— Устали, ваше высочество? — спросила меня Амалия после того, как я почти весь день занимался лечением.

— Есть немного, — сказал я. Хотя я не устал, а просто задолбался.

Я откинулся на спинку стула и потёр переносицу. Глаза слипались, руки слегка дрожали после многочасового колдовства над раной. Даже магическое лечение требует концентрации, а когда инструменты — подручные, а зелья — сделаны на коленке, выматываешься втройне.

Екатерина прибыла сюда с составом в 30 человек, из которых часть была охрана, а часть — прислуги поместья. Восемь воинов — закованных в лёгкие доспехи, с усталыми, но цепкими взглядами. Остальные — повара, горничные, конюхи, какие-то писари. Все с расширенными от страха глазами, все на грани истерики. Мы едва успели их разместить по казармам и свободным комнатам. Хоть в замоке и шел ремонт.

Она была ранена легко, но потеряла прилично крови. Кровь шла не фонтаном, но равномерно и настойчиво. Промедли ещё часов пять с лечением — спасти её было бы трудно. Если честно, я сказал «пять» с запасом. Часа через три начались бы необратимые изменения. Она была бледна как полотно, губы синие, пальцы холодные. Хорошо хоть сознание не потеряла окончательно — нашла в себе силы командовать отрядом до самого нашего порога.

Да и у нас тут лекарств не сказать, чтобы как в путной больнице. Пришлось гонять народ по полям и лесам, чтобы собрать нужные ингредиенты для зелий. А поскольку всё это началось ближе к вечеру, то искали фактически с факелами. Двое дружинников чуть не свалились в овраг — темно, хоть глаз выколи, а надо найти именно ту траву с резными листьями. Нашли, слава богам. Но сколько нервов это стоило — не передать.

Так как они бежали из поместья, естественно, никаких лекарств никто не захватил.

— Мне вот только непонятно, а почему они сюда отправились? — спросила Амалия, отпивая маленький глоток из своей кружки.

Она сидела напротив, подперев щёку рукой. Даже после долгого дня выглядела свежей — только глаза чуть припухли. Я иногда завидовал её умению держать лицо.

— Как рассказывают солдаты, она сразу решила отправиться к нам. — Я пододвинул к себе тарелку с сухарями, разжевал один. — Вроде бы она уже давно хотела приехать к нам в гости, но дела не давали.

Она говорила это скорее себе, чем мне. Я молчал, давая додумать.

— Во-первых, в столице могут быть люди её отца, — начал я загибать пальцы. — Деньги, связи, старые друзья. Во-вторых, вряд ли кто-то будет влезать в семейные дрязги. Император? У него своих забот выше крыши. А в-третьих… — я замялся, подбирая слова. — В-третьих, кто поверит дочери против отца? Всегда думают: ну, погорячилась девка, накрутила себе.

— Так её убить пытались! — обалдела она, даже привстала со стула. — Это не «погорячилась»!

Глаза у Амалии вспыхнули. Я редко видел её такой — обычно она сдерживала эмоции, но тут явно задело за живое.

— Ну, вызовут её отца для дачи разъяснений, — терпеливо объяснил я. — Ну, скажет он, что наставлял на путь истинный нерадивую дочурку. Что она, мол, связалась с дурной компанией, а он всего лишь пытался её образумить. А то, что это выглядело как попытка убийства… вопрос спорный. Не убили же. Может, по дороге на разбойников напоролась, а теперь на отца наговаривает, или ещё что.

Амалия открыла рот, потом закрыла. Я видел, как шестерёнки в её голове закрутились. Она не была глупой — просто иногда слишком прямой. Думала, что если правда, то её обязательно увидят. Наивная.

— И что делать теперь? — спросила она тихо.

— Завтра она придёт в себя, и сама всё расскажет. — Я допил травяной настой, поморщился. — Без эмоций, без спешки. А потом будем думать. Сейчас главное — чтобы она отдохнула и набралась сил.

