С Адрианом в тот день я так и не смогла встретиться, хоть и честно собиралась. Но всё навалилось разом, и вспомнила я об этом только уже в кровати. Наконец-то в своей собственной кровати. Одна! Радовалась, как ребёнок. Но почему-то долго не могла уснуть — то жарко, то холодно, то подушка не так лежит. В итоге заснула далеко за полночь.

В последующие дни тоже сразу не вышло. Но тут я понимаю, что просто оттягивала этот неприятный мне момент. Ведь точно знала, что именно эта встреча ничего хорошего мне не сулит. Да и я расслабилась. Всё же Адриан долгое время был для меня товарищем, моей опорой. И сболтнула лишнего. А Адриан — Адриан и есть. Так что теперь ничего хорошего не будет. В лучшем случае мне удастся отвлечь его чем-то.

Так что, наконец решившись, я оделась и пошла искать воздушника. Впрочем, он оказался там, где я и ожидала. Во дворе у знахарки. Рука его уже совсем поджила, и он колол дрова для бани.

И вот стоит он в одной распахнутой рубахе и штанах, тут и мышцы, и загар, а я смотрю — и ничего. Ни трепета, ни томления, ни даже капельки приличного интереса. А ведь оборотень был, выходит, прав. Адриан мужчина весьма привлекательный, но у меня он не вызывал вообще никаких чувств этим зрелищем. Даже обидно как-то. Что же со мной не так? Или чем мне так мишка приглянулся? Ну да, я им восхищалась в детстве и юности, но эти времена давно прошли. Да и вскрылись другие его хорошие и плохие качества, проблемы. Даже проблемища такая, большая, размером с медведя. А толку? Всё равно один-ноль в пользу оборотня.

— Явилась-таки! — крикнул мне маг, воткнув топор в колоду. — А я уж подумал всё, забыла про меня!

Маг развернулся ко мне лицом и улыбался довольно.

— Нет, что ты. Просто не удалось сразу вырваться. Сперва зверь не пускал, а потом навалилось. Как возможность появилась, так сразу и пришла.

— Угу, угу. Сделаю вид, что поверил. Пойдем прогуляемся, что ли? Я сейчас, только одежду накину.

Ждать его долго не пришлось. И вот мы уже вышли за калитку и пошли по тропе до реки. Зимой мало где, кроме дворов, погуляешь, чтобы никто не подслушал. Это одно из немногих мест. Ну и ещё вдоль реки, лесопилки.

И вот, когда мы отошли достаточно далеко, маг начал разговор.

— Объясни мне, что это было? Я ведь видел то, что видел, — убеждённо, но спокойно произнес он.

— Староста всё уже объяснил. Тебе и правда показалось. Хотя я тогда здорово испугалась и с перепугу залепила ему пощечину, — произнесла я, надеясь, что деталей он не видел.

— Угу. Ну ладно, сделаю вид, что поверил. Ты же помнишь, что нам в любом случае отсюда через три месяца максимум придется уходить. Помнишь же?

— Да как такое забыть? Я бы и сейчас ушла, если бы не ты.

— Заботливая ты моя, — с сарказмом произнес воздушник.

Мы дошли до реки.

Ее берега покрылись льдом, но в отдалении всё ещё бурлила вода. Всё же в центре поток ещё слишком сильный, чтобы мог замёрзнуть даже зимой.

Смотрелось это красиво. В этом месте шел белый пар. Вокруг всё было в снегу. Деревья, кусты. Землю укрывали сугробы. На противоположном берегу виднелся скалистый берег с высоким обрывом. Всё это казалось волшебной зимней сказкой.

— То золотое яйцо, что это? — а я-то понадеялась, вдруг переключился на что-то другое. Может все же лучше о медведе и груди?

— Это артефакт. Он защищает деревню от наплыва нечисти, — пояснила я. Смысла скрывать уже не было, всё, что можно было, я уже выболтала.

— Угу. Ценный, то есть?

Что на это ответить? Скажу, что нет — подумает, что ничего страшного, если «пропадёт». Скажу, что да — начнёт их шантажировать.

— Не знаю.

— Что значит «не знаю»?! Ты же с медведем этим живёшь, чуть ли не при всех с ним обнимаешься! За дурака меня держишь?

