Мужчина повернулся ко мне. Несколько секунд он просто рассматривал моё лицо, будто сопоставлял с уже известным ему описанием, а затем кивнул, но словно не мне, а собственным мыслям.

— Я так понимаю, ты и есть Каин. — Не дожидаясь ответа, мужчина перевёл взгляд на Гина. Улыбка стала немного шире.

— Всё-таки вы были правы. Он жив.

После этого мужчина снова посмотрел на меня, и выражение его глаз изменилось. Улыбка осталась, но взгляд вдруг стал ледяным, пронизывающим насквозь. Я за свою прошлую жизнь повидал немало людей, но настолько холодный взгляд вижу впервые. Но злобы в нём нет. Так обычно смотрят люди, успевшие за свою жизнь повидать очень много плохого. Куда больше, чем я за всю свою службу на Земле.

— Однако за такие заявления, даже если они сказаны в шутку, придётся отвечать, — добавил он и слегка прищурился. — Надеюсь, ты готов?

— Всегда готов, — ответил я с усмешкой, не отводя глаз.

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Взглядом он давил очень сильно. Настолько, что не будь я псиоником, вполне мог бы подумать, будто мужчина пытается залезть мне в голову. Но никакого давления на сферу разума я не чувствовал. Просто взгляд. Очень тяжёлый взгляд.

Наконец экзаменатор едва заметно усмехнулся:

— Хорошо. Я согласен сделать для тебя исключение. Но есть нюанс. Потом мне придётся обосновать своё решение перед руководством гильдии.

Вот теперь разговор становился интереснее. Формально я опоздал. Причём не на пять минут, а больше чем на час. Нужно дать ему такой аргумент, который не будет выглядеть обычной поблажкой.

— Понимаю, к чему вы клоните. Чтобы потом не было вопросов, предлагаю усложнить экзамен. Скажем… выставить уровень болевых ощущений в симуляции на сто процентов.

Я выдержал короткую паузу и, заметив, как мужчина чуть приподнял брови, с усмешкой добавил:

— Такого аргумента для руководства вам хватит?

На этот раз он изучал меня заметно дольше. Холодный взгляд будто пытался нащупать границу между уверенностью и обычной бравадой. Я спокойно ждал. После сотен смертей в симуляции без уменьшения уровня боли, скорее всего я переживу смерть в капсуле. К тому же у меня теперь есть три новые техники Ци. С ними мои шансы не умирать вовсе — куда выше.

— Более чем, — наконец кивнул мужчина. — Я хотел предложить повысить сложность испытания, но твой вариант даже лучше.

Краем глаза я посмотрел на Гина и едва не усмехнулся. Глава разведки выглядел так, словно не знал, как реагировать. Обычно вывести его из равновесия было куда сложнее. Данте, наоборот, стоял совершенно спокойно. Только смотрел на меня таким тяжёлым взглядом, что становилось ясно: мне ещё предстоит крайне тяжёлый разговор. Подозреваю ещё и тяжёлая «тренировка».

Экзаменатор поправил край плаща, накинул на голову капюшон и произнёс:

— Раз мы всё решили, жду вас завтра в восемь утра в своём корабле.

— Экзамен будет не сейчас? А как же задержка? — удивлённо спросил я.

Мужчина опустил взгляд на мою мокрую броню. С пластин всё ещё капала вода, оставляя под ногами небольшие лужицы.

— С компенсацией моей задержки мы уже разобрались. Насколько мне известно, ты находился за пределами города больше двух недель. Устраивать экзамен прямо сейчас будет слишком жестоко даже для меня.

Последние слова он произнёс с лёгкой улыбкой, словно сказал шутку, понятную лишь ему одному.

Больше двух недель. Я это и так знал, но услышать цифру вот так, со стороны, всё равно оказалось неприятно. Внутри комплекса за бесконечными тренировками время пролетело очень быстро.

— Понял. Тогда до завтра. И спасибо, — уважительно кивнул я.

