Шайло

2 месяца спустя

— Я выгляжу нелепо, — пробормотала я, когда Хэдли освободила прядь из щипцов для завивки.

Она посмотрела на меня через зеркало.

— Просто доверься моему замыслу, ладно?

Я показала ей язык, и она рассмеялась.

Эдди простонала и откинулась на спинку кресла.

— Утешайся хотя бы тем, что нелепее меня выглядеть невозможно. Ну вот зачем мне понадобилось забеременеть прямо перед свадьбой Эв?

Лайкен сфотографировала нас троих, положив свободную руку на свой слегка округлившийся живот.

— Вы все прекрасны.

Эдди сердито посмотрела на нее и ткнула пальцем.

— Сегодня держи этот объектив подальше от меня.

Лайкен плотно сжала губы, пытаясь не рассмеяться, но надолго ее не хватило. Она все-таки хихикнула.

— Не думаю, что когда-нибудь видела тебя такой грозной.

Эдди погладила округлившийся живот.

— Потому что я не шучу.

— Не слушай ее, Лайкен. Я хочу много фотографий моей сияющей кузины. И она даже накричать на меня не может, потому что сегодня я невеста, — сказала Эв, разглаживая на платье несуществующие складки.

Никогда бы не подумала, что Эверли устроит настолько сказочную свадьбу, но именно так она и сделала. И каким-то образом все идеально сочеталось. Снаружи на деревьях висели фонари, они же тянулись вдоль импровизированного прохода через сад, который Эверли и Хейз создали для себя. Все вокруг утопало в цветах всевозможных видов и пастельных оттенков. Но сама Эверли была самым прекрасным зрелищем из всех, что я когда-либо видела.

Клянусь, она словно поплывет к алтарю. Провести ее она попросила моего отца. Она была благодарна Иэну за то, что он сделал для меня, и между ними наконец воцарился мир, но настоящими братом и сестрой они уже никогда не станут. Она могла простить прошлое, но забыть его не смогла бы. Ей оставалось лишь двигаться дальше, в новую жизнь, и папа был счастлив помочь ей сделать этот шаг. Мы все изрядно над ним подшучивали, когда он разрыдался после ее просьбы. Между ними сложилась особая связь, и у всех нас теплело на сердце, когда мы это видели.

Эдди открыла рот, собираясь возразить Эв, но тут же закрыла.

— Черт, она права. Я ничего не могу сказать.

Эверли рассмеялась и сжала плечи кузины.

— Когда-нибудь ты будешь счастлива, что эти фотографии остались.

Эдди накрыла руками ладони Эверли.

— А сейчас я безумно счастлива за тебя. Не могу представить человека, который заслуживает целого мира счастья больше тебя.

Эверли шмыгнула носом и оглядела женщин в комнате.

— Мы все его заслуживаем.

Хэдли неодобрительно цокнула языком.

— Только не начинайте плакать. Если испортите мой макияж, я разозлюсь.

Эверли замахала ладонями перед лицом.

— Никаких слез. Глаза панды совершенно не подходят для свадебного «да».

Я фыркнула и провела пальцами по волосам, слегка распуская локоны. Поднялась и едва не споткнулась о платье.

— Эверли Истон, если я навернусь и шлепнусь лицом в землю, никогда тебя не прощу.

Эв фыркнула, а потом ее глаза снова заблестели.

— Эверли Истон. Впервые слышу это вслух.

— Черт, — выругалась Хэдли. — Ты твердо решила угробить мой макияж.

Дверь открылась, и вошла мама.

— Шай, Рэмси и мальчики тебя ищут.

— Все нормально?

Мама улыбнулась той особенной нежной улыбкой, которая у нее предназначалась только для одного человека.

— Кажется, Эллиот хочет еще раз показать тебе, как будет выполнять свою обязанность.

Мама и Эл стали лучшими друзьями. Он проводил с ней множество вечеров, учась работать в саду и готовить. Думаю, маму покорила его детская чистота, которую не смогло уничтожить все пережитое. Он напоминал ей, сколько надежды все еще существует в этом мире.

— Я скоро вернусь, — бросила я и вышла в коридор.

— Я просто хочу еще раз показать ей, как буду это держать, — донесся из-за угла голос Эллиота.

Эйдан вздохнул.

— Ты уже раз сто тренировался.

Я улыбнулась, услышав их препирательства. Большинство людей вряд ли стали бы радоваться такому звуку, а я радовалась. Потому что так спорят братья. Слишком долго Эйдану приходилось быть для Эллиота скорее отцом. Но теперь, через месяц после того, как мальчики переехали к нам с Рэмси, между ними наконец складывались обычные братские отношения.

Я завернула за угол, и три головы одновременно повернулись ко мне. У всех троих отвисли челюсти.

— Лоло, ты похожа на фею, — благоговейно произнес Эллиот.

Я постаралась не поморщиться. Пудрово-розовые платья, которые Эверли выбрала для подружек невесты, были красивыми, но совершенно не в моем стиле. Единственное, что помогало мне чувствовать себя в нем собой, — вышитые крапинки на ткани. Из-за них казалось, будто я одета в сумеречное небо.

