На следующий день я хотел было заняться графом Малининым Владимиром Петровичем, но посчитал, что информации недостаточно. Так что девчонок отправил собирать ещё инфы, а сам начал изучать то, что есть.

Вроде бы всё было понятно. Вот он три года назад начинает активно общаться с купцами из Теократии. А нафига он наёмников нанимает? Причём нанял несколько больших отрядов, которые отправились непонятно куда и непонятно зачем. Говорят, он за это денег кучу отвалил. Может, в Стронбилд? Или куда-то ещё, куда соваться не следовало бы.

Его сынули, как говорят, неплохие бойцы. Вот они одного барончика прессанули. Так, здесь с купцов деньги содрали. Там — землю отжали у какого-то разорившегося дворянина. Всё, в общем-то, понятно. Типичные гопники-отморозки с титулом, которые привыкли, что батя всё уладит.

А вот зачем они вот этим вот ребяткам помогали — совсем непонятно. У одного купца дочь сильно заболела, нашли какое-то лекарство редкое. Причём всё сделано тихо, без афиширования. Никто не трубил на всех углах, никто не требовал благодарности. Просто помогли — и всё. А второй раз помогли одному купцу, когда тот влез в жир ногами с каким-то сомнительным контрактом. Может, какие-то друзья детства или ещё что? Что-то непонятно. Надо бы разузнать. Может, появятся какие-то рычаги воздействия. Было бы неплохо, конечно.

Вечером Ирка с Маринкой опять припёрлись и начали рассказывать о том, как что и где. Обе были уставшие, но довольные — день прошёл не зря.

То, что они мне рассказали, в общем-то подтвердило всё, что я знал, только к этому добавилось, как они дочь одного барона спасли от позора. Какой-то скандал с женихом, угрозы, чуть ли не похищение. И вдруг всё само собой рассосалось. Жених исчез, угрозы прекратились, баронская дочка вышла замуж за нормального парня и живёт счастливо.

— Ну что, действуем? — спросила меня Ирка со своей присущей кровожадностью. Глаза у неё горели, как у охотничьей собаки, учуявшей дичь.

— Погоди, что-то мне тут пару моментов не понятно.

Ирка на время отстала от меня, а Маринка особо-то не лезла с вопросами. Я сидел и пытался сложить картинку.

Только как-то не складывается. То есть эти ребятки, периодически совершая какое-то злое дело, вдруг каким-то образом рандомно выбирают, кому помочь? То дочь купца спасают, то барона выручают, то какого-то разорившегося дворянина от долгов избавляют. Прямо рыцари в блестящих доспехах, а не предатели. Что-то сомнительно.

Может, они собирают таким образом лояльность? Создают сеть должников, которые потом будут обязаны им помочь? Или просто прикрываются добрыми делами, чтобы отвести подозрения? В любом случае, в этой бочке мёда явно была ложка дёгтя. И очень большая ложка.

В общем, ладно. Что-то мозги кипят. Пора прогуляться.

Я вышел на улицу. Вечерний воздух немного освежил голову. В какой-то момент ноги сами притащили меня в кабачок. Обычное такое заведение, не первой свежести, но и не последней. Пахло жареным луком, кислым пивом и надеждой на хороший ужин.

Я уселся за стол, заказал какого-то мяса, хлеба и морса, чтобы поесть и подумать.

По сути, вопрос с Малининым решить можно быстро. Только всё же хотелось сначала попробовать поговорить. С Крутовым, конечно, нехорошо получилось. А я, между прочим, на него как раз и надеялся. Думал, раз мужик в возрасте, наверняка мозги имеются. Можно будет договориться, перетянуть на свою сторону. Только вот практика показала совершенно другое. И теперь он мёртв. А я — нечаянный убийца. И совесть, хоть и не слишком громко, но всё же царапалась где-то внутри.

— Можно присесть? — сказал подошедший парень, который прервал мои размышления.

Я посмотрел по сторонам. И действительно, все столы были заняты. Народу в кабаке было полно.

— Пожалуйста, — ответил я ему.

Парень сел, заказал еды. Обычный такой парень, лет двадцати, одет просто, но опрятно. Лицо открытое, взгляд любопытный.

— Как житьё в столице? — спросил его я в надежде раскрутить на какую-нибудь инфу. Может, что полезное скажет.

