ощущалось тепло…

— Они очень вкусные, — добавила Сяо Мэй. — Сладкие.

— Ясно, пилюли были что надо… — Чжан Мин почесал подбородок. — вы наверно сундук золота слопали. Мастера закалки тела, слезами бы обливались. В каких фигурках вы их нашли?

— Красивых таких, — старшая девочка очень внимательно отнеслась к его вопросам, они походили толи на богов, толи на демонов.

— Хм, значит разбили вы самые дорогие фигурки, — кивнул тот, — Ну ничего не поделать. Вы кушайте, а я пойду осмотрю округу.

Пока они с наслаждением уплетали горячую еду, он молнией обежал скотный двор еще раз убедился, что никто из бандитов не проснулся. Его второй уровень закалки тела позволял обнаружить приближение человека издалека, шорох травы под ногами или одежды при движении, замерев на миг он слышал сопение каждого бандита поблизости.

Ночь пролетела незаметно и вскоре вдали забрезжил рассвет. Пришло время вернуть девочек обратно под землю. После всего случившегося ему очень не хотелось запирать их там снова.

— Нет! Не пойду! Не хочу туда! — сопротивлялась Сяо Мэй, мертвой хваткой вцепившись в одежду Чжан Мина, — Папа, не оставляй меня там!

— Я вернусь. Совсем скоро, — уговаривал он, не в силах вести себя так же отчужденно, как прежде, — Будь сильной девочкой. Надо немного потерпеть.

С большим трудом уговорив ее обещанием очень вкусной еды, Чжан Мин оставил пленниц в укрытии, а сам вернулся в барак, где проспал до полудня. Последние дни он провел без сна, обходясь медитациями, и теперь даже не помнил, как отрубился. Проснувшись, обнаружил оживленную суету. Большинство бандитов отряда дрыхли с прошлого вечера до позднего утра, поэтому завтрак подавали только сейчас, и он проснулся как раз вовремя.

— Брат Чжан, — кивнул ему Лао Юй, пальцем вычищавший остатки риса из плошки, — Ты как? Вчера мы так умотались, что все отрубились. Все-таки иногда надо давать себе отдых!

— Будто ты работаешь много, — улыбнулся Чжан Мин, — Но ты прав отдых всем нужен.

— А я о чем! Вообще-то я ждал пока ты проснешься. Не хотел будить. Давай отойдем на разговор, — лохматый пьяница покосился на других бандитов.

— Что-то важное? — нахмурился Чжан Мин.

— Ты это… больше не приходи убирать навоз и вообще помогать на скотном дворе… — тихо произнес Лао Юй.

— Э? Чего вдруг?

— Ты теперь вроде как повышен в звании, тебе не по рангу с нами возиться… и потом у тебя теперь другая работа.

— Новая работа? Ты о чем? Почему я ничего не знаю?

— Тебе не сказали? Ты идешь в патруль!