Эйдан кашлянул, пряча смешок.

— Он прав. Ты красивая, Лоло.

От их прозвища мое сердце сразу смягчилось.

— Спасибо, но лучше к такому не привыкать.

Ониксовые глаза Рэмси вспыхнули, когда он подошел ближе.

— Самое прекрасное, что я когда-либо видел.

Сердце пропустило удар. Неважно, сколько раз наши взгляды встречались, я все равно могла потеряться в его глазах.

— Ты и сам неплохо выглядишь.

На Рэмси была белая рубашка и черные джинсы, которые сидели на нем просто идеально. Хейз позволил Эверли воплотить все свадебные мечты, но в вопросе одежды друзей жениха проявил твердость. Черные джинсы, белые рубашки на пуговицах и сапоги. И каким-то образом это смотрелось отлично.

Рэмси наклонился к моему уху.

— Сегодня мальчики ночуют у твоих родителей, да?

Я вздрогнула, когда его ладонь скользнула по моей обнаженной спине.

— Ага, они на выходные едут в поход.

— Есть все-таки Бог на небесах.

Я не смогла сдержать смех. В этом месяце выкроить время только для нас двоих оказалось не так-то просто.

— Лоло, смотри. Вот так, да?

Я повернулась в объятиях Рэмси к Эллиоту. Он с предельной сосредоточенностью держал подушечку для колец.

— По-моему, идеально. Ты справишься. Да ты мог бы пройти так задом наперед и даже во сне.

Он сморщил лицо.

— Но мне ведь не придется, да?

Рэмси похлопал его по плечу.

— Всего один раз пройти по дорожке лицом вперед. И не спать.

Эллиот расслабился.

— Слава богу. Я и так после этого неделю спать буду. Слишком большая ответственность.

Никто из нас не смог удержаться от смеха. Именно такая разрядка была нам нужна в день, куда более насыщенный, чем мы привыкли. Но в понедельник все снова вернется на круги своя. Наша простая жизнь с Каем и лошадьми. Та самая, которую каждый из нас любил так сильно, что словами не выразить.

— Потанцуй со мной.

Я посмотрела на Рэмси.

— Ты танцуешь?

Он нахмурился.

— Думаешь, у меня нет чувства ритма?

Мои щеки вспыхнули.

— О, я прекрасно знаю, что с ритмом у тебя все в порядке.

Рэмси рассмеялся, поднялся и протянул мне руку.

— Идем.

Я вложила ладонь в его и последовала за ним на танцпол.

— Я наверняка оттопчу тебе все ноги.

— Оно того стоит.

Рэмси заключил меня в объятия, и мы стали медленно покачиваться под спокойную мелодию, которую играла группа.

Я не удержалась и оглядела шатер, всматриваясь в лица всех, кого любила. Боден положил ноги Лайкен себе на колени и массировал ей ступни. Она подняла камеру и быстро сфотографировала жениха. А потом я заметила, как он потянулся погладить ее живот.

Беккет закружил Эдди, и ее смех разнесся вокруг. Она вскинула одну босую ногу, а на лице сияло настоящее счастье. Хэдли держала за руки Берди, а Калдер — Сейдж. Все четверо отплясывали в ритме песни, которая совершенно не совпадала с той, что играла сейчас.

Невеста и жених совершенно растворились друг в друге. Хейз убрал волосы с лица Эверли и, продолжая танцевать, наклонился к ней за поцелуем. Отстранившись, он беззвучно произнес: «Я люблю тебя».

Рэмси уткнулся носом в мою шею.

— Счастлива?

Я позволила себе раствориться в его тепле.

— Хороший был день.

— Лучший.

— Даже несмотря на то, что мне пришлось надеть платье.

Он рассмеялся.

— Хочешь когда-нибудь такую же свадьбу?

Я отстранилась, чтобы рассмотреть его лицо. В нем было лишь любопытство. Он действительно просто спрашивал.

— С тобой — может быть.

Губы Рэмси изогнулись в улыбке.

— До или после того, как мы усыновим мальчиков?

— До, — тихо прошептала я.

— Значит, нужно поторопиться.

Я подняла руку и прижала ладонь к его колючей щеке.

— Я бы вышла за тебя хоть завтра. Связала бы себя с тобой всеми возможными узами.

Ониксовые глаза Рэмси сияли в полумраке, а в их глубине мерцали знакомые искры. Он опустил руку в карман и достал что-то, блеснувшее на свету. Потом надел мне на палец кольцо — россыпь черных и прозрачных бриллиантов, напоминающих ночное небо. Такое невероятно мое.

Его взгляд встретился с моим.

— На следующей неделе. Ты, я и наша семья.

Сердце едва не разорвалось от того, как легко он назвал мою семью своей.

— Не могу представить ничего идеальнее.

— Потому что это ты и я. Наше все.

Я прижалась лбом к его лбу.

— Это наше небо. И оно становится все больше.