Однажды мастер Яншань Хуэйцзи обратился к одному монаху:
– Хороший дождь, не правда ли?
Монах ответил:
– Да, хороший.
Яншань спросил снова:
– А что в дожде хорошего?
Монах не нашелся с ответом. Тогда мастер сказал:
– Спроси меня ты.
Монах спросил:
– А что в дожде хорошего?
Тогда мастер указал пальцем на капли дождя.
Этот диалог описан в сборнике «Сонмун ёмсон». Суть его в том, где именно находится «хороший дождь». Представьте: разгар летнего сезона дождей, тяжелые струи воды бьют в землю. Мастер заговаривает первым, хотя его никто не спрашивал. Как же хорош дождь! В горах ливень как долгожданный гость. За ним можно наблюдать часами, затаив дыхание. Дождь пришел не ко мне, но в моей однообразной горной жизни он единственный посетитель, которого я рад встретить. Даже великие мастера древности радовались дождю и бормотали что-то себе под нос, словно разговаривали сами с собой. В комментариях к этому коану сказано, что монах – это «просто некий монах». То, что имя не указано, придает истории особую достоверность. Любой монах сказал бы, что «дождь хороший», поскольку все чувствовали одинаково, и в этой истории ясно считывается это удовольствие. Мастер задал совершенно неожиданный вопрос: «А что в дожде хорошего?»
Когда монах не смог ответить, Яншань велел задать этот вопрос ему. А потом ответил, но не словами, а указанием на сами струи воды, льющиеся с неба. Почему он указал на дождь? Мастер хотел сказать: глупо искать «хорошее» где-то еще, когда ты уже стоишь под этим самым «хорошим» дождем. Благо – именно в этих каплях. Мастер указывает на важность того, чтобы действие и человек стали единым целым. Страдание рождается там, где дело и человек не могут слиться воедино. Когда работа и человек – одно целое, когда учеба и человек – одно целое, для трещины просто не остается места. Радость от труда – это и есть просветление, которое мы пробуем на вкус. Если ты не можешь уснуть – это бессонница, если не можешь есть, то заболеваешь. Великий наставник школы чань Линьцзи говорил так:
Есть только «сейчас», и другого времени не будет.
Это высказывание созвучно принципу, заключающемуся в том, что сама суть дела и есть истинный аромат жизни. О каком «деле» идет речь? Обо всем, что прямо сейчас перед глазами. Нужно жить здесь и сейчас. Не в прошлом, не в будущем, а в настоящем. Каждое мгновение, каждая встреча – бесценны. Тот, кто осознал это, может жить по-настоящему. И в такое сердце входит благодать.
Говорят: «У мудреца длинные уши и короткий язык». Если ставить свои убеждения выше всего и думать только о своей выгоде, можно упустить множество счастливых возможностей, которые проходят мимо. Умение слушать и принимать – это очень активная жизненная позиция. Законы движения всего сущего основаны на действии и противодействии. В «Книге перемен» законы создания Вселенной и ее изменения объясняются через понятия «закрытие» (сгущение) и «открытие» (расширение). Закрытие – это когда энергия сгущается и обретает форму, а открытие – когда она двигается и поднимается. Глубина вдоха и глубина выдоха, который последует за ним, должны быть одинаковы. Энергия, которая выходит наружу, сгущается в материю, а энергия, проникнувшая внутрь, наполняет душу здоровьем. Этот же принцип применим и к этике. В главе «Цзи Ши» книги «Лунь юй» говорится о девяти вещах, о которых должен помышлять благородный муж:
…о том, чтобы видеть ясно;
о том, чтобы слышать четко;
о том, чтобы его лицо было приветливым;
о том, чтобы его поступки были почтительными;
о том, чтобы его речь была искренней;
о том, чтобы его действия были осторожными;
о необходимости спрашивать других, когда появляются сомнения;
о необходимости помнить о последствиях своего гнева;
о необходимости помнить о справедливости, когда есть возможность извлечь пользу[28].
В этих словах нет ни одного лишнего совета. Когда смотришь и слушаешь, думай «о том, чтобы видеть ясно; о том, чтобы слышать четко». Казалось бы, мы и так это делаем, но на самом деле мы часто живем, не замечая очевидного. И от этого становится немного грустно и стыдно перед самим собой. Тот, кто умеет видеть и слышать глубоко, обретает великую внутреннюю широту. Это весьма близко учению чань-буддизма, что призывает в холоде стать одним целым с холодом, а в жару – одним целым с жарой. Как в самом оке тайфуна царит тишина, так и, проникнув в самую сущность, не услышишь шума. Проблема сама по себе не бывает «холодной» или «горячей» – это лишь наше отношение к ней. Солнце и луна уже во мне, и весь свет мира – тоже внутри.