— Да не рассказывал он, — выдохнула я. — Сказал, не мое дело. Что ты к нему так прицепился? Я же обещала тебе свою долю отдать. Это всяко больше будет этого куска золота. Если это золото вообще. А то глядишь, эта штука ещё и прикончит нас по пути. Артефакты же разные бывают.

— Не заговаривай мне зубы. Если бы он был опасный, то его бы в доме не держали. Да и, если это артефакт, то и ценностью поболее твоей доли будет. К тому же ее ещё и собирать по всей Сонре надо.

— Зато надёжнее. Всё это твое и рисковать ничем не нужно. А оборотни — они хорошие охотники и следопыты. Куда бы мы ни ушли, везде выследят и найдут.

— Да, ты тут права. Да только если с погодой подгадать, то можно и проскочить.

На этом он замолк. А я не знала, что ещё привести как веский аргумент не трогать артефакт. К тому же, он может и не только меня поспрашивать. А уж кого разболтать он всегда найдет. Да и может узнать у той, своей девушки. Я видела ее как-то мельком, но со спины. Так что кто это, не поняла.

Вскоре мы вышли обратно к деревне и разошлись.

Не к добру. Точно не к добру он вынюхивает. И кто бы мне подсказал, что с этим делать?!

Возвращаться сразу к дому кузнеца я не стала. Решила зайти к старосте. Может, что придет в голову? А если нет, так узнаю, что нового.

У старосты дома оказалась только Роза. Она сидела и что-то вязала, сидя в кресле у очага.

— Добрый день, Роза, — поздоровалась я.

— Добрый, милая, — отозвалась она, откладывая свое вязание. — Давно ты ко мне не захаживала. Как оно, дело молодое?

— Да потихоньку. Вот решила зайти, узнать, как у вас дела.

— Хах. Да ты проходи, что мы в пороге разговоры ведем-то.

Хозяйка провела меня и усадила в соседнее с камином кресло. После этого сходила на кухню и вернулась с двумя кружками чая и двумя моими же булочками с маком, на что я повертела булку и громко рассмеялась.

— Да, подсели мы на них. Очень уж у тебя вкусно они получаются. Уедешь, не знаю, что и делать будем. Может, все же останешься? К тебе и мишка наш привык. А если не хочешь оставаться у него, так мы тебе со временем и домик справим.

— Спасибо за теплые слова и щедрое предложение, но я не могу.

— Не могу или не хочу? — прищурившись, спросила хозяйка, откусывая кусочек.

— Вы не понимаете, о чем просите. Со мной все сложно. Поверьте. Вам же лучше будет, если я уеду.

— Дочка, это нам решать. Но неволить не будем. Ты в своем праве.

Мы немного ещё посидели. А когда Роза подлила чая, я решила спросить совета. Благо Вальма дома не оказалось.

— Роза, а вы можете дать мне совет в личном вопросе?

— Ууу! — обрадовалась Роза и разве что руки в преддверии интересненького не потерла, — Спрашивай. Чем смогу — подскажу! — произнесла она, лукаво поглядывая на меня и выпятив от гордости, не иначе, грудь вперёд.

— У меня несколько вопросов, — начала я. — Первый. Как вы думаете, что делать, когда крайне хваткий и азартный человек, а главное, знающий, как добиться своего, нашел что-то интересное и вам нужно, чтобы он оставил это в покое. Чтобы забыл об этом или оно перестало его интересовать?

— Мм-м… Сложный вопрос. Смотря чего это касается. Если женщины, то тут или он встретит другую и увлечется, или, как бы это ни звучало, дать то, что он хочет. Это зависит от тебя уже.

— Дать, что он хочет, это не приемлемый вариант. Найти что-то подобное… Уже предлагала другой вариант, не менее вкусный и ценный, но увы. Мне показалось, что он и дальше решил копать в этом направлении.

— Тогда, может, показать силу? Чтобы он понял, что просто силенок столько не будет отбить желаемое? Вон, попроси Йохана, он для тебя многое отобьёт.

— Да не хотелось бы его впутывать. Но спасибо. Я подумаю над этим вариантом. Тогда я переключусь на второй вопрос, хорошо?

— Давай, — ответила она, отпивая из красивой кружки в виде петуха с пышным хвостом, из которого была сделана ручка.

— Это уже о Йохане. Только не говорите, пожалуйста, никому. Просто я никогда не сталкивалась с оборотнями так близко. Я его не понимаю.

— Не скажу, не переживай. Уж что-что, а за столько лет тайны научилась хранить. Что именно ты не понимаешь?

