Тау закрыл за Стар дверь, выдохнул и обернулся — перед его лицом стояла ехидно улыбающаяся Линь, сложив руки на пояс.

— Подумать только, — усмехнулась она, скаля своей улыбкой. — Великий вор и манипулятор делает домашку для школьницы. Ещё так смиренно. Просто умора.

— Как ты?.. — нахмурившись, удивился он, оглядываясь по сторонам, но потом отмахнулся, протирая глаза за очками. — А, неважно.

Звонок телефона.

Они оба посмотрели в сторону стола, где лежал телефон Тау — к которому он не притронулся всё это время. Он обошёл Линь, взял телефон, повернул экраном к себе — высветилось изображение Тифф.

Он нахмурился, выпучив глаза на экран. Линь выглянула у него из-за плеча и, ехидно улыбаясь, подметила:

— О, это же Тифф. — Она перевела взгляд на него. — Вы что, встречаетесь?

— И да, и нет, — заявил он и отошёл в сторону вместе с телефоном.

Выдохнув, Тау провёл пальцем по экрану и поднёс телефон к уху.

— Привет, Тифф, — неуверенно протянул он.

— «Привет, Тифф»? — возмутилась Тифф. — Ты куда пропал? Забыл, что с тебя свидание? Загасился и на сообщение не отвечаешь!

— Сообщение? — удивился он, быстро убрал трубку от уха и взглянул на экран. Увидел одно непрочитанное, быстро открыл, ознакомился. У него дёрнулся глаз, и он вернул трубку к уху. — Прости, я вчера вообще выпал из жизни. Прилёг отдохнуть и вырубился до утра.

— Время уже почти полдень, — недовольно подметила Тифф. — Хочешь сказать, ты только проснулся?

— Конечно нет… — промямлил он, кривя лицо, и глянул на Линь. — Просто… тут у меня проходной двор, и как-то до телефона не добрался.

— Смотрите-ка, бедолага, — усмехаясь, добавила Линь, усаживаясь за его стол. — Когда по головке гладил, тоже так думал?

— А ну цыц, — тихо буркнул он, глядя на Линь и прислонив палец к губам, удерживая телефон у уха.

— Ты что, цыкнул на меня? — удивлённо возмутилась Тифф.

— Нет-нет, — поспешно сказал он. — Тут у меня кошка… и я её дрессирую.

— Кошка? — удивилась Тифф. — У тебя есть кошка?

— Эм…

— Ладно, — усмехнулась Тифф в трубке. — Что-то новенькое. Покажешь?

— Ну…

— А, ладно, — отмахнулась Тифф. — Потом покажешь. Ты придумал, куда сходим?

Тау начал метать глазами, ища ответы где-то в своей квартире. Линь, сидевшая возле стола ногу на ногу, показывала ему свой телефон — на нём были три купленных билета на концерт Глории.

— Концерт Глории!? — удивлённо произнёс он с телефоном у уха.

— Глория? — чуть заикнувшись, удивилась Тифф. — Ты не шутишь?

— Конечно не шучу, — протянул он в трубку, кривя лицо на Линь. — Ты же всё-таки… гяру… и тебя лучше отвести в место, которое бы тебе понравилось.

Какая нелепица. Абсурд в чистом виде. И самое противное, что иного варианта придумать не могу. Вот она, обратная сторона медали таблетки — эмоции не дают нормально думать.

— Ничего себе, — радостно произнесла Тифф. — Я не рассчитывала даже… Ладно, ты прощён за сообщения. И к слову… для лже-парня ты очень хорошо справляешься.

— С-Спасибо, — выдавил он с кривым лицом и свалился на матрас с телефоном у уха.

— Тогда до вечера, — ехидно сказала Тифф. — И одень что-нибудь приличное, ладно?

— Ага, — кивая, протянул он.

Связь разорвалась. Тау медленно убрал телефон от уха и, кривя лицо, смотрел на экран.

Все сговорились, что ли? Сначала Стар, теперь Линь — и вот я уже вечером собираюсь отвести Тифф на какой-то концерт. Мне надо разбираться с Мэнди и A.O.E., а вместо этого придётся отправиться на свидание. Да и у Тифф, кажется, стираются грани между лже-парнем и парнем — сама уже не знает, как ко мне относиться. И вишенка на торте — бездомная кошка, которая неизвестно сколько у меня пробудет.

— Чем больше наблюдаю за тобой, — усмехнулась Линь, откинувшись на спинку стула, — тем больше удивляюсь.

— Откуда у тебя билеты? — спросил он, приподнимая бровь. — Ты вроде говорила, что нищая.

— Заимела, пока были средства, — улыбаясь, заявила она, закидывая ноги на стол.

— Сразу три?

— Для себя, Амазонки и… Ночного, — процедила она на последнем имени. — В общем, не вникай — Амазонка уболтала для него взять.

— И ты готова отдать их мне? — усомнился он. Линь лениво кивнула. — В чём подвох?

— Ну не пропадать же, — усмехнулась она. — А так хоть развеюсь. — она нахмурилась и отвела взгляд. — Да и немного отвлекусь от того, что меня выгнали…

— Я всё равно в тупике, — выдохнул он и скрестил руки. — И видимо, все дороги ведут в этот концерт. Однако тебя не должны видеть рядом со мной.

