Шайло

Тихий писк аппарата тянул меня к сознанию, и я недовольно поморщилась.

— Тише.

Кто-то сжал мою руку.

— Давай, Шайло. Открой глаза. Дай мне увидеть эти ледяные голубые глаза.

Я хотела. Хотела увидеть того, кому принадлежал этот хрипловатый голос. Я попыталась поднять веки, но они были чертовски тяжелыми.

Губы коснулись моего лба, а рука снова сжала мою.

— Ты справишься.

Ресницы дрогнули. В глазах заплясали вспышки приглушенного света, а потом на меня смотрели ониксовые глаза. Те самые, которые я боялась больше никогда не увидеть.

— Ты здесь.

— А где мне еще быть? Мое место рядом с тобой.

В горле запершило. Я смотрела на него, пока слезы катились по щекам.

Рэмси тут же обхватил мое лицо ладонями. Его глаза наполнились тревогой.

— Эй, эй. Все хорошо. Ты в безопасности. Я рядом.

— Я думала, что теряю тебя.

— Никогда.

Одно слово прозвучало как клятва.

— Боюсь, теперь у тебя пожизненная тень. Даже если попытаешься от меня избавиться, не получится.

Я тихо рассмеялась и тут же пожалела об этом. Жгучая, ослепительная боль пронзила живот.

— Не смейся. У тебя весь живот в швах.

Я кивнула и с трудом сглотнула.

— Хочешь воды?

— Пожалуйста.

Рэмси поднес соломинку к моим губам.

— Потихоньку.

Я сделала несколько глотков и отпустила соломинку. Прохладная вода стала настоящим блаженством для измученного горла. Я потянулась к Рэмси. Рука задрожала, и собственная слабость застала меня врасплох.

— Сколько я спала?

— Чуть больше двенадцати часов. Но ты потеряла много крови. На восстановление понадобится время.

Рэмси переплел наши пальцы и погладил тыльную сторону моей ладони.

— Ховард?

В его глазах заклубилась буря.

— Мертв.

— Хорошо.

Жаль только, что не я его прикончила.

Рэмси наклонился и прижался лбом к моему.

— Мне так жаль. Я не должен был оставлять тебя одну. Нужно было придумать другой способ застать Ховарда врасплох…

Я изо всех сил сжала его руку.

— Ты пришел за мной. А когда мне понадобились силы, я думала о тебе.

Он судорожно выдохнул.

— Я чуть тебя не потерял.

— Пора бы уже знать, что меня не так-то просто сломать.

Уголок его рта едва заметно приподнялся.

— Пора. Ты самая храбрая душа из всех, кого я знал.

— Я скучала по тебе.

Я знала, что прошло всего несколько часов, но они казались целой жизнью.

— Без тебя я едва мог дышать, — прошептал Рэмси у моих губ. — Каждый вдох будто загонял в легкие осколки стекла.

— Прости.

— Больше никогда не заставляй меня через такое проходить.

Его губы легко коснулись моих.

— Останься со мной.

— Я здесь. Всегда.

Рэмси немного отстранился.

— Переедешь ко мне в главный дом? По-настоящему, насовсем?

Я нахмурилась.

— Что?

— Мне нравится гостевой домик. Там уютно.

Он громко рассмеялся.

— Только ты могла предпочесть крошечную чертову хижину огромному дому в горах.

Я насупилась.

— Мне нравится то, что мне нравится.

Рэмси провел большим пальцем по моей щеке.

— В главном доме есть чертовски роскошная ванна.

Я приподняла брови.

— В последнее время я и правда полюбила ванны.

— Я тоже.

В дверь постучали.

— Эй, Рэмси, тебе принести… — Беккет застыл на полушаге. — Она очнулась.

— Привет, старший брат.

— Ты очнулась.

Он бросился к кровати и тут же засыпал меня вопросами.

Я подняла руку.

— Помедленнее. Со мной все хорошо. Боль не слишком сильная, а Рэмси уже дал мне воды.

Беккет судорожно выдохнул и провел рукой по волосам.

— Ты нас до смерти напугала.

— Прости. Я не хотела.

Беккет наклонился и поцеловал меня в макушку.

— Спасибо, что вернулась к нам.

— Всегда.

Беккет усмехнулся, посмотрев на Рэмси.

— И слава богу. Этот тип был совершенно невыносим.

Рэмси смерил его убийственным взглядом.

— Я думал, у нас уговор.

— Уговор был не рассказывать Шай, что ты ревел как младенец и соплями ее всю залил.

Я раскрыла рот.

— Беккет.

Он пожал плечами.

— Упс.

Рэмси покачал головой, наклонился и нежно поцеловал меня.

— Мне не стыдно, что ты знаешь, насколько сильно я тебя люблю.

Беккет издал звук, будто его сейчас стошнит.

— Беккет Истон, даже не смей издавать такие мерзкие звуки, — сказала мама, входя в палату.

Ее глаза блестели от слез, когда она подошла к кровати.

— Девочка моя.

— Привет, мам.

Она оттеснила Беккета в сторону и поцеловала меня в щеку.

— Какая же ты сильная.

— Прости, что заставила тебя волноваться.

Она убрала волосы с моего лица.

— Мне слишком часто приходилось видеть своих девочек в этой больнице. Но одно я знаю точно: вы у меня бойцы. И всегда справляетесь.

Грудь распирало от гордости. Мама не позволяла случившемуся сломить ее. Она держалась. Верила в меня.

Я сжала ее руку.

— Люблю тебя.

— И я тебя люблю. Сильнее, чем ты когда-нибудь сможешь представить.

