— И зачем вы здесь? — спросил я их, с ленцой опираясь плечом о косяк.

— Поиск, — дала исчерпывающий ответ Ирка, поправляя на поясе кинжал с таким видом, будто она здесь главный следователь по особо важным делам.

— Поиск чего? — уточнил я, уже готовясь к длинному и путаному объяснению.

— Виноватых, — уточнила она, стрельнув глазами в сторону Маринки, которая делала вид, что рассматривает узор на половице.

— Давай нормально рассказывай, — сказал я и, не дожидаясь приглашения, плюхнулся на край кровати, скрестив руки на груди.

В комнате пахло дешёвым воском и сыростью, но сейчас меня волновало другое — эти двое явно тут не просто так.

Ирка немного помялась, покусывая губу и прикидывая, стоит ли выкладывать всё сразу, но видимо, решила, что игра в молчанку мне надоест быстрее, чем она придумает правдоподобную легенду.

— В общем, Королева-мать приказала моему отцу установить виноватых во всей этой истории. А отец, как ты понимаешь, отправлять себя не захотел и спихнул всё на меня, — выпалила она, и в голосе проскользнула привычная обида на родительскую опеку.

— Вот уже более содержательно, — кивнул я. — Только вот непонятно: вроде там виновный уже установлен. Это же дело рук Белгородова, кто ж ещё.

— Технически — да, — согласилась Ирка, но в её глазах зажглись опасные искорки. — Но у меня были сомнения. Я копнула поглубже, и следы привели меня сюда.

— Та-ак, — протянул я, чувствуя, что сейчас начнётся та самая каша, которую расхлёбывать придётся мне. — И что же ты накопала, садовод-огородник?

Ирка пропустила мою подколку мимо ушей и деловито продолжила:

— Я вышла на след отряда магов. И есть высокая вероятность, что они были из ордена Пепельного Феникса, из империи Астерия.

— Да, это были они, — не стал я отрицать, кивая.

— Значит, я не ошиблась! — обрадовалась Ирка и даже привстала, чуть не сбив со стола кружку. — Мне стало интересно: зачем они вообще обратились к Белгородову? Ведь было несколько других, куда более подходящих кандидатур.

— Они что-то искали, — вставила Маринка, до этого молчавшая, но теперь решившая внести свою лепту. Она говорила тихо, но внятно, как человек, привыкший взвешивать каждое слово. — По сути, они могли обратиться к более серьёзным графам, с хорошими связями при дворе, которые смогли бы им помочь куда эффективнее. А на тот момент Белгородов ничего из себя не представлял, он был почти нищим, сидел без гроша и продал бы душу за пару золотых.

— Так-то да, — предположил я, — более серьёзные графы могли бы и запросить серьёзную цену за свою помощь. Или вообще отказаться, если бы заподозрили неладное.

— Да, могли, — согласилась Маринка, поправляя выбившуюся прядь. — Но, как мы поняли, ордену действительно было нужно именно это — тихое, незаметное сотрудничество. А насколько мне известно, орден Пепельного Феникса — очень богатая структура, которая может многое предложить в обмен на услуги. Так что странность не в том, что они наняли Белгородова, а в том, почему именно его.

— И вот тут, — постучала пальцем по столу Ирка, — начинаются настоящие странности. Во-первых, от Белгородова они уехали, но больше их никто не видел. Испарились, как утренний туман. А во-вторых, приехали они к нему из столицы.

— То есть отсюда? — переспросил я, хотя прекрасно понял, куда она клонит. Внутри уже начала вырисовываться картина, но я хотел услышать это от неё.

— Да. Они прожили здесь почти неделю, — продолжила Ирка, понижая голос. — У них было несколько встреч с кем-то во дворце, причём встречи эти были тайными, как я выяснила. И после этого они поехали прямиком к Белгородову.

— Хочешь сказать, что кто-то целенаправленно отправил их к нему? — уточнил я, хотя ответ уже был очевиден.

— Именно. Это был не случайный выбор, а чей-то расчётливый план, — подтвердила Ирка, и в её глазах промелькнул холодный блеск.

