— Что они там бормочут? — как-то даже жалобно спросила Еления. — Зачем они передо мной на земле раскинулись, как коврик — перед дверью?

Тут до меня дошло, что она же эльфийский не понимает, потому пояснил:

— Они тебя безмерно благодарят за твой щедрый дар и клянутся восхвалять тебя в тысячах песен, — перевел я.

А потом добавил уже от себя:

— Штольценберг, чтоб тебе в бездну забвенья провалиться! Ты что умудрилась наколдовать?!

— Понятия не имею, — честно выдохнула она. — Просто попросила траву принять обличие такого растения, какое понравится эльфам. Ну, трава меня послушалась. Я ей силу дала — а она поменяла свои свойства. Правда у меня все силы на это ушли, но, кажется, получилось.

— Да-а-а? — я с интересом глянул на Елению. — Растение, которое понравится эльфам? А вот это очень любопытно. Ну ты, конечно, гений дипломатии... А теперь давай узнаем, в какую именно катастрофу ты нас втянула.

Я обратился к капитану с вопросом, а что, собственно, произошло, с чего такая бурная реакция. Айзелис заговорил дрожащим от волнения голосом:

— Вы не понимаете... Это же Велариэ́на.

Он произнес это с таким благоговением, будто речь шла о некой святыне.

Я действительно не понимал. Никогда ничего не слышал об этом растении, поэтому попросил уточнений. И чем дольше Айзелис говорил, тем выше ползли мои брови.

Еления нервно переминалась с ноги на ногу.

— Ну что там? — ей не терпелось узнать, о чем мы разговариваем с капитаном.

— Поздравляю, Штольценберг. Тебе каким-то образом удалось возродить священное эльфийское растение, которое выкосили во всем Героссе, и во всем мире в целом, несколько тысяч лет назад, во время древних магических войн, — я ошеломленно покачал головой. — Ты вырастила целое поле Велариэны, которая была не просто растением — считается, что именно Велариэна несколько тысяч лет назад даровала особую магию эльфийским землям и одарила всех эльфов умением слушать и слышать природу так, как не может ни один маг в мире.

— А, да? Ну... Ой.

— Вот именно что «ой». Якобы сама богиня Пресвятая Мелия однажды высыпала горсть этих семян в землю и сказала, что тот, кто будет вдыхать магическую пыльцу Велариэны, научится договариваться с природой на особенном языке — так и появилась раса эльфов. А еще Велариэна пела: ее цветы издавали едва слышный звон на ветру, и эта мелодия поддерживала гармонию всей эльфийской магии, без Велариэны их магия сильно оскуднела, и бла-бла... Растение еще какой-то массой полезных свойств обладает. В общем, священное растение, которое здесь почитают как зеницу ока, но однажды враги намеренно выжгли поля Велариэны, зная, что это подорвет силу эльфийского народа. Для эльфов это большая трагедия, и они очень не любят об этом говорить, считая позором нации — что они не смогли уберечь святыню. Видимо, я потому об этом растении ничего и не слышал, так как информацию об этом событии убрали из основных источников, доступных иностранцам... Но сами эльфы хранят память об этом горе. А теперь, Штольценберг, расскажи мне, как ты умудрилась обычную лекарственную валериану уговорить стать священной Велариэной? И ведь воистину: это то растение, которое эльфам понравится, — хмыкнул я. — Мягко так говоря.

— Ну, видимо, я тоже неплохой дипломат. Только не с людьми, а с природой. С людьми у меня как-то не ладится. С природой всяко легче, — пробормотала она.

И покачнулась от слабости так, что аж навалилась на меня, с силой вцепившись в мое плечо.

Я обеспокоенно глянул на Елению. Быстро просканировал ее ауру и недовольно цокнул языком: уровень магии у нее сейчас был не просто низкий, а критично низкий, минусовой: такое состояние возникает, когда затратил магии больше, чем способен сейчас отдать, и вместо магии отдаешь в довесок еще и существенную часть физической силы.

