Рэмси

Я протянул руку, и мерин охотно схватил мятную конфету. Его губы забавно задвигались, пока он жевал угощение, а потом он издал звук, который иначе как довольным назвать было нельзя. Я тихо рассмеялся.

— Кажется, я придумал тебе имя.

Я провел ладонью по его морде, и конь даже не вздрогнул.

— Как тебе Пеп?

Имя подходило сразу по нескольким причинам. В этом мерине жил несгибаемый задор. А его любовь к мятным конфетам окончательно решила дело.

Пеп снова задвигал губами. То ли соглашался с именем, то ли выпрашивал еще угощение — не знаю. Я достал из заднего кармана еще одну конфету.

— Это последняя. Потом познакомим тебя с новыми друзьями.

Пеп в мгновение ока схватил конфету и снова смешно зашевелил губами. Улыбнувшись, я пристегнул чомбур к его недоуздку.

— На этот раз пойдем вместе.

Его уши дернулись, когда я отпер ворота и вывел его из круглого загона. Пеп оглядывал поля и пастбища с новым, настороженным любопытством.

Я похлопал его по шее и двинулся вперед. Для знакомства я выбрал самых спокойных своих лошадей. Я называл их встречающей делегацией: они терпели куда больше остальных. Идеальный вариант, чтобы проверить, как Пеп поведет себя в табуне.

Приближаясь к паддоку, Пеп втянул воздух. Кобыла и два мерина спокойно щипали сочную траву, почти не обращая на нас внимания. Но мышцы Пепа дрожали.

Мы остановились у ворот, и я провел ладонью по его шее.

— Следующий шаг. Пора заводить друзей. Становиться частью стада.

Это даст ему чувство цели и принадлежности. Эти лошади были одними из моих лучших учителей. Они подавали пример и показывали новичкам, как здесь все устроено.

Я почесал Пепа за ушами.

— Ты справишься.

Я отпер ворота, распахнул их и отстегнул чомбур. Пеп сделал несколько неуверенных шагов внутрь. Моя кобыла Строберри подняла голову и тихо заржала. Пеп ответил ей — и сорвался с места.

Он давно не мог по-настоящему размять ноги, и смотреть на него было невероятно. Пеп несся вдоль изгороди, время от времени радостно взбрыкивая. В этом не было ни капли агрессии. Только чистое счастье.

Остальные лошади тоже это поняли. Через несколько секунд они присоединились к нему, и четверо превратились в одно целое — единую силу, мчащуюся по пастбищу.

Я не смог бы сдвинуться с места, даже если бы попытался. До чего же это было красиво.

Через несколько минут они перешли с галопа на кентер, потом на рысь, а затем на шаг. Наконец остановились совсем, нашли особенно густую траву и принялись пастись.

Пеп поднял голову и встретился со мной взглядом. Клянусь, в утреннем свете его глаза сияли.

В них была радость. Облегчение. Покой.

Лучшего подарка я никогда не получал.

В кармане завибрировал телефон. Я достал его и увидел уведомление с главных ворот. Открыл приложение — экран заполнило лицо Шайло.

По венам прокатилась волна жара, и в голове тут же зазвенели тревожные колокола. Я отмахнулся от них и включил связь.

— Шайло.

От моего голоса она слегка вздрогнула.

— П-привет.

Мне не понравилась легкая дрожь в ее голосе, но я понимал причину. Она никогда не жила нигде, кроме семейного ранчо. То, что она делала сейчас, было огромным шагом.

— Самое трудное уже позади. Ты здесь.

Шайло шумно выдохнула и прикусила щеку изнутри.

— Ты ведь сказал, что мне нельзя никого сюда приводить?

Я напрягся.

— Я не пускаю незнакомых на свою землю.

Хотя в последнее время, похоже, нарушал это правило направо и налево.

— Моя сестра. Она привезла для меня Скай. У меня нет своего коневоза. Я могу выгрузить ее у ворот, если ты не хочешь…

— Все нормально.

Слова вырвались прежде, чем я успел их остановить. Тревога исходила от Шайло почти ощутимыми волнами.

— Пусть поможет тебе устроиться.

— Спасибо, — тихо произнесла Шайло.

Я нажал кнопку открытия ворот.

— Езжай по дороге к конюшне.

Она ничего не ответила, но я увидел, как ее машина проехала через ворота. Когда она исчезла с экрана, я поднял взгляд на дорогу и громко свистнул. Кай вылетел из-за деревьев и подбежал ко мне.

