Я не спеша восстановил перед внутренним взором матрицу Взора Ци.

После предыдущих попыток рисунок уже запомнился достаточно хорошо. Центральная точка, окружность вокруг неё, две вытянутые дуги внешнего контура и восемь линий между ними. На этот раз я не пытался собрать всё одним усилием. Сначала выровнял верхнюю дугу, затем нижнюю, проверил расстояние между краями и только после этого добавил внутренние элементы.

Тонкая нить Ци поднялась от Ядра и коснулась левого края внешнего контура. Участок сразу вспыхнул золотым. В прошлый раз я просто ждал, пока энергия сама распределится по рисунку, и в итоге перегрузил одну точку. Теперь решил действовать иначе. Я усилием воли подтолкнул поток вправо.

Золотое свечение дрогнуло и медленно поползло по верхней дуге, прорисовывая её ярче и отчётливее. Я сразу уменьшил подачу из ядра, стараясь не дать начальной точке раздуться, и повёл поток дальше. Верхний контур заполнялся постепенно, сантиметр за сантиметром. Дойдя до правого края, энергия плавно перешла на нижнюю дугу и двинулась дальше.

На первый взгляд всё шло идеально. Линия светилась ровно, рисунок не дрожал, а расход Ци оставался настолько небольшим, что его можно было не учитывать. Я даже успел подумать, что наконец понял принцип. Когда поток замкнул внешний контур, слева раздался едва слышный треск.

Золотая линия лопнула в нескольких сантиметрах от точки, с которой я начал. Разрыв мгновенно пошёл дальше. Верхняя дуга рассыпалась, следом исчезла нижняя, и вся матрица развалилась на отдельные фрагменты. Я нахмурился. Значит, просто протащить Ци по рисунку недостаточно.

Восстановив схему, повторил всё заново. На этот раз подавал энергию заметно осторожнее и двигал поток медленнее. Особенно внимательно следил за местом, где линия разрушилась в прошлый раз. Никаких заметных утолщений, вспышек или перекосов не видел.

Результат оказался тем же. Стоило замкнуть дуги, как один участок лопнул уже справа, и матрица снова рассыпалась. Я открыл глаза. Передо мной по-прежнему тянулся край горного утёса, внизу лежал бесконечный зелёный лес, а над головой шелестела крона огромного дерева.

Я мысленно вызвал терминал. Золотистый экран появился почти сразу. Схема Взора Ци развернулась передо мной, идеально ровная и раздражающе простая на вид. Что я делаю неправильно?

В ответ на мой мысленно заданный вопрос, под схемой появилась новая строка:

Для создания устойчивого контура необходимо равномерно распределять Ци по силовой линии в соответствии с матрицей.

— Очень содержательно, — насмешливо произнёс я.

Хотя ответ всё-таки был полезным. Я следил за формой линии, но почти не обращал внимания на распределение энергии внутри неё. Внешне толщина могла оставаться одинаковой, а плотность Ци на разных участках — меняться. Я снова закрыл глаза.

На этот раз главной задачей стала не скорость. Я пропускал поток по верхней дуге и постоянно контролировал, сколько энергии остаётся в каждом её участке. Почти сразу выяснилось, что сделать это намного сложнее, чем звучало в инструкции.

Стоило задержаться хотя бы на мгновение, как силовая линия раздувалась. Если пытался ускориться, следующий участок выходил рыхлым. Я останавливал попытку, распускал структуру и начинал заново. С каждой попыткой получалось всё лучше.

На пятый раз я провёл Ци почти через половину верхней дуги, прежде чем заметил утолщение. На десятой добрался до нижней. И в процессе всё тоньше чувствовал течение энергии.

К пятому часу бесконечных попыток манипуляции стали намного увереннее. Нить Ци коснулась левого края, прошла по верхней дуге, свернула вниз и вернулась по нижней. Я не ускорялся и не замедлялся. Просто удерживал одинаковое давление потока, словно вёл тонкую непрерывную линию одним движением руки. Наконец контур замкнулся.

Я замер. Обе дуги продолжали светиться. Никакого треска или вздутий. Внешний контур впервые оставался устойчивым.

Наконец-то!

Теперь оставались внутренний круг и восемь линий между ним и внешней частью. Я несколько секунд рассматривал схему, решая, с чего удобнее начать. Пока думал, золотой контур слегка потускнел. Понятно. Любоваться результатом времени нет.

Я выбрал две горизонтальные линии, соединявшие внутренний круг с острыми краями «глаза». Они были прямыми, без углов и казались самым простым вариантом. Тонкий поток Ци потянулся к левой. Стоило энергии коснуться линии, как вся матрица дрогнула. Внешний контур погас.