Экзаменатор коротко кивнул и направился к выходу. Люди впереди начинали расступаться ещё до того, как он подходил ближе. Причём первыми дорогу освобождали не новички, а опытные охотники, которых я видел в гильдии уже не раз. Похоже, этого мужчину здесь сильно уважали.

Когда он скрылся за людьми, я повернулся к Гину с Данте и виновато улыбнулся:

— Вы ведь не поверите, если скажу, что просто заблудился?

Данте усмехнулся, шагнул ближе и слегка стукнул кулаком мне в грудь. Удар был скорее символическим, но броня всё равно глухо щёлкнула под костяшками.

— Главное, что ты жив и цел, — произнёс он. Улыбка с его лица почти сразу исчезла. — Скажи спасибо, что вокруг люди. Иначе я бы тебе врезал.

— Понимаю твоё недовольство. Но у меня была веская причина для такой задержки, — кивнул я. Судя по выражению лица Данте, его угроза была не шуткой.

— Очень на это надеюсь, — сухо отозвался он.

Гин перевёл взгляд с меня на Данте и обратно.

— Поехали в штаб. Там всё подробно расскажешь.

— Хорошо, — кивнул я.

Мы втроём направились к выходу. Гин на ходу открыл экран идентификатора и быстро что-то набрал. Я воспользовался несколькими свободными секундами и набрал Мию.

Сестра приняла звонок почти мгновенно. На экране появилось её лицо. Алые волосы были растрёпаны, а под глазами лежали заметные тени. Алиса уже говорила, как мало Миа спала в первую неделю моего отсутствия. Судя по виду, выспаться ей так и не удалось.

Увидев меня, Миа устало, но при этом очень счастливо улыбнулась.

— Каин, я так переживала! Ты в порядке⁈

— В полном. Нет ни единой царапины. Прости, что так долго. Скоро уже буду дома, — виновато улыбнулся я. От её реакции стало ещё неприятнее за собственное молчание.

Миа открыла рот, собираясь что-то сказать, но рядом внезапно появился Данте. Он наклонился ближе к экрану и улыбнулся ей:

— Миа, не переживай! Он со мной. Сейчас мы вытрясем из него нормальные извинения, а потом я лично доставлю Каина домой. В этот раз он от меня не сбежит, обещаю.

— Спасибо, Данте. Рассчитываю на тебя, — сказала Миа, посмотрев на него и заметно расслабившись.

— Даже не сомневайся, — серьёзно кивнул он.

Миа перевела взгляд на меня.

— Я рада, что ты в порядке. Тогда жду дома.

— Скоро буду, — кивнул я.

Связь прервалась. Несколько секунд я смотрел на погасший экран, после чего опустил руку. Идти домой хотелось прямо сейчас, но Гин имел полное право сначала получить объяснения.

— Светлая у тебя сестра, Каин. Цени её, — неожиданно улыбнулся шедший рядом Гин.

— Всегда, — кивнул я.

К этому моменту мы как раз подошли к выходу. Дождь за стеклянными дверями даже не думал стихать. Гин достал из инвентаря два зонта. Один протянул Данте, второй раскрыл над собой и шагнул наружу.

Данте усмехнулся и последовал его примеру. Я посмотрел на них, нажал кнопку на шее и развернул шлем. Сегменты быстро сомкнулись вокруг головы, и ливень превратился в шум капель воды по броне.

На парковке нас ждал большой чёрный автомобиль. Гин сел за руль, Данте устроился рядом, а я занял заднее сиденье. Всю дорогу до штаба мы молчали. Гин смотрел на дорогу. Данте несколько раз бросал взгляд в зеркало, но вопросов не задавал. Я тоже не торопился начинать рассказ в машине. Объяснение будет длинным и нужно сразу решить какие детали оставить при себе.

Административные права — точно нет. Всё остальное можно было рассказать почти полностью. В таких вещах главное не врать. Нужно лишь недоговаривать часть информации.

