— Хреново, — сказал я после того, как Лёха выложил мне весь расклад.

— Что делаем? — спросил он.

— Я думаю, надо решить вопрос с этими магами. Они нам тут сейчас не нужны, — задумчиво ответил я.

— Может, лучше подождём? Пусть приедут. И здесь по месту решим вопрос.

— Мы не знаем, что это за ребята. Если они мощные, как ты говоришь, то тут будет знатный переполох. Можешь себе представить тихую драку с сильными магами? Я вот нет.

— А мы осилим?

— Не попробуем — не узнаем.

Лёха и его ребята проделали огромную работу. Главным был граф Проскурин. Он отвечал за всю движуху в королевстве Трейден. Именно через него шли деньги, приказы и вся координация между местной знатью и теократами. Без него вся их здешняя конструкция начнет трещать по швам.

Непосредственно людей теократов, включая Проскурина, здесь было тридцать два человека. Имеется в виду — из руководства. Была, конечно, охрана, но её не считали. Да и было её немного — человек пятьдесят, размазанных по всему городу. В основном — местные наёмники, без особой мотивации.

По сути, мы сможем их устранить за одну ночь. Край — за два. Если действовать грамотно, тихо и без лишнего шума, к утру от всей их верхушки останутся только мокрые места. А охрана, оставшись без хозяев и денег, быстро разбежится.

Но это не проблема. Проблема в том, что послезавтра сюда прибудут три мага графа Белгородова. И, думаю, эти ребятки явно по мою душу. Надеюсь, справлюсь.

***

Карета показалась внезапно. За ней тянулись всадники — человек десять, не больше. Так-то логично: кто нападёт на таких? Маги, вооружённая охрана — выглядело внушительно. Но выглядеть и быть — разные вещи.

Мы стояли в лесополосе. Я примерно рассчитал действие сканирующих заклинаний и разогнал всех людей подальше. Чем меньше народу знает, чем мы тут занимаемся, тем лучше. Лёха с парнями за моей спиной, арбалеты наготове, но без команды не дышат.

Сердце потихоньку начало набирать обороты. Я готов. Карета доезжает до нужного места. Замаскированные цепи натягиваются спереди кареты и сзади.

Я срываюсь с места.

Лошади спотыкаются о цепи. Карета резко останавливается, всадники сзади не успевают затормозить — люди начинают лететь через головы лошадей. Крики, ржание, треск дерева. Идеально.

Я залетаю в карету. Там трое. Втыкаю меч в того, кто справа. Тот даже среагировать не успевает. Повезло. Выдёргиваю меч и выскакиваю из кареты назад.

Мне вслед вылетает огненный шар. Делаю шаг в сторону — шар проносится мимо, прожигая воздух. Быстро они очухались. Не прошло и двух секунд, а уже бьют.

Лёха с парнями отходят. Здесь им не место. Отработали по сопровождению и лошадям и свободны. Только мешать мне будут — против боевых магов обычные бойцы как котята против волков.

Те вылезли из кареты. В меня полетели заклинания сразу с двух сторон. Опытные, собаки. Работали слаженно — один бьёт, второй прикрывает. Настоящая боевая связка.

Ухожу сильно влево и кидаю в них взрывной шар. Щит у них слегка напрягся — и всё. Даже не поцарапал. Мощные ребята.

Что-то я, по-моему, заманаюсь с ними здесь. Придётся отступать. С нахрапа я их не осилю — у них численное преимущество, работают как единый кулак, а я один.

Отступаю в лес. Мне в спину летят заклинания — петляю как заяц между деревьями. Несколько раз прилетало в стволы — кора летит, земля дыбится. Но пока держусь.

Действую по плану Б. Убеждаюсь, что никто не преследует — оглядываюсь магическим зрением, пусто. Вкачиваю побольше силы — чувствую, как жилы наливаются тяжестью, как искрит воздух вокруг пальцев. Отправляю заклинание примерно в то место, где они стоят. Туда, где мы только что рубились.

Шарахнуло хорошо. Два удара точно ещё смогу сделать — и всё, потом придётся откачиваться зельями.

На всех парах мчусь обратно. Кругом пылища — ничего не видно, только магические засветки сквозь пелену. Вижу две засветки. Оба живы.