Я открыл глаза и несколько секунд молча смотрел на золотистую схему на экране терминала. Пять потраченных часов на две дуги, и всё закончилось при попытке добавить ещё один элемент. Продолжать методом тыка можно, но рядом ведь сидит Алиса, которая больше сотни лет занимается Ци. Стоит спросить у неё совета, раз терминал столь недружелюбен.

Я потянулся сознанием к реальному телу. Лес перед глазами отдалился, цвета поблекли, а затем картинка схлопнулась. Через мгновение я почувствовал под собой твёрдую площадку и открыл глаза.

Круглый металлический зал встретил ровным белым светом. Я по-прежнему сидел на одной из восьми площадок вокруг центрального цилиндра. Алиса находилась рядом, на соседней. Она сидела в позе лотоса с закрытыми глазами, положив ладони на колени. Светлые волосы водопадом рассыпались по плечам, а тонкие светящиеся волокна между прядями едва заметно мерцали, придавая ей таинственный облик. Я на секунду подвис, невольно засмотревшись. Да уж. Красота страшная сила.

— Алиса, не спи. Есть вопрос.

Её зелёные глаза сразу открылись.

— Я не сплю, — спокойно ответила она и чуть приподняла бровь. — Спрашивай.

— Как правильно создавать силовые линии для техник Ци?

Алиса заметно удивилась.

— Тебе дали техники Ци?

— Да. Для прохождения этого этапа нужно воспроизвести три штуки. Первая называется Взор Ци.

Я мысленно вызвал терминал. Над браслетом на правом запястье развернулся золотистый экран со схемой. Наклонившись к Алисе, указал пальцем на внешний контур.

— Выглядит она вот так.

Алиса проследила взглядом за пальцем. Потом с недоумением посмотрела на меня.

— Куда ты показываешь?

Я удивлённо моргнул.

— На экран терминала. Ты его не видишь?

— Нет.

Я снова посмотрел на золотистую схему. Она выглядела совершенно материальной и даже слегка подсвечивала край брони, но Алиса смотрела сквозь неё.

— Странно, — произнёс я. — Хотя, если подумать, интерфейс Системы тоже могут видеть лишь владельцы. А этот экран на него очень похож.

Алиса перевела взгляд на мою правую руку, где под бронёй был терминал.

— Учитывая, что браслет теперь прочно укоренился в твоей сфере разума, ничего удивительного. Насколько мне известно, старшие расы часто привязывали личные артефакты и устройства именно к сфере разума. Так их проще использовать и нет риска того, что ими воспользуются посторонние.

Я убрал экран.

— Ну раз показать не получится, нарисую. В целом матрица не такая сложная.

Из инвентаря достал небольшой блокнот и ручку. Положил блокнот на колено и быстро вывел две вытянутые дуги.

— Внешне похоже на глаз. Две дуги соединяются по краям. В центре крупная точка, вокруг неё круг, а от круга к внешнему контуру идут восемь линий.

Добавив последние штрихи, повернул рисунок к Алисе.

— Внешний контур я уже смог собрать. Но когда попытался продолжить, вся структура развалилась.

Алиса посмотрела на рисунок и кивнула.

— Техника Ци первого уровня.

Она забрала у меня блокнот, ещё несколько секунд изучала схему, затем закрыла глаза. Прошло несколько секунд. Я решил, что это надолго и уже хотел снова залезть в инвентарь, как Алиса открыла глаза. Радужка вокруг зрачков мягко светилась зелёным. Её взгляд прошёл по моей груди, задержался на правом плече, затем опустился ниже.

— Отличная техника, — произнесла она. — Теперь я даже на расстоянии вижу твои меридианы, не касаясь тела.

Я невольно усмехнулся. Значит, предположение оказалось верным.

— Это, без сомнений, прекрасно. Но мне бы сначала узнать, как пользоваться ею самому.

Алиса улыбнулась краем губ и вернула взгляд к рисунку.

— Тебе не хватает самых базовых знаний о техниках. Хотя раз внешний контур ты уже построил, то понял, что силовая линия должна быть однородной?

— Да. Я сначала решил, что достаточно одинаковой толщины, но дело ещё и в количестве Ци внутри каждого участка.

— Именно. В идеале плотность и толщина должны оставаться одинаковыми по всей линии.

Алиса взяла ручку и обвела внешний контур моего рисунка.

— У техник Ци обычно есть внешний и внутренний контуры. Внешний задаёт границы структуры и удерживает её. Ты правильно сделал, что начал с него.

Кончик ручки переместился к окружности в центре.

— Затем создаётся внутренний контур.

Я кивнул на восемь соединяющих линий.

— А их делать после круга? В любой последовательности?

— Нет. Их вообще не нужно создавать отдельно.