Я призадумался, машинально потирая подбородок. Интересно получается. Приезжают эти ребята из ордена. Сначала беседуют с какими-то дядечками в столице теократов, потом едут прямиком к Белгородову, договариваются с ним на весьма выгодных для него условиях, и начинают делать какие-то тёмные дела. А точнее — что-то искать.

А между делом Белгородов на их монетки и с их помощью начинает выписывать различные кренделя, развязывая войну за войной, влезая в Трейден, а не в Стронбилд. И это неспроста.

— Думаешь, его в тёмную разыграли? — уточнил я у Ирки.

— Пока всё указывает на это, — пожала она плечами. — Поэтому я здесь.

— В принципе логично, — проговорил я, размышляя вслух. — Их отправили к Белгородову, который сидел без гроша в кармане. Орден дал ему денег, на которые он начал поднимать своё хозяйство и обеспечивать себе охрану. А потом он полез со своим грандиозным планом именно в те страны, где, предположительно, могло что-то быть. Судя по всему, в Вольных Баронствах ничего не было, поэтому туда он и не лез. Он мог начать свой захват с того же Стронбилда, но начал с Трейдена. Значит, Трейден изначально и являлся целью, а всё остальное — уже личная инициатива Белгородова? Или нет?

Я вопросительно посмотрел на обеих девиц, но они лишь переглянулись.

— И какой план? — уже прямо спросил я. — Вы хоть что-то знаете о конечной цели?

— Мы почти вышли на человека, который нам нужен, — самодовольно констатировала Ирка. — Осталось пара встреч, и у нас будет следующая подсказка.

— Нам, кстати, уже пора идти, — сказала Маринка, бросив быстрый взгляд в окно, где уже сгущались сумерки.

Они ушли. А я задумался, оставшись один в комнате, которая вдруг показалась слишком тесной.

Во-первых, какого чёрта у Маринки такая же татуировка на запястье, как и у моей недавней спутницы Глашки? Значит, Маринка тоже из той самой гильдии? Или это просто совпадение? Сомнительно, ох сомнительно.

А во-вторых, получается очень интересная многоходовка. Но кто этот кукловод и главное — зачем ему всё это? Вопросы, на которые пока нет ответов, но они всё сильнее жгли мне душу.

***

Несмотря на то, что за окнами уже стояла глубокая полночь, Аглая не думала о сне. Внутри всё кипело и бурлило, как перегретый котёл. Хотя все нормальные люди в это время мирно сопят в подушки, ей было далеко до покоя. Она легко и непринуждённо проводила этого странного парня до столицы, выполнив приказ чётко и без сучка, без задоринки. Единственное указание, которое ей дали, звучало железобетонно: чтобы ни один волосок не упал с его головы в пути.

Ей оставалось лишь одно дело, чтобы её перевели на следующий ранг. А там уже и заказы поинтереснее, и оплата пожирнее. Она уже мысленно примеряла новые кинжалы и более высокое положение в гильдии.

И когда её вызвали на доклад, она, ничего не подозревая, выложила всё как на духу: как они ехали, о чём болтали, как он задавал вопросы. Сначала она даже не заметила, что что-то идёт не так. Поняла она это только потому, что в кабинете стало очень тихо — настолько тихо, что слышно было, как потрескивает свеча в углу.

В кабинете сидели трое: глава отделения, его зам и Рука Тени — человек, отвечающий за весь регион и не терпящий ни малейшей оплошности. На их лицах отразилась целая гамма противоречивых чувств: злость, недоумение и, что самое страшное, неподдельный ужас.

— Ты! — холодно сказал Рука Тени, казалось даже, что температура в комнате упала. — Ты хоть понимаешь, что ты наделала своим длинным языком? Да ты нас всех подставила!

— А чего... — попыталась она оправдаться, но её перебил глава, холодным тоном:

— Это не наш сотрудник. Ты, дура, всё запорола. С нас Тень шкуру спустит, когда узнает, что какой-то левый тип проник в наши ряды и выведал наши секреты.

— Как!? — обалдела Глашка, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Так, — передразнил её заместитель главы, скрестив руки на груди. — Теперь иди и что хочешь делай, но договорись с ним. Этот человек неприкасаем! Сделай так, чтобы он не имел к нам претензий и не разболтал всё налево. Иначе мы все покойники. Ты первая, между прочим.