— Ну… его зверь, стоит ему потерять контроль, повсюду за мной ходит и не оставляет одну. Нам даже спать вместе пришлось. Постоянно меня обнюхивает, а спит так и вообще уткнувшись мне в шею или волосы. Человеком же он держится отстраненно, хоть и вежливо. Помогает, заботится, но это скорее как о дальней родственнице.

— Хм….

— Я бы решила, что ему я нравлюсь как женщина, что я его привлекаю, как одна из возможных пар. Но вот как человек он вообще ничего подобного не делает. И вот я теряюсь в догадках.

— Понятно всё с тобой, Рина. Что же. Думаю, что ты не сильно далека от истины. Йохан-человек ест твою еду, заботится, пусть и не претендуя вроде бы ни на что. В этой форме правит человек. Со всеми нашими заморочками, проблемами, правилами и подобным. В форме зверя же человеческое сознание теряет полный контроль над зверем и инстинкты выходят вперёд. Хотя должна заметить, что обычно всё же человеческий разум бдит, всё помнит и влияет на все решения в форме зверя. А тут… он просто не в состоянии это сделать или же… — она слегка задумалась, и призналась, сморщив при этом смешно нос. — Не хочет. И я его понимаю, но это не метод.

— Если оборотень теряет контроль над зверем в этой форме, как сейчас у нашего кузнеца, то всё усугубляется. Животное получает полный контроль. Оно разумно. Не причинит вреда семье, друзьям, любимым, но тут уже правят инстинкты. И он будет всеми путями стремиться следовать им. На чужака или того, кто чем-то не понравился, может и напасть. Если нет реальной опасности семье, родным, любимой, просто попугает, максимум слегка потрепет, но не смертельно. Это что касается основного, а вот в делах эм… сердечных… — тут она хитро взглянула на меня. — если не получается полностью получить то, что хочет, то будет стремиться взять хотя бы часть. Так как может.

— То есть Йохану я всё же нравлюсь как женщина, но он человеком не хочет этого признавать? — опешила я. Причём настолько, что, не думая, глотнула кипятка и обожгла рот.

— Вроде того. Что-то ему мешает. Поэтому, потеряв контроль, мишка ещё яростнее стремится получить желаемое, не понимая, какие проблемы испытывает человек и зачем все эти «глупости». Но я так слышала, ты показала мишке, где его место, и он, как послушный мальчик, тебя слушается. Так?

— Да-а. Всё так. Просто меня это не отпускает. Это был только один раз, когда он несколько дней в себя прийти не мог. И этого мне хватило. А что будет, когда случится второй?

— Тогда и посмотришь. Я бы посоветовала поговорить с Йоханом — человеком и понять, в чём причина такого поведения. Возможно, разрешив эту проблему, такое поведение уйдёт.

— Возможно.

— Но ты же тут ещё всего на два месяца. Твои ли это проблемы? — уколола меня хозяйка.

— Тут вы тоже правы.

Посидела я в доме старосты ещё немного и отправилась-таки домой. Нужно было готовить ужин.

Но вечером Йохан снова не пришёл. Помня, что было в прошлый раз, я оделась теплее и плотнее и отправилась в кузню.

В этот раз ситуация повторилась. Только я, помня прошлый раз, смогла заставить его сразу принять форму медведя, а не приставать ко мне. Мишкой кузнец пробыл снова два дня, потом обернулся человеком. Спали мы снова вместе, но утром я ушла к себе до того, как Йохан — человек проснулся.

Разбираться с проблемами мужчины я решила отложить на крайний случай. Всё-таки Роза была права. Я уеду, а он останется. И мне будет гораздо тяжелее его отпустить, если вдруг выяснится, что моя симпатия не безответная.

Так я думала на тот момент.

Спустя ещё несколько дней меня на улице подловил Адриан и затащил в чей-то сарай.

— Я всё узнал! — в нетерпении провозгласил он громким шёпотом.

— О чём ты? — далеко не сразу поняла я, а может и пыталась верить в лучшее.

— Об этом яйце. Есть тут одна девушка… Да не важно. Она мне всё рассказала. Уж не знаю почему, но больше никого разговорить не удалось. Это артефакт. Ценнейший артефакт! И состоит он из чистого золота! Это такие деньги, Рина!! — воздушник буквально ликовал. Казалось, он выиграл куш всей своей жизни, — Мы должны его украсть! Просто обязаны!