Алиса заметила удивлённое выражение моего лица и улыбнулась.

— Когда внутренний контур будет готов, начинай наполнять его энергией. И делай это с запасом. Из него Ци сама устремится по этим линиям к внешнему. Они являются частью матрицы и задают направление потоку.

Она провела ручкой от круга к верхней дуге.

— Самая сложная часть для новичка — подобрать правильный объём энергии. К моменту соединения внутренний контур, линии и внешний должны иметь одинаковую плотность. Вложишь слишком много Ци — поток пробьёт внешний контур и разрушит матрицу. Слишком мало — структура не замкнётся и распадётся.

Я снова посмотрел на рисунок. Теперь последовательность выглядела логично: внешний контур, затем внутренний круг, наполненный нужным количеством Ци. В итоге вместо десятка независимых линий нужно контролировать всего две структуры. Хорошо, что я решил уточнить у Алисы. Сам бы очень долго тыкался в поисках решения.

— Ты очень помогла, спасибо, — с улыбкой произнёс я и убрал ручку в инвентарь. — Хочешь в награду сладкую булочку?

Алиса рассмеялась.

— Нет, спасибо. Оставь еду себе. Мы не знаем, сколько ещё здесь пробудем, а мне есть необязательно.

Я покосился на закрытую дверь зала.

— Тоже верно. Постараюсь закончить как можно быстрее. Две остальные техники я пока даже не видел. Надеюсь, они не сложнее Взора.

— Если комплекс действительно считает это базовым обучением, сложность должна расти постепенно, — заметила Алиса. Затем чуть улыбнулась. — Но я бы на твоём месте не рассчитывала на доброту древней расы.

— После нескольких сотен смертей в первом испытании я уже не верю в их доброту.

Алиса согласно кивнула. Я быстро перекусил и запил водой. Запасы пока были, но если следующие две техники потребуют столько же времени, задержаться здесь придётся надолго. Закончив, снова сел на свою площадку и потянулся сознанием к сфере разума.

Открыв глаза под той же кроной, снова вызвал схему Взора Ци и закрыл глаза. Внешний контур получился с первой попытки. Пять часов повторений не прошли зря. Поток прошёл по обеим дугам ровно и замкнулся без единого заметного утолщения. Поэтому я сразу перешёл к внутреннему кругу. А вот здесь начались новые проблемы.

Пока прокладывал силовую линию по окружности, внешний контур постепенно тускнел. Я видел это краем внутреннего зрения, но ускориться без потери равномерности не получалось. Когда круг наконец замкнулся, обе внешние дуги почти полностью погасли. Матрица рассыпалась раньше, чем энергия устремилась по линиям к внешнему контуру.

Понятно. Надо действовать быстрее.

Следующая попытка заняла меньше времени. Я сознательно ускорил движение Ци по внутреннему кругу, но на правой стороне оставил слишком много энергии. Утолщение стало заметно сразу. Продолжать не имело смысла. Распустил структуру и начал заново.

Следующие часы превратились в череду похожих попыток, но прогресс был. Я ускорял движение по внутреннему контуру, заранее дозировал Ци на изгибах и всё реже допускал грубые утолщения. Вскоре внешний контур уже оставался видимым к моменту замыкания круга. И появилась следующая проблема — соединение.

Стоило подать в центральную часть чуть больше энергии, как восемь линий вспыхивали слишком ярко и ударяли во внешний контур. Дуги лопались сразу в нескольких местах. Если уменьшал поток, линии не доходили до края, и вся матрица медленно распадалась.

Разница между «слишком много» и «слишком мало» оказалась крайне маленькой.

Так прошли долгие двенадцать часов. Когда в создании силовых линий начали появляться банальные ошибки, остановился и выдохнул. Вместо новой попытки направил Ци по собственным меридианам. От ядра к правому плечу, вниз по руке, обратно к корпусу, затем в левую руку и ноги. Медленно и равномерно, без попытки что-то сделать.

Напряжение постепенно ушло. После стольких часов матрица продолжала стоять перед глазами, а любое движение энергии хотелось автоматически подгонять под её линии. Я заставил себя забыть рисунок и сосредоточился только на ощущении потока внутри тела. Мысли сами переключились на происходящее снаружи. А там прошла уже неделя.

Когда мы расставались с Данте, я сказал ему, что хочу добраться до одного конкретного места без лишних глаз и могу задержаться. Точку он не знал, но хотя бы понимал, что долгое отсутствие было запланировано. Значит, он не должен был сразу решить, что меня убили. Хотя сейчас это уже становится всё менее актуальным.

