Рэмси

2 недели спустя

Я откинулся на ступеньки и наблюдал за представлением в круглом загоне. Пусть Шайло и переехала со мной в главный дом, ступени гостевого домика по-прежнему оставались лучшим местом для наблюдения. Отсюда я видел, как она делает то, что умеет лучше всего: творит чудеса.

Солнце опускалось все ниже, окрашивая пейзаж розоватым светом. Шерсть Оникс блестела в его лучах. А может, это просто сияла гордость, которую кобыла теперь испытывала за саму себя.

Я никогда не видел ничего подобного их встрече. Шайло заставила меня остановить машину прямо возле круглого загона. Она наотрез отказалась ложиться в постель, пока не увидит Оникс и Скай. Оникс заржала так, что у меня, черт возьми, сердце треснуло. Потом они стояли, прижавшись лбами друг к другу… Даже не знаю сколько. У меня не хватило духу их разлучить.

Похоже, неделя без Шайло пробила брешь в стенах, которыми Оникс отгородилась от мира. За последние несколько дней они с Шайло продвинулись невероятно далеко.

Краем глаза я заметил движение. Подошла Лор и опустилась на ступеньку рядом со мной. Некоторое время она молчала, наблюдая, как Шайло ведет Оникс по кругу на поводу.

— Ей вообще можно столько ходить?

— Скорее всего, нет. Но попробуй ей это объяснить.

Врачи говорили, что ходьба и движение полезны и помогают восстановлению. Но сомневаюсь, что они одобрили бы то, сколько всего Шайло пыталась на себя взвалить.

Лор фыркнула от смеха.

— У нее сталь в жилах.

Я покосился на подругу.

Она откинулась назад и вздохнула.

— Я ошибалась.

Я вскинул бровь.

— Неужели ты только что произнесла слово на букву «о»?

— Ой, заткнись.

Я рассмеялся.

В глазах Лор промелькнула тень, и на мгновение она показалась старше своих лет.

— Я не хотела, чтобы из-за твоих поисков у тебя появились неприятности. Я переживаю за своего мальчика, хоть ты уже давно взрослый мужчина. И всегда буду переживать. Но я пыталась отговорить тебя от жизни, которая сделала тебя счастливее, чем я когда-либо видела.

Грудь сдавило так, что стало трудно дышать.

— Лор…

— Нет, дай договорить. Я никогда не видела тебя таким. В тебе появилось спокойствие, о котором я даже мечтать не смела. Она тебя исцелила.

Я накрыл ладонью руку Лор и сжал ее пальцы.

— Мы исцелили друг друга.

Она опустила взгляд на наши руки.

— За это я буду любить ее до конца жизни.

— Хорошо. Потому что я собираюсь создать с ней семью.

Лор резко посмотрела на меня.

— А она об этом знает?

Я поперхнулся смехом.

— Как раз собираюсь с ней это обсудить.

— Мужчины, — фыркнула Лор. — Вечно все решают заранее.

Я ухмыльнулся.

— Иногда уверенность в себе окупается.

Она покачала головой и поднялась.

— Завтра снова приеду проведать вашу новенькую. Надеюсь, за ночь Шайло не выставит твою страшную физиономию за дверь.

Я тоже встал, и Кай поднялся вместе со мной.

— Люблю тебя, Лор. Хочу, чтобы ты это знала. Ты тоже меня спасла.

Она тяжело сглотнула. Глаза заблестели от слез.

— Люблю тебя как родного сына. И это никогда не изменится.

— Рад это слышать.

Лор отмахнулась от меня.

— Иди уже целуй свою девочку и перестань доводить старуху до слез.

Уголок моего рта дернулся.

— Ты никогда не будешь старухой.

— Льстец, — пробормотала она и направилась к машине.

Я пошел к круглому загону, а Кай двинулся за мной. При нашем приближении уши Оникс дернулись, но сама она не напряглась.

— Как думаешь? Она готова встретиться с группой приветствия?

На губах Шайло появилась улыбка, от которой меня привычно ударило прямо под дых.

— Думаю, готова.

Она похлопала Оникс по шее.

— Ну что, девочка? Хочешь завести друзей?

