— Так я не совсем пойму: война в итоге объявлена или нет? — спросил я Боброва, переведя взгляд на Митрофана.

— Война не объявлена, но вроде как есть угроза, что она всё‑таки будет, — ответил Бобров.

— А на фиг мы тогда здесь штаны протираем и сапоги топчем?

— Ну, потому что угроза со стороны Винланда отпала сама собой с твоим участием, а здесь пора бы закрепиться. Тем более император Стронбилда озвучил вполне реальные требования в виде ультиматума. То, что он войну не объявил, ещё ни о чём не говорит.

— То есть, мы можем здесь просидеть и прождать у моря погоды? — уточнил я.

— Ну… по сути, да, — ответил Митрофан.

— Ты радуйся, что пока войну не объявили и, как ты говоришь, в городе Приграничном о ней никто не знает, — начал заводиться Бобров. — У нас хотя бы время есть порядок навести. Потому что, если они полезут, то основной удар явно будет по нашей крепости и по городу Торговому.

— Спокойно. Просто интересуюсь, чтобы понять дальнейшие действия.

— Дальнейшие действия просты: нужно собрать информацию. В Приграничном ты уже был. Надо теперь в крепость Трёх Башен отправиться и хоть издалека посмотреть, что там да как.

— В Приграничном я был по другому делу и не углублялся в вопрос войны. Лишь слухи да домыслы собрал. По‑хорошему, обязательно надо ещё раз ехать. Заодно там и узнаю, может быть, в крепость Трёх Башен проникнуть можно, чтобы наверняка всё посмотреть.

— Думаю, надо сделать так, — вставил свои пять медяков Митрофан. — Через недельку пущай едет в Приграничный, а там по ходу дела разберёмся.

Пока ехать никуда не надо. Решил разобраться с насущными делами. Прочитал все присланные письма.

Пока всё здорово: добыча руды растёт, денежки идут. Есть, правда, некоторые нюансы, но это мелочи.

Что больше всего меня порадовало – Дмитрий Дятлов начал ухаживать за Марией Бочкарёвой. Причём чувства у них были вроде как взаимные. Там речь уже о помолвке пошла. Поскольку большая доля предприятия будет в одних руках, мне ещё спокойней.

Екатерина Трифонова наладила нормальные отношения с Марией и Дмитрием. Периодически помогала им по мелочи, давала кое‑какие советы. Трифоновы больше не лезли со своими попытками что‑то у нас отжать. Ну, естественно, батюшка им чётко дал понять, чтоб они занимались своим делом.

Также были новости, которые меня не очень‑то и порадовали. Очень многие аристократы из нашей и соседних стран начали пытаться что‑то узнать про меня.

Во‑первых, отписался новый комендант крепости, где мы раньше служили. Туда приезжали много высокопоставленных чиновников с просьбой рассказать обо мне как можно больше. Особенно интересовались, какие девушки мне нравятся.

Во‑вторых, примерно то же самое упоминали Мария и Дмитрий в своих письмах.

Ну и, естественно, в‑третьих, подобное письмо – даже, можно сказать, требование – пришло к Боброву: чтобы он дал характеристику, какой я есть на самом деле.

Естественно, чтобы не спалиться раньше времени, я ринулся действовать. Написал всем, кому можно, чёткие инструкции. Сейчас я пока никому не интересен, но, как только узнают правду, думаю, чаша весов начнёт склоняться не в мою пользу. И меня просто сосватают за какую‑нибудь девчушку, брак с которой обеспечит какие‑нибудь преференции. На фиг оно мне надо!

Сейчас, пока никто обо мне не знает правды, я нахожусь в положении чемодана без ручки: вроде как и отдавать кому попало неохота, валяется то здесь, то там, хлеба не просит – и ладно.

Но как только все поймут, что я неплохой актив, что я там соображаю, магией владею… И всё! Отдадут меня на попечение невесты. А что ещё хуже – поеду в какие‑нибудь дальние края. И будут мне друзья писать письма: «Помним, любим…»

Так что придётся поддерживать легенду избалованного принца‑плаксы, который ничего не умеет, не хочет и только требует. Глядишь, пронесёт. Ещё побуду свободным человеком.

