– Принц Эрон, ну наконец-то мы с вами познакомимся. – В голосе королевы прозвучал легкий упрек.

– Ваше величество. – Он чуть склонил голову. – Сожалею, что не успел вчера засвидетельствовать ваш приезд, у меня были неотложные дела. Надеюсь, дорога была не утомительна?

Невысокая, слегка обрюзгшая женщина, чье положение выдавала лишь золотая диадема, охватывающая широкий лоб, улыбнулась.

– Благодарю вас, мы прекрасно добрались.

На самом деле у Эрона не было никаких неотложных дел. Просто после разговора с Эви он находился в таком смятении, что едва мог сдерживать эмоции и контролировать чувства. Еще и нежеланная помолвка и всеобщая радость из-за снятия траура… В конце концов ему пришлось уехать на несколько дней из замка, чтобы остыть, благо отец вернулся к делам. К сегодняшней утренней прогулке с гостями Эрон уже немного пришел в себя.

– Насколько я знаю, вы не знакомы с моей прелестной дочерью и вашей будущей женой, – тем временем продолжала королева. – Интия, поздоровайся же с принцем!

– Приятно познакомиться, принц Эрон. – Голос у девушки был мягким и глубоким, что немного не соответствовало ее юному облику.

– Принцесса Интия. – Эрон вежливо улыбнулся и учтиво склонил голову.

– Не пугайтесь, моя мать всегда торопит события, – рассмеялась ее высочество, перехватив его взгляд в сторону королевы, и на этот раз звонкий смех был сопоставим с ее внешностью. – Не успела я приехать из храма Великой Матери, а она уже готовится к свадьбе, забыв, что мне предстоит Выбор.

– Не говори глупостей, дитя, – отмахнулась королева Инии. – Ты моя единственная дочь и принцесса, ты не можешь снова вернуться в храм и служить Матери наравне с… – она запнулась, поняв, что ведет себя неподобающе, – с другими высокородными дамами.

– Это решать только мне. – Интия все еще улыбалась, но глаза похолодели. – И свое решение я озвучу в день Выбора, как и другие адептки. К тому же я не всегда была принцессой.

Эрон понял, что это не первая стычка матери с дочерью и его потенциальная невеста достаточно независима и упряма, чтобы отстаивать собственное мнение. Неплохо. Эти качества в сочетании с женственностью, гибкостью характера и знаниями, что она получила в обители Матери, действительно могли бы сделать из нее хорошую королеву в будущем. И если прислушаться к мнению Дэина – не она, так другая, – то Эрон бы предпочел более умную и самостоятельную женщину, чем просто куклу, подверженную влиянию инийской мамаши. К тому же Интия оказалась неожиданно красивой. Ее красота была еще юной, нераскрытой, как весенний бутон, но обещала в будущем расцвести в полную силу. Совсем не похожа на своего мерзкого братца с тонкими губами, вечно изогнутыми в гнусной ухмылке.

– Родители всегда хотят лучшего для своих детей, – разрядил обстановку король. – Мы уже не молоды, поэтому беспокоимся о будущем.

Они пошли по широкой главной аллее королевского парка.

– Мы много наслышаны о вашем даре, принц Эрон, – проговорила ее величество Ирма. – Неужели вы действительно управляете потоком и дар настолько силен, как говорят? Развейте же наши сомнения.

Интересно, как он должен был их развеять? Продемонстрировать способности, как ярмарочный трюкач?

– Его дар действительно великолепен, – с гордостью ответил отец.

– Это правда, что взамен боги забрали плод, зачатый с его иноземной игрушкой? Ах, вам, право, повезло, такая мизерная плата…

Эрон сбился с шага. Солнце, внезапно нестерпимо яркое, ударило бликами по глазам и обожгло шею. Он уже открыл рот, чтобы высказать этой безмозглой бестактной женщине все, что о ней думает, но почувствовал жжение в позвоночнике и стиснул зубы. В то же мгновение на его запястье опустилась прохладная нежная рука принцессы.