На одном из них щит слетел — видимо, взрывом снесло. Тот пытается восстановить, лихорадочно что-то шепчет, руки трясутся. Подлетаю к нему. Он меня замечает — глаза расширяются, рот открывается. Я практически в упор бью взрывным шаром. Он в ответку отправляет разряд молнии — чисто рефлекторно, уже не целясь.

Без щитов его раскидывает по кускам. Мой щит слетает от молнии. Немного достаётся и мне — руку сводит, плечо печёт.

Падаю на землю. Меня колотит в судорогах — всё тело выгибается, зубы сжаты до скрежета. Через секунд пятнадцать отпускает. Дышу часто-часто, как загнанный зверь.

Смотрю магическим зрением — второй идёт в мою сторону. Увидел вспышку и пошёл на звук? Умно.

Недолго думая, отступаю опять в лес. На этот раз глубже, забирая в сторону.

Отбежав на безопасное расстояние, выпиваю несколько зелий подряд — сначала восстановление, потом ещё одно укрепляющее. Руки мелко дрожат. Давно я так не напрягался. Это не то же самое, что с туманными волками и морозными шакалами драться.

Человек всё-таки думать умеет. Одна ошибка — и всё. До свидания.

Справа от меня что-то сильно бахнуло. Воздух взметнулся столбом пламени, а меня сбило с ног и отбросило к дереву. Хорошо, когда я забежал в лес, свернул вправо — в противоположную сторону откуда мы пришли. А то сейчас бы поджарился до хрустящей корочки.

Придётся работать в полный контакт. Судя по взрыву, селёнок у него немало — хороший запас силы, может, даже артефакты какие есть. Мы можем тут неделю танцы устраивать.

Немного собравшись, начал действовать. Кидаю туда же ещё один мощный удар — на подавление, чтобы он не расслаблялся. И бегу, можно сказать, прямо за ним — через кусты, не прячась.

Вижу, как он летит от моего заклинания — отшатнулся, едва удержался на ногах. Контакт. Земля взлетает в воздух от наших заклинаний. От поднявшейся пыли меня хуже видно — это мне на руку.

Задел противника по касательной. Даже щит не снял — только скользнуло. Плотный у него доспех, ничего не скажешь.

Подбегаю к нему и начинаю кружиться вокруг него, как волк вокруг лося. Он бьёт аккуратно — точечно, экономно, без лишних трат. Я ему отвечаю тем же, но чаще — на скорости.

У меня по скорости преимущество. Он мажет — я попадаю. Вижу, как его щит начинает понемногу проседать.

Он это тоже прекрасно понимает. И наносит удар по площади — широкую волну, которую не увернёшь, только блокируешь. Мы разлетаемся в разные стороны как кегли.

Оба без щитов. В глазах плывёт. Хорошо он меня приложил — рёбра ноют, в ушах звон. Хотя и сам не лучше — вон, еле на ногах держится. Встал кое-как с земли, опираясь на единственную уцелевшую руку.

Вижу потоки магии. Кастует. Быстро швыряю взрывной шар. Но не в него — а в землю прямо перед ним.

От взрыва ему отрывает ногу — крик, кровь, летят клочья. А мне под рёбра прилетает воздушный таран — швырнул на прощание, уже падая.

Меня отбрасывает на добрых десять шагов. Лежу на земле, хватаю ртом воздух — лёгкие горят, рёбра трещат при каждом вдохе.

Противник же начинает орать от боли из-за оторванной ноги.

Сил нет вообще. Кое-как достаю склянку зелья лечения и выпиваю, давясь и кашляя. Встать не получается — просто валяюсь на земле, смотрю в небо, которое почему-то кружится. Кое как опираясь на меч, встаю на колени.

Тот пытается что-то колдовать. Ну нет уж.

Кидаю ещё два взрывных шара подряд. Того разносит на куски — в сторону летят ошмётки. И тишина.

Всё. Хорош на сегодня.

Зелье лечения вроде понемногу начинает действовать — во рту тепло, по телу разливается приятная тяжесть. Сил не прибавляется, но боль уходит. Медленно, но уходит.

Минут через двадцать появляется Лёха, пока один. Выглядит встревоженно — по сторонам смотрит, арбалет на взводе.

— Получилось? — спросил он, подбежав ко мне и приседая рядом.

— Получилось, — отвечаю ему, с трудом разжимая зубы.