— Боже, — закатывая глаза, возмутилась Линь. — Ты такой нудный. Мне что, теперь в каждом углу прятаться?

— Есть идея получше, — заявил Тау, поправляя очки. — Но для начала прими душ и смочи волосы.

— Что, хочешь увидеть меня голенькой? — ехидно улыбаясь, спросила она.

— Ага, — бросил он и, вставая с кровати, направился к шкафу. — Делать мне больше нечего.

— Все мужики так говорят, — усмехнулась Линь, провожая его взглядом и разводя руками. — А потом подглядывают.

— У меня другие приоритеты, — бросил он, шарясь в шкафу.

— Да ладно, — отмахнулась она, делая кокетливые глазки. — Я не буду осуждать. Ну, чуть-чуть поворчу для профилактики…

В её лицо прилетело полотенце. Она тут же убрала его с лица и удивлённо уставилась на Тау.

— В душ! — приказал он, указывая на ванную.

— Да иду, иду, — буркнула она, вставая с места, и направляясь в ванную, показала Тау язык.

Тау закатил глаза. Как только Линь закрылась в ванной, он опустился на колено и провёл пальцем по задней стенке шкафа — сенсорная панель моргнула, и отсек бесшумно отъехал в сторону. На полках, подсвеченных холодным светом, лежали контейнеры с красками для волос различных цветов. Он взял красную краску, кисточку, ёмкость для смешивания и ткань для плеч. Провёл пальцем по панели, закрывая отсек.

Женский крик из ванной.

Он подлетел от неожиданности и ударился затылком об дверцу шкафа. Шипя и потирая затылок, он вынырнул из шкафа, держа в руках всё необходимое для покраски.

— Ты псих! — крикнула Линь из ванной.

— Ты что так кричишь? — крикнул в ответ он, оборачиваясь в сторону ванной.

— Вода ледяная, — рыкнула она. — Кто вообще так моется?

— Переключи на горячую, — возмутился он, хмурясь в сторону ванной. — Зачем орать-то!?

Нажил на свою голову. Я, конечно, задумывался завести рыбку, но не звероподобную девушку. Ладно, временные трудности.

Он уселся за стол, разложил всё необходимое, взял телефон и открыл парикмахерские курсы. Бегло пролистал пару страниц, запоминая основные моменты, убрал телефон и задумчиво посмотрел на кусок хлеба. Взял его, надкусил — жевал без удовольствия.

Так и думал. Вместо вкуса — набор данных. Белки, жиры, углеводы и состав. Больше нет наслаждения вкусом. Четыре часа действовала таблетка. Даже боль подутихла. Дурацкая кошка — не дала насладиться человеческим счастьем.

Дверь ванной распахнулась, и оттуда вывалился пар. Из неё вышла Линь — в полотенцах на голове и на теле.

— Ну всё, я помылась, — ехидно улыбаясь, заявила она, ставя руки на пояс. — Что теперь? Стащишь с меня полотенце?

Тау встал со стула и выкатил его в центр комнаты.

— Садись! — хмуро сказал он, удерживая спинку стула.

Линь посмотрела на стул, потом на Тау, ещё раз на стул и на него.

— Я, конечно, много фетишей видела, — усмехнулась она, кладя ладонь на грудь. — Но это что-то новенькое.

— Да садись уже, — закатывая глаза, буркнул он.

— Ладно, — фыркнула она, уселась на стул, закинула ногу на ногу, скрестила руки и задрала нос. — Командует он тут. К твоему сведению, я приличная дама.

Твой браузер говорит об обратном.

Он ловко выхватил длинную ткань со стола и, пока она задирала нос, перекинул через неё, завязывая у шеи. Та только окинула взглядом ткань.

— Эй! — возмутилась она, бегая глазами. — Ты что удумал?

— Покрашу тебя, — заявил Тау, уже разводя краску в ёмкости для смешивания.

— Не смей трогать мои волосы! — рыкнула Линь, оборачиваясь к нему. — Последнему, кому я позволяла их трогать, был мой бывший. И после него мне пришлось укоротить причёску. Думаешь, почему у меня каре?

— Я не твой бывший, — отрезал Тау, закончив размешивать. — И я не собираюсь использовать твои волосы для своих низменных потребностей. — Он взял кисточку и макнул в ёмкость. — Просто сиди ровно.

Он развернул её от себя, схватил за плечи и прижал к спинке стула. Та только успела похлопать ресницами.

— Ты можешь быть поласковее? — возмутилась она. — Я ведь могу и укусить в ответ.

Может, надо было посмотреть курсы для парикмахера животных? Нет. Это было бы уже издевательством.

— Просто сиди ровно, — сказал он и, убрав полотенце с её головы, ловко откинул его на кровать.

— Ты же в курсе, — протянула она, глядя на упавшее полотенце, — что волосы должны быть сухими перед наложением краски?

— Я что по-твоему дилетант? — буркнул он, держа в руке нано-спрей.

Тау потряс баллончиком — внутри что-то мягко зашипело. Два нажатия, и тонкая струя покрыла волосы Линь, испаряя влагу с лёгким свистом. Она дёрнулась от неожиданности, но через секунду её волосы стали сухими и гладкими.