В общем, неделя пролетела быстро. Я за это время успел сунуть свой нос во всю хозяйственную деятельность крепости.

Ну что сказать? Всё идёт хорошо. Все солдаты экипированы как положено. Закрома полны запасов на случай осады. Запас оружия имеется.

Ну а крепость в процессе ремонта. Причём ремонт реально идёт, а не так, для виду. Стены, ворота и прочие оборонительные сооружения восстановлены полностью. Часть помещений отремонтирована. Солдатам, по крайней мере, есть где нормально поспать. Ну, столовую – одну из первых – сделали. Есть‑то что‑то надо.

Даже сотник свою благодарочку высказал. Как‑то раз, когда я сидел в кабинете, он завалился ко мне поддатый и сказал, что теперь все, кто служил в крепости, за меня горой: «Если что – только свистни. Всех порвут». Приятно, однако!

— Ну что, старина, погнали! — сказал я Гниде, когда мы выехали за ворота крепости, направляясь в город Приграничный. Та только фыркнула в ответ, как бы говоря: «Ты гони, а я не спеша пойду. В городе и встретимся».

Город, встретил меня деловой суетой и небольшой пробкой на воротах.

Я решил опять не останавливаться в трактире, а попробовать поискать съёмный дом для начала. В трактир всегда успею. Так что, когда заехал в ворота, решил свернуть и попытать счастья в неблагополучном районе города. Чем дальше я отъезжал от центральной улицы, тем хуже становилось: появились какие‑то бедняки, сидящие около домов, дома становились всё хуже.

— Где можно найти жильё? — спросил я у одного нищего, сидящего прямо на дороге, кинув тому медную монету.

— Дальше, если поедешь, справа будет дом, ты его сразу узнаешь – он самый ухоженный. Там отставной солдат живёт, Василий Однорукий. Вот у него, если не занята комната, будет самый хороший вариант.

— Благодарю, — сказал я, кинув ему ещё одну монету.

И правда, этот дом сразу выделялся. Да, он был не новым, но явно гораздо лучше, чем другие.

Я постучался. Мне открыл мужик в возрасте, одной руки у него не было.

— Мне подсказали, у вас комната сдаётся?

— Да, есть такое.

— Покажите?

— Да, проходи.

Я осмотрел комнату. Комната была на втором этаже. Небольшая, уютная: кровать, пара стульев, стол. Заглянул в окно. Сзади дома был дворик и небольшой сарайчик типа конюшни.

Немного поторговавшись, отдал ему деньги за неделю.

На обед была каша с мясом. После того как мы поели и стали пить ягодный морс, я приступил к своему излюбленному делу.

— Не подскажешь мне, Василий? Я хочу в наёмники податься. К кому обратиться? Я в вашем городе первый раз.

— А сам‑то откуда?

— Из Винланда, — начал я бессовестно врать.

— Слыхал про ваше горе.

— Там ещё непонятно, горе или нет. Сейчас новый король свои порядки наводит. Говорят, получше становится.

— А что тогда к нам подался?

— Да я из глухомани. Пока дотуда эти порядки доберутся, с голоду успею помереть.

— Понятно. Ну смотри, ежели у тебя армейский опыт имеется, можно попробовать на службу пойти.

— Ну не знаю. Говорят, ваша империя с соседями воюет.

— Воевала. Сейчас на этих соседей другие напали, они с нами мира запросили. Говорят, неплохие откупные дали.

— Ого! А что вы вообще с ними не поделили?

— Я уж не знаю точно. Но бают, что всё это наши аристократы придумали. Император наш не особо в эти дела лезет, аристократы ему рассказали, что они быстренько кусок землицы у соседей отхватят и будут как сыр в масле кататься на новых землях. Только соседи тоже воевать умеют, так что не получилось ничего у них. Хорошо хоть у них второй фронт открылся. А то война могла и на нашу землю прийти.

— Что‑то непонятно мне. Аристократы сами войну что ли развязали?

— Да. Наш батюшка‑император особо делами людскими не интересуется. Всем почти аристократы заправляют.

— Во дела.