— Нормально, — пожал он плечами. — Все волнуются, непонятно, как теперь будет. Вдова монарха, долгие лета ей жизни, будет теперь править. Говорят, умная женщина. Но одна — не воин.

— А на жизнь-то хватает?

— Хватает, как не хватать. Работа есть, торговля идёт. Правда, налоги подняли, но это временное, наверное. — Он отхлебнул из кружки. — А ты сам-то откуда будешь? — спросил он меня с подозрением.

— Да с Синедола я, — подумал я, — может, здесь получше будет, вот и приехал. — Соврал я. Легенда была простой и правдоподобной: бедняк с периферии ищет счастья в столице.

— А-а-а, — протянул он. — А у вас-то там что, плохо платят?

— Ну, в столице всяко думаю лучше. И работы больше, и людей больше.

— Так-то да. У меня вот дядька в дружине одного графа служит. Так мы как-то сравнивали — действительно здесь побольше, в столице. И жалованье выше, и кормят лучше. И хоть какая-то, но стабильность.

— А что за граф? Может, и мне к нему податься? — уточнил я, стараясь, чтобы голос звучал как можно равнодушнее.

— Так Малинин. Только, правду говорят, он вроде сейчас не набирает. — Парень понизил голос. — Говорят, у него там какие-то свои дела. Или просто перебор с людьми. Мой дядька говорил, что последний раз они набирали полгода назад, и то — по знакомству.

— И почему же? — спросил я, чуть ли не подпрыгивая от счастья. Это ж надо было так свести.

— Не знаю, — пожал плечами парень. — Может, денег нет. А может, не хочет лишних глаз. У него, говорят, и так проблем хватает. Сыновья, знаешь, те ещё фрукты. То с соседями передерутся, то с кем-то ещё. В общем, неспокойно у них.

Я кивнул, делая вид, что мне это не особенно интересно. Но внутри всё ликовало. Малинин. Вот он, ключик. И парень этот — случайный, но такой нужный собеседник.

— А что, твой дядька доволен? — спросил я, подливая ему ещё морса.

— Да вроде, — парень оживился. — Говорит, платят исправно, кормят хорошо. Только служба тяжёлая. То в разъезды, то ещё куда. Но это он не жалуется — работа есть работа.

— А не слышал, куда их отправляют? — как бы между прочим спросил я.

— Да кто ж их разберёт, — парень махнул рукой. — То ли на границу, то ли ещё куда. Дядька особо не распространяется. Скажет только, что далеко и надолго.

— Слушай, я, кстати, о нём что-то слышал, — прикинулся я валенком. — Говорят, какие-то мутные схемы у них. До одного что-то отберут, то второго накажут.

— Да я тоже слышал, но брехня это всё, — отмахнулся парень. — Мне дядька рассказывал: должников у них много. Причём такие, которые не особо торопятся деньги отдавать. Вот они нет-нет да и захаживают со своей дружиной, чтобы собрать долги. Ну, с кем не бывает? Сами виноваты, нечего брать, если отдавать нечем.

— Угу, — многозначительно ответил я, делая вид, что меня это не особо задевает.

В голове потихоньку начали двигаться шестерёнки. Значит, долги. Дружина. И внезапные визиты к тем, кто не платит. Но зачем тогда помогать купцам и баронам? Добрые самаритяне?

— К тому же они частенько людям помогают, — продолжал парень, доедая мясо. — Времена-то сейчас тяжёлые. Я к тому же слышал, что дочка графа вышла замуж да уехала в Теократию года три назад. И у них там не всё так ладно. Проблемы какие-то. Вот они, бывает, нет-нет денег и отправляют. А если денег не хватает — с должников начинают выбивать.

— А давно уехала-то? — спросил я как бы между прочим, хотя внутри всё напряглось.

— Вроде как года три назад или четыре, — ответил парень, вытирая рот рукавом. — Точно не помню. Дядька рассказывал, но я не вникал.

— Муж не путёвый? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.

— Точно не знаю, но вроде как, — пожал плечами парень. — Ладно, спасибо тебе за беседу. Пойду я. Ещё дела есть.

— И тебе спасибо, — кивнул я. — Удачи.

Он ушёл, а я остался за столом размышлять.

