Аня вмиг преодолела расстояние от своего стола до кабинета директора. Путь занял меньше минуты. Прежде чем зайти в кабинет, она решила отдышаться и успокоиться. Ее сердце колотилось, а на шее проступили маленькие, чуть заметные капельки пота. Аня вытерла их носовым платком. Затем она достала из кармана крошечное зеркальце и посмотрела на свое отражение. После чего решила подкрасить губы и припудрить и без того крахмально-белые щеки. Внезапно дверь кабинета открылась, и Аня увидела перед собой секретаршу директора – невысокую и хрупкую, слегка сутулую Любу. От неожиданности та мелко затряслась и схватилась за сердце. За стеклами ее очков засуетились два маленьких юрких зрачка.

– Анна Ивановна, ну вы меня и напугали! – сбиваясь, сказала Люба и ладонью схватилась за лоб.

– Да я и сама напугалась! – ответила Аня, спрятав быстрым движением пудру и помаду в карман.

– Вы к Антону Юрьевичу? Да? – все еще приходя в себя, сбивчиво говорила Люба, растирая лоб.

– Если можно… – выдержала паузу Аня. – К нему.

Люба развернулась в сторону кабинета директора и, приоткрыв дверь, закричала:

– Антон Юрьевич, к вам тут Анна Ивановна! Можно?!

Из кабинета раздался тонкий голос директора. Аня не поняла, что он сказал, но уточнять у Любы не стала.

– Можно, заходите, – сказала Люба и сразу же исчезла, выбежав из кабинета.

Антон Юрьевич сидел за своим столом и писал. Его напряженное лицо и складки на лбу говорили о том, что он занят чем-то серьезным. На щеках проступила красная мелкая сыпь, делая и без того некрасивое лицо еще менее привлекательным.

«Видимо, аллергия», – подумала Аня и зачем-то провела рукой по щекам, словно проверяя, нет ли и у нее сыпи.

– Антон Юрьевич, у меня для вас новости, – тихо сказала Аня, боясь спугнуть директора, – от Максима…

Антон встрепенулся, перестал писать и внимательно посмотрел на Аню. Затем он резко встал и подошел к ней. Та от неожиданности сделала шаг назад.

– Что? Что там? Мы с ним уже неделю не говорили. Все плохо?

Он расстегнул ворот рубашки, словно готовясь услышать нечто ужасное. На его почти лысой груди Аня заметила родинку, величиной с копеечную монету.

– Да нет, то есть нет… – Аня сбилась. – Там все хорошо! Нефть пошла!

– Что?! – Антон стал растирать виски, будто почувствовал приступ головной боли. – Повтори, что ты сказала?

– Нефть пошла! На всех скважинах! Бригады нужно новые готовить!

– Это же… это же… – Антон Юрьевич вдруг весь засиял, улыбнулся широко, схватил Аню за плечи. – Это же победа! Победа! – уже громко и уверенно повторил он.

– Победа, – подтвердила Аня и мило улыбнулась.

Антон стал бегать по кабинету, не зная, как себя успокоить. Его руки дрожали, а красные пятна на лице стали бурыми.

– Надо что-нибудь выпить, чтобы успокоиться. Надо отметить.

Директор полез в небольшой деревянный шкаф, стоящий у стены, и вытащил оттуда бутылку коньяка и две рюмки.

– Это «Хеннесси». Мне подарили, – сказал он и наполнил две рюмки. Вслед за этим достал из тумбочки стола темную ореховую шоколадку. – За успех!

– За успех! – повторила Аня и немного отпила из рюмки.

– Еще?! – предложил директор.

– Вы себе, мне много не надо. Голова болеть будет завтра.

– Хорошо, я выпью. А то не могу успокоиться. Вот Максим, вот молодец! Добился результата. Сукин сын!

Директор выпил еще и быстро захмелел. Видимо, из-за маленького веса. Он посмотрел сначала в пол, затем перевел взгляд на Анины ноги и на какое-то время замолчал. Аня заметила это.

– Еще? – нарушила она тишину и, не дожидаясь ответа директора, сама наполнила его рюмку.

– Да, спасибо, – ответил тот и перевел взгляд сначала на Анины руки, потом на грудь.

Аня расстегнула верхнюю пуговицу своей блузки, из-под которой показался край лифчика.

– Жарко тут… – Директор внезапно встал и открыл форточку. – Очень жарко! Прямо в жар меня бросило с коньяка.

– Вам еще?! – спросила Аня, взяв в правую руку бутылку коньяка и слегка наклонив ее.

– Последнюю только, – засмущался директор и окончательно стал красным.

Аня встала во весь рост, наполнила рюмку директора коньяком и подошла ближе, по дороге расстегнув еще одну пуговицу блузки. Директор протянул руку, взял рюмку и молча стоял на месте, разглядывая полуоткрытую грудь сотрудницы. Аня сделала шаг вперед: между ней и директором было меньше метра.

– Еще, Антон Юрьевич?

Она снова шагнула вперед и ощутила его дыхание. Директор дрожал.

– Да, – еле выдавил он из себя. – Пожалуйста…

Аня приблизилась к нему настолько, что уперлась в него грудью. Он не двигался. Аня опустила руку вниз и провела ею между ног Антона, почувствовав его явное возбуждение. Антон резко выдохнул и задрожал еще сильнее. Аня повторила свое движение, на этот раз не сняв руку с ширинки Антона.

– Еще? – тихо шепнула она ему на ухо и нежно провела влажными губами по его щеке.

– Пожалуйста, – все сильнее дрожал он, – не останавливайтесь.

Аня расстегнула ширинку директора и запустила туда руку. Антон застонал. Она сделала несколько ритмичных движений рукой. Антон стал чаще дышать, его глаза слегка закатились. Аня остановилась.

– Еще, прошу вас… – выдавил он из себя. – Еще… не останавливайтесь.

Аня вдруг жадно поцеловала директора и, не отрывая своих губ от его рта, стала ласкать его рукой еще более ритмично. Директор весь сжался, через мгновение застонал и обмяк. Аня сделала шаг назад. На плотных брюках директора появилось чуть заметное темное пятно. Он медленно доковылял до своего стола, сел на стул и долил себе остатки коньяка.

– Вы меня только правильно поймите, – сбивчиво начал он. – Я не знаю, как это случилось. Почему? Вы только… Прошу вас, только не говорите. У меня с женой…

– Не буду, – заверила Аня и мило улыбнулась, – не переживай, Антон. Можно, я думаю, уже на «ты».

– Конечно, конечно. На «ты»… конечно, на «ты». Только не говори…

Аня выпила свой коньяк, встала и направилась к выходу.

– Ты куда?! – испуганно сказал директор.

Его маленькие глазки боязливо осмотрели все пространство кабинета.

– На сегодня хватит!

– Ты придешь завтра?! – с надеждой спросил директор. – Я бы хотел…

– Посмотрим, – шепнула она и, повернувшись, быстрым шагом направилась к двери.

– Но… постой!

Директор протянул руки в сторону уходящей девушки. Его взгляд быстро пробежал по ее длинным ногам. Он тяжело и грустно вздохнул.

– Чао… – Это было последнее, что он услышал.

Антон сидел и смотрел в окно, думая про Аню и про то, что произошло. Первый раз в жизни он изменил своей жене. Хотя, может, и не совсем телесно, но внутренне, морально. Теперь его интересовало только одно: придет ли Аня завтра. Он думал только о ней… Он ждал ее. Весь его мир – это только она.