— А сам про себя подумал: такая же лабудень в Винланде была. Король самоустранился из‑за смерти жены. Эстафету подхватили сыновья, которые начали пихать везде своих людей. Ну а те начали грызться со старой аристократией. В результате ещё нашей империи войну объявили. В итоге новый король на троне – мой братец. Тут что, то же самое будет?

— Слушай, а как это так получается, что не ваш император раздаёт указания, а аристократы?

— Ну так наш император – сирота. Его родителей в детстве убили. И воспитывал его регентский совет. Этот совет и принимал дурацких законов. Власть короля мала. Всем заправляют пять семей старой аристократии. Делают что хотят, а людям всё хуже и хуже живётся.

— А новой войны не предвидится?

— Да вроде нет. Тишина пока.

— Я вот слышал, что ваш император империи Грейн какой‑то ультиматум выставил, и вроде как отношения испортились.

— Да, то, что они испортились, — это ещё не война же.

— От сослуживцев слышал, что кого‑то даже инспектировать крепость Лесную и город Торговый на границе с вами отправили.

— Уж не знаю, зачем они отправили. Но сейчас воевать особо некому.

— Хочешь сказать, столько народу в драке с соседями положили?

— Тут, понимаешь, дело какое. У нашего императора только гвардейцы во дворце. У него войск нету. Когда начинается заваруха, все аристократы собирают свои дружины и отправляют на фронт. Да и между собой наши аристократы нет‑нет да грызутся. Естественно, каждый ещё пытается сэкономить на снаряге. Вот и доэкономились. Соседи хоть и не сказать, что хорошие воины, но снабжались намного лучше. Так что наших там полегло немало.

— Что‑то мне расхотелось на службу идти, — задумчиво сказал я. — Думаешь, всё же войны не будет?

— Вряд ли. Хотя если грейнцы сами полезут, то тут уж хочешь не хочешь, что‑то делать придётся.

Мы ещё поболтали обо всякой ерунде, но в целом картина была плюс‑минус ясна. Я начал шляться по своим излюбленным местам сбора важной и точной информации: кабаки, забегаловки, рынки, даже в бордель один раз заглянул. Все места, где собирался народ и что‑либо обсуждал, обошёл. На это всё у меня ушло примерно три дня, включая день приезда. Так что в отчётах можно даже не врать. Если кто спросит, как живёт принц, можно писать чистую правду. Чтобы на меня, бедного и несчастного, никакая невеста не позарилась раньше времени.

Ну а так, в целом, по сути, всё понятно. Есть император, который по большому счёту ничего не решает. Вся власть в руках пяти старейших родов, которые, вероятнее всего, и сделали нынешнего императора сиротой.

Нынешний император сиротой стал в малом возрасте, поэтому при нём был сформирован регентский совет, который фактически страной и правил. Этот совет, естественно, не хотел выпускать из рук власть в империи, поэтому было написано куча законов, которые позволяли или позволяют это делать.

Ну, как я понял из разговоров, эти пятеро конкурируют между собой. Силу представляют только два рода, а остальные три рода после смерти родителей императора хорошенечко передрались между собой. К тому же в прошедшей войне с соседями они понесли самые тяжёлые потери.

Кто‑то говорит, что Серебряковы и Осинены специально сначала стравили этих троих между собой, а потом выставили на самый сложный участок боевых действий. Кто‑то говорит, что это случайность.

Однако все сходятся в одном: Песковы, Рыбины и Орешниковы той силы, которая была у них до смерти бывшего императора, и близко не имеют.

Даже поговаривают, что принцы Стронбилда сами к Серебряковым и Осининым ездят, если те приглашают. Ну как приглашают: «Приезжай, поболтаем». Можно, наверное, считать за приглашение – добровольно‑принудительное, но всё же приглашение.

Ну и, естественно, любимый принцип сильнейших мира сего: «Делаю что хочу – мне всё равно за это ничего не будет».

Даже слышал в таверне рассказ одного мужика. У того свояк в столице живёт. Так у этого свояка дочку среди белого дня на улице схватили и к Осининым в особняк отвезли. Девчонку после того никто не видел. Тот в особняк сходил – так его пинками оттуда погнали.

Потом один из дружинников через знакомых передал, где её схоронили. Точнее, в лесу просто закопали – и всё. Тот могилу нашёл и по‑человечески похоронил. Забили просто до смерти. На теле живого места не было. Вот такая история.