Год сменился, и в середине февраля закончилась зимняя практика. Монахи-созерцатели завершили свой срок и отправились в странствия, которые продлятся три месяца до начала летней практики. У молодых монахов из буддийского университета начались каникулы, которые длятся всего месяц. Ученики младших курсов должны выполнять некоторые мелкие поручения, поэтому на деле их каникулы длятся не больше двух недель. Во время практики днем я занимаюсь необходимыми делами, вроде стирки, или гуляю в горах, поэтому время от времени встречаю других монахов.
После окончания практики даже Большой храм пустеет, и теперь я больше не встречаю в горах монахов. Весна вроде бы пришла, но в горах по-прежнему тихо, только солнце стало ярче. Коты, которые всю зиму заглядывали к нам, теперь тоже почему-то пропали. И Няни перестал ходить к Большому храму, и потому надолго из Тхапчона не отлучается. В последнее время мне кажется, что главное дело для него – это просто созерцание.
Под высокой каменной стеной, что окружает Тхапчон, расположен гараж. Там, где заканчивается подпорная насыпь, ведущая в лес, выступ стены образует что-то вроде карниза, а рядом стоит небольшая печь для сжигания мусора. Площадка под этим выступом размером примерно в две циновки, а посередине проходит водосток. Края этого желоба залиты цементом и возвышаются над землей больше чем на метр, так что отсюда открывается отличный вид на гараж и окрестный лес. Совсем недалеко проходит дорога к Большому храму, так что иногда сюда доносятся звуки проезжающих машин и голоса людей. Это место коту особенно полюбилось, он проводит здесь большую часть дня. Не то чтобы он занимался здесь чем-то особенным. Ближний кедровый лес служит ему защитой от ветра, а солнце здесь греет мягко и ласково. Устроившись на своем наблюдательном пункте, кот подолгу сидит, сжавшись в комок и не шевелясь. Наверное, его главная цель – высматривать лесных мышей, но, может быть, он просто слушает гул далекой человеческой жизни.
– Что ты там так внимательно высматриваешь? – спрашиваю я, видя его фигурку за стеной.
У него нет друзей, ему не с кем играть, и от этой мысли мне становится немного грустно, я сочувствую ему. Но кажется, в душе самого кота нет ни тени печали, а на морде – ни капли уныния.
Кошек каждый человек видит по-разному.
Нацумэ Сосэки, которого называют отцом современной японской литературы, написал роман «Ваш покорный слуга кот», в котором показал человеческую жизнь глазами кота. Брошенный котенок, не знающий даже места своего рождения, прибивается к дому школьного учителя английского. Став домашним, он начинает описывать будни хозяина, его друзей и соседей. Роман считается острой социальной сатирой, где жизнь людей и кошек переплетена в едином повествовании.
«Позвольте представиться: я – кот, просто кот, у меня еще нет имени. Я совершенно не помню, где родился. Помню только, как я жалобно мяукал в каком-то темном и сыром углу. Здесь же мне впервые довелось увидеть человека»[29] – так начинается это знаменитое произведение. Автор показывает, что в глазах кота человек не такой уж и венец творения, поэтому порой он сам нуждается в кошачьем утешении.
Даже если человек кажется совершенно спокойным, стоит постучаться в его душу, и откуда-то обязательно раздастся печальный звук.
Когда человек ранит человека, эту рану трудно залечить. В такие моменты присутствие собаки или кошки в доме становится настоящим спасением. Удивительно, но эти животные прекрасно чувствуют наше настроение. Словно призывая нас поучиться простоте жизни, кошачья философия в романе гласит: «Все просто: хочешь есть – ешь, хочешь спать – спи, рассердился – злись, а станет горько – плачь навзрыд».
У кота словно много лиц. В иные дни он необычайно ластится ко мне, хочет быть рядом и заигрывает. Сейчас дни стали длиннее, и после вечерней трапезы приятно погулять по саду или обойти вокруг ступы со святыми мощами, перебирая четки. Несколько дней назад начали распускаться нарциссы. Пока я любуюсь ими, не замечая, как бежит время, кот украдкой пристраивается рядом. Но стоит мне встать и пойти в сторону ступы, как он, подобно ветру, обгоняет меня и начинает стремительно носиться между каменными изваяниями, словно приглашая поиграть в прятки. Иногда он прижимается к самой земле: то ли думает, что я его не вижу, то ли просто затаивается и замирает. В такие моменты я не могу сдержать улыбки.
Когда мне хочется сделать для него что-то особенное, я по нескольку раз на дню спрашиваю: «Чего бы тебе хотелось?»
И возможно, кот ответил бы мне так: «Да мне и так хорошо. Главное, что ты рядом!»
Неужели?.. Но тогда это очень обременяет!