— Я не буду его красть, какой бы ценный он ни был! Это защита деревни. Да и не только её. Целой страны, континента! Я не сумасшедшая и не убийца!

— Зато мне плевать. Выживут. Куда они денутся! А я не хочу всю жизнь бегать и выживать. А тут одно дело, и я на всю жизнь в шоколаде!

— Ты не посмеешь! Я не позволю! — заспорила я с жаром.

— Ты! И именно ты сама мне его принесёшь, Катарина! Не забывай одно моё слово и тебя эти самые любимые тобой оборотни сами выкинут на дорогу под ноги твоих преследователей. Ты воровка и убийца! И отрицать ты это не можешь!

— Что ты выберешь: уйти со мной и артефактом или пойти благородно в руки твоим преследователям? Заметь, варианта остаться и жить тут счастливо у тебя в любом случае нет! Даже если я тебя не сдам деревенским, сюда нагрянет отряд и тебя найдут.

— Я знаю, что не могу остаться, — потеряв былую уверенность, ответила я.

— И что ты выбираешь? Уйти со мной или сдаться деревенским? Представь только, как твой любимый кузнец и староста, все, кто тебе тут помогал, будут смотреть на тебя с ненавистью и презрением. Будут пытаться отмыться от общения с тобой, закидают камнями.

— Хватит. Я поняла. Я достану артефакт. Прекрати.

— Я в тебя верил. Это мне нравилось в тебе всегда. Ты умеешь принимать правильные решения. И как бы то ни было, ты — такая же эгоистка, как и я.

— Не говори так, — мне казалось, меня сейчас вываляли в помоях.

— Это правда. Уходим сразу, как только ко мне вернётся магия.

На этом маг посчитал разговор оконченным и ушел. А я ещё долго не решалась выйти из сарая. И, честно говоря, просто стояла и рыдала. Мне было больно. Больно прощаться со всей этой иллюзией мирной жизни. Я бы многое отдала, чтобы можно было бы просто остаться здесь. Хотя бы как просто житель. Жила бы тихо в маленьком домике на окраине.

О чем-то большем, вроде семейного счастья, я уж молчу. Действие ритуала всё ещё со мной. Хотя, возможно, скоро оно и закончится.

Помнится, мама, перед тем как скончаться, тоже начала прядями седеть. Но когда ее голова резко стала полностью платиново-белой, просто не проснулась. А ведь в один день со мной может быть так же. Не возвращение магии, а просто конец. И, скорее всего, времени у меня уже нет.

Я замолчала и какое-то время смотрела в свою кружку. Получалось странно. Очень странно. Если верить Розе, я всё это время пыталась разделить одного человека на двух. Йохана, который спокойно разговаривал со мной, помогал, работал и вообще держался так, будто я для него просто хороший знакомый. И мишку, который, стоило человеку отойти в сторону, вдруг считал меня чем-то совсем другим.

И ведь дело даже не в том, что зверь ко мне ластился. Это как раз можно было списать на инстинкты. Но почему тогда рядом с ним мне было… хорошо?

Вот это меня и пугало больше всего.

Я привыкла рассчитывать только на себя. Не привязываться. Не ждать, что кто-то станет рядом просто потому, что хочет быть рядом. А здесь всё получалось наоборот. Я уже привыкла, что утром на кухне напротив сидит Йохан. Что где-то неподалёку слышится его голос, грохот молота, шаги по дому. Даже его молчаливое присутствие перестало раздражать.

А потом появлялся мишка и вообще переворачивал всё с ног на голову.

Может, я просто соскучилась по ощущению, что кому-то нужна?

От этой мысли стало неприятно.

— Но ведь он ничего мне не говорит, — наконец произнесла я. — И если я сейчас сама себе всё это напридумаю, будет только хуже.

— Вот поэтому я и говорю: поговори с человеком, — спокойно ответила Роза. — Не с мишкой. С Йоханом. Пусть он сам скажет, что у него в голове.

— А если он скажет, что ничего нет?

— Тогда будешь знать правду.

— А если есть?

Роза усмехнулась.

— Тогда тоже будешь знать правду. А дальше уже решать тебе.

Я тяжело вздохнула. Легко ей говорить. У неё тут дом, муж, привычная жизнь. А я через пару месяцев уйду неизвестно куда, если вообще доживу до этого момента. И зачем мне сейчас ещё одна причина не хотеть уходить?