Хрум-хрум…

Топ, топ, топ…

Звяк, звяк…

Даже сквозь сон, слыша эти звуки, я чувствую, как по сердцу разливается теплая волна.

Однажды монах Вэйшань Линъю (771–853) поздно ночью пришел навестить своего наставника.

Наставник Байчжан Хуайхай спросил:

– Кто здесь?

– Это Линъю, учитель.

– Посмотри-ка, остались ли в жаровне горящие угли.

– Нет, учитель, не осталось.

Тогда мастер Хуайхай сам поднялся, подошел к жаровне и, разворошив пепел, нашел крошечный уголек. Показав его ученику, он спросил:

– А это, по-твоему, не горящий уголь?

В то же мгновение Линъю обрел просветление.

Говорят, мы видим ровно столько, сколько знаем. В философии «видеть» и «знать» часто означают одно и то же. Что первично: знание или ви́дение? Знание приходит через действие, значит, акт видения первичен. Когда мы познаем что-то через зрение, наше восприятие углубляется, создавая благотворный круг познания. Так формируется взгляд на вещи и на саму жизнь. Есть греческое изречение: «Взгляд – это меч». Почему взгляд сравнивают с мечом? Суть меча – пронзать и рассекать. Так и пристальный взгляд: он остр, пронзителен и неизбежно оставляет след. Поэтому видеть – это порой даже страшно.

Янь Юань сказал:

– Я прошу рассказать о правилах [осуществления человеколюбия].

Учитель ответил:

– На то, что не соответствует ритуалу, нельзя смотреть; то, что не соответствует ритуалу, нельзя слушать; то, что не соответствует ритуалу, нельзя говорить; то, что не соответствует ритуалу, нельзя делать[26].

Ритуал, или этическая норма, – это добродетель, которой должен обладать каждый человек. Конечно, проблема в том, что́ она определяет, но ритуал начинается с вопроса: «Разве не так должен вести себя достойный человек?» Обычаи, закрепленные общественным договором, имеют силу закона в любом социуме. Этикет сдерживает поступки, усмиряет желания и вносит гармонию в отношения.

В цитате выше иероглиф «видеть» (視, си) отличается от простого «смотреть» (見, кён), а «слушать» (聽, чхон) – от «слышать» (聞, мун). Разница в том, что первое – это осознанное действие с определенным намерением. Истинный ритуал заключается в том, чтобы не навязывать свои мысли другим, не считаясь с их чувствами. Настаивать на своем, игнорируя позицию другого, – это дурной тон. Это невоздержанность, отсутствие зрелости.

Когда Линъю пришел к Хуайхаю, была зима, и посреди комнаты стояла жаровня. Мастер попросил его поискать искру. Линъю посмотрел и решил, что огонь давно погас. Но Хуайхай сумел отыскать живой уголек в самой глубине. Мастер прямо указал ученику: «А это, по-твоему, не горящий уголь?» Линъю в этот же момент все осознал.

Он не мог видеть дальше углей и потому не увидел истины, исказив ее. Разрыв между «знаю» и «не знаю», между правдой и ложью немалый. В конце этой беседы Хуайхай добавил: «Если хочешь увидеть природу Будды, надлежащим образом созерцай время и обстоятельства». Чтобы постичь суть вещей, нужно внимательно следить за движениями собственной души. Только тогда знание станет глубоким. Все сущее живет по своим законам, и чем выше уровень нашего восприятия, тем больше в нас становится уважения к жизни. Самоуважение дорого любому живому существу, и именно оно становится причиной для того, чтобы его уважали другие. Если это условие соблюдено, любая жизнь протекает в радости. Недавно я перечитывал «Философский словарь» Вольтера, и там была такая история о самоуважении.

В окрестностях Мадрида один нищий просил милостыню с величайшим достоинством. Прохожий спросил его:

– Вы ведь вполне можете работать, неужели вам не стыдно заниматься столь позорным делом?

– Я прошу у вас денег, а не советов, – ответил нищий и удалился с достоинством истинного кастильского гранда.

Тот прохожий задел его гордость. Чувство собственного достоинства у этого нищего было не меньше, чем у аристократа, гордящегося своим происхождением. Он просил милостыню из любви к себе – и именно из-за этой любви не мог стерпеть чужих попреков.

В человеческом мире различия часто сводятся к богатству и бедности, знатности и ничтожности. Конфуций в главе «Ли жэнь» книги «Лунь юй» говорил: «Люди желают богатства и знатности. Если не руководствоваться правильными принципами, их не получишь. Людям ненавистны бедность и знатность. