Сашка шёл по коридору и не понимал, как такое могло выйти в принципе. Вокруг простиралась роскошь, которую он привык видеть только на картинках в дешёвых книжках: высокие лепные потолки с позолотой, мраморные полы, отражавшие свет хрустальных люстр, тяжёлые портьеры на окнах, за которыми угадывался ухоженный парк.

Каждый шаг отдавался глухим эхом, и этот звук почему-то давил на нервы сильнее, чем свист арбалетных болтов в бою.

Он посмотрел направо, где рядом с ним вышагивал комендант, он же граф Самойлов Геннадий Сергеевич, начальник пограничной крепости, в которой сейчас служил Сашка. Граф заметно нервничал: покусывал губу, то и дело поправлял воротник мундира и бросал на Сашку быстрые, тревожные взгляды. Да и у самого Сашки на сердце было неспокойно. Предчувствие висело в воздухе, как грозовая туча перед бурей, и он знал по опыту.

После зачистки двух рудников работа на их десяток посыпалась, как из рога изобилия. И этой удаче радовались все, кроме Сашки.

Нет, он прекрасно понимал, что это дело явно не последнее, тем более они так здорово справились. Но внутри засела глухая тревога: когда слишком много везёт, жди подвоха. Но реальность превзошла все ожидания.

В тот же день, когда они вернулись после удачной зачистки рудников, едва успев смыть с себя кровь и копоть, комендант снова вызвал его в кабинет. Сашка зашёл и увидел, что граф не один.

Рядом с ним стоял мужчина лет под пятьдесят, в дорогой одежде, которая кричала о статусе: тонкое сукно, серебряная пряжка на поясе, массивный перстень с рубином на пальце. Всё это намекало, что гость явно непрост.

— В общем, смотри, какая ситуация, — начал комендант без долгих предисловий. — Группа людей ушла в Мёртвые земли и вчера должна была вернуться. Но их нет. Я понимаю, что вы только вернулись с задания, но дело очень нужное. За поход заплатят тысячу золотом тебе и твоим бойцам.

— Если сможете их спасти — добавлю ещё две тысячи. — сказал гость.

Сашка задумался в очередной раз над превратностями судьбы. Они только вернулись, кони ещё не остыли, люди даже толком не отдохнули, не переварили горячий ужин, а их уже снова отправляют в пекло.

А Мёртвые земли — это, на минуточку, не какой-нибудь лесок за околицей. Там можно идти как по бульвару, если повезёт, а можно нарваться на таких тварей, что распотрошат отряд за считанные мгновения.

Но он прекрасно понимал, что перед ним явно непростой человек, и отказ может стоить им не только денег, но и хороших отношений.

Да и сам граф вряд ли обрадуется, если Сашка откажет — слишком уж выразительно тот смотрел на него, сверля взглядом, будто пытаясь передать мысленное послание: «Соглашайся, дурак, не позорь меня».

— Детали, — сказал Сашка, тяжело вздохнув и скрестив руки на груди.

Как оказалось, сыночек герцога Привалова решил прогуляться в Мёртвые земли. Показать свою удаль. Молодой, горячий, решил, что ему море по колено. И вчера они должны были вернуться. Только вот их нет.

Герцог уже начал рыть землю и бить копытом, как тот самый конь, которого пришпорили слишком сильно. Но почему он обратился именно к нам непонятно. Это же не какой-нибудь купец, а целый герцог, он может и армию поднять для такого дела. Но нет, он выбрал вас.

«Ну по крайней мере не мне об этом рассуждать», — подумал Сашка, идя в сторону казарм, когда разговор был окончен. — «Обратился — значит так надо. У них свои игры, у нас — своя работа».

В казарме его уже ждали бойцы — уставшие, чумазые, но с горящими глазами. Они только начали разбирать оружие, когда Сашка вошёл и коротко обрисовал новую задачу. Васька, вечно недовольный и язвительный, тут же скривился:

— Командир, а может ну его нафиг? Мертвецам-то деньги без надобности. Тысяча золотых — хорошо, но если мы не вернёмся, кому они достанутся?

Остальные, кроме Серёги, согласно закивали. Рисковать жизнями за чужого богатого мальчишку, который полез, куда не следовало, им не улыбалось.

Но Сашка, хоть и не очень уверенно, сказал спокойно:

— Всё будет хорошо. Мы справимся.

— Что-то твой тон не вызывает доверия, — возразил Серёга, настороженно прищурившись. Он был самым опытным в отряде, и его чутьё редко подводило.

— Вызывает или нет — другой вопрос, — ответил Сашка, стараясь говорить бодрее. — Мы выполним. Причём не бесплатно. А кто не хочет — может остаться, но тогда и долю не получит. Решайте сами.

Никто не остался. Деньги есть деньги, лишний золотой никогда не помешает.

Они выехали ночью, решив не терять времени. В любом случае, за пару часов они доберутся до рудника, где им удалось убить трёх морозных шакалов, — дорога до него была спокойной, без неожиданностей.

А там как раз начнутся Мёртвые земли, и уже на рассвете они будут углубляться в самое пекло. «Всё то же самое, что и в Винланде», — подумал Сашка, глядя на однообразный песок, который сменялся редкими камнями, торчащими из земли, словно зубы давно вымершего чудовища. Растительности не было от слова совсем — лишь серая, мёртвая пустота, где каждый звук казался гулким и чужим.

Один раз вдалеке показалась гончая, но не рискнула приближаться к такому хорошо вооружённому отряду.

Герцог, перед отъездом, подробно объяснил, куда именно направлялись эти любители острых ощущений. В четырёх часах пути от рудника находились какие-то старые развалины. Там они должны были переночевать два дня и вернуться.

С той охраной, которая была при сынке герцога, это не представлялось каким-то сложным делом. Но что-то пошло не так.

И тут возникает вопрос: почему они задержались? Нарвались на кого-то посерьёзнее, чем морозные шакалы? Или их настигло что-то более древнее? Вопрос очень интересный, и Сашка чувствовал, что ответ может оказаться очень неприятным.

— Значит так, ребята, — сказал Сашка, когда вдалеке показались руины, окутанные сизой дымкой. — Идём кучно. Я впереди, Серёга — со мной. Если что — не паникуем и не бежим. Действуем по обстановке.

— Глядишь, и сегодня не помрём, — буркнул Васька, но в его голосе не было прежней уверенности.

— Ты не умничай, по сторонам смотри получше, — парировал Сашка, хотя сам почувствовал, как холодок пробежал по спине. — Серёг, чувствуешь что-нибудь?

— Пока нет, — ответил тот.

Когда они въехали в руины, Сашку чуть не вывернуло. А двое парней помоложе, не выдержав, спрыгнули с лошадей и отошли в сторону, где их вырвало. Здесь явно был хороший бой, и догадаться, с кем, было нетрудно: три трупа морозных шакалов, прямо намекали на проблемы в прогулке.

— Там это, — сказал бледный Серёга, заикаясь и указывая в сторону небольшого провала, — пятеро людей.

— Живые? — спросил Сашка, хотя уже знал ответ.

— Нет, конечно. Лучше тебе самому увидеть.

Сашка подошёл и увидел картину, которая навсегда врезалась в память: пять тел, изуродованных так, что нельзя было понять, кто из них, кто.

— Ещё кто-нибудь есть? — спросил он, стараясь держать голос ровно.

— Вроде нет, — ответил один из разведчиков, обходя руины по периметру

Васька, всегда отличавшийся практичностью, хмыкнул:

— Может, ну его нафиг? Скажем потом, что вот этих нашли, а остальных сожрали. И дело с концом. Никто не узнает.

Сашка резко обернулся, глядя ему прямо в глаза:

— А тебе потом как спать, нормально будет? Кошмары не станут сниться, зная, что ты тут людей бросил, возможно ещё живых?

— Так я же не виноват, что они сюда полезли! — взорвался Васька. — Какому-то богатею захотелось развлечься, а мы тут своими шкурами должны рисковать!

Сашка вздохнул и заговорил спокойно, но жёстко:

— Несмотря на то что аристократия считается голубой кровью, она у них такая же красная, как и у нас с тобой. Мы в это дело вписались, и мы его делаем до конца. Я не собираюсь бросать людей, даже если они дураки.

— Вообще-то мы на это не подписывались, — влез Серёга, пытаясь найти компромисс.

— Вообще-то подписывались, — жёстко ответил ему Сашка, — когда узнали про награду, все побежали лошадей седлать. А как начались трудности — ну её нафиг? Так не пойдёт. Если мы начнём отступать при первой же опасности, то в следующий раз, когда нас самих прижмут, никто не придёт.

Серёга хмыкнул, но промолчал, а Васька лишь сплюнул и отвернулся. Разговор был окончен.

— Сильно! — сказал Серёга после долгой паузы, глядя на Сашку с уважением.