– Мне искренне жаль, что вам пришлось это пережить, – тихо проговорила она. – Простите мою матушку, она не всегда понимает, что говорит.

– Все в порядке, – ровным голосом произнес Эрон.

Он уже взял под контроль свои чувства, и девушка сразу же убрала руку, будто поняла, что прикосновение неуместно. Они, не сговариваясь, отделились от родителей, чуть сбавив шаг.

– Какая она, ваша маэле? – спросила Интия, когда они свернули на другую аллею. – К сожалению, мне не довелось близко познакомиться с ее сестрой. После возвращения из храма большую часть времени я живу в имении матери, а в королевском замке провела всего несколько дней, поэтому видела ее только один раз мельком. Ваша маэле… так же красива, как ее огненная сестра?

– Она отличается от своей сестры, – уклонился от прямого ответа Эрон, не желая обсуждать Эви с кем бы то ни было, тем более с Интией. – Я слышал, Элия произвела неизгладимое впечатление в ваших краях, – перевел он тему. – Насколько я понял, у нее очень живой и пылкий нрав.

– Пылкий, значит, – как будто удивилась принцесса. – Вообще-то, Элия показалась мне довольно… тихой.

Эрон нахмурился. Неужели инийский мерзавец приручил огненную чужеземку?

– В любом случае, если вы позволите, я бы хотела познакомиться с ней. С Эвелин, что называют Звездой Севера. Жрицы считают ее появление важным знаком не только для Эфрии, но и для всего Акроса.

– Неужели?

Впрочем, он не был сильно удивлен.

– Высшие Дочери говорят, это изменит многое. – Интия приостановилась и посмотрела на него. – Уже изменило, не правда ли? Вы получили сильнейший дар, войны, скорее всего, не будет, а наши королевства, возможно, заключат союз на десятилетия вперед.

– Возможно, – неопределенно ответил Эрон. – По большей части это будет зависеть от вас.

– Но и от вас тоже, – парировала принцесса. – В любом случае я надеюсь, что мы станем как минимум хорошими друзьями и добрыми соседями.

– Против этого я возражать точно не стану, – согласился Эрон.

На ее щеках появились крохотные ямочки. Улыбка была легкой, но такой теплой, что он невольно улыбнулся в ответ. Невысокая, хрупкая, с аккуратными чертами лица и широко распахнутыми, как у олененка, темными глазами, она тем не менее излучала внутреннюю силу и уверенность в себе. Эрон вдруг представил ее рядом с Элифом. С каждым годом она становилась бы все красивее и сильнее, как истинная королева и достойная пара истинному сыну Акроса. Это был бы очень гармоничный и правильный союз.

Если бы не Нэвия… Девушка, которую они оба любили.

Сейчас, спустя время, Эрон с уверенностью мог сказать, что с его стороны это была лишь юношеская влюбленность и привязанность. Они слишком много времени проводили вместе и слишком хорошо знали друг друга, по сути, не имея альтернативы. К тому же Нэвия красива и неглупа, и относилась к нему прежде всего как к другу и близкому человеку, а не как к бастарду короля и незаконному брату принца. Конечно, влюбиться в нее было естественно. Иначе и быть не могло. Но теперь он не испытывал к ней чувств.

Смог бы Элиф сказать то же самое? Или его чувства к ней и сейчас были бы крепкими и настоящими? Этого теперь никто не узнает.

– Вернемся? – попросила Интия спустя некоторое время.

– Как пожелаете, – чуть рассеянно ответил он, все еще погруженный в свои мысли.

Они развернулись и двинулись обратно к королевской процессии. Эрон заметил, что принцесса немного ускорила шаг.

– С вами все в порядке, вы не замерзли?

– Нет, просто я привыкла к аскетичному образу жизни в храме, и бесцельные медленные прогулки меня немного утомляют. – Она пожала плечами. – Ну а вы? Вы вдруг задумались, и на вашем лице появилась печаль. Надеюсь, не я послужила тому причиной?

