Прим. автора: следующая прода выйдет 12.05 в полночь по МСК. На бусти новая глава выйдет в 3:00 сегодня. (UPD: уже вышла!).

17 год до Нашей Эры.

Ирландия. Ульстер. Одна из деревень.

Через несколько минут.

Сетанта, он же Кухулин.

На пару мгновений скосив взгляд на Скатах, я понял, что решение принимать придётся всё-таки мне.

Ибо обучения я завершил, и вообще уже совершеннолетний взрослый мальчик.

— И какие условия, Фергус, сын Ройга? — интересуюсь я, слегка прокрутив в ладони Гаэ Болг. Мужика я не особо опасался, так как тут была Скатах, а на бой насмерть я сам не соглашусь — такой дурости наставница не одобрит, коли на кону не стоит нечто важное.

Она любит отважных людей, а не тупых.

Вроде этого Фергуса, от которого даже не пахнет, а откровенно воняет... Скажем так, кое-чем, связанным с его знаменитой похотливостью.

Гадость.

— Они просты, Сетанта, сын Луга. — судя по ухмылки громилы, ему явно нравилось поминать тот факт, что мой божественный батяня наставил рога земному батяне. Хотя по факту, первый успел первее, а значит и его тапки. Но кого это интересует, когда в этом времени развлечений не так много — и пообсуждать проблемы других и пораспускать слухи всем очень хочется. — Ты и я. Насмерть. — добродушно улыбнулся он, что было несколько сюрреалистично. — Если убьёшь меня, обещаю, что мои люди покинут эту деревню, да и меч можешь мой забрать. Если я... Что-ж, тогда тебе уже ничего не понадобится...

— Учитель, он идиот? — вместо ответа я повернулся к наставнице, весело хмыкнувшей на этот перфоманс.

— Клинический, как говорят в Греции и Риме. — слегка пожала плечами женщина, хотя к чести своей, Фергус не смутился подобному.

— Ну тогда давайте пройдёмся по твоему о-о-очень привлекательному предложению. Во-первых, у тебя не меч, а какая-то хрень... — на этих словах улыбка моей наставницы стала чуточку шире — наверняка помнит время, когда этот придурок пытался её того самого. То, что мы делали последние несколько дней марафоном, только насильно. — Во-вторых, у меня к тебе встречное предложение — не хотите с моей наставницей сразиться?

— Хм! О, прекрасная дама, а ваш ученик недурен собой! — внезапно расхохотался сын Ройга, заставив меня подозрительно на него посмотреть. — Голову на плечах имеет, и не волнуйся ты так, Сетанта. Я не идиот, чтобы пытаться убить кого-то за чьи-то грехи. Даже если он родственник... Так что иное предложение тебе сделаю — давай просто сразимся до сдачи. Всё равно ведь делать нечего — а победишь, я даже верну вещи этим деревенским...

А ты хитёр, гадёныш...

Вон как на меня посмотрели крестьяне, и как быстро распространятся слухи о моей, гм, трусливости? Ирландия это ведь одна большая деревня... Да и начинать сбор информации у дяди с подобного момента тоже будет не очень... Проклятая удача.

— Что-ж, уговорил, сын Ройга. Но боюсь, если мы сразимся посреди деревни, возвращать вещи будет некому. — оглядел я хлипкие домишки, которые я с этим громилой просто снесу телесами и не замечу, да. — Отойдём куда-нибудь?

— Хм-м-м... Да, здесь и правда мало места, чтобы развернуться во всю ширь души, ха! Каолан, пригляди пока за деревней, пока я не вернусь обратно... — в ответ на энергичные слова Фергуса один из его воинов кивнул, оценивающим взглядом пройдясь по мне. — Госпожа Скатах, послужите нам судьёю?

— Почему бы и нет? — отозвалась упомянутая особа, отрывая свой взгляд откуда-то с запада. — Идёмте назад тогда — там была славная равнина для вашего боя.

Вернувшись обратно на прежние красоты, на которые я недавно откровенно залипал, мы практически сразу же получили комментарий от Фергуса:

— Славное место для славной сечи! Ты готов, Сетанта, сын Луга? — обратился ко мне громила, перехватывая руками свой меч, что нифига не меч, а скорее какая-то огромная дубина, только ею ещё и можно было колоть. Собственно, примерно на такой стиль боя со стороны Фергуса я ожидал.

— Я-то в принципе готов, Фергус, сын Ройга. — хмыкаю я в ответ, вставая в боевую стойку с Гаэ Болгом, чьё алое древко было обхвачено пальцами обеих моих ладоней. — Пятнадцать метров, как обычно?

(Нынешняя одежда Кухулина выглядит примерно так, только сам он всё же помоложе будет, даже двадцати нет ещё.)

— Да, пятнадцать. — коротко кивнула Наставница Героев, в чьём выражении лица я увидал лёгкий интерес к происходящему.

— Тогда начнём же! — весело кричит этот шкаф, заставив меня слегка поморщиться и занимая позицию в пятнадцати метрах.

И после отмашки Скатах тут же срывается вперёд, крайне быстро сокращая дистанцию в пятнадцать метров и вынуждая меня с разворота ответить на него вертикальный удар сверху.

Лезвие Гаэ Болга столкнулось со сталью Каладболга, высекая друг из друга искры.

Силой мы обладали в целом сопоставимой — я уступал в комплекции, однако благодаря происхождению превосходил его. Он же превосходил меня комплекцией, и его аномальная физическая сила была достигнута какими-нибудь более слабыми по эффекту зельями или заклинаниями.

Так что мы принялись со всей силы с самого начала дубасить друга друга — на моей стороне была скоростью копья и его длина, на его стороне — большая масса и необычная, непривычная мне форма псевдомеча. Которым тот орудовал не хуже, чем я своим Гаэ Болгом.

Первая минута была наполнена исключительно обменом бесполезными ударами.

Псевдомеч сталкивался копьём в самых разных позициях, постоянно создавая небольшие ударные волны, которые колыхали траву вокруг.

В один момент мы обменялись таким количеством ударов, что я начал опасаться, как бы от такого количества искр — словно от сварки, не загорелась растительность под нашими ногами. Ногами, которые за всё время боя до сих пор не сдвинулись ни на метр, топчась на месте — мы работали в основном своими корпусами, а я сосредоточился на рубящих ударах, так как колющие постоянно отскакивали из-за толщины и формы его оружия.

— Очень недурно! — вновь бросил Фергус, выгадав подходящий момент для вертикального удара сверху, которым он ранее и начал бой.

Вот только сейчас его магический псевдоклинок внезапно вспыхнул кружащимися потоками ветра, заодно подсвеченными зелёным сиянием. Они принялись начинать нагнетать воздух вокруг, закручивая его потоки в какую-то спираль... А само лезвие огромного оружия окончательно стало напоминать какую-то дрель — и каким-то образом изменившаяся форма помогала лишь увеличивать количество закручиваемого воздуха.

Что-то мне подсказывало, что в случае соприкосновения вот это чудо просто разорвёт моё тело на кусочки, или по крайней мере оставит кучу неприятных, крайне рваных ран.

Так что я предпочёл сделать большой шаг назад, резко направляя Гаэ Болг из нижней позиции прямиком на опускающийся Каладболг.

Каладболг, который оказался настолько мощным, что этот нисходящий удар едва не заставил меня податься вперёд по эффекту рычага, когда вся эта сила удара приземлилась на лезвие копья. Но полубожественная сила это вам не шутки, и несмотря на подрагивающие в итоге руки, я смог удержаться и не позволить Гаэ Болгу уйти в землю.

— Силён! — довольно бросил мой оппонент, продолжая обеими руками давить лезвие-дрель на моё копьё, которое я наоборот, пытался активно поднять вверх и отбросить Фергуса.

Земля под ногами тут же принялась проседать от силе его давления сверху.

...Впрочем, не будучи дураком, я буквально через полдюжины секунд понял, что это будет почти невозможно, сделал кое-что весьма неожиданное, и как оказалось впоследствии, весьма эффективное.

Я выпустил копьё из своих рук.

Отчего сын Ройга с расширенными глазами обнаружил, как вбивает своё оружие прямиком в почву. А я уже подпрыгиваю на месте и в эффектном воздушном развороте буквально впечатываю свою ступню в нос и лицо громилы, заставляя того на несколько шагов отступить и ломая нос с отчётливым хрустом.

После чего, пока он очухивается, успеваю поднять с земли Гаэ Болг и броситься в атаку.

Несколько десятков выпадов последовали в оппонента, со всей той скоростью, на которую я был способен.

Но будучи человеком крайне опытным и не менее умелым, мой противник принялся даже почти не глядя использовать своё оружие как импровизированный щит и на полную пользоваться её шириной и круглыми краями, по которым лезвие Гаэ Болга так и намеревалось проскользнуть и дать ему возможность для контратаки — так что мне приходилось постоянно одёргивать себя и не позволять копью уходить дальше, чем нужно.

Ну а дальше... А дальше в пылу боя мы наконец-то прекратили дубасить себя с одних и тех же позиций, начав как угорелые носиться по равнине.

Земля буквально взрывалась под нашими ногами, проминающими её как какую-то мякоть хлеба — хотя это был всё-таки не чернозём и она была довольно твёрдой.

Звон стали вновь разнёсся по равнине.

Наши глаза внимательно следили за движениями друг друга, отмечая положение рук, ног, корпуса и собственных взглядов друг друга.

Это было невероятно сложно, ведь ты должен следить за всем, параллельно анализировать и прогнозировать следующее движение. Ни о чём другом думать даже не получалось, ведь на наших скоростях мозг порой откровенно не поспевал за телом, и приходилось порой ограничивать свои движения.

Причём моему оппоненту было явно легче, и это не позволяло мне на полную реализовать свою полубожественную силу и выносливость, которая у Фергуса тоже была прокачена... Постельными сражениями — ведь слухи о том, что он каждую ночь оприходывает семь женщин, ну вот вообще не слухи.

И именно из-за подобной сосредоточенности друг на дружке, вспыхивающими равнину своими быстрыми передвижениями с места на место, мы и не заметили новой угрозы раньше, чем она сама объявила о себе каким-то разъярённым хрюканьем.

— Ох... — на два голоса бросили мы, резко развернувшись на запад.

— Турх Труйты... — процедил я, узнав тип магических зверей, являвших из себя огромных кровожадных и полуразумных вепрей. — И с ними определённо что-то не так... Запах... Странный... Твою мать!

— Что такое, Кухулин? — стал слегка серьёзнее Фергус, внимательно отслеживая бьющих копытами свиней переростков.

— От них частично пахнет драконами... И судя по почти ощущаемому бешенству... Оу... Они могли или сожрать часть плоти безумного дракона или выпить его крови... Отчего их настигла, гм, частичная драконизация. — поражаясь самому себе, я быстро выстроил вполне правдоподобную логическую цепочку. Из которой вновь торчат рога Балора и Крома Круаха. — Вон, у них не должно быть таких гребней, словно у драконов.

— Твоя правда, Кухулин. В любом случае, наша дуэль окончится славной охотой! За мной, парень! — уже куда веселее бросил Фергус, меня своё настроение также быстро, как женщин ночью.

Но вепрей подобное ничуть не смутило и они с бешенным хрюком устремились на врага, намереваясь продырявить и так шрамированного мужика. И для у них были огромные клыки-секачи, которые вполне могли реализовать подобное — так что я взял на себя меньшего и более юркого вепря, устремляясь в атаку на него.

Моё копьё прилетело ему в глаз ровно в тот же момент, когда Фергус отоварил со всей силы большего вепря. Прямиком коронным вертикальным ударом по черепу, однако... Этого оказалось недостаточно, и вскоре мой бывший оппонент был вынужден блокировать острейшие клыки вепря своим псевдомечом ровно таким же образом, каким ранее блокировал мои выпады копьём.

Я же вытянул Гаэ Болг из глазницы своего противника, и метким выпадом вновь поразил его глазницу — теперь уже вторую, и при этом отскакивая с траектории таранного удара безумного магического животного. Которое даже после этого не сдохло, принявшись болезненно визжать и активно дёргать головой.

Пришлось действовать с гарантией.

Совершать размашистые рубящие удары со всей длины копья, совмещенные с постоянными уходами от таранных взмахов, которые из-за отсутствия глаз вообще не стали менее точными — нюх у Трух Труйтов был воистину выдающимся.

Но с просчитыванием траекторий Гаэ Болга у него была отчётливые проблемы, так что вскоре конечности зверя были подрезаны острейшим копьём. Быть может, оно не слишком хорошо резало кости магических тварей, но плоть и кожа им пробивалась как нефиг делать.

И когда я наконец-то вогнал лезвие алого копья в левую глазницу таким образом, чтобы оно достигло мозга, позади меня раздался грохот и отвратительный хлюпающий звук. Уже слышал таковой, когда друиды раскалывали черепа созданной демонами нежити.

— Хм? — резко развернулся я на месте, с напряжением выдёргивая круговым движением копьё из мозга ныне мёртвого врага...

...и натыкаюсь взглядом на весьма нелицеприятную картину. Фергус просто и без затей разбил череп вепря мощными ударами сверху. Полагаю, он отбрасывал вепря ровно тогда, когда он врезался в его Каладболг, а потом им же работал подобно огромному молоту в виде дрели.

Боже, какое извращение.

Подстать этому человеку.

— Хе-хе-хе... Это была славная драка человека со зверем, не считаешь, Гончая Ульстера? — решил всё-таки не упоминать кузнеца в моём прозвище. За что я ему был почти благодарен — лучше быть гончей своей родины, нежели отдельного мужика, будь он хоть трижды лучшим кузнецом всея Ирландии.

— Ну, недурное разнообразие после нашего спарринга... — пожимаю я плечами и поправляю плащ, едва не порвавшийся от клыков мёртвого вепря... И тут я кое-что припомнил, кое-что до боя. — Учитель, вы ведь... — не стал я говорить неформально рядом с левым мужиком. —...заметили их ещё до начала нашего с Фергусом боя?

— Хо? — тоже слегка удивился бывший воин Ульстера, и нынешний — Коннахта.

— Да. — односложно отозвалась Скатах, резко призывая в обе ладони оба копья. — И я вижу больше, чем вы. Смотрите внимательно.

— Оу... — вновь на два голоса с Фергусом выдали мы, наблюдая как из другого леса чуть севернее, эдак в километре, наружу стали выбираться ещё больше безумных вепрей. Целая стая, а может быть даже две, которые в этот раз не были подвержены безумию, но...

Они увидели нас, и увидели трупы своих сородичей.

И они были полуразумны.

Понятно, к чему это привело...

К желанию отомстить, конечно. Очень отчётливому, и которое хотели реализовать несколько десятков взрослых особей, уже принявшихся мчаться на нас с такой мощью, что даже земля под нами слегка затряслась.

— Бедные звери. — покачал я головой, раскручивая в обеих руках Гаэ Болг. — Им ведь не повезло нарваться на нашу троицу.

— Точнее и не скажешь, парень! — хохотнул по-прежнему до предела весёлый Фергус, сорвавшийся в атаку следом за Скатах.

Я же решил применить кое-что поинтереснее.

Встав в правильную позицию единым движением... Я ка-а-ак замахнулся своим копьём, и до предела напряжа свои полубожественные мышцы, метнул Гаэ Болг в самого большого вепря.

Звуковой барьер я не пробил, однако скорость всё равно была невероятно большой, и алая линия соединила меня с черепом зверя, который не успевал уклониться от прямого попадания. Попадания, которой с невероятной мощью пробило череп существа, и застряв в его огромной магической туше, буквально снесло назад, подобно огромному шару в боулинге сбивая бегущих позади меньших вепрей.

— Шикарно. — оскалился я, срываясь вперёд, прямиком в ту прореху, которую создал своим броском.

Ещё не опомнившиеся и визжащие вепри не были проблемой, и уже точно они не были также сильны, как набухавшиеся крови безумных драконов. Так что от моих пинков ногами они буквально разлетались в стороне, заодно ощущая крайне неприятный процесс, когда все внутренности внутри болтаются как пробка в... Кхм...

Основной проблемой в итоге стал не путь до моего копья, а тот факт, что оно еле-еле выдёргивалось из огромной туши вепря-вожака. Отчего пару раз меня даже попытались насадить на клыки, но... Фигвам, на копьё тут насаживают исключительно я и моя наставница, вон, активно превращающая всех несчастных зверей в кровавый фарш — они даже пытались от неё сбежать.

Безуспешно.

Два Гаэ Болга в её руках буквально сверкали и расплывались в алые линии.

И неуязвимые к обычной стали и иммунные ко многой магии звери вырезались как на бойне в загоне.

...Собственно, именно по причине жуткой сопротивляемости Турх Труйтов они считаются столь опасными, несмотря на свою неповоротливость и тупость. Там, где какой-нибудь маг шандарахнул полноценной магией площади, они просто выживут и задавят хлипкого противника огромной толпой.

Увы, универсалов крайне мало — на двух стульях не усидишь, и это понимал даже Один Всеотец, создавая свои Истинные Руны. Нужно либо всю жизнь посвятить магии, либо воинским умениям и развитию тела — на противоположное просто не остаётся времени. Отчего Один, собственно, и создал быстрее обучающиеся руны, специализированные для бойцов ближнего боя.

— Ии-ие-ех! — наконец-то вытащил я своё оружие, уперевшись ногой в пробитый череп вепря.

После чего сразу с разворота мощным рубящим движением ударил позади, ломая клыки и разрезая пятаки сразу нескольких вепрей, очень извращённо решивших протаранить мой собственный зад. Какие в Ирландии, однако, извращённые свиньи.

Мысленно шутя с самим собой, я сорвался в атаку, подобно Скатах выписывая всем выпады направо и налево.

И когда где-то от всей свинячьей орды осталось едва ли треть, они решили сбежать.

Но кто мы такие, чтобы отказываться от продолжения охоты?

— Ха-ах-ха-ха-ха-ха! — весело хохотал неподалёку Фергус, выписывая своим псевдомечом чапалахи несчастным свинкам.

Внутренности в кашу — а сами магические звери подобно мешкам костей разлетались во все стороны — особенно когда этот шкаф в окружении закружился на месте, отправляя в полёт сразу полдесятка взрослых особей, не ожидавших такой силы от врага.

Обычные звери бы отступили раньше — без сомнений. Сбежали во все стороны, но у этих стайный инстинкт был невероятно сильно развит.*

* — в одной мифологической легенде эти же твари толпой громили армии не только Ирландии, но даже самого Короля Артура. В целом, занятные зверюшки.

— Хе, а это всё же весело... — бросил я вслух, и абсолютно пафосно и непрактично крутанувшись на месте, запустил Гаэ Болг в задницу очередного убегающего вепря.

Это всему вашему свинячьему роду за славного короля, Роберта Баратеона!

...В общем, повеселились мы основательно.

Каждая свинюшка была поймана и вырезана, образовав целую гору мяса... И соответственно, у меня возникла идея. Фергус, конечно, тот ещё придурок, однако отношения наладить не помешает — может получится призвать его на какой-нибудь махач за бесплатно. Чисто за счёт очень полезного изобретения — дружбы.

— Эй, Фергус! Как насчёт приготовить всё это и съесть с твоими воинами и деревенскими, да обсудить мир? Зачем вам эти сущие безделушки с крестьян, когда тут столько мяса магического зверья? — почти крикнул я громиле, в очередной раз вытаскивая копьё из тушки Турх Труйта.

— Хорошая идея! После славной битвы нужно славно пожрать! Этому правилу каждому воину надобно следовать! — ожидаемо не отказался простой по своей сути мужик. — И поторопимся, не хочу жрать сгнившее нечто!

— Мясо магических зверей и впрямь полезно для организма, не чуждого магии. — как всегда, с практической точки зрения оценила сложившуюся ситуацию Скатах. — Я отправлюсь за ветвями для большого костра — он нам определённо понадобится. Котёл раздобудем у деревенских. Кухулин, помоги Фергусу с разделкой.

— Как скажете, учитель. — хмыкнул я, не имея ничего против такого распределения обязанностей.

***

Несколько десятков минут спустя.

Проблем с тем, чтобы вырезать из туш вепрей наиболее съедобные части — вообще не было.

Во-первых, это не первая моя встреча с ними, во время обучения мы ещё с Фердиадом сталкивались с такими, пусть и не в таком количестве — а следовательно научились разделывать под руководством Скатах, что досконально знала внутренности каждого магического зверя Британских Островов.

Во-вторых, у Фергуса нашёлся набор зачарованных разделочных ножей, так что справлялись мы вдвоём быстро — особенно когда в качестве носильщиков были запряжены остальные бойцы его отряда, оказавшиеся такими же ульстерцами, как и я.

Так что, отставив своё оружие в сторону, мы с недавним оппонентом крайне быстро разбирали мёртвых магических зверей на запчасти, хе-хе.

И во время совместной работы они как-то быстро уяснили, что я не такой откровенный хитрожопый муда... Нехороший человек, как дядя.

— Ты уж это, парень, звиняй... — бросил тот самый заместитель Фергуса, Каолан — от лица всех остальных воинов, кивающих болванчиками в поддержку своего начальства. — Что так зло тебя встретили — сразу Конхобар вспомнился... Вы с ним слегка похожи, особенно... Ну... Когда ты разговаривал с Фергусом.

— Хе. Да какая уж тут обида? — махнул я рукой, бывшей частично в крови очередного вепря.

Не всех получилось кстати, разложить на мясо — часть я попортил своими бросками, часть Скатах превратила в мясо для салата, часть Фергус слишком сильно расплющил и смешал с другими органами.

Больше налаживания отношений меня забавлял тот факт, что эти же перебежчики считают, что поступают с крестьянами очень милосердно, не убивая их всех, а всего лишь забирающие всё ценное. Хотя казалось бы, из одного племени... Но нет, ничего никого не смущает.

Варварские времена, сказал бы я... Но стало ли будущее менее варварским? Да ни разу, всё то же самое, но в другой обёртке...

Что-то меня основательно на философию потянуло — видимо всколыхнулись остатки того человека, что вырос в ином времени, хотя ранее крайне редко меня беспокоили. Такой уж я невосприимчивый и непробиваемый человек — иной не закончил бы обучение у Скатах, что поддалась небольшому порыву своего хобби и давала несколько уроков самым выдающимся членам отряда Фергуса — а у того был далеко не сброд, а все в той или иной степени также улучшены физически с помощью магии и зелий друидов.

Вот так незаметно и наступил вечер, где мы с деревенскими сварганили несколько костров и котелков, где принялась вариться куча мяса для воинов. Обычным деревенским пришлось довольствоваться ролью обслуги, но чего уж поделать? Всяко получше, чем у них отнимут всё ценное имущество, взамен которого мы позволили народу насладиться нашей добычей, в убиении которой эти бравые вояки не участвовали.

— М-м-м... Очень недурно. — откусывая порядочный кусок мяса, я запивал его... Да-да, тем самым легендарным ирландским пивом.

Его тут умели, и обожали готовить в огромных количествах. И хотя мне как-то не довелось участвовать в подобных пирах, но на них имеется просто куча алкоголя. Пиво здесь было в том же культурном коде, сколь водка была в России, точнее, в клюквенно-карикатурной её версии.

— С каждым часом ты мне нравишься всё больше, Кухулин! — опустил свою лапищу Фергус, залпом выпивая целый стакан напитка.