***

В дуэте из Серебряковых и Осининых главными были Серебряковы. По дороге в столицу был ещё один город – назывался он Степной. Именно там у них было родовое гнездо. Только не в самом городе, а рядом. Их имение стояло на краю скалы, как бы свысока смотря на город и окрестности.

Город был приблизительно в полутора днях пути. Туда я и решил отправиться, предварительно написав письмо голубиной почтой Боброву о том, что узнал и куда поехал.

Мы с Гнидой не спеша ехали по дороге. Казалось, весь её унылый вид выражал немой вопрос: «Когда же ты от меня отстанешь, паразит?»

Сам я был погружён в размышления: «Что‑то тут не клеится. С какой‑то радости империя Стронбилд вдруг выдвинула нам ультиматум. Им же воевать нечем? Или мы что‑то не знаем?»

Нужно в этом во всём разобраться. Нет, понятно, что первые мы вряд ли полезем. Но они‑то на чём основывались, выкатывая такие условия? Как бы потом не оказалось, что у них с соседними странами единый союз. Хотя дурость местного правителя тоже нельзя сбрасывать со счёта. Хотя и провокацию исключать нельзя. Помнится, в позапрошлой жизни была подобная ситуация.

Заехав в город, решил не изобретать велосипед, а стал действовать по старой схеме. Углубился в неблагополучную часть города, чтобы найти какую‑нибудь комнатушку в аренду.

По пути увидел, как двое солдат за руки насильно тащат девчушку. Та пытается упираться, но силёнок явно не хватает.

— Ну‑ка посмотрим, — пробурчал я, ни к кому не обращаясь. Гнида лишь тихонько всхрапнула, как бы говоря: «Начинается». Я спешился и пошёл за ними в переулок.

— Что вы за твари такие? Вы нас защищать должны! — раздался молодой девичий голос.

— От тебя не убудет! Считай, оплату с тебя взяли! — раздался грубый мужской голос.

И тут я выхожу к месту действия.

— Что делаете, мужики? — Один из вояк аж икнул от неожиданности.

— Иди куда шёл! — грубо ответил мне один из них, положа руку на меч.

— Да я, собственно, пришёл куда хотел. Зачем девчушку обижаете?

— Ты, видимо, слов совсем не понимаешь, — спросил меня грубиян, доставая меч.

Я, недолго думая, швырнул в него электрический разряд. Работает по типу шокера. Того хорошенько тряхнуло.

Второй, понимая, что с магом тягаться вряд ли сможет, начал пятиться. Только вот он не принял в расчёт девчушку, которая с улыбкой на лице съездила тому каким‑то поленом по башке. От чего он тоже вырубился.

— Ну вот и всё, — сказал я.

— Надо от них избавиться, — сказала девчушка.

— А зачем? — спросил я обалдело, а про себя подумал: «Вот ведь кровожадная».

— Это дружинники. Они это так не оставят. И тебя найдут, и меня.

— Частенько они подобным промышляют?

— Да, постоянно. Меня, кстати, Валя зовут.

— Значит, желательно, чтоб они совсем исчезли, — вопросительно‑утвердительно сказал я. — Если ведут себя как бандиты, то таких не жалко.

— Тут недалеко есть канализация. Туда скинем их – там крысы обглодают, и никто не поймёт, кто это был. Я сейчас пару ребят позову, помогут, — сказала она и убежала.

— Да, если она знает, как это всё делается, явно в этом городке жизнь не сахар, — пробормотал я.

Я на всякий случай срезал с них шевроны – вдруг пригодятся. И тут как раз вернулась Валька с двумя парнями постарше.

— Спасибо, господин, что не дали Вальку в обиду, — поблагодарил меня один из парней, когда мы скинули тела в канализацию. Естественно, парни их предварительно избавили от всех ненужных вещей.

— Да не за что, — ответил я. — У вас тут на постой есть к кому обратиться?

— Так к Вальке и можно. У неё сестру как Серебрякова забрали – комната есть свободная.

— Что, прям взяли и забрали?

— Да у нас здесь в порядке вещей такое, — ответил второй парень.