Убедившись, что волосы высохли, он отложил нано-спрей в сторону, взял ёмкость с красной краской, макнул кончик кисточки и приготовился накладывать краску.

— Ну правда, — жалостно произнесла она, и он остановил кисточку в сантиметре от её волос. — Будь аккуратен, ладно?

— Слушай, — начал он, чуть убирая кисточку от её волос. — Если я за что-то берусь — я делаю это максимально хорошо. Теперь не шевелись.

Кисточка коснулась волос, и алая краска поползла по прядям, оставляя ровный насыщенный след. Он вёл её от корней до самых кончиков, мягко, но уверенно, будто делал это сотни раз. Линь зажмурилась, задержала дыхание и лишь изредка дёргалась, когда холодный ворс касался кожи.

— Не дрожи, — заявил Тау, макая кисточку в разведённую краску.

— Хватит командовать, — буркнула Линь, открыв один глаз.

— Пожалуйста, — ласково попросил он, снова поднося кисточку.

Линь выдохнула, плечи опустились, и Тау спокойно продолжил красить её волосы.

— Знаешь, — протянула она, — обычно в таких ситуациях хорошо идут откровенные разговоры.

— По-твоему, я похож на того, кто любит откровенные разговоры? — спросил он, проводя кисточкой по локонам.

— Ты похож на того, кому это нужно, — подметила она, заворачивая глаза, чтобы глянуть на волосы.

— Ты мне ничего нового не скажешь, — заявил он, закрашивая затылок. — А обо мне тебе знать ни к чему.

— К чему такая скрытность? — возмутилась она, закатывая глаза. — Может, я единственная, кто сейчас может тебя понять.

— Понять? — усмехнулся он, одёргивая кисточку, и помотал головой. — Никто не сможет меня понять. Хочешь услышать мою смазливую историю, чтобы просто поддержать беседу?

— Почему ты такой козёл? — буркнула она, оборачиваясь на него.

— Жизнь заставила таким стать, — заявил он, отворачивая её голову, и приступил к покраске макушки.

— Ты мне нравился куда больше, когда кланялся и извинялся. — хмурясь, подметила она.

— То был скромный и неуверенный студент. А сейчас с тобой разговаривает профессионал своего дела, — заявил он и снова прижал её к спинке стула. — Сиди ровно!

— Профессионал, пфф, — усмехнулась она, покрутив глазами. — Ну да, ты хорош. Но ты не всё обо мне знаешь.

— Ван Линь, — начал он, вставая от неё боком, крася локоны. — Родилась в Японии. В прошлом спортсменка, но не заработала ни одной медали. Были неудачные попытки создать семью. Подождать?

— Не надо, — хмуро буркнула она, опустив голову.

— Я что, задел твои чувства? — спросил он, закончив с боковой частью причёски.

— Нет, — отрезала она.

— Если тебя это утешит, — начал он, вставая перед ней и крася чёлку, — то таких, как ты, миллионы.

— Меня это не утешит, — хмуро ответила она.

Тау остановил кисть, замер на мгновение, затем опустил руку и отошёл, не глядя на неё.

— У тебя хотя бы история есть, — подметил он, разглядывая кисть с краской. — Какая-то семья, знакомые… Мама.

— А у кого их нет… — буркнула Линь, но её уши навострились. — Стоп… — Она медленно подняла глаза, уставившись на него. — Ты про себя?

Тау выдохнул, задержавшись на мгновение, потом помотал головой, опустил кисточку и, молча развернувшись, подошёл к ней. Он не сказал ни слова — просто снова взялся за краску.

— Прости, я не знала, — тихо сказала Линь, разглядывая Тау в упор.

— Никто не знает. И от этого проще, — хмуро подметил он, водя кисточкой по её чёлке.

— Как можно быть таким холодным? — прищурившись, спросила она.

— Недавно ты хотела меня в асфальт закатать, а сейчас пытаешься понять, почему я такой? — спросил он, не останавливаясь и глядя ей в глаза.

— Ну и ты меня мучал, — подметила она, ловя с ним зрительный контакт. — А сейчас сидишь и красишь мне волосы, пока я сижу в одном полотенце.

— Я не выбирал быть таким, — выдохнул он, снова глядя на то, как ложится краска. — Меня таким сделали.

— Хочешь сказать, — скривилась она, приподнимая бровь, — кто-то заставил тебя надеть маску и мстить героям?

— Никто меня не заставлял, — отрезал он и убрал кисть. — Но и другой жизни у меня просто не может быть.

Тау встал с корточек, убрал кисточку со смесью в сторону и сделал шаг от неё, присматриваясь к причёске.

— Готово, — кивнул он и, обойдя её, направился к столу. — Подожди, пока высохнет.

Линь проводила его взглядом, подскочила со стула как взволнованный ребёнок и добежала до зеркала в ванной. Оглядела причёску со всех сторон — чернота исчезла, волосы стали алыми. На её лице воссияла довольная улыбка.

— А знаешь, дракончик, — усмехнулась она, разглядывая себя в зеркале, — ты бы пользовался большим успехом, если бы подался в парикмахеры. Конечно, я бы выбрала цвет ярче, но в целом… ух ты, даже ушки.