— Да что она может сделать? — спросил Рука Тени, уже лихорадочно хватая перо. — Быстро пишите Тени письмо об этой ситуации, может, удастся хоть что-то исправить, пока не поздно. А ты, — он ткнул пальцем в Аглаю, — вон отсюда! И чтобы завтра утром я видел решение!

И вот Аглая шла по пустым ночным улицам, и ноги сами несли её вперёд, хотя голова была совершенно пуста. Внутри всё клокотало от смеси гнева и растерянности. Каким образом этот пацан, который просто ехал с ней рядом и задавал безобидные вопросы, мог помешать каким-то великим планам самой Тени? И есть ли смысл договариваться с ним, если можно решить проблему более радикально — просто убрать свидетеля? Один удар ножа, и никаких хлопот.

Сначала она зашла в таверну, где он остановился, и спросила у владельца, который знал её в лицо, в какой комнате поселился Александр. Мужик, хитро прищурившись, назвал номер и получил за это звонкую монету. Потом она вышла на улицу и посмотрела вверх: в окне его комнаты горел свет. Значит, он ещё не спит, что упрощает дело.

Она бесшумно поднялась на второй этаж, стараясь не скрипеть половицами, и на всякий случай постучала в дверь. Ответа не последовало. Тогда она дёрнула ручку и с удивлением обнаружила, что дверь не заперта.

***

Когда в дверь сначала постучали, а потом она резко распахнулась, я уже мысленно готовил боевое заклинание, пальцы сами сложились в нужную фигуру, и я был готов кастануть что-нибудь убойное прямо в лицо непрошеному гостю.

— Неожиданно, — сказал я, увидев, кто это. Рыжая бестия стояла на пороге, раскрасневшаяся и с горящими глазами.

— Неожиданно? — прошипела она, входя без приглашения и с грохотом захлопывая за собой дверь. — Ты меня попользовал, и теперь у меня из-за тебя огромные проблемы!

— Какие ещё проблемы? — спросил я, стараясь сохранять спокойствие, но внутренний голос уже подсказывал, что сейчас начнётся что-то нехорошее. — Я, если честно, не совсем понимаю, к чему ты клонишь.

— Ты дурачком-то не прикидывайся! — почти выкрикнула она. — Ты мной в дороге крутил и вертел, как хотел!

— Что-то не припомню такого, — пожал я плечами.

— Ты... ты меня использовал! — она повернула голову, бросив взгляд через плечо, видимо, чтобы убедиться, что за ней никто не следит.

Тут её глаза расширились до предела, и она посмотрела опять туда же, в глубь комнаты. На диванчике, который стоял в нише за ширмой, сидели Маринка с Ирой и с большим интересом наблюдали за этой сценой.

Ирка замерла с кусочком печенья, уже надкушенным и буквально в паре сантиметров от рта, а Маринка с царским видом и грацией, достойной императрицы, лишь отхлебнула чай из чашки, как будто всё происходящее вообще нисколько её не касалось.

— Во страсти кипят! — сказала Ирка, сверкнув глазами, как будто она стала свидетелем сошествия всех богов на землю. — И не стыдно вам…

— Ты почему не сказал, что ты не один? — опять наехала на меня Аглая, но в голосе уже послышалась растерянность.

— Сядь, — сказал я стальным голосом, и в нём прозвучала та нотка, которая не терпит возражений. — И нормально расскажи, что случилось. А вы, — повернулся я к Ирке и Маринке, — идите погуляйте.

Ирина с Мариной, переглянувшись, с явной неохотой, но всё же поднялись и выскользнули за дверь, оставив нас наедине. Я указал Аглае на стул и сел напротив, сложив руки на столе.

— Теперь расскажи нормально, без истерик. Что стряслось?

— Ты не из гильдии, — сказала она, глядя мне прямо в глаза.

— Нет, — согласился я, не собираясь отпираться.

— И теперь ты всё знаешь, а я крайняя. Меня сейчас чуть не прикончили за то, что я проболталась, и приказали договориться с тобой, чтобы ты молчал.