Надо немножко прокачаться. Понятно, что эти ребятки были сильны, и это, скорее всего, исключение из правил. Но вероятнее всего, такие дяденьки будут попадаться чем дальше, тем чаще. А то никуда не годится — с такими напрягами побеждать. Можно сказать, по краю прошёл. Стыдоба.

Часа два мы тусили тут же, убирая следы боя — сжигали остатки, сглаживали воронки, закапывали то, что гореть не хотело. Пусть думают, что эти маги заблудились в лесу. Это добавит вопросов. А вопросы — это время. А время — нам на руку.

Пару дней мне придётся залечивать свою попорченную шкурку. И поэтому лучше пока воздержаться от участия в активных действиях. В таком состоянии я только обузой буду.

Пока все работали, мы с Лёхой сидели на поваленном бревне и беседовали вполголоса.

— Сами справитесь? — спросил я его, покосившись на ребят, которые сосредоточенно прочёсывали поляну.

— Должны, — спокойно ответил он.

— По возможности берите живыми, но особо не рискуйте. А то сам видишь — из меня на пару дней плохой помощник.

— Может, тогда отложим? — спросил Лёха, и в его голосе промелькнула тень сомнения.

— Нельзя. А то сейчас они хватятся, что маги не доехали, и будут настороже. А пока они на расслабоне из-за своего превосходства. Думают, что всё хорошо.

— Сделаем.

***

— А этот где? — спросил Митрофан у Амалии.

— В королевство Трейден поехал, — ответила Амалия, отставляя пустую чашку.

— Что вообще за задача? — спросил Бобров, попивая чай и щурясь от удовольствия.

— Я так поняла, что мы сидим здесь, пока Александр решает вопрос с влиянием теократов в королевстве, — ответила Амалия.

— Ему, как всегда, не сидится на месте, — ехидно заметил Митрофан, покачивая головой.

В дверь постучали, и туда зашёл один из людей Амалии — молодой парень в лёгкой броне, с сосредоточенным лицом.

— Ваше высочество, мы разместились. Какие задачи? — спросил он.

Бобров поперхнулся чаем, закашлялся, и чашка в его руке жалобно звякнула о блюдце.

— Действуем, как говорили, — ответила Амалия. Тот развернулся и вышел, плотно притворив за собой дверь.

— Ва-аше высо-очество? — протянул Митрофан, выгнув бровь и многозначительно переглянувшись с Бобровым.

— Мы, видимо, что-то пропустили, — сказал Бобров, когда наконец прокашлялся и вытер губы салфеткой.

— Да это мелочи и не очень интересно, — отмахнулась Амалия, стараясь говорить небрежно, хотя на щеках у неё выступил лёгкий румянец.

— Да ну? Ты теперь у нас кто? — спросил Бобров, отставляя чашку и подаваясь вперёд.

— Получается, принцесса, — ответила она, пожав плечами, будто речь шла о чём-то совершенно обыденном.

— Я бы, пожалуй, послушал эту скучную и неинтересную историю, — ехидно заметил Митрофан, складывая руки на груди. — А то вдруг и нам когда пригодится.

За пару минут Амалия вкратце им рассказала про все события. Рассказывала спокойно, без лишних эмоций, будто доклад читала, но Митрофан с Бобровым слушали внимательно.

— Ну понятно. С чем боролись, на то и напоролись. Батюшка-император шутковать не будет, — хмыкнул Бобров, потирая подбородок.

— Это временная мера, — ответила Амалия, но в голосе её не было прежней уверенности.

— Ну не знаю, — протянул Бобров с сомнением.

— Эх, кому бы мне услуги пойти, чтобы хотя бы в половину от того, что ты получила, заиметь? — спросил Бобров с улыбкой, разводя руками.

— Ладно, это всё весело, — сказал Митрофан, возвращая разговор в деловое русло. — От нас что-то надо?

— Особо ничего. Мои люди сейчас отправятся на разведку на территорию теократов, — ответила Амалия, вставая из-за стола. — А дальше посмотрим.

***

Лёху немного потряхивало перед работой. Такие масштабные операции были редкостью в гильдии. Как правило, если операция была успешной, то человек, который командовал, получал хорошие бонусы и преференции — повышение, уважение среди своих, доступ к более дорогим заказам и, конечно, солидную долю от общей добычи. А если проваливал — мог и вовсе лишиться головы.