Я запустил пальцы в его шерсть и почесал за ушами.

— Через секунду ты с ума сойдешь.

Если я не буду осторожен, Кай вообще бросит меня ради Шайло.

Его уши дернулись, уловив звуки, которых я пока не слышал. Я не отрывал глаз от дороги, высматривая ее машину.

Плохой знак.

Это желание засело слишком глубоко.

Из-за поворота показался серебристый пикап, а за ним внедорожник с коневозом. Кай напрягся рядом со мной, приготовившись сорваться с места. Я почесал его за ухом.

— Все хорошо.

Шайло остановилась передо мной и вышла из машины. Ее завораживающие глаза блеснули в утреннем свете, и моя кровь снова вскипела.

Кай издал звук, нечто среднее между воем и лаем, и рванул вперед.

Улыбка, озарившая лицо Шайло, ударила меня прямо под дых.

Она опустилась на колени и раскинула руки навстречу моему псу. Кай налетел на нее и едва не сбил с ног. Шайло рассмеялась, пока он вылизывал ей лицо.

— Я тоже по тебе скучала.

От одной этой фразы у меня скрутило живот. И это ощущение нельзя было назвать совсем уж неприятным.

Хэдли Истон выбралась из внедорожника, не сводя глаз с происходящего перед ней.

— Это волк?

— Наполовину, — коротко ответил я.

Она перевела взгляд на меня.

— Он ее не съест?

Я нахмурился, глядя на Хэдли.

— Нет, но тебя он, может, и съест.

Брови Хэдли взлетели, но страха в ее лице не было. Скорее, ее это позабавило.

— Тогда, пожалуй, буду держаться подальше. — Она повернулась к сестре. — Куда поставить Скай?

Шайло поднялась на ноги и посмотрела на меня.

— Ничего, что я ее привезла?

— Я и рассчитывал, что привезешь. Стойло уже готово.

Шайло кивнула и забралась в коневоз. Они с Хэдли действовали так слаженно, что явно проделывали это сотни раз. Без слов, легко и привычно. Я был рад, что у Шайло есть хотя бы один близкий человек, который не пытается втиснуть ее в чужие рамки.

Я махнул им в сторону конюшни и показал Шайло стойло для Скай. Пока они устраивали кобылу, я достал из коневоза сундук и амуницию.

— Тебе необязательно это делать, — сказала Шайло.

Я лишь пожал плечами и отнес седло с уздечкой в амуничник. Когда снова вышел в конюшню, то замер. Шайло склонила голову к Скай. Они соприкасались лбами, а Шайло что-то тихо шептала ей. Слова были предназначены только для них двоих.

— Она всегда умела находить с ними общий язык. А после похищения эта связь стала еще сильнее.

Я всегда замечал все вокруг, но так засмотрелся на Шайло, что не услышал приближения Хэдли.

Она подняла на меня глаза.

— Думаю, ей здесь будет очень хорошо. Она многому сможет у тебя научиться.

Я покосился на нее.

— Ты не собираешься убеждать ее, что это ужасная идея?

Губы Хэдли дрогнули.

— Нет. Она сама знает, что ей нужно. — Веселье исчезло с ее лица. — А вот Хейза и мою маму тебе лучше остерегаться. Они от переезда далеко не в восторге.

Я стиснул зубы.

— Мне плевать, что они думают.

— Вот это пригодится. Может, и Шайло немного от тебя заразится. — Она повернулась к сестре. — Покажи мне свое новое жилье.

Голос Хэдли разрушил тот особый миг между Шайло и Скай, и мне пришлось подавить желание зарычать на младшую Истон.

Я хотел, чтобы она ушла.

Пусть она и младшая сестра Шайло, но ее присутствие на моей территории действовало мне на нервы.

Шайло вышла из стойла и посмотрела на меня.

— Можно?

Я хмыкнул, мотнул головой и направился к гостевому домику.

— Ну и болтун тебе достался, — пробормотала Хэдли сестре.

— Хватит, Хэдс.

Я подошел к кузову пикапа Шайло, но тот оказался пуст.

— А где все твои вещи?

Она обошла машину со стороны пассажирского сиденья и достала дорожную сумку и одну коробку.

— Вот.

Я забрал у нее коробку и заметил, как сбилось ее дыхание, когда оказался близко.

— И это все?

Она пожала плечами.

— Я не особо привязываюсь к вещам.

Мне хотелось спросить почему, но я подавил это желание и направился к дому.

В глазах Хэдли плясало веселье.

— С вами двумя будет чудом, если за весь день здесь наберется хотя бы двадцать слов.