— Во-первых, я не намерен затыкать уши, когда ты болтаешь. Но ты сама вывалила всё на блюдечке. А во-вторых, что именно я всё знаю? Уточни.

— Что я из гильдии убийц! — выпалила она и закусила губу, будто сама испугалась собственных слов.

— Да уж, — вздохнул я, чувствуя, как ситуация обрастает новыми слоями абсурда. — А татуировки носят все ваши гильдейские, как я понял.

— Откуда ты знаешь? — она подозрительно прищурилась.

— Я много чего знаю, — сказал я загадочно, хотя на самом деле просто заметил вязь на её руке ещё в дороге. — Ответь на вопрос, будь так добра: зачем ты вообще пришла? Только не говори, что чтобы поболтать.

Она на секунду замялась, но потом выпалила:

— Да.

— Понятно, — побарабанил я пальцами по столу, собираясь с мыслями. — А ко мне какой вопрос?

— Ты теперь знаешь наш секрет. Это проблема, — сказала она, и в голосе послышались металлические нотки.

— А почему же меня должны интересовать чужие проблемы? — спросил я, стараясь сохранить лёгкость тона.

— Ты выпытал у меня всё! Это… нечестно!

— Да хорош заливать-то, — сказал я, усмехнувшись. — То, что я не успел заткнуть уши, когда ты об этом трепалась, к слову «выпытал» не имеет никакого отношения. Ты сама, как сорока, трещала всю дорогу. Я даже не спрашивал про гильдию — ты сама начала.

— Хитрый же ты, — обвинила она меня, но в голосе уже не было прежней злости, скорее усталость.

— Да куда уж мне, — хмыкнул я. — Я, кстати, только сейчас узнал, что ты из гильдии убийц. До этого я думал, что ты просто болтливая торговка с неплохими навыками самообороны.

— Как? У тебя есть свои люди среди нас? — она уставилась на меня с подозрением.

— Да ты же сама только что сказала! — с улыбкой ответил я, и про себя подумал: ситуация, конечно, страшная, если бы не была такая смешная. Мне, наследнику, который только что разбирался с заговорами, теперь угрожают какие-то гильдейские разборки.

— Тебе нужно пойти со мной! — выпалила она, вскакивая.

— С чего бы это? — удивился я. — Зачем мне эти ночные прогулки?

— Нужно объяснить нашему главе, что ты не имеешь к нам претензий и не собираешься раскрывать наши секреты.

— Ладно, пошли, познакомимся, — легко согласился я, поскольку уже понял, что избежать этого разговора не получится. — Может, и вы на что-то сгодитесь.

И мы пошли. Как выяснилось, их база располагалась в стареньком двухэтажном особняке на окраине, причём довольно-таки покосившемся, с облупившейся штукатуркой и покосившимися ставнями — идеальное прикрытие для тайной организации.

Все проходящие мимо в недоумении косились на меня, и я их прекрасно понимал: какой-то левый парень в сопровождении рыжей девицы разгуливает по явно секретному объекту.

Однако ребята здесь наверняка не пальцем деланы, и если они захотят, чтобы я отсюда не вышел, то, возможно, у них это получится. Так что расслабляться явно не стоило, и я держал руку в кармане, наготове активировать защитный артефакт.

— Стой здесь, я поговорю с главой, — сказала она мне у входа в кабинет и исчезла за дверью.

Я остался в коридоре, слыша, как за тонкой перегородкой раздались приглушённые голоса. Сначала тихий говор, потом более настойчивый, а затем:

— Кого привела!? — раздался громоподобный крик из кабинета, от которого наверняка бы задребезжала посуда на кухне.

Я опять тяжело вздохнул и понял, что пора уже брать всё в свои руки. Вежливо постучав костяшками, я толкнул дверь, не дожидаясь ответа, и вошёл.

В кабинете находились Аглая и трое мужчин. Все они зло смотрели на перепуганную Аглаю, но при моём появлении их взгляды мгновенно переключились на меня.

— Добрый вечер, господа, — сказал я спокойно, даже слегка растягивая слова, и небрежно присел на краешек стола, демонстрируя полное отсутствие страха. — Поговорим?