Через несколько минут мы уже входили в штаб. По знакомым коридорам добрались до кабинета Гина. Возле двери из стены выступала металлическая пластина. Гин приложил к ней идентификатор, дождался короткого сигнала, затем положил ладонь на поверхность. Устройство считало отпечатки, и замок щёлкнул.

Гин открыл дверь и вошёл первым. Мы шагнули за ним. Данте вошёл последним и замкнул за собой дверь.

Я устало опустился на диван для посетителей. После двух недель в пирамиде, быстрого полёта, бега к городу и всей этой суеты, тело ещё держалось, но голова уже откровенно требовала тишины и спокойствия. Гин и Данте сели напротив.

— Жду объяснений, Каин.

Кивнув, начал рассказ с того, как улетел под сокрытием на Скате и как добрался до пещер с огромным подземным залом, где находилась металлическая пирамида.

Я рассказал, что браслет отреагировал на комплекс ещё при прошлом посещении, а теперь внутри окончательно превратился в полноценный терминал. Через него пирамида открыла доступ к учебной части и нескольким помещениям. Во время рассказа заострил внимание на том, что браслет заработал только в моих руках. Так версия о том, что комплекс создан для обучения псиоников, будет выглядеть для Гина убедительнее. Хотя если подумать, то я и сам склоняюсь к этому. Но на сто процентов не уверен.

Дальше пришлось рассказывать долго. Об первом учебном этапе. О перестройке каналов, после которой исчезли старые искривления и появились более мелкие меридианы. Об очищении тела. Об отдельном слое внутри сферы разума, где время и ощущения воспринимались как настоящие. О трёх матрицах Ци — «Взоре», «Всплеске» и «Барьере». Схемы я пока Гину не показал, ведь экран терминала вижу лишь я, но общий принцип и назначение техник объяснил. Мы договорились, что позже я научу Кира ими пользоваться, а он, в свою очередь, научит других талантливых охотников.

Это я и сам хотел предложить, ведь техники Ци помогут воинам в сражениях с тварями. Быть осторожным хорошо, но скрывать сведения, которые могут помочь в бесконечной войне за планету, я не собираюсь. Хотя даже в этом вопросе есть нюанс. Ведь нужно понять, кому стоит раскрывать важные сведения, а кому нет.

— Три полноценные техники Ци за две недели, — задумчиво произнёс Данте. — Неплохо ты «заблудился».

Я понимающе улыбнулся и кивнул:

— Я старался использовать время с пользой. Всё как ты учил.

— Ещё раз пошутишь про время — всё-таки врежу, — Данте посмотрел на меня тяжёлым взглядом.

Я решил, что промолчать будет разумнее. Не стоит давить человеку на больное. Ведь он тоже за меня переживал. Гин несколько раз задавал короткие уточняющие вопросы. Его больше всего интересовало, мог ли комплекс воздействовать на разум без моего согласия и насколько хорошо я контролировал возвращения из учебных симуляций.

— С этим проблем точно нет, — покачал я головой. — После перехода на ранг Ядра, моя псионика сильно окрепла. Любое касание сферы разума я сразу ощущаю. Особенно когда оно направлено на то, чтобы причинить вред.

Гин кивнул, и я продолжил. Данте же почти меня не перебивал. Чем дольше шёл рассказ, тем меньше в его лице оставалось раздражения и тем больше появлялось сосредоточенности. Особенно после упоминания исправленных каналов и новых техник Ци.

Затем я рассказал про хранилище. Про пустые ниши, сохранившийся комплект брони, несколько видов оружия и кейс с десятью псионическими клинками. На этом месте Данте коротко присвистнул.

— Десять? — он удивлённо поднял брови. — И все под псионику?

— Судя по форме — да. Проверить в бою ещё не успел.