– Я вспомнил о брате, – решил быть честным Эрон.

– Понимаю, – сказала она.

И, кажется, действительно понимала. Ей не нужно было объяснять, что он не пытался ее задеть. Просто сама ситуация напоминала им о том, что они лишь заложники предыдущего договора между королевствами.

– Говорят, он мог бы стать лучшим и сильнейшим из истинных сынов, – задумчиво произнесла Интия, когда они уже подходили к общей процессии.

– Не мог бы, – ответил Эрон. – Он таким и был. Мне жаль, что сейчас вам приходится довольствоваться моим обществом.

Когда он подвел ее к свите матери, Интия задержала его руку.

– Вы слишком себя недооцениваете, принц Эрон, – тихо проговорила она. – Думаю, мне повезло находиться в вашем обществе.

* * *

Торжественный ужин в честь ее величества Ирмы Инийской и ее высочества Интии был не таким пышным и громким, как если бы сюда прибыл с делегацией сам король, но все же достойным королевы. Зал был украшен разноцветными лентами и цветами, столы заставлены изысканными блюдами, а жонглеры и танцовщицы старались не ударить в грязь лицом.

Траур недавно сняли, и знать снова стягивалась ко двору. Тучи неопределенности над Эфрией рассеялись, ведь их принц наконец стал истинным сыном Акроса, а на горизонте замаячил скорый союз с соседями, который упрочит положение королевства, поэтому в воздухе витало радостное оживление. Даже хмурые лорды и советники, которые раньше относились к Эрону с едва скрываемым пренебрежением и лишь кривились при упоминании благосклонности к нему богов, расслабились и сменили гнев на милость. С надеждой поглядывая на увлеченных беседой принца и принцессу, они улыбались и поднимали все новые тосты за будущее двух королевств.

Эрон смотрел, как они с важным видом кивают, словно надутые индюки, и подозревал, какие мысли витают в их головах – наконец-то за столом нет чужеземки, занимающей не свое место и неподобающим поведением оскорбляющей их взор. Наконец-то подле него истинная дочь Акроса, воспитанная в храме, как все достойные девушки высших кругов.

Лицемеры.

Его это не задевало. Поначалу он злился на Эви, что она, сказавшись больной, не явилась на пир, но теперь был даже рад. С трудом мог представить, что развлекает светской беседой свою предполагаемую будущую жену в то время, как Эви сидит рядом и все слышит. Он бы чувствовал себя по меньшей мере дураком, а она… Эрон уже не знал, что бы чувствовала она… Может, вообще ничего?

Матери за столом тоже не было, но, видимо, по другим причинам. Отца бы не смутило ее присутствие, но мудрая Аилэн, скорее всего, не захотела нервировать королеву Ирму. Ходили слухи, что та терпеть не могла наложниц и фавориток его величества И́нтара, именно поэтому после коронации предпочла жить в старом имении с младшим сыном И́лоном, а не в столице с мужем и старшим сыном Илиасом. По ее словам, они наносили друг другу визиты несколько раз в год и были вполне удовлетворены ситуацией.

Ничего удивительного в этом не было. Такие гостевые браки нередко практиковались в высших кругах. Люди заключали брачные союзы по договоренности, рожали наследников, но потом ничто не держало их вместе, кроме приличий и обетов. Но, глядя на Интию, Эрон невольно задумывался, устроил бы их обоих такой союз? Или, точнее сказать, их троих…

Нет, не к этому он стремился в жизни.

С детства вынужденный жить на отшибе семьи с клеймом бастарда, Эрон втайне надеялся после женитьбы брата окончательно удалиться в свое западное имение, подальше от политики и дворцовых интриг. Он хотел вести простую жизнь и создать семью – нормальную, полноценную, где дети не будут чувствовать себя брошенными и отчужденными. Но со смертью Элифа этим планам пришел конец.

Эрон заглянул в свой кубок и выпил залпом содержимое.