Тау ничего не ответил. Подойдя к столу, он выдвинул нижний ящик, открыл двойное дно — там лежали цветные линзы. Взял зелёные, закрыл ящик и прошёл в ванную к прилипшей к зеркалу Линь.

— Вот, — сказал он, кладя линзы перед её носом. — Наденешь потом.

— Зачем это? — спросила она, хватая и разглядывая линзы.

— Скроет твой цвет глаз, — подметил он, краем глаза смотря на своё отражение.

— Как всё замарочено, — буркнула она, кривя лицо, потом пожала плечами. — Ну ладно.

— И убери образ кошки, — добавил он, глядя на её уши.

— Да не хочу я, — возмутилась она, придерживая полотенце. — Чем тебе кошка не угодила? Ты вон как кайфовал от обычного поглаживания.

— Во-первых, — начал он, поправляя очки, — это была секундная слабость, которая не повторится. Во-вторых, образ кошки напрямую ассоциирует тебя с Пантерой, которой ты уже не являешься. А в-третьих, тебя всё ещё легко узнать по кошачьему образу. Так что тут нечего обсуждать.

Линь скривилась и задергалась на месте, но не сказала ни слова. Она знала, что он прав. Просто кошачий образ был единственным, в котором она чувствовала себя естественно.

— Ладно, — вздохнула она, кривя лицо. — И что выбрать?..

— Всё, что хочешь, кроме кошки.

Линь сморщилась, скрестила руки и закрыла глаза. Хмыкая, она перебирала пальцами по локтю. Её уши и хвост менялись раз за разом — медведь, лошадь, кролик, собака, мышь — но всё было не то. Тау стоял и наблюдал.

— Можешь не смотреть, — буркнула она, подбирая образ. — Бесишь.

Так мы провозимся до самого вечера. А мне ещё надо пополнить запасы еды и создать новое снаряжение. Придётся вмешаться. Ненавижу.

— Лиса, — сказал он, и Линь перестала менять образы, взглянув на него с неким удивлением. — Не кошка, уши будут иными. Хвост пушистый, но по другим параметрам не должен сильно отличаться от твоего кошачьего образа.

— А ведь точно…

В ту же секунду её уши приняли лисий образ — такие же острые, как у кошки, но с черными кончиками на верхушках. Хвост стал рыжим и пушистым, с белым кончиком. Он хорошо подходил к её новой причёске.

— Сразу бы так, — довольно подметила она, разглядывая себя в зеркале, а потом с хитрой ухмылкой взглянула на него. — Ну как? Погладить хочешь?

— Оденься, — бросил он, отворачиваясь и выходя из ванной. — Выйдем за продуктами.

— Я, конечно, не против, когда парни командуют, — усмехнулась она, идя за ним следом. — Но обычно это происходит в более интимной обстановке.

— Ты всё переводишь на секс? — бросил он, подходя к шкафу.

— Ну извини, — усмехнулась она, облокачиваясь напротив шкафа. — Это одна из проблем моей способности. Ну, понимаешь, там март… Хочется найти пару и т. д. и т. п. В общем, звериный инстинкт.

— Давай ты будешь заниматься этим не в моей квартире, — заявил он, перебирая гардероб. — Мне тут бардель не нужен.

— Да что ты такой непробиваемый!? — буркнула она, хмурясь на него. — У тебя в квартире почти голая девушка, с лисьим хвостиком и ушками, а ты даже бровью не повёл.

— Ага, — невозмутимо сказал он, доставая выходной прикид. — У тебя 15 минут.

— «У тебя 15 минут», — буркнула Линь себе под нос, закатывая глаза, и пошла к своей сумке. — Как будто вернулась к родителям. — Она взяла вещи и недовольно зашагала в ванную. — Сделай то, сделай это… бесит.

Войдя в ванную, она хлопнула дверью и заперлась изнутри.

Пока Линь возмущалась и приводила себя в порядок в ванной, Тау уже переоделся в белую поло и синие джинсы. Подойдя к столу, он выдвинул ящик с коробкой наличных денег, взял немного и положил в задний карман.

Деньги кончаются. Придётся идти в парк и заработать немного за игрой в шахматы.

Он присел на матрас, наклонился вперёд и схватился за подбородок.

Мэнди — большая проблема. Нужно менять стратегию. Да ещё ЮПГ совсем не готова для моих планов. Я будто снова оказался в начале пути. Всё перевернулось с ног на голову. Ладно, буду решать одну проблему за раз.

Через несколько минут дверь ванной открылась — Линь вышла в свободной жёлтой толстовке и джинсах. Она подошла к Тау и слегка приподняла голову, чтобы он мог увидеть её новые зелёные глаза. Волосы убраны назад, и он заметил, что линзы сидели идеально.

— Что скажешь? — улыбаясь, спросила она. — Красавица?

— Годно, — ответил он, вставая с матраса и направляясь к выходу.

— «Годно»? — возмутилась она, кривя лицо, и проводила его взглядом. — Что, сложно сказать «красиво» или нет?

— Красиво, наверно, — пожимая плечами, ответил он и, остановившись возле выхода, повернулся к ней. — Кстати, запомни: тебя зовут не Ван Линь. Теперь ты Сузуки Мию. Моя подруга детства. Приехала в город недавно. Думаешь перевестись в Олимп.