Про скопированную базу я пока рассказывать не стал. Нужно сначала в ней разобраться самому, а потом уже делиться с Гином и остальными. Если данные оттуда смогут помочь охотникам в борьбе с тварями, то я только за. Но также там может быть и такое, что пока не стоит им показывать. Например, про переселение душ. Ведь я так и не разобрался что случилось с Ароном. Да и со мной тоже.

Весь рассказ занял почти час. Пришлось несколько раз возвращаться назад, уточнять порядок событий и отвечать на вопросы. Гин отдельно прошёлся по маршруту до пещеры и несколько раз уточнил, видел ли я людей, следы наблюдения или странные устройства, вроде тех, что были на экзамене.

Данте интересовало другое — могла ли пирамида повторно закрыть меня внутри и что случится, если я вернусь. На эти вопросы я отвечал осторожнее. Комплекс уже признал терминал и завершил базовое обучение, поэтому ситуация изменилась, но насколько безопасным будет следующее посещение, я не знал. Права администратора давали мне куда больше уверенности, чем я показывал, однако абсолютной гарантии всё равно не было даже с ними. Но говорить об этом Данте я не стал.

В итоге не придумывал ничего лишнего. Просто исключил из рассказа тех, чьё существование нельзя раскрывать, и тот объём контроля над пирамидой, который лучше пока оставить при себе.

Когда закончил, в кабинете на несколько секунд повисла тишина. Гин сидел, сцепив пальцы перед собой, и смотрел куда-то в пол. Потом медленно поднял глаза и кивнул:

— Теперь хотя бы понятно, зачем ты спрятал идентификатор.

— А мне вот непонятно, — недовольно посмотрел на меня Данте, — почему ты сразу не сказал, куда направляешься? Ты мне что, не доверяешь?

Я покачал головой:

— Само собой доверяю. Но сначала хотел проверить всё сам. Да и если бы я сказал, это ничего бы не изменило. Кроме меня никто не сможет подобраться к пирамиде настолько незаметно.

Данте нахмурился, но спорить не стал.

— Тут ты прав. И это огромная проблема для нас, — Гин откинулся на спинку дивана и потёр переносицу. — Даже если отправить туда Кира, нет никакой гарантии, что по его следам не придут другие. Причём не только Ардены. Есть ещё те неизвестные, которые устроили взрыв на аукционе и охотятся за древними вещами.

— Да. Эти ребята такой находке явно обрадуются, — хмыкнул я.

Если они действительно ищут древние устройства, целая рабочая пирамида для них будет куда интереснее нескольких отдельных артефактов. А привести их туда можно очень легко.

— Тем более, что мы даже не можем выяснить кто они такие, — мрачно добавил Данте.

Несколько секунд все молчали. За закрытыми окнами кабинета глухо барабанил дождь. Гин тяжело вздохнул:

— Пока лучший вариант для нас — ничего не делать.

Данте кивнул:

— Я тоже так думаю. Если не можем безопасно добраться до руин, лучше исследовать их через Каина. Мне, если честно, больше жалко подземелье, которое там простаивает.

— Мне тоже, — скривился Гин. — Древние руины это ценная находка, спору нет. Но нормальное подземелье для города и гильдии куда выгоднее. Это постоянный ресурс, а не разовая находка. А в сами руины, к тому же, сейчас без Каина не попасть.

Я кивнул. Для Икара и гильдии всё обстояло именно так. А для меня древняя пирамида сейчас была источником техник, знаний и ответов. Однако вариант решения этой проблемы напрашивался сам собой.

— Когда смогу полностью обследовать всю пирамиду, можно будет заняться добычей ресурсов из подземелья вместе с Арденами. Если они захотят этим заниматься, конечно.

— Ещё как захотят, — усмехнулся Гин. Ардены гоняются за каждым новым подземельем, вне зависимости от ранга и расположения. Это хорошая идея.

Я кивнул. Спешить с ней всё равно некуда. Сначала нужно окончательно разобраться с пирамидой и понять, что можно показывать другим людям, а что лучше оставить закрытым.

В этот момент в дверь постучали.