— Ты как? Живая вообще?

— Не очень. Если честно...

Она недоговорила и закатила глаза, я едва успел поймать ее до падения на землю.

Тяжело вздохнув и подхватив Елению на руки, я обернулся и пояснил ожидающим эльфам:

— Мисс Штольценберг очень устала, восстанавливая поле. Она полностью иссушила свой магический резерв во благо плодородия ваших земель, и ей требуется длительный отдых.

— Конечно-конечно, всё что угодно! — затараторил Айзелис, вскакивая на ноги и выстраиваясь по струнке смирно. — Мы позаботимся о том, чтобы мисс Штольценберг как можно быстрее перевели в резиденцию генерала Каллоса!

— Не сто́ит беспокоить генерала Каллоса такими пустяками.

— Что вы, какие тут пустяки! Это распоряжение самого генерала! — Айзелис показал на связной артефакт, по которому, видимо, уже успел обсудить ситуацию с генералом. — Господин Каллос глубоко восхищен щедрым подарком мисс Штольценберг и жаждет оказать ей достойный прием!

Да чтоб вас!..

Не хочу я Елению преподносить на блюдечке Каллосу, понятно?!

Хотелось грубо рыкнуть, но вместо этого я очень вежливо произнес:

— Мисс Штольценберг следует отдыхать подальше от верховных эльфийских магов, сейчас ее состояние крайне уязвимо, и аура сильных волшебников может навредить ей. Вы же не хотите навредить той, кто смогла вернуть святыню на ваши земли? — грозным голосом добавил я.

— А вы сами?.. — Айзелис с сомнением посмотрел на то, как крепко я прижимал к себе Елению. — Не навредите госпоже? Вы же тоже — верховный маг...

— Да уж куда мне до величественной силы верховного эльфийского генерала!..

Эк я красиво сегодня весь день переобуваюсь на лету. Сам от себя в восторге! Даже жаль, что Еления без сознания, да и эльфийский не понимает, и не может оценить красоту моего вранья.

— Но генерал Каллос... — начал было Айзелис.

— ...очень мудрый волшебник, и он обязательно войдет в наше положение и поймёт, что мисс Штольценберг сейчас лучше оставить в покое, — закончил я за капитана. — Несколько дней желательно к мисс Штольценберг не приближаться, чтобы дать ей время на полное восстановление.

...а за это время я придумаю, как бы отвадить генерала от Штольценберг насовсем, а саму ее больше склонить к своей персоне.

Шагая в воронку телепортации с ослабевшей рыжей красавицей на руках, я на миг замер, пораженный осознанию собственных мыслей.

Так, стоп. Я уже всерьез рассуждаю о том, как бы мне покорить Штольценберг, да?

***

Я телепортировался прямо в гостиничный номер, бережно прижимая к себе бесчувственную Елению и осторожно укладывая ее на кровать

— У меня дежавю какое-то, — ехидно произнес материализовавшийся Морф.

Я недовольно покосился на фамильяра, принявшего сейчас обличие кирпича, недвусмысленно летающего вокруг моей головы.

— Судьба у меня такая, видимо. Присмотришь за ней? Она очень много сил потеряла. Ничего критичного, просто магическое истощение, нужен отдых.

— Раздевать я ее не буду, и не проси! — прошипел Морф.

Я усмехнулся.

— Так уж и быть, можешь обойтись без раздевания. Хотя я бы с удовольствием занялся этим процессом самостоятельно, хм-м-м... Хэй, не надо метить мне в голову! Помечтать уже нельзя...

Укрыл Елению одеялом, с неожиданной для себя нежностью, но тут же отдернул руку, словно обжегшись.

Лучше мне физически от нее сейчас подальше держаться. Треклятые конфеты примагничивали меня, а ношение на ручках раззадорило так, что я рисковал потерять голову и воспользоваться слабостью девушки, а это никуда не годится. Да, Еления пробудила во мне инстинкт охотника, но я не желал пользоваться ею как одноразовой игрушкой. У меня на эту девушку были иные, более увлекательные и далеко идущие планы.