В коридоре раздались голоса, а через несколько секунд в моей палате воцарился настоящий хаос. Я едва успевала отвечать на осторожные объятия и признания в любви. Но один человек все это время держался в стороне.

Эверли нервно заламывала руки, наблюдая за толпой вокруг меня. Я поманила ее к себе, и она тяжело сглотнула. Все расступились, пропуская ее.

Я посмотрела на нее как можно строже.

— Эв, если ты хоть в чем-то винишь себя, я чертовски разозлюсь.

Ее губы дрогнули, но напряжение вокруг глаз никуда не исчезло.

— Можно хотя бы сказать, как мне жаль, что все это случилось?

— Можно.

Я притянула ее к себе, не обращая внимания на то, как натянулись швы.

— Лучшей сестры для нашей семьи я и пожелать не могла.

— Я все слышала! — крикнула Хэдли.

— Моей любимой сестры, — театральным шепотом уточнила я.

Эверли не удержалась от смеха и крепче обняла меня.

— Я люблю тебя, Шай. И не представляешь, как горжусь тем, что стала частью этой семьи.

— Даже несмотря на то, что куда бы мы ни пришли, за нами тянется хаос? — спросила Хэдли.

Эверли улыбнулась и выпрямилась.

— Даже несмотря на это.

Беккет усмехнулся и указал на меня.

— Но эта вообще вышла на новый уровень. Разозлить человека настолько, чтобы он тебя пырнул ножом?

Я пожала плечами.

— Мне нужно было как-то избавиться от ножа.

Все дружно застонали.

Я подняла взгляд на ониксовые глаза, с которых для меня все началось.

— А еще я знала, что он поймает меня, когда я упаду.

Адди всхлипнула.

— Даже не вздумай заставлять меня плакать. Если начну, уже не остановлюсь.

Беккет рассмеялся и обнял жену за плечи.

— Какое нежное сердечко.

— Это гормоны. — Она вытерла глаза.

Беккет уткнулся носом ей в шею.

— Ну конечно.

Папа пробрался через переполненную палату ко мне.

— Люблю тебя. И больше никогда не смей со мной так поступать.

Я наклонилась и поцеловала его в щеку.

— Рэмси сказал примерно то же самое.

— Я знал, что он мне нравится.

От этих слов внутри разлилось тепло. Рэмси стал частью нашей сумасшедшей семьи, хотел он того или нет.

И именно это ему было нужно.

Папа протянул ему руку.

— Спасибо, что сделал все возможное, чтобы спасти ее.

Рэмси тяжело сглотнул.

— Я ради нее на все пойду.

— Знаю. Поэтому ты мне и нравишься.

— Эй, народ, — позвал Хейз.

Все повернулись к нему.

— Может, освободим палату на пару минут? Тут двое мальчишек очень хотят увидеть Шайло и Рэмси.

Сердце сжалось.

— Эйдан и Эллиот здесь?

Хейз улыбнулся.

— Пришли сегодня с самого утра. И наотрез отказались ехать домой с Миллерами, пока ты не очнешься.

Глаза снова наполнились слезами. Рэмси наклонился и стер их с моих щек.

— Не давай им увидеть, что ты плачешь.

— Ничего страшного, если увидят. Тогда поймут, как сильно я по ним скучала.

Именно их мне и не хватало для полного счастья.

— Мы еще вернемся, — прошептала мама и снова поцеловала меня.

Моя семья один за другим вышла из палаты, а я едва не подпрыгивала на кровати от нетерпения.

Рэмси зарычал:

— Не дергай швы.

Я показала ему язык.

— Я счастлива.

Он покачал головой, но крепко меня поцеловал.

— Люблю тебя.

— А я тебя сильнее.

В дверях кто-то прочистил горло, и я отстранилась от Рэмси. Там стоял Хейз с Эйданом и Эллиотом.

Эйдан толкнул Эллиота плечом.

— Видишь, Эл? Я же говорил. Если он ее целует, значит, с ней все нормально.

Эллиот рванул к кровати.

К счастью, Рэмси успел поймать его в прыжке и осторожно посадил рядом со мной.

— Аккуратнее. У нее на животе швы, поэтому нужно быть очень осторожным.

Эллиот быстро закивал.

— Болит?

— Немного. Но когда я вижу тебя и Эйдана, становится легче.

Немного приукрасить правду в такой ситуации явно не повредит.

— Но ты ведь поправишься?

— Не успеешь оглянуться, как я снова буду гоняться за тобой по конюшне.

Эллиот гордо выпятил грудь.

— Пока ты не поправишься, я буду заботиться о Скай и Оникс.

Глаза снова защипало.

— Лучшего помощника я и представить не могу.

Я посмотрела на Эйдана, который стоял в ногах моей кровати.

— Поможешь ему?

Он кивнул.

— Конечно. Все, что нужно.

Я поманила Эйдана ближе. Когда он оказался совсем рядом, его рука нашла мою и крепко сжала.

— Я так рад, что с тобой все хорошо. Я… — Он с трудом сглотнул. — Я очень испугался.

Я сжала его руку в ответ, а потом притянула к себе и обняла. Мне было плевать, что живот словно горел огнем.

— Я здесь. И никуда не денусь.

Эллиот лег рядом и прижался к моему боку.

— Люблю тебя, Шайло.

Эйдан отпустил меня и провел ладонью под глазами.

— Я тоже, — прошептал он.

Теперь горело уже все внутри.

Но это был хороший огонь.

Пламя, разгоравшееся от того, сколько любви окружало меня со всех сторон. Я буквально тонула в ней.

Поверх головы Эллиота я встретилась взглядом с Рэмси.

— Никогда не думала, что мне так повезет. Я просто не могу любить вас сильнее.