Амалия кивнула. Мы ещё немного посидели молча, слушая, как за окном шумит ночной ветер. Где-то внизу строители заканчивали смену — слышался гул голосов, лязг инструментов, приглушённый смех.

Как только Катюха очнулась, мы пошли к ней. Естественно, после всех процедур она была довольно-таки слаба.

История была интересной.

После того как она отказалась выходить замуж за того, кого ей, скажем так, рекомендовал отец, на неё начались наезды всех родственников.

По большому счёту они вели себя примерно, как собаки на привязи: лаяли, но не кусали. Да и, по сути, укусить они особо не могли. Для этого нужны деньги, которых ни у кого не было. Все Трифоновы, кроме деда, жили в долг. Имения закладывались и перезакладывались. Конечно у верхушки рода деньги были, только у них своих проблем хватало. И спонсировать толпу дармоедов никто не собирался.

— Но почему они так ополчились именно на тебя? — спросил я. — Ты вроде была не главной наследницей.

— Зависть. — горько усмехнулась Екатерина.

Состояние рода стремительно катилось ко дну. Денег не хватало всё больше. Долги росли как снежный ком. В аристократической среде родня начала распускать про неё слухи различной направленности и содержания.

Но по большому счёту слухи так и оставались слухами. Если бы она, например, зерном торговала, может быть, от неё кто-то и начал бы отворачиваться. Только вот у неё была магическая руда, которая нужна была всем. Все хотели заполучить этот товар. Так что проблемы с репутацией ей были, мягко говоря, до фонаря. Пока есть руда — есть и клиенты.

Дед пытался поговорить, вразумить родственников, но его никто не слушал. Да и общаться особо с ним никто не хотел, так как все думали, что якобы это он виноват в падении Трифоновых. Хотя на самом деле дед был самым хозяйственным в роду — просто ему не давали распоряжаться. Отстранили от дел и все покатилось под откос гораздо быстрее.

Началом неприятностей стало покушение на неё. Шесть человек напали на карету по пути в поместье. Только вот они не рассчитали, что она по совету деда заменила свою охрану. И те ребята, которые её сопровождали, были на голову выше нападавших.

Результатом стали пять трупов нападавших и один сбежавший.

Преследовать его не стали. Во-первых, несколько её бойцов были ранены, хоть и несерьёзно — кому руку рассекли, кому плечо задели. Во-вторых, опасались, что это ловушка, и сразу же погнали карету в сторону поместья. Командир принял правильное решение — не рисковать. Он потом признался, что у него было нехорошее предчувствие.

Ну а на днях к поместью приехали около шестидесяти человек наёмников и предложили добровольно сдаться.

Столько охраны у неё, к сожалению, не было. Всего лишь тридцать семь человек.

Только вот среди прислуги оказался предатель, который подмешал им какое-то зелье. Слабенькое, не смертельное, но отключающее. Половина гарнизона к моменту атаки дрыхла без задних ног. Завязался бой, и было принято решение уходить. Большая часть охраны осталась там прикрывать отход.

— А почему ты думаешь, что это идея твоего отца? — спросил я её.

Я не хотел давить, но мне нужна была уверенность. Слишком легко свалить всё на родственника, который не может ответить.

— Да потому что я узнала некоторых из нападавших — это переодетые люди отца, — ответила Екатерина, и голос её стал твёрже. — У него есть дружина. Некоторых я знаю их в лицо.

Я переглянулся с Амалией. Та сидела с каменным лицом, но я заметил, как побелели костяшки её пальцев.

— Что дальше думаешь делать? — уточнил я. Вопрос был риторический, но надо было услышать ответ от неё.

— Мне нужна помощь, — сказала Екатерина.

— Да это и так понятно, — я откинулся на спинку стула. — Тут другой вопрос имеется: как это всё сделать?