И это значит, что мне надо скорее валить, пока я в состоянии соображать и делать сознательный выбор.

Буквально заставил себя сделать шаг назад, любуясь растрёпанными рыжими прядями на белой подушке.

М-да... Эта рыжая бестия умела раскачивать меня на эмоциональных качелях. Сегодня я успел испытать столь широкий спектр эмоций из-за Штольценберг, что никак не мог уложить в голове все эти мысли и чувства относительно одного человека. Удивительная девушка!

Я повернулся к фамильяру.

— Если твоя хозяйка после пробуждения будет чувствовать себя очень плохо — немедленно вызывай меня, у тебя не возникнет трудностей с поиском меня. Если Еления после пробуждения надумает активно колдовать — немедленно вызывай меня, колдовать ей пока нельзя. Если к ней явиться кто-то из свиты генерала Каллоса — немедленно вызывай меня. Если...

— Если на нее муха чихнет, я немедленно тебе доложу, понял, — возмущенно фыркнул Морф.

И улегся прямо на грудь Елении, приняв облик маленького морского котика, который пытался своими ластами обнять хозяйку.

Ресницы Елении мелко подрагивали, она быстро поверхностно дышала во сне. Такая красивая...

Мой взгляд скользнул к ее руке, и я замер, похолодев от увиденного: на запястье девушки быстро мелькали золотистые цифры от нуля до десяти. Мои глаза расширились — одновременно от шока, удивления, осознания. Аж голову на миг повело, и я нервно задышал. На запястье моей левой руки сейчас мелькали такие же золотистые цифры.

А еще я вспомнил, какой подозрительный прилив сил испытывал во всех случаях, когда жизнь Елении висела на волоске, и я приходил ей на помощь.

— О боги... — только и вырвалось у меня на выдохе.

— Хм-м-м? — Морф перевел на меня недовольный взгляд. — К кому ты там взываешь, хинка́лик?

— Да так...

Не стал ничего пояснять и поспешил спуститься в холл отеля. В голове был полный сумбур с легким привкусом паники от осознания масштаба наметившихся перемен в жизни.

Наставник. Мне срочно нужно поговорить с Наставником, как можно быстрее.

По винтовой лестнице я буквально слетел в холл, аж напугав красивую светловолосую девушку за стойкой администратора. Видок у меня сейчас, наверное, был безумный.

— Пожалуйста, через три часа... Хм... Нет, скорее — завтра часов в девять вечера принесите ужин в номер мисс Штольценберг, — попросил я.

Вряд ли Еления будет в состоянии выйти из номера раньше этого времени. Было у меня большое предчувствие, что проспит она не меньше суток.

— Какой именно ужин желаете оформить? — улыбнулась эльфийка. — Есть вариант более легкого вегетарианского ужина, есть вариант...

— Самый лучший сытный ужин, который вы только можете принести, — перебил я. — Запишите на мой счет.

Подумал немного и добавил:

— Также оформите завтраки и ужины на все дни пребывания мисс Штольценберг в Героссе. Ну и обеды, если она в это время будет в отеле. В общем, обеспечьте ей хорошее питание.

— Будет сделано, мистер Брандт! Мисс Штольценберг сообщить, кто оформлял ужины?

Я подумал несколько секунд, но потом решительно помотал головой.

— Не сто́ит.

Пусть лучше решит, что это принимающая эльфийская сторона такая щедрая.

Не хотел, чтобы Еления думала, что я пытаюсь купить ее внимание. Но меня до глубины души проняли ее рассказы о скудном рационе с просроченной едой за медную монету. Наверняка она и в Героссе собиралась перебиваться абы чем, чтобы нещадно экономить каждую горсть монет.

Моя девушка не должна так питаться.

Даже если ей пока неизвестно, что она моя девушка.