Всё же неделя без связи — не шутка. Зная Данте, он наверняка уже поднял на уши половину разведки, а Гин — вторую. С Мией было немного проще. Между Алисой и Фреей сохранялась связь, и Алиса уже передала сестре, что со мной всё в порядке. По крайней мере Миа знала, что я жив.

Спокойнее от этого она вряд ли стала. Я слишком хорошо знал сестру. Она могла сколько угодно делать вид, что всё понимает, но при этом не спать ночами и прокручивать в голове самые неприятные варианты. Однако сильнее всего меня напрягал Гин.

Перед вылетом я доложил ему направление и цель, которые мог озвучить. Но после такого исчезновения обычной отмазкой уже не отделаться. Похоже, о пирамиде придётся рассказать.

Я прокрутил ситуацию с нескольких сторон и хитро усмехнулся.

Формально комплекс признал меня администратором и выдал высший уровень допуска. Правда, почти сразу ограничил доступ из-за моего ранга, а наружу до завершения обучения по-прежнему не выпускал. То есть на словах полномочия огромные, а проверить их толком я ещё не успел.

Но если права реальные, то после обучения я, возможно, смогу закрыть отдельные отсеки или хотя бы ограничить доступ туда, куда разведчикам заходить не стоит.

Возможно.

Это слово сейчас было главным слабым местом. Рассказывать Гину о пирамиде, рассчитывая на непроверенную функцию — не самая удачная идея. Сначала проверю права и только после этого решу, сколько именно говорить. Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул. После чего снова вызвал матрицу.

Внешний контур лёг уже автоматически. Внутренний круг начал формироваться следом. Я не пытался гнать поток быстрее, чем мог контролировать. Первая попытка после перерыва разрушилась на соединении. Ожидаемо.

Во второй я дал слишком мало Ци, и два нижних луча не успели дотянуться до внешнего контура. На третьей поймал нужное ощущение. Внутренний круг замкнулся, пока внешние дуги ещё светились достаточно ярко. Я подал Ци. Восемь тонких золотых линий одновременно рванули наружу.

Я уже собирался уменьшить поток, но остановился. Плотность внутреннего круга падала по мере того, как энергия уходила в лучи. Ещё немного. Линии коснулись внешнего контура.

Есть! Матрица не разрушилась.

Я замер. Центральная точка, внутренний круг, восемь лучей и две внешние дуги светились одинаково ровным золотым светом. Получилось!

Перед наполнением я мысленно вызвал функцию наложения. Поверх созданной структуры появилась тонкая эталонная схема. Две фигуры почти совпали. На верхнем правом участке было едва заметное расхождение. Я лёгким касанием поправил линию и снова проверил. Совпадение стало идеальным. Теперь оставалось наполнить матрицу энергией.

Я увеличил поток. Золотой свет мгновенно стал ярче. Энергия прошла по всем линиям сразу, не задерживаясь ни в одной точке. После этого я открыл глаза.

Вокруг был всё тот же горный утёс. Огромное дерево, лес до горизонта, далёкие горы. Никаких новых надписей или иных изменений.

Усмехнувшись собственной заторможенности, поднял к глазам правую руку. Улыбка стала шире. Сквозь кожу, мышцы и кости просвечивалась сеть меридианов. Это выглядело непривычно, ведь раньше я всегда видел их лишь внутренним взором. Тонкие золотистые линии проходили через кисть, расходились по пальцам и уходили выше по предплечью. Я медленно согнул пальцы.

Кости двигались, мышцы сокращались, а меридианы оставались вплетены в ткани, повторяя каждое движение. Интересно. Направил небольшую порцию Ци в ладонь. По каналу от предплечья прошёл яркий золотой поток. Я видел его движение от начала до конца — как энергия заполняет меридиан, разделяется на ответвления и доходит до пальцев.

Если техника покажет чужие каналы с такой же подробностью, можно будет видеть, куда противник направляет Ци ещё до завершения атаки. А это неслабое преимущество в бою.

Я перестал поддерживать матрицу. Небольшое свечение в глазах исчезло. Меридианы под кожей сразу пропали, и рука снова стала обычной. В тот же момент над терминалом развернулся экран.

Перед тем как перейти ко второй технике, воспроизведите Взор Ци в реальном мире.

Звучит логично. Я даже не успел сам потянуться к телу. Пространство вокруг резко поблекло. Лес, дерево и скалы смазались, словно кто-то одним движением стёр картинку. Сознание рвануло прочь. Я открыл глаза в уже порядком надоевшем мне круглом, металлическом зале. Первым делом повернулся к Алисе — и удивлённо поднял брови.

Она всё ещё сидела на соседней площадке в позе лотоса. Только теперь её тело было окутано тонким зелёным покровом Ци и левитировало в нескольких сантиметрах над поверхностью.