— Я не пойму, что тут думать? — влезла в разговор Амалия. Её голос звучал резче, чем обычно. — Можно поехать к её отцу и показать, что Екатерина не такая беспомощная. Пусть знает, что за ней есть кому заступиться.

— Да это всё понятно. Только он может пожаловаться на нас куда следует, — возразил я спокойно, даже лениво. — В Грейне есть свои законы, и они не на нашей стороне. Трифонов — граф. Если он пожалуется императору, что мы удерживаем её против воли, нам придётся объясняться.

— С чего вдруг? — возмутилась Амалия. — Он на неё напал и получил в ответ. А теперь жаловаться пойдёт? У него что, совести нет?

Я вздохнул. Хороший вопрос. И ответ на него был простым, но горьким.

— А ты сможешь доказать, что это он на неё напал или его люди? — спросил я.

— Ну-у, — протянула Амалия, — наверное, нет.

— Вот и беда в том, — сказал я. Мне самому было неприятно это произносить, но правда есть правда. — На словах ты сто раз права

— Так, а что же делать? — спросила она.

— В эти грязные игры можно играть вдвоем.

***

Лёха был подающим надежды специалистом гильдии теней. Буквально за месяц перед этим заданием он получил ранг «идущего в тени». И всё было бы здорово. Он бы зарабатывал деньги, в которых нуждался.

Возможно, через годик-полтора приобрёл бы себе какой-нибудь дом. Не в столице, конечно, а в пригороде. Или даже в близлежащих деревнях. Он уже присмотрел один — с садом, колодцем и небольшим огородиком. Мечтал, представлял, как по вечерам будет сидеть на крыльце с кружкой пива и никого не бояться.

Их вызвали на срочный сбор практически ночью. Лёха как раз вернулся с задания, наскоро перекусил и собирался завалиться спать, когда в дверь постучали.

Нужно 20 человек для важного и особо ответственного задания.

Один из сотрудников гильдии убийц очень высоко внедрился в вертикаль власти империи Грейн. Это Лёха узнал уже позже, когда их собрали и начали инструктаж. Сейчас нужна помощь. Для этого ей в помощь выделяются люди. Причём сейчас им никто ничего не предлагал, и никто ничего не спрашивал. Просто ставили перед фактом, что они едут туда и делают всё что нужно.

Лёху терзали сомнения. Он-то рассчитывал заработать прилично денег. А тут не пойми что. Сколько по времени? Какая оплата? Будут ли подъёмные? Компенсация в случае ранения? Но на эти вопросы никто не отвечал. Старший группы только отмахивался: «Потом всё узнаете, не дёргайтесь».

А потом им рассказали. И от этого рассказа у многих волосы становились дыбом. Амалия Рысева. Они едут к ней. Не сказать, что она была прям легендой, но её имя знали многие. Идущий в тени и магистр магии. Просто монстр в обличии красивой и хрупкой девушки. И сейчас они отправляются к ней на помощь. Некоторые из парней переглянулись, кто-то присвистнул. Лёха же почувствовал, как по спине пробежали мурашки — не то от страха, не то от предвкушения.

Тут возникает вопрос. С чем таким она не смогла справиться? И будет ли вообще от них там толк? Если уж Амалия Рысева — магистр магии, идущий в тени — не может решить какую-то проблему, то чем помогут два десятка из гильдии? Это всё равно что тащить песок в пустыню.

Но после того как им объяснили, что от них требуется, Лёха выдохнул. Просто нужны надёжные люди. Не герои-одиночки. Не маги-убийцы. Не диверсанты экстра-класса. А обычные, надёжные ребята, которые умеют держать язык за зубами, выполнять приказы и не паниковать в критической ситуации. Вряд ли им придётся там махать мечами. По крайней мере, так говорили на инструктаже.

Только вот всё изменилось буквально за день.

Лёха и его группа прибыли в замок Амалии через три дня. Встретили их хмуро, но без вражды. Служили они в качестве дружинников герцогини. А потом пошло, поехало.