— Хэй-хэй, я не знаю какие там порядки приняты при дворе Медб, с которой ты почти наверняка спишь — но я исключительно по женщинам! — смеющимся голосом бросаю я ему в ответ, тоже уже будучи навеселе. Полубожественный организм, конечно, крайне крепкий... Но этот гад мешает в своё пиво магические зелья, чтобы его тоже пробирало.

— Так и я тоже! Женщины — это то, ради чего вообще стоит жить! Ради самых разных, и особенно красивых! Самые, лучшие, я скажу тебе — с большой грудью!.. — ничуть не стесняясь сидящей на небольшом отдалении Скатах, прямо заявлял Фергус. — Но с маленькой тоже неплохи. Зачастую у этих есть за что подержаться сзади. В общем, красота у женщин бывает самая разная, и нужно попробовать каждую из них. Я так делаю, и тебе того же советую, Кухулин!

— Придурок. — с хмыком утопил я рот в очередном большом глотке пива, но моё слово утонуло в дружном смехе воинов неподалёку.

Небольшое празднество продолжалось долгое время.

И чем больше, тем больше мы пьянели и наедались — настолько, что вскоре воины стали засыпать прямо на своих местах, не опасаясь того, что деревенские так-то могут их ночью и прикончить... Видимо, чересчур расслабились из-за присутствия легендарной Скатах — её внешность была не так известна, как имя, так что по началу они её и не узнали.

В конце-концов на ногах остались только мы с Фергусом, да Скатах, которая хоть и немало выпила, но признаков опьянения не показывала — за что Фергус выдал ей сразу с десяток комплиментов. В них он был всё-таки неплох — я даже кое-что почерпнул. Хотя... Перефразировать всё равно придётся, ибо стиль Фергуса заключался в постоянном напоре и бравировании своей впечатляющей фигурой.

На женщин этого времени, откровенно неискушенных, это работало с небывалой эффективностью. Пусть и не на всех — воительницы слали таких вот товарищей весьма успешно. Хотя, если их побеждали, вполне охотно отдавались — странные времена, странные нравы.

— Всё... Даже в меня больше не влезет... — тряхнул я откровенно тяжелой головой и даже слегка проморгался. — Не знаю как ты, Фергус, но я пойду... Посплю...

— Ху-у-у... А меня, пожалуй, ещё хватит на часок-другой с какой-нибудь симпатичной селянкой... — поднялся на ноги громила... И тут же пошатнулся, чуть не рухнув. — Ох... Да-а-а-а... Возможно и не хватит... Давно я так не пил — вот что значит, сын Бога. Божественная у тебя выносливость, Кухулин!

— Уж кто бы говорил... — проворчал я. — Ты умудрился с этим полубогом сравниться... Ух ё... Бедная моя голова... А уж какое похмелье меня ожидает на утро... Кошмар...

— Я сделаю лекарство против него к утру. — подала голос Скатах, что не особенно участвовала в наших пьяных разговорах. — К тому же я успела договориться с местным старостой и вас не вырежут, как спящих котят. — со снисходительными нотками выдала эта шикарная женщина.

На миг я даже кое-что задумал... Но потом быстро отогнал эту мысль, когда осмыслил её своим проспиртованным мозгом — во-первых, вряд-ли ей будет приятно, что весь такой пьяный я буду у неё на коленках лежать, а во-вторых не стоит лишний раскрывать свои отношения со Скатах, пока я не стану посильнее. Фергус сто процентов всем разболтает — такой уж он человек, пусть и лучше, чем я думал изначально... Хотя да, всё ещё дитя своего времени — но осуждать его за это как минимум глупо, а как максимум — серьёзная претензия на лицемерие.

— Оч-ч-чень хорошо, учитель... А теперь я развалюсь прямо здесь... Плащик ты мой плащик... Давай сюда... — бормотал я себе под нос, выбирая место поудобнее. Конечно, спать почти что на земле — глупая затея, но мой организм крепче человеческого, выдюжит без особых последствий.

Ибо до сносной кровати в деревне я сейчас вряд-ли дойду... Да...

Сладко зевнув, я оставил собственную охрану на Скатах — ей и её словам я доверял абсолютно, и принялся успешно погружаться в сон после этого небольшого пира.