Вот всё и сложилось. Малинин — не просто предатель, работающий на теократов. У него ещё и дочь замужем там. И, судя по всему, не очень удачно. Может, они на неё давят через мужа? Или сам зять втянул тестя в свои дела? Вариантов много, но все они сводились к одному: Малинин был связан с Теократией не просто так, а через родственные узы.

Надо бы ещё какой-нибудь информации собрать. Может быть, дочь на самом деле не выходила замуж, а её захватили, и «замужество» — просто враньё, чтобы люди не болтали лишнего. Или она сама в этой истории не последняя фигура.

— Эй, шкет, ну-ка освободи-ка дяденькам место, — прервали мои размышления зашедшие мужики.

Я чуточку прифигел от такого обращения. Четверо мужиков, видимо каких-то наёмников, решили выкинуть меня из-за стола. Так-то я понимаю, что все места заняты, но можно быть и повежливее.

— Я, вообще-то, тут сижу, — спокойно сказал я, не двигаясь с места.

— А я вижу, что сидишь, — усмехнулся один из них, здоровенный детина с наглой рожей. — Но сейчас встанешь. И пойдёшь. Сам. По-хорошему.

— А если не пойду?

— Тогда мы тебя выведем, — подал голос второй, пониже, но с такой же уверенной харей. — Ногами вперёд. Или головой. Как получится.

Один товарищ из прошлой жизни, мне рассказывал, что старый добрый мордобой помогает сбросить напряжение и успокоить нервы. И он оказался прав! Расплатившись, я перешагнул через стонавших мужиков и пошел дальше.

Гнида ждала меня у гостиницы. Увидев, что я цел, фыркнула и отвернулась — мол, опять приключения на ровном месте.

— Не начинай, старуха, — сказал я.

После этих приключений я вернулся обратно к Ирке и Маринке. В общем, разъяснил им всю ситуацию.

— Что делать? — спросила Маринка.

— Надо побеседовать с этими ребятками. Если там действительно сестра в плену, возможно, удастся с ними договориться.

— А что мы с ними вообще нянчимся? — включила свою кровожадность Ирка. — Они же предатели.

— Видишь ли, предательство разным бывает, — сказал я. — Я, конечно, никого не оправдываю. Но им есть возможность помочь. И тогда они будут на нашей стороне.

— А зачем они нам нужны? — продолжала свою линию Ирина.

— Ну, во-первых, граф Малинин — это древний род, который трудился на благо Монархии. Ну а во-вторых, он достаточно влиятелен. Если они будут на нашей стороне, а точнее — на стороне Монархии Домис, это будет явный плюс. Нельзя, понимаешь, вот так просто взять и вырезать половину аристократии. Страна начнёт трещать по швам.

— Это почему это? — влезла Маринка.

— Да потому что есть определённые устои, знакомства и связи. Пока новый человек их наработает, сколько времени пройдёт? И кто бы что ни говорил, основа любой страны — это аристократия. Потому что они стоят у истоков. Какой-нибудь простолюдин или купец не сможет сделать то, что сможет аристократ. Им просто не дадут. Не те связи, не то воспитание, не то влияние. Это не снобизм, а простая реальность.

— Я всё равно не понимаю, — возразила Марина.

— Вот станешь аристократкой — и поймёшь.

— Да ну вас со своими шуточками.

— Ладно, это всё весело, но надо дело делать. Есть какие-нибудь предложения?

— Надо к ним заехать в гости и поговорить, — выдала гениальную идейку Ирина. В её голосе слышалось столько энтузиазма, будто она собиралась не на переговоры, а на казнь.

— Я думаю, что рядом с ними всегда есть человек от теократов, — сказал я, задумчиво потирая подбородок.

— И как ты предлагаешь это сделать? — спросила Марина.

— Есть одна мысль, — ответил я. — Но для этого нужно, чтобы вы обе были готовы к тому, что всё может пойти не по плану.

— А когда у нас что-то шло по плану? — усмехнулась Ирина.

— А. Ну да, что-то запамятовал. — кивнул я. — Тогда слушайте.

***

Ирина ехала в карете вместе с Маринкой навстречу с сыновьями Малинина. Почему его высочество так осторожничает? Могли бы решить вопрос уже давно. Но нет, надо именно так. Она вздохнула и откинулась на спинку сиденья.