— Не знаю, сильно это или нет, — ответил тот задумчиво, — но работу делаем до конца. Представь ситуацию: зажали тебя враги где-нибудь, и ты сидишь, ждёшь помощи. А люди, которые идут тебе на помощь, не доходят до тебя, потому что побоялись. И помрёшь ты там в надежде, что свои не бросят. Кто ж так поступает?

— Следы туда ведут, — показал Серёга рукой на запад, где уже начинала вырисовываться каменистая гряда.

— Тогда поехали, — скомандовал Сашка, поднимая поводья. — Время не ждёт.

— С добром что делаем? — спросил Васька, уже примирившись. — Так бросим, или как?

— Пока да, а потом разберёмся. Если они живы — вытащим, если нет — хотя бы скажем герцогу, что видели.

Солнце уже клонилось к закату, когда вдалеке показалась небольшая скальная гряда — как раз в ту сторону, куда вели следы. Там они увидели, что около пещеры бродили два морозных шакала. Вокруг них валялись растерзанные лошади и ещё трое людей, судя по остаткам одежды — из охраны герцогского сынка. Звери не спешили уходить, словно ждали, что из пещеры кто-то выйдет.

— Достаём арбалеты, — тихо сказал Сашка, спешиваясь и подавая пример.

— Они же всё равно шкуру не пробьют, — возразил один из бойцов, нервно передёргивая плечом.

— Пробить не пробьют, но шугануть хватит, когда они на нас попрут, — ответил Сашка, проверяя натяг тетивы. — Володь, стреляешь зачарованным болтом. Целься лучше, у нас их всего два.

— Понял, — кивнул тот, поднимая арбалет и прицеливаясь.

— Серёг, мы принимаем второго на себя. Остальные — поддержка огнём и взрывными шарами. Всё ясно?

— Ясно, — донеслись голоса, и все замерли, готовясь к броску.

Шакалы заметили их издалека, однако не побежали навстречу — стояли и скалились, обнажая длинные клыки, покрытые засохшей кровью.

Только когда отряд сократил расстояние до ста шагов, они рванули одновременно.

Один чуть впереди, второй немного отстаёт.

Владимир стреляет в первого.

Болт входит в голову.

Шакал падает.

По второму арбалетный залп обычными болтами.

Шакал начинает рыскать из стороны в сторону.

Серёга кидает взрывной шар. Мимо.

Зверюга разворачивается и начинает убегать.

— Умный, паразит, — выдохнул Серёга, опуская оружие.

Они подъехали ко входу в пещеру, и Сашка заметил, что проход закрыт. Явно магическая работа.

— Есть кто живой? — крикнул Сашка, приложив ладони к холодному камню.

В небольшую щель показалось лицо — бледное, перепачканное сажей, но живое. Глаза испуганно забегали по сторонам, а затем человек, увидев людей, закричал:

— Мы здесь, живы!

С той стороны пещеру начали открывать, и стена с глухим рокотом ушла обратно в землю, обнажая тёмный зев. Оттуда вышли несколько человек, все грязные, оборванные, но целые. Первым выскочил тот самый сын герцога — парень лет двадцати, в дорогой, но изорванной и перепачканной одежде. Он был бледен и зол.

— Чего так долго? — рявкнул он, сверкая глазами.

— Как смогли, так и приехали, — спокойно ответил Сашка, глядя ему прямо в глаза. — Мёртвые земли — это вам не парк для прогулок.

— Мы тут чуть не сдохли... — начал было герцогский сынок, но Сашка перебил его, не повышая голоса:

— Вы да. А вот в развалинах пятеро, и здесь ещё двое — уже не вернутся из этой прогулки. Итого восемь трупов. Так что не надо мне рассказывать, как вы страдали. Вы живы — и это главное. Но если бы мы приехали на полдня позже, вас бы может уже не было.

Парень сдулся, опустил голову и что-то пробормотал невнятное. Сашка не стал его добивать — и так видно было, что совесть, пусть и спящая, у него всё-таки есть.

Ночевали они здесь же, потому что солнце уже садилось, а тащиться по Мёртвым землям в темноте было такое себе приключение. Двое из отряда гулёны были тяжело ранены — у одного раздроблена нога, у второго глубокая рана в боку, но их удалось подлатать с помощью сохранившихся зелий. Состояние стабилизировалось, и они должны были добраться до крепости, если не случится новых нападений.

Посовещавшись с мужиками, Сашка решил ехать без трофеев — не до них сейчас. Шкуры шакалов, амулеты, оружие — всё это осталось лежать в руинах. Рисковать лишний раз не хотелось. Когда они уже собирались, несколько человек из отряда юного герцога подошли к Сашке и его бойцам, чтобы поблагодарить. И для Сашки почему-то эта простая человеческая благодарность оказалась дороже любых золотых монет. Он видел в их глазах искреннее облегчение и уважение, и понимал, что делает это дело не зря.

