После салона красоты Нина заехала в любимую кафе-кондитерскую, где делали чудные тортики, в которых даже Журавль не могла найти существенных недостатков. Вкусняшки подняли ей настроение, и она на время почти забыла о волосах, спрятанных теперь не под капюшоном, а под палантином, которым она весьма элегантно обмотала голову. Однако стоило Ниночке приехать домой и вновь увидеть себя в зеркале, как ей захотелось выть.

«Еще и этот идиот глумиться начнет», — подумала она про себя, имея в виду мужа. — Когда надо — шарится по гастролям, когда не надо — торчит дома».

Келла действительно вернулся в город — «На краю» закончили турне, и Андрей дал парням пару недель отдыха перед началом записи нового альбома, который фанаты с нетерпением ждали уже несколько лет. Армия их поклонников с момента знакомства Нины с будущим мужем в гримерной клуба значительно увеличилась. Популярность «На краю» росла, несмотря на заморочки с названием и конфликт с Кезоном, который, как оказалось, был владельцем звукозаписывающей компании, где музыканты начинали свой путь, несмотря на некоторые внутренние конфликты в группе, которые едва не привели к замене одного из участников, и даже несмотря на то, что широкой общественности стали известны имена избранниц музыкантов. Честно говоря, Ниночка тайно гордилась мужем, но никогда ему об этом не говорила, решив для себя, что критика — это лучший способ мотивации. Иногда дело у них доходило до страшных ссор, в которых оба орали так, что на них начинали жаловаться соседи.

Келла вернулся домой совершенно не вовремя — когда Нина пила кофе, предварительно позвонив маме и попросив забрать Марка из садика — с зелеными волосами появляться там она не планировала.

Увидев ее, Келла замер, рассматривая жену со смесью изумления и интереса, а потом на его лице стала медленно расплываться улыбка.

— Не смей, — с угрозой сказала Нина, словно прочитав его мысли. — Не смей открывать пасть и ржать. Или я тебя уничтожу. Разотру в труху.

Однако ее угрозы никакого эффекта не возымели.

Келла бестактно захохотал. Выглядела Журавль впечатляюще. Как будто у нее на голове зацвела плесень.

— Какого черта, — ржал он, глядя на любимую супругу, — какого черта ты выкрасилась в зеленый? Нет, ну хотя бы выбрала яркий оттенок! Почему такой стремный цвет?!

— Захлопни хлебальник, — велела Нина. Но делать это Келла явно не собирался.

— Ты меня просто искушаешь, — сообщил он, весело скалясь, — я только синий свел, а ты… Ну-ка, улыбнись, детка, — достал вдруг Келла телефон и, пока Нина махала ушами, сделал несколько снимков.

— Я тебя сейчас линчую! Немедленно удали! Гнида ты разговаривающая! — материнство не сделало Ниночку более нежной. Она бросилась к мужу, а тот ловко перепрыгнул через журнальный столик и оказался в безопасности.

— Удали! — топнула ногой Нинка. — Немедленно!

— Так зачем ты покрасилась, Королева? — вопрошал Келла с любопытством, на всякий случай подняв руку с телефоном вверх.

— Тебя спросить забыла.

— Выглядишь, как госпожа Плесень, — снова засмеялся Келла. — Серьезно, нафиг ты такой цвет стремный выбрала? Тебе вообще не идет. Старит.

Прямота была его коньком.

— А тебе не идет жить, — прорычала Нинка и снова бросилась к мужу. — Отдай!

— А что получу взамен, Королев? — Он ловко поймал ее за тонкую талию одной рукой. А второй, вытянутой, продолжал держать телефон с компроматом. Нина была довольно высокой, однако не доставала — руки Келлы были куда длиннее.

— Я оставлю тебя в живых, Рыло! — рявкнула Нина. Келла изловчился и поцеловал ее, но тут же был укушен в губу и капитулировал.

— До крови, идиотка! — вспыхнул он, проводя пальцем по губе.

— Переживешь, — отозвалась она, спешно удаляя фото.

— Иди сюда, малышка, — сощурился Келла, которого ее поведение раззадорило. — Какого черта ты творишь?

Его руки оказались на ее плечах.

— Отпусти и катись в преисподнюю, — оскалилась Нина и вдруг услышала звонок в дверь. — Тихо. Мама с Марком пришли.

Келла замолчал. В их семье было правило — не ругаться при сыне.

Софья Павловна передала Марка с рук на руки Келле и спешно ушла — опаздывала на какую-то встречу. Отец и сын Софьины-Строгановы появились в гостиной, где Ниночка чинно сидела в кресле.

— Здравствуй, моя радость, — улыбнулась она и протянула руки. — Иди к мамочке?

Марк радостно подбежал к ней и устроился на коленях.

— Что сегодня было в садике? — спросила Ниночка, гладя его по волосам. Келла устроился рядом и незаметно коснулся губами ее щеки. До сих пор даже от такого простого поцелуя в Ниночке просыпался обжигающий огонь. Почему, она и сама не знала. Катя говорила, что это любовь. Но Нинка упрямо отрицала ее существование.

— Сегодня у Саши был день рождения. А потом мы читали сказку про Лешего, Русалку и Кикимору. Мамочка, — спросил вдруг Марк, касаясь ее светло-зеленых прядей, — ты что, стала кикиморой?

Говорил он хорошо, да и вообще мальчишкой был весьма сообразительным для своего возраста, чем постоянно хвастался дядя Витя, утверждая, что внук весь в него.

Келла хмыкнул.

— Нет, котик, — криво улыбнулась Нина и украдкой показала мужу кулак. — Мама покрасилась плохой краской. Но скоро волосики мамы станут нормальными.

— Да? — усомнился Марк, пытливо глядя на маму. — Можно, я тоже плохой краской покрасюсь?

— Покрашусь, — машинально поправила его Нина. — Конечно, нельзя.

— Почему? — явно расстроился ребенок. — У папы были цветные волосики, у мамы были, а Марку нельзя?

— Такова жизнь, сын, — потрепал его по голове Келла, волосы которого раньше действительно были синими, а сейчас вернулся к естественному темному цвету и носил андеркат. — Хочешь «Барни»?

«Барни» Марк обожал всем своим сердцем.

— Хочу!

— После ужина, — строгим тоном сказала Нина, прекрасно помня, что полдник в садике был в пять часов. Материнство сделало ее заботливой и научило готовить — при том не столько вкусно, сколько полезно. У Марка все должно было быть самое лучшее. Правда, сама Ниночка вредную еду ой как любила — но лакомилась ею не в присутствии сына. Зато Марка баловал отец — покупал втайне запрещенные вкусняшки.

— А что у нас на ужин? — загорелись глаза у Келлы.

Нинку так и подмывало сказать: «Для тебя, засранец, ничего». Но она сдержалась и ответила нормально.