Кобыла вздрогнула, словно поняла каждое слово.

— Я открою ворота, и мы спокойно отведем ее туда.

— Отличный план.

Я снял цепь с защелки и распахнул ворота, жестом велев Каю держаться рядом. Оникс подняла голову, когда Шайло повела ее к выходу.

Я сразу заметил, как осторожно двигается Шайло. Ей все еще было гораздо больнее, чем она хотела показывать. Во мне вспыхнули злость и страх, а вместе с ними нахлынули воспоминания. Но я постарался позволить им просто пройти сквозь меня, будто их уносил ветер.

Всем нам понадобится время, чтобы шрамы поблекли. Оставалось только дышать, переживать тяжелые мгновения и искать хорошее.

Вот как это.

Я поравнялся с Шайло и Оникс. Кай шел рядом, но держался на почтительном расстоянии от кобылы.

— Сегодня опять перестаралась?

Шайло покосилась на меня.

— Раздражает, какой ты наблюдательный.

Я усмехнулся.

— Привыкай. Теперь ты от меня никуда не денешься.

Она прислонилась ко мне, и тепло ее живого тела проникло в мышцы и кости.

— Знаешь, мне даже нравится от тебя никуда не деваться.

— Рад это слышать.

До пастбища мы шли молча, наслаждаясь той уютной тишиной, которую оба так любили. Очень часто между нами происходило то, чему не нужны были слова.

И все равно в этом было сказано абсолютно все.

Я отстегнул защелку на воротах, и Шайло завела Оникс внутрь. Она наклонилась и прижалась щекой к морде кобылы.

— Для тебя это новое начало. Впереди целый прекрасный мир. Нужно лишь сделать первый шаг.

Горло сжалось от нахлынувших чувств, когда Шайло отстегнула чомбур. Оникс сначала не двигалась, просто стояла рядом. Шайло похлопала ее по шее.

— Всего один шаг.

Казалось, кобыла ее услышала. Она переставила переднее копыто, потом заднее. А вскоре медленно направилась к лошадям, которые ждали ее неподалеку. Пеп поднял голову и заржал. Услышав его, Оникс перешла на рысь и поспешила к ним. Лошади обнюхали друг друга, приветствуя новенькую, а потом все вместе принялись щипать сочную траву.

Я подошел к Шайло сзади и обнял ее.

— Это сделала ты. Подарила ей чудо.

— Мы сделали. Ты и я. Мне кажется, я могу справиться с чем угодно, если знаю, что ты рядом.

Внутри снова обожгло. То самое чувство, которым я наслаждался, потому что его дарила мне Шайло.

— А как ты отнесешься еще к одному чуду?

Она повернулась в моих объятиях, чтобы заглянуть мне в лицо.

— Что ты задумал?

— Я поговорил с твоим братом о том, что нужно, чтобы стать приемными родителями.

Пальцы Шайло стиснули мою рубашку.

— Эйдан и Эллиот?

Я кивнул.

— Я хочу дать им дом, которого они заслуживают. Семью, которой они заслуживают. Хочешь сделать это вместе со мной?

В ее светло-голубых глазах заблестели слезы.

— Не могу представить чуда прекраснее, чем создать дом вместе с тобой и этими мальчишками.

— Наше «все» станет еще больше.

Шайло улыбнулась мне.

— Думаю, мы справимся.

— Люблю тебя, Шайло.

Она прижалась ко мне и глубоко вдохнула.

— Ты мое небо.

Я замер.

— Твое небо?

— Крошечные огоньки надежды в самые темные ночи. Для меня ты и есть такая надежда, только живая. И всегда ею будешь. Думаю, мы сможем стать таким небом и для мальчиков.

То тепло внутри вспыхнуло настоящим пламенем, охватив меня целиком. И я с радостью позволил ему гореть.

— Каждый раз, когда мне кажется, что сильнее любить тебя уже невозможно…

Шайло широко улыбнулась.

— Мне нравится не давать тебе расслабляться.

Я накрыл ее губы своими в долгом, медленном поцелуе. Поцелуе, который говорил: мне никогда это не надоест.

До самого дня, когда меня опустят в могилу.