Поместье, конечно же, было красивым. Всё в лучших традициях высоких аристократических семей: широкий двор с фонтаном, аккуратно подстриженные кусты, мраморные статуи вдоль аллеи. Сразу видно — не бедствуют.

После того как они представились сотрудниками тайной канцелярии, охрана их, естественно, пропустила. Не так просто, конечно: сначала один из охранников сбегал в поместье и доложился. Получив разрешение, открыли ворота.

Оба сына графа Малинина встретили их в кабинете. Кабинет был обставлен со вкусом: тёмное дерево, картины на стенах, массивный письменный стол. Сами братья — один светловолосый, другой русый — держались уверенно, но без лишней надменности.

— Чем обязаны? — спросил один из них, который представился Сергеем.

— Дело в том, что я занимаюсь расследованием смерти членов семьи монарха, — начала толкать Ирина заранее заготовленную легенду. Она старалась, чтобы голос звучал спокойно и официально.

— Вы нас в чём-то обвиняете? — спросил Игнат, второй парень, брат Сергея. В его голосе послышались холодные нотки.

— Нет-нет, что вы, — поспешила заверить Ирина. — Просто возможно, вам известно что-то, что могло бы пролить свет на события.

— Единственное, что мы знаем, — ответил Сергей, переглянувшись с братом, — что это череда несчастных случаев. Всё выглядит именно так.

— Но, возможно, вы что-то слышали? Вдруг какие-то слухи? — не унималась Ирина.

— И простите, нельзя ли чего-нибудь принести освежающего? Мы очень устали в дороге, — влезла в разговор Марина, покосившись на ещё двух человек, которые находились в кабинете. Те стояли у дверей, с каменными лицами, и явно прислушивались к каждому слову.

— Да, конечно, — кивнул Сергей. — Олег, будь так любезен, принеси нашим гостям что-нибудь освежающего.

Как только Олег, который, видимо, являлся кем-то вроде камердинера, вышел, они продолжили разговор.

— То есть вы утверждаете, что все эти несчастные случаи являются убийством? — спросил Игнат, понизив голос.

— Утверждать подобное слишком опрометчиво, но есть такое предположение, — кивнула Ирина. — Поэтому передо мной стоит задача расследовать это. И пока что я не знаю, с чего начать.

— Вы решили приехать к нам первыми? — спросил Сергей. В его взгляде мелькнуло любопытство.

— Не совсем. Мы уже объехали многих и теперь добрались до вас, — ответила Ирина.

— Прошу прощения, возможно, я прошу многого, но нельзя ли проводить меня в дамскую комнату? — попросила Маринка.

— Игорь, будь так добр, проводи нашу гостью.

Когда второй человек вышел, Ирина быстрым движением достала бумажку и передала Сергею, приложив палец к губам, намекая на тишину.

Оба брата очень сильно удивились, но виду не подали. Сергей сунул бумажку во внутренний карман пиджака и незаметно кивнул, давая понять, что всё понял. Потом посмотрел на брата — тот чуть заметно пожал плечами.

Дальнейший разговор строился обо всякой ерунде. Ирина рассказала о своих домыслах — причём они были выдуманы вместе с Александром, так что звучали вполне правдоподобно. О теократах, о возможных заговорах, о том, что следствие только в начале пути. Братья слушали внимательно, изредка задавая уточняющие вопросы.

Потом вернулся слуга и принёс большой графин с холодным морсом и несколько стаканов. Разлил, поклонился и снова замер у двери. Ну а потом вернулась Маринка, которую проводили обратно.

Они ещё немного поговорили — о погоде, о последних новостях в столице, о том, как трудно сейчас всем, особенно тем, кто связан с двором. Братья держались вежливо, но чувствовалось, что они тоже напряжены. Видно, не привыкли к таким визитам.

Наконец, распрощавшись, они покинули поместье Малининых.

Уже в карете Ирина перевела дух.

— Сработало, — сказала она.

— Как он только это всё придумывает? — покачала головой Марина. — Я бы за тысячу лет не догадалась.

— Не знаю, — ответила Ирина, глядя в окно. — Но, кажется, он знает, что делает.

Карета тронулась, оставляя за спиной роскошное поместье и двух братьев, у которых теперь было о чём подумать.