Я посмотрел на Шайло.

— Твоей сестре еще не пора домой?

Она тихо рассмеялась.

— Как только убедится, что ты не поселил меня в какой-нибудь развалюхе. Потом доложит семье, и всем станет немного спокойнее.

Внутри шевельнулось странное чувство. Я не испытывал ничего подобного уже несколько десятилетий.

— Утром все было плохо?

Губы Шайло сжались.

— Все будет нормально.

Но она не сказала, что сейчас все совсем не нормально.

Кай пристроился рядом с Шайло и зашагал с ней вровень. Чертов предатель.

Я поднялся по ступеням на крыльцо гостевого домика и отпер дверь. Распахнув ее, вошел внутрь.

В коробке лежала в основном еда, поэтому я прошел на кухню и поставил ее на остров. Войдя следом, Хэдли тихо присвистнула.

— Определенно не развалюха.

Я огляделся, пытаясь посмотреть на дом их глазами. Когда я купил ранчо, то едва не приказал снести меблированный гостевой домик. Был уверен, что он мне никогда не понадобится. Но все же оставил его на случай, если когда-нибудь найду работника, которому смогу доверить жизнь здесь.

Этого так и не случилось.

Я не нашел даже человека, которому доверял бы достаточно, чтобы просто нанять его.

Мой взгляд прошелся по объединенным гостиной, столовой и кухне. Дорогой деревенский стиль: много камня, открытые деревянные балки, темные полы из широких массивных досок. У дальней стены стоял огромный камин, а над ним висел телевизор. Большой угловой диван придавал комнате уют.

Дальше по коридору находились две спальни, а между ними ванная. Там была глубокая ванна и просторная душевая. Я не знал, как Шайло жила на ранчо родителей, но этот домик вряд ли сильно уступал ее прежнему жилью.

Шайло переводила взгляд с одного предмета на другой.

— Здесь очень красиво. Спасибо.

Хэдли посмотрела на сестру.

— Тебе помочь устроиться? Или съездить за чем-нибудь?

Шайло покачала головой.

— Я справлюсь. Спасибо, что привезла Скай.

Хэдли словно хотела обнять ее, но вовремя остановилась и вместо этого сцепила руки перед собой.

— Всегда пожалуйста. Позвони, если понадоблюсь.

Когда Хэдли сделала это движение к ней, в лице Шайло мелькнула боль.

— Спасибо.

Я пытался понять, что это значило. Странный, неловкий танец двух женщин, которые явно очень любили друг друга.

Хэдли прочистила горло.

— Я поеду домой.

Я кивнул.

— На выезде ворота откроются сами.

Мы вышли вслед за Хэдли и смотрели, как она садится во внедорожник и уезжает по дороге.

Пальцы Шайло быстро застучали по бедрам.

— Мы не обсудили аренду. Сколько ты хочешь в месяц?

— Мне не нужны твои деньги.

В глазах Шайло вспыхнул огонь.

— Я буду платить тебе аренду.

Черт.

— Деньги мне не нужны, но от помощи я бы не отказался.

Если с Эйданом все сложится и Шайло останется, я смогу брать больше лошадей. Сейчас я едва справлялся, даже несмотря на то, что Лор время от времени помогала.

Кай прижался к боку Шайло, и она чуть переменила позу.

— Я могу помогать. Что нужно делать?

— Чистить стойла, кормить. Давать некоторым лошадям нагрузку. Со временем, возможно, подключу тебя к тренировкам. Как насчет десяти часов в неделю в счет аренды? Все, что сверх этого, буду оплачивать.

Глаза Шайло загорелись. Такую радость я видел в ней только рядом с лошадьми. Будто лишь они заставляли ее по-настоящему оживать.

— Я бы с удовольствием. Но двадцать часов в неделю за жилье. Так будет справедливее.

Я стиснул челюсть, но кивнул.

— Можешь начать завтра.

— Могу начать сегодня.

— Упрямая, — пробормотал я.

Она улыбнулась, и все ее лицо озарилось так, что я невольно засмотрелся.

Хруст шин по гравию заставил меня резко поднять голову.

Слишком быстро.

И слишком близко.

Старый пикап с визгом затормозил прямо перед нами, взметнув грязь и камешки. Кай низко зарычал.

Кенни Чемберс выскочил из машины и ринулся к нам. Лицо у него побагровело от ярости.

— Ах ты сукин сын! Я знаю, что это ты! Из-за тебя у меня забрали моих чертовых лошадей.