Сначала приехала Екатерина Трифонова. Как он понял, она была в бегах и раненная. Лёха сам помогал выгружать её из кареты — бледную, в крови, но с горящими глазами. Он прекрасно знал, кто такие Трифоновы. Один из древнейших родов империи, славящийся магической рудой. И у него не укладывалось в голове, что на одну из них могут поднять руку. Смертников не было.

Ну а дальше началось самое интересное. Его высочество принц Александр взял 10 человек из гильдии, включая его, Лёху. Поначалу он выдал экипировку. Каково же было удивление всех — это не описать словами. Экипировка была практически один в один как их костюм убийцы, только серого цвета. Ну а как выяснилось дальше, она была гораздо удобнее и функциональнее.

Лёха не мог нарадоваться, как в ней двигаться — легко, свободно, никакие швы не тянут. Он надеялся, что ее им оставят.

Практически мы все задавались вопросом: что происходит? Обычно в таких заданиях нам ставят конкретные цели: убрать того-то. А тут — никакой конкретики. Госпожа Амалия лишь отмахнулась рукой и сказала, чтобы мы во всём его слушались. Якобы он плохому не научит. Принц Александр. Лёха, как и все, слышал о нём — сын императора, человек со странной репутацией оболтуса. Так, серая мышь. А оказалось… оказалось, что серая мышь прячет клыки.

Ну а потом начались активные действия. Ребята наконец-то обрадовались: может быть, действительно научимся чему-нибудь полезному. Только вот обломились все. Занимались они в основном разведкой и слежкой. И только потом Лёха понял почему.

Зачем врываться куда-то в неизвестность? Зачем рисковать? Когда ты просто подошёл к двери, взял ключ из-под коврика, открыл дверь и сжёг этот магазин. Разведка — это не трусость. Это профессионализм. Лёха это усвоил в первую же неделю.

Или вот, например, огромный склад, на котором были три сторожа, которые в ночь упивались до беспамятства. Просто зашёл, разлил горючее масло для ламп и чиркнул спичкой. И нет склада. И не нужно куда-то красться, надеясь, что тебя не заметят, постоянно озираться по сторонам, переживая: а вдруг кто-то идёт. Когда всё делается по уму, риск стремится к нулю. А оставшийся риск — это уже не риск, а плата за мастерство.

Больше всего Лёхе понравилось ограбление дома одного из верхушки Трифоновых. Действовали по той же схеме. Сначала проследили, когда в доме будет меньше всего народу. Обнаружили, что по четвергам хозяин уезжает на охоту, а жена ездит к любовнику. Остаётся только двое слуг и полудохлая собачонка. Потом всех обезвредили. Ведь его высочество запретил кого-либо убивать.

И что самое главное делали они это все одновременно! Вот это Лёха понимал эффективность!

Ну а потом вынесли всё, что можно. Причём принц Александр прошёлся по всему дому и нашёл два сейфа и тайник в подвале. Как он их нашёл — загадка. Лёха потом допытывался, но принц только загадочно улыбался и говорил: «Учись». В совокупности — около 10 000 золотом. Просто огромные деньжищи! Лёха таких сумм в руках не держал никогда. Больше тысячи казалось ему богатством, а тут — десять тысяч.

Но вот последнее наше задание, как выразился Александр, по закошмариванию условного противника было самым сложным. Наша цель была — пробраться в спальню к отцу Екатерины Трифоновой.

— А нафига? — спросил кто-то из парней. Принц усмехнулся, ничего не ответил. И только потом, когда всё закончилось, Лёха понял, зачем это было нужно.

Было ли это легко? С одной стороны да, с другой — нет. По территории постоянно ходила охрана. Магическую сигналку принц Александр отключил сам.