И вот теперь он командовал именно такой операцией.

Ответственность давила на него. Сейчас он отвечал не только за свою жизнь, но и за жизни ребят, которые были у него в подчинении. Каждое его слово могло стать либо шагом к победе, либо ошибкой, которая будет стоить кому-то крови. Он мысленно перебрал план ещё раз — всё должно было пройти гладко.

Самое сложное было то, что приходилось работать на скорость. Если кто-то поднимет шум, то операция может накрыться. Крик, звон упавшего оружия, случайно разбитая ваза — любая мелочь могла разбудить весь дом и превратить тихую охоту в кровавую баню с непредсказуемым исходом.

Никого упустить нельзя. Противник быстро поймёт, что их начинают вырезать или брать в плен по одному, и сообщит остальным. Они просто залягут на дно или окопаются так, что к ним не подступишься.

Граф Проскурин был первоочередной целью. Его требовалось взять живым — слишком много он знал о структуре теократов, о каналах финансирования, о связях при дворе. Мёртвый граф не стоил и ломаного гроша. И сейчас Лёха и пятеро его парней находились около его поместья.

— Время пришло, — сказал Лёха.

Пять теней перепрыгнули через забор и оказались на территории поместья.

Сначала нужно было отработать небольшую казарму, чтобы им никто не помешал.

Двое караульных. Два болта. Готово.

Они рассредоточиваются. Закидывают в окна и дверь склянки с сонным зельем. Ждут.

Из казармы — крики.

Один выбегает через дверь. Получает арбалетный болт.

Второй лезет через окно. Получает удар в челюсть. Его заталкивают обратно. Окно закрывают. Тишина. Зелье сработало на отлично.

Закинув трупы в казарму, отправляются дальше.

Около входа для прислуги — трое. Болты срываются в цель. Чисто.

Заходят в дверь. Им попадается какая-то девчонка. Лёха аккуратно вырубает её. Затаскивают её и мертвецов в какое-то помещение. Лёгкое движение руки — и ручка сломана. Дверь не откроют.

Двигаются дальше.

Из-за поворота на них выходит какой-то парень. Захват, ладонь на рот и нож к горлу.

— Где граф? — тихо спрашивает Лёха испуганного парня.

— Второй этаж, правое крыло, — лепечет парень.

— Спит один?

Тот лишь кивает головой.

Удар по затылку — и тот обмяк. Закидывают его в комнату и тоже ломают ручку у двери.

Коридор, лестница на второй этаж, коридор, дверь в покои графа.

В доме тишина. Они прислушиваются. За дверью тихо.

Заходят. В большой комнате никого нет. Лишь слева — дверь в спальню.

Поворот ручки. Тихий щелчок замка.

Большая кровать с балдахином, и на ней спящий человек. Спальню освещают несколько свечей.

Лёха подходит к кровати. В руках — тряпка, пропитанная зельем.

Тряпку на лицо. Мужчина дёргается. Но парни тут же прижимают его руки и ноги к кровати. Пара рывков — и он обмяк.

Руки, ноги связывают. В рот — кляп. Один из самых здоровых парней закидывает его на плечо.

Коридор, лестница, коридор, выход из здания.

За дверью сразу два охранника.

В первого арбалетный болт в упор.

Второй тянет меч. Лёха делает два шага. Руку на гарду меча охранника. Рывок. Заталкивает меч обратно в ножны. И кинжалом по горлу.

Заминка. Надо спрятать тела. Готово.

Проходят мимо казармы. Все спят. Тишина.

Двое перелезают через забор. Перекидывают графа.

Дело сделано. Лёха вытирает пот со лба и тихо выдыхает. Всё прошло, кажется, без сучка и задоринки. Теперь главное — передать груз в целости и продолжать.

Недалеко то поместья стоит карета, в которую они грузят графа.

— Новости есть? — спрашивают они у парней из отряда Александра.

— Да ваши работают. Хорошо идет.

— Потерь нет?

— Нет. Говорят пару человек взять не получилось, пришлось порешить на месте.

Понял. Спасибо. Сказал он и у него отлегло. Может все получится хорошо без потерь? Хотя загадывать плохая примета.

— Так, парни. Кто там следующий?