– Сейчас угадаю, – сказала принцесса. – Опять думаете о брате?

– Вы слишком проницательны, – улыбнулся он. – Иногда я ловлю себя на мысли, что занимаю его место. И часто думаю, как бы он поступил в той или иной ситуации, – пояснил Эрон и тут же пожалел о несвойственной откровенности.

– Знаете, а я ведь тоже стала принцессой лишь недавно. – Интия тихонько рассмеялась и придвинулась к нему, как будто собиралась поведать какую-то тайну. – Уезжала из дома семилетней племянницей короля, которого даже никогда не видела, а вернулась принцессой, которая, возможно, выйдет замуж за принца и когда-нибудь станет королевой. Так что мы оба здесь самозванцы, – заговорщицки подмигнула она.

Он хотел ответить какой-нибудь шуткой, но в этот момент ее величество Ирма поднялась из-за стола и, сославшись на усталость, объявила, что хочет покинуть пир.

– Как будущий муж, вы ведь позаботитесь о том, чтобы честь моей дочери не пострадала раньше времени? – Она склонилась к его плечу и пьяно хихикнула. – По крайней мере, насколько это возможно. Ведь глупые девушки так легко теряют голову.

Эрона передернуло. Он холодно кивнул, стараясь скрыть отвращение, и, отстранившись от королевы, заметил, как побледнела Интия. Она даже не дышала, сцепив зубы, и смотрела вниз. Мать публично ее унизила. По сути, своим вульгарным намеком она оскорбила их обоих. Казалось, дай ей волю, и она подложит под него свою дочь прямо здесь на столе.

Но что Эрон мог сказать? Что будет счастлив добиваться расположения принцессы? Ложь. Что с радостью готов стать ее мужем? Тоже ложь. Заткнуть королеву не позволяли правила хорошего тона, поэтому он лишь ответил:

– Думаю, ваша дочь получила прекрасное воспитание как в семье, так и в обители Великой Матери, а потому нет поводов сомневаться в достойности ее поведения.

Обменявшись любезностями с королем, мамаша удалилась, и воздух в зале стал чище, но настроение было испорчено. Интия больше не прикасалась к еде и почти не поднимала глаза, вертя кубок в руках. Лишь вежливо улыбалась, когда произносили очередной тост в ее честь, и отделывалась короткими фразами на его попытки возобновить беседу.

Спустя недолгое время, провожая ее к покоям, Эрон не выдержал и коснулся ее руки.

– Интия.

Она вздрогнула и остановилась.

– Вы не должны думать, что слова вашей матери повлияют на мое отношение к вам.

– Я… я не думаю, просто…

– Я понимаю, – сказал он.

– Все это так сложно. – Она вздохнула и обняла себя за плечи, будто ей внезапно стало холодно. – Я вернулась домой, но оказалось, что люди, которых я помнила, превратились в каких-то ужасных незнакомцев, которые… которые…

– Которые пытаются навязать вам брак с другим незнакомцем, – полушутя закончил Эрон.

– Да.

– И самозванцем, – добавил он.

– Да.

Интия наконец улыбнулась и выдохнула:

– По крайней мере, у меня есть выбор.

– Да. – Теперь была его очередь соглашаться. – У вас он есть. Помните об этом.

– Я помню.

Принцесса подняла на него взгляд. В полумраке ее большие ореховые глаза в обрамлении густых черных ресниц казались темными и глубокими. Она прошептала:

– Возможно, больше всего меня злит то, что моя мать может оказаться права.

Эрон не нашелся с ответом. Все подходящие слова как-то разом вылетели из головы. Несколько секунд Интия смотрела на него, а затем грустно улыбнулась.

– Доброй ночи, принц, дальше я найду дорогу сама.

Она кивнула своей свите, состоящей из нескольких дам, ждущих на почтительном отдалении, и быстро удалилась. Девушки, тихо перешептываясь и бросая на него любопытные взгляды, поспешили за своей принцессой. А Эрон еще какое-то время стоял и смотрел ей вслед.