Нам пришлось забраться на второй этаж и очень аккуратно открыть окно, которое вело в покои, а не в спальню. Лёха лез первым, и у него сердце колотилось так, что казалось, его слышно за версту. Но окно открылось бесшумно — принц сказал смазать петли каким-то составом заранее. В покоях было темно и пусто.

Когда все собрались, они зашли в спальню. Александр сразу наложил заклинание тишины — Лёха даже ухом не повёл, потому что слышал, как это работает: звуки снаружи доходят, а изнутри — ни звука. Можно хоть кричать, никто не услышит.

Причём минут десять все готовились. Вставали как нужно, потом менялись местами, то доставали клинки, то убирали. Лёха уже начал злиться: что за цирк? Как в театре, честное слово. Александр ходил между ними, поправлял чью-то стойку давал указания. Казалось, он добивался какой-то особой, только ему ведомой картины.

В итоге, когда его всё устроило, он громко хлопнул в ладоши. От чего Трифонов со своей супругой тут же проснулись. Естественно, не заметить 11 человек, стоящих около кровати, было очень сложно. Его супруга взвизгнула от испуга — высоко, тонко, как перепуганная мышь. Трифонов же просто замер, и Лёха увидел в его глазах животный ужас.

— Какого чёрта? — испуганно спросил он, его голос дрожал. — Кто вы такие?

Голос Александра, обычно спокойный и даже ленивый, вдруг стал низким и тягучим, как патока.

— Мы тени. Мы рождены в тени и умрём в тени. Сегодня ты перешёл нам дорогу. В следующий раз мы не будем так великодушны. Не лезь к нам. Это первое и последнее предупреждение.

У Лёхи аж сердце пропустило удар. Крутяк! Он потом повторял эту фразу про себя, запоминая каждое слово. Никогда бы не подумал, что принц может так… играть.

После чего Александр кинул кинжал. Тот воткнулся в изголовье кровати — впритык к щеке Трифонова. Лезвие поцарапало кожу на лице графа — я увидел, как выступила тонкая полоска крови. На лице Трифонова был ужас. Он даже дышать перестал. Супруга же просто забилась в угол кровати, натянув одеяло до подбородка.

— Уходим, — скомандовал принц Александр, и голос его снова стал обычным — будто и не было всей этой жути.

После этого мы вышли из комнаты. Ручку мы сломали, так что открыть он её пока что не сможет. А сфера тишины действовала — ещё около получаса. Вряд ли он будет выпрыгивать через окно. Со второго этажа, в ночной холод, в одной пижаме. А чтобы скрыться, много времени не надо.

— А зачем это всё? — спросил я принца, когда мы уже были на безопасном расстоянии. Вопрос мучил меня всю дорогу.

— Видишь ли, — сказал Александр, шагая вперёд быстрым, ровным шагом, — сейчас этим появлением мы обезопасили Екатерину. Одно дело, когда враг ясен и понятен. Его можно найти и устранить. Или создать ему проблемы. А здесь… здесь он не понимает, кто его враг. Не знает, где нас искать. Не может купить или запугать.

Лёха шёл следом и переваривал услышанное. Это было не похоже на обычную тактику гильдии. Там всё просто: либо убиваешь врага, либо нет. А тут — запугивание.

— Но ведь Екатерина остаётся под ударом? — спросил его Лёха. — Мы-то пришли и ушли. А она здесь, в замке. Если он решит напасть снова?

— Да. — Принц обернулся, и Лёха увидел его улыбку — холодную, даже жестокую. — Только вот теперь он будет понимать, что есть некая группа лиц, которая может в любой момент просто появиться у него в спальне. А найти и избавиться от них в данный момент невозможно.

— Ого! — выдохнул Лёха. — То есть если они убьют Екатерину, то всё равно с него спросят? И закон не поможет?

— Соображаешь, — ответил принц с лёгким одобрением в голосе.

— Что делаем дальше? — спросил кто-то из группы.

— Расскажу в дороге. Времени мало. Нужно поторопится.