Наутро они выехали, держась плотной группой, с оглядкой по сторонам. Когда они миновали развалины, один из дозорных заметил, что за ними погоня. Три морозных шакала бежали по их следу, не отставая ни на шаг. Настроение у отряда, которое и так было очень плохим, тут же упало ниже уровня земли. То, что они не уйдут, стало ясно сразу — звери были быстрее лошадей, особенно уставших.

— Разделяемся! — скомандовал Сашка, и его люди начали забирать левее, чуть замедляясь, чтобы отвлечь основных преследователей. Минут через пятнадцать они развернулись, чтобы принять бой. Два шакала мчались прямо на них, а третий устремился к основному обозу со спасёнными.

— Глядишь, сегодня тоже не сдохнем, — сказал Васька с нервной усмешкой.

— Не отвлекайся, — ответил ему Сашка и крикнул: — Начали!

Последний зачарованный болт уходит в голову морозному шакалу.

Двое магов дают залп по второму. Мимо.

Ещё раз.

Одно попадание.

Шакал замедляется.

— Добивайте его! — кричит Сашка.

Маги всаживают в него две молнии.

Зверь забился в конвульсиях.

В него тут же прилетает два огненных шара.

Третий прет к другому отряду.

Его отряд сразу же кидается ему наперерез.

Шакал, видя, что на него прёт целая орава людей, разворачивается.

Но ему на ход ноги прилетает взрывной шар.

Шакал падает и пытается ползти. Добивают его уже мечом.

В крепость они вернулись совершенно измотанными — люди едва держались в сёдлах, кони были в мыле, лица осунулись и почернели от усталости.

Отряд спасённых не стал их ждать и умотал вперёд, явно желая поскорее забыть о случившемся. Герцог, как и обещал, сразу же расплатился с Сашкой, даже не торгуясь: тысяча золотых за поход и две тысячи за спасение.

Звяканье монет было приятным, но усталость перевешивала. Весь отряд кое-как дополз до коек, и все рухнули на кровати без сил, даже не раздеваясь. Сашка помнил только, как провалился в тёмный, беспробудный сон, где не было ни шакалов, ни руин, ни криков раненых.

После этого случая они ещё один раз ездили зачищать логово туманных волков — работа была не очень сложной, но и оплачивалась скромно, как обычная рутинная вылазка. Все восприняли её как лёгкую прогулку после передряги, и Сашка даже немного отдохнул душой.

А потом комендант поехал в столицу и взял с собой отряд сопровождения. И, как назло, это оказался именно их отряд. Сашке было интересно посмотреть на столицу — он слышал о её великолепии, о широких улицах, о королевском дворце, который, говорили, был выше самых высоких башен, что ему доводилось видеть.

Ехали они всего лишь на пару дней, как сказал граф: приехать, отдохнуть, передать какие-то бумаги, и на следующий день уехать. Ничего сложного, обычная рутина для бывалых солдат.

Только вот всё пошло не так, как задумывалось.

Когда они размещались на постоялом дворе на окраине столицы, мимо проезжал тот самый парень, которого они спасали. Сын герцога Привалова.

Он увидел их, сразу узнал и, видимо, вспомнил, что обязан Сашке жизнью — или, наоборот, хотел свести счёты за то, что Сашка его тогда осадил. Но он подошёл, поздоровался с комендантом, выразил уважение и даже поблагодарил Сашку за спасение.

Сашка уже хотел забыть об этой встрече, но не прошло и часа, как приехал комендант, который из-за чего-то был на нервах.

— Тебя хотят видеть во дворце.

— А я-то им зачем сдался? — искренне удивился Сашка, пытаясь найти хоть какую-то логику. — Я простой десятник, а не посол.

— Да понятия не имею, — раздражённо отмахнулся граф. — У императрицы с магами вышел очередной спор. И сын герцога Привалова, зачем-то влез в этот спор, сославшись на тебя, точнее на ваш отряд.

— И что? — спросил Сашка, чувствуя, как внутри закипает злость на этого выскочку.

— Ничего. Что там за спор был — я не знаю, но тебя хотят видеть. Собирайся, и пойдём.

И вот сейчас Сашка шёл по коридору дворца в сопровождении графа и гадал, зачем он там нужен. Почему-то чего-то хорошего он не ждал от этой встречи.