— В смысле? — возмутилась она, скрещивая руки. — А если мне не нравится имя? Да и что плохого, если у меня будет моё имя? Да ещё и в Олимп? Зачем?

— Ничего не должно указывать на то, что ты бывшая Пантера, которая ни с того ни с сего стала жить у тихого замкнутого студента, — отрезал он. — Такой подход уберёт лишние взгляды, ненужные вопросы и даст больше пространства для манёвра… да и в Олимпе ты будешь у меня на виду.

— Тебе кто-нибудь говорил, что ты параноик?

— Те, кто это говорили, либо трупы, либо сидят за решётками.

Тау покинул свою квартиру и встал у прохода, дожидаясь лису. Линь, уже Мию, кривя носом, последовала за ним и, перешагнув порог, покинула квартиру. Он закрыл дверь, и вместе они спустились вниз по лестнице.

Они вышли из подъезда. На улице было солнечно и пахло мокрым асфальтом. Тау пошёл вдоль тропинки, обходя лужи, Мию хвостиком следовала за ним. Выйдя на широкий тротуар, она нагнала его и сравнялась с ним.

— И всё же не понимаю, к чему такая скрытность! — буркнула она, поглядывая на него. — Ну ладно причёска и уши с хвостом, но меня мало кто знает как Ван Линь — в основном все Пантерой кликали.

— A.O.E. знает твоё имя, — бросил он на ходу. — Любая активность — и оно всплывёт. Я прячу тебя не только от любопытных глаз, но и от системы.

— Как будто Сузуки Мию — твоя подруга детства, вызавет меньше вопросов, — усмехнулась она, следуя за ним. — Ты серьёзно думаешь, что это сработает?

— Сработает, — бросил он, не останавливаясь. — Я был влюблён в тебя, но ты не ответила взаимностью, но продолжала со мной дружить. После старшей школы ты уехала за своим парнем в другой город. Вернулась из-за того, что он тебе изменил, и, не видя другого выхода, обратилась к тому, кто всегда тебя понимал. А я, как влюблённый и до сих пор на что-то рассчитывающий дурачок, не стал тебе отказывать и пристроил у себя.

Мию выпучила глаза, глядя на Тау, который выдал ей легенду, звучащую достаточно убедительно, чтобы быть правдой.

— Ты… за две минуты мне легенду придумал и связал с собой? — удивилась она, а затем улыбнулась. — Ещё и влюблённым дураком себя назвал — это даже мило.

— Хорошо, что тебе это нравится, — подметил он и вытащил из кармана удостоверение личности с новой внешностью Линь, протягивая документ ей. — Потому что я всё уже оформил.

Мию выхватила у него документ, развернула на ходу и уставилась на него широко раскрытыми глазами.

— Когда ты успел?… Минутку, — прищурилась она, вглядываясь в фото. — Я же надела эту толстовку только сейчас… и линзы… Как ты сделал фото?

— Взял твоё старое фото и нафотошопил, пока спускались из подъезда, — заявил он, не сбавляя шага.

— На телефоне? — удивилась она и присмотрелась к фото. — Ну допустим, рука у тебя набита, а как распечатал? Да ещё и в ламинате. — У неё поднялась бровь. — У тебя что, телефон марки Zip-Up?

— Zip-Up не делают документы в ламинате, — подметил он. — Но я сделал свою версию Zip-Up, которая делает куда больше, чем просто печатает документы.

— Это настолько же необычно, насколько и жутко, — подметила Мию.

— Это обычная предусмотрительность, — бросил он, взглянув на неё, не сбавляя шага. — Однако меня мучает один вопрос: как при таких физических данных ты не заняла ни одного призового места?

Уши Мию опустились, взгляд упал на асфальт. Она сунула документ в карман толстовки и, не сбавляя шага, нахмурившись, выдохнула.

— Я не неудачница… — промямлила она, засовывая руки в карманы. — Просто связалась не с теми людьми… Мне сказали, что если я буду проигрывать, то смогу заработать большие деньги. И поначалу это работало.

— Выигрывая, ты могла заработать куда больше, — бросил он, отводя от неё взгляд.

— Да, — протянула она, пожимая плечами. — Но в начале карьеры были небольшие, даже смешные гонорары. А мне нужны были деньги, чтобы… — Она сжала губы. — Вылечить маму.

У неё была больная мама? Почему об этом нигде не упоминалось? Грязное пятно? Не думаю.

— Ну и как? — спросил он на ходу и посмотрел на неё. — Спасла маму?

У Мию пошла слеза по щеке.

Видимо нет.

— В общем, — шмыгнула Мию, вытирая слезу, — я сделала что могла. Ушла из спорта. Как ты уже знаешь, были неудачные попытки создать семью. А потом меня заметил A.O.E. и предложил место в пятёрке. Я согласилась не задумываясь. Правда, первый год я долго ломалась. Пыталась быть правильной героиней. Однако потом пошли какие-то тайные делишки, в которых участвовала пятёрка, и я просто боялась сказать что-то против. А потом приняла как факт и буквально влилась в их стихию. До вчерашней ночи.

— Может, оно и к лучшему, — подметил он, разглядев продуктовый магазин.

Они вошли в продуктовый — одноэтажный, залитый холодным белым светом. Голографические ценники мерцали над стеллажами, рядом с кассами дроны-помощники складывали покупки в сумки. В воздухе смешивались запахи свежего хлеба и дешёвого синтетического мяса. Кто-то сканировал товары с помощью встроенных в пальцы сенсоров, кто-то просто хватал всё подряд, не глядя на цену.

Тау схватил корзинку и прошёл вперёд. Мию схватила тележку и двинулась за ним. Услышав поскрипывание колёсиков, он обернулся, глянул на тележку, затем на Мию.

— Для чего тележка? — удивился он, приподнимая бровь.

— Как для чего? — возмутилась она. — Для продуктов.

— Я не буду платить за то, что ты кинешь в эту… тележку, — возмутился он, указав на неё.

— И не надо! — фыркнула она, облокачиваясь на тележку. — Я, может, и бездомная, но не совсем безденежная.

— Ладно, — выдохнул он, закатывая глаза. — Делай как знаешь.

Они разошлись по разным частям магазина. Тау шёл вдоль рядов и брал свой привычный рацион: куриные яйца, лимон, хлеб в упаковке с голографической этикеткой. Заодно набрал по мелочи консервов. Он потянулся за очередной банкой — и его рука пересеклась с другой. Он посмотрел в сторону берущего. Им оказалась Сильва. Оба удивлённо смотрели друг на друга.

— Сильва? — удивился он, отодвигая руку.

— Тау? — сдержанно, но с ноткой удивления, отозвалась она.

А ведь точно. Этот магазин находится недалеко от её дома. Конечно, была вероятность, что мы встретимся. Однако слишком много встреч для одного дня.

— Как дела? — промямлил он с кривой улыбкой и бегающими глазами.

— Да всё хорошо, — немного улыбаясь, ответила она и указала на свою корзину. — Вот решила немного закупиться. Тебя, кстати, Тифф разыскивала.

— Ах это… — запнулся он, почесывая затылок, продолжая тянуть кривую улыбку. — Да я уже всё уладил.

— Рада слышать, — кивнула она и посмотрела на него иначе. — Знаешь, я тебе кое-что скажу, только не говори, что я тебе проболталась, хорошо?

Тау неуверенно кивнул.

Мне это уже не нравится. И судя по тону, это касается меня и Тифф.

— Как-то раз, — шепнула она, чуть наклоняясь к нему, — она сказала, что ты ей нравишься.

Тоже мне новость. Я это знал. Но если это знает Сильва, то, кажется, у Тифф вообще тормоза отказали — и это знают все. Дура.

— Правда? — удивился он, выпучив глаза на Сильву. — Ого… это как-то неожиданно… А ты уверена? Просто надо мной уже так подшучивали.

— Правда, — кивнула она, чуть улыбаясь. — И если честно, ты хорошо влияешь на неё. Я даже приятно удивлена… Давно я её такой не видела.

Она уже второй человек, кто так говорит. И почему она такая счастливая? Тиамат не пойман, да и вряд ли из-за Тифф. Уже свыклась с мыслью, что герои — фейк? На ней ещё есть тревожность, я это вижу, но она пока отошла на второй план. И всё же, что произошло такого, что она стала такой улыбчивой?

— Вау, — удивился Тау, криво улыбаясь. — Ну… рад, что смог хоть в чём-то помочь. Если честно, сам удивлён. — Он зачесал затылок. — Я ведь базовый, а она вектор, да ещё и гяру, и мне даже как-то неловко. Кстати, у вас же вчера патруль был — как всё прошло?

— Ну, мы задержали пару грабителей, да и, собственно, всё… — запнулась она, посмотрев вверх, приложив палец к щеке. — Ах да, к слову, я поговорила с Греем, так что теперь можешь работать с ним без посредников — то есть без меня.

Понятно. Помирились, значит. Немного не по плану. Это объясняет, почему у неё чуть приподнятое настроение. Сам виноват — нафига попадаться в ловушки Мэнди.

— Это очень хорошие новости, — промямлил он, поправляя очки. — А то я боялся, что между вами раскол.

Из-за прилавка, позади Тау, выкатилась тележка, наполненная продуктами до верху, управляемая рыжей девушкой с лисьими ушами. Он и Сильва непроизвольно обернулись на тележку, которая катилась прямо к Тау. У того выпучились глаза и скривилось лицо.

— Эй, дракончик, ты там… — запнулась Мию, увидев Сильву. — О, привет, Силь…

Тау сделал резкий разворот, задевая локтем консерву — она полетела прямо в лоб Мию, не давая той договорить, и та свалилась на попу.

— Ай-ай-ай! — возмутилась она, протирая покрасневший лоб. — Больно!

— Ой, п-прости, — заикнулся он, подбегая к ней и помогая встать. — Я случайно.

Тау помог Мию подняться, та, скорчившись, потирала ушибленный лоб. Сильва наблюдала за этой картиной с недоумением.

— Кто это девушка, Тау? — немного хмуро спросила Сильва. — И почему она назвала тебя «дракончиком»?

Дура. Круглая дура. Надо же было такое ляпнуть.

— Это? — переспросил Тау, удерживая лисицу. — Это моя подруга детства Мию. Она недавно в Токио. — Он выдавил смешок. — А что не так с «дракончиком»? Это моё прозвище из детства.

— Ага, — кивнула Сильва, скрещивая руки. — Мне показалось, или она хотела назвать меня по имени?

— По имени? — удивился он и глянул на Мию, которая придерживала лоб. — Ты её разве знаешь?

Мию хмуро глянула на Тау — тот смотрел на неё с таким выражением, что читалось «убью, если скажешь да». Переведя взгляд на настороженную Сильву, она неловко улыбнулась.

— Эээ… — протянула она, глядя на Сильву. — Аааа, нет… я её не знаю. — Она снова глянула на Тау, его взгляд не унимался, и она вновь посмотрела на Сильву. — Но она очень похожа на мою подругу… Сильвию. Да, точно, Сильвия.

— Ааа, — протянул Тау, возвращая неловкую улыбку на Сильву. — Та самая Сильвия. Да… действительно похожа.

— Правда? — удивилась Сильва, убирая скрещенные руки. — Ну, наверно, бывает. А как она выглядит? Ну та Сильвия.

— Она… — начал Тау.

— Такие же волосы, как у тебя, — влезла Мию, перебивая его. — Правда, она будет выше, и глаза более тёмные, и ещё у неё веснушки.

Она думает, что говорит? Она тупо придумывает на ходу. А если такого человека в помине нет? Импровизация у неё ужасная. Да и играет свою роль так себе. Будь я режиссёром, никогда бы не взял её на роль — если только роль дерева.

— Ого, и вправду есть сходство, — улыбнулась Сильва, глядя на Мию. — Прости, я немного засуетилась. Меня, кстати, Рейн Сильва зовут. А у тебя случайно нет фотографии? Просто ты так описала, что мне аж взглянуть захотелось.

Блять.

— Очень приятно, а я Сузуки Мию, и щас… Секунд! — ухмыляясь, сказала Мию и начала шариться по карманам.

Тау и Сильва с удивлением наблюдали за ней. Она шарилась то в одном, то в другом кармане и начинала делать это всё быстрее и панически.

— А где телефон!? — испуганно выкрикнула Мию. — Я же точно положила его в один из карманов! — Она расплакалась и прижалась к плечу Тау, тот выпучил глаза и посмотрел на неё. — Дракончик! Я что, потеряла телефон?

— Эээ… — протянул он, глядя на растерянную Сильву, и, взглянув на плачущую Мию, погладил её по голове. — Ты, наверное, дома оставила… бывает. — Он посмотрел на Сильву и, скривив лицо, пожал плечами.

— Да-да, — неловко подхватила Сильва, глядя на плачущую лисицу. — Он наверняка дома. Покажешь в следующий раз, я переживу… — Она скривилась. — То есть можешь даже не показывать… хотя ты, наверно, не из-за этого плачешь… — Она посмотрела на Тау. — Я, наверно, пойду, прости, если что.

— Конечно, — кивнул он, скривившись под плачущие крики Мию. — Я тут справлюсь. Не переживай.

Должен признать, это была не самая худшая импровизация. Но я бы дал троечку — ибо кто вообще выходит из дома без телефона? Ладно, пронесло — и хорошо.

Сильва, неловко улыбнувшись, взяла свою корзину и, оглядываясь на Тау, помахала ему, а затем скрылась за прилавками.

Её улыбка была странной. Как будто она была рада меня видеть. Хотя скорее от того, что довела до слёз лису. В любом случае, я не вижу, чтобы я был ей противен — и это хороший знак.

Мию, прижимаясь лбом к плечу Тау, взглянула в сторону. Убедившись, что Сильва ушла, она оторвалась от него и, вытерев слёзы, обиженно хлопнула по плечу Тау — прямо по больному месту.

— Ау! — вскрикнул он, хватаясь за плечо.

— Ещё раз в меня банку кинешь, — рыкнула она, — вообще тебя порву.

— Сама виновата, — скалясь, возмутился он, потирая плечо. — Нашла что ляпнуть. Ты чуть нас не выдала! Ещё и «дракончик»? Серьёзно?

— Выкрутились же, — гордо заявила она, задирая нос. — И всё благодаря мне.

— Ну да, — буркнул он, переставая держаться за плечо. — Сама кашу заварила и сама же нас и вытащила.

— Ну не привыкла я ещё быть Мию, так что не обессудь, — отрезала она, разводя руками.

Тау помотал головой, потирая глаза за очками, и перевёл взгляд на тележку Мию, наполненную различной едой.

— Это на год? — спросил он, поднимая бровь.

— На неделю, — заявила она.

На неделю? У меня на кухне нет столько места, чтобы складывать её еду. Она что, думает, узнала кто я, и теперь может заполнять мою квартиру бесполезными продуктами? Будь терпеливее, Тау.

— Ладно, — выдохнул он, закатывая глаза. — Пошли отсюда.

— Давно пора.

Они проследовали на кассу. Тау расплатился за свои продукты, Мию — за свои. Он вышел с маленьким пакетом, она — с двумя большими.

— Может, поможешь? — спросила Мию, таща два пакета.

— Нет, — отрезал Тау и пошёл.

— Тоже мне джентльмен называется! — рыкнула она, наблюдая, как тот отдаляется.

— Прими форму медведя и всё дотащишь спокойно, — заявил он, не останавливаясь.

— Козёл! — буркнула Мию себе под нос, и её уши стали медвежьими. Она с лёгкостью потащила пакеты, следуя за ним.

Тау, идя впереди, вытащил телефон и глянул на часы — до свидания и концерта было ещё полно времени.

Мию нагнала Тау и сравнялась с ним шагом.

— Чем займёмся? — ухмыляясь, спросила она.

— Я займусь разработкой новых наручей и сделаю новый пояс, — заявил он, тыкая в телефон. — Работы много, надо всё успеть.

— Понятно, — усмехнулась она. — Тогда я перетащу свои вещи к тебе. К слову, я уже вызвала дронов-доставщиков.

— Мию, — выдохнул он, убирая телефон, и взглянул на неё. — Зачем тебе это?

— Что именно? — удивлённо спросила она, глядя на него с недоумением.

— Не притворяйся, — заявил он. — Если бы ты хотела, ты могла бы остановиться в отеле или ещё где-то. Но ты выбрала… меня. Отсюда следует, что ты хочешь как-то поквитаться с A.O.E. или пятёркой. И с этого момента мне непонятно. Ты можешь начать новую жизнь, а вместо этого хочешь что-то доказать.

— А как бы ты поступил на моём месте? — спросила она, опуская уши и устремляя взгляд в асфальт. — Тебя предали, чуть не убили — и ты бы взял это да схавал?

Она права. Я был в такой же ситуации. Однако я никого не собирался убивать — а что у неё на уме, мне не ясно. Хотя мне не кажется, что она кровожадна.

— Нет, — ответил он, устремляя взгляд вперёд. — Я бы уничтожил того, кто со мной это сотворил.

— Убил бы? — спросила она, глядя на него и навостряя уши.

— Нет! — отрезал он, продолжая идти. — Смерть — это благословение, конец мучениям. Я предпочитаю превращать жизнь в ад.

— Это как? — с настороженностью спросила она.

— Зависит от ситуации, — подметил Тау. — Взять, например, тебя — я буквально создал тебе новую жизнь в лице Мию. Не просто придумал легенду или создал документ — у тебя как у Мию есть всё: свободные счета, биография, какие-то активы и всё в таком духе. — Он посмотрел на неё хмуро. — Однако я могу и полностью стереть это всё, будто бы человека никогда не существовало вовсе.

— Подумаешь, — усмехнулась она, задирая нос. — Тоже мне… можно же всё создать с нуля.

— Это ты сейчас так говоришь, потому что не понимаешь масштаб. Представь: ты спокойно разблокируешь телефон своим лицом или отпечатком, у тебя есть счёт в банке, документы какие-то оформленные на тебя. И в один момент их просто не станет. Ты оказываешься на улице, полностью отрезанная от мира. И поверь, без удостоверения личности тебя скорее упекут в тюрьму, чем будут создавать документы.

— Это же кошмарно, — вздрогнула она, выпучив на него глаза. — То есть мои сериалы, музыка, подборки, рекомендации, фоточки — придётся собирать заново?

— Ну, если тебе так проще понять, то да, — монотонно выдавил он.

— Минутку, — нахмурилась она. — Если ты это можешь, почему ты так не сделаешь со всеми в пятёрке?

Тау остановился на месте и повернулся к Мию. Та остановилась следом.

— Потому что такое уничтожение ведёт к последствиям, — нахмурился он и поправил очки. — Для многих, кто живут в эпоху продвинутых технологий, такая вещь хуже смерти. А для некоторых — шанс начать с чистого листа. Я не делаю этого с пятёркой, потому что у них есть что вскрывать. А если я удалю их из системы, показывать будет нечего.

Тау продолжил идти дальше. Мию проводила его взглядом и, соскочив с места, снова сравнялась с ним.

— И ещё тогда вопрос можно? — спросила она.

— Задавай, коль начала, — ответил он и снова достал телефон.

— Как у гениального хакера и вора так мало денег, что он питается… ну так себе? — подметила она, наклоняя голову.

— Во-первых, — начал он, не отрываясь от телефона, — воровать у простых граждан — это низко. Во-вторых, я могу заработать деньги честным путём. А в-третьих, это повлечёт множество проблем, которые будут мне мешать.

— Вот послушать тебя — и ты будто не вор, — усмехнулась она и тут же подавила смешок. — Хотя плащ с музея стырил и вырубил охрану.

Тау остановился и достал ключи от квартиры, протягивая их Мию. Та с недоумением взяла их.

— Не поняла, — удивилась она, вылупившись на него и приподняв бровь.

— У тебя скоро дроны вещи привезут, — подметил он, глядя на парк через дорогу. — Прими их, а мне надо кое-куда сходить.

— Не боишься, что я пошарюсь в твоей берлоге? — ехидно спросила она. — Вдруг парнушку найду?

— Самое страшное ты уже сделала, — заявил он, не отрывая взгляда от парка. — Всё остальное — пустяки.

Не дожидаясь её ответа, Тау направился в сторону парка, перейдя дорогу. Мию проводила его взглядом и, хмыкнув, пожала плечами, направилась в сторону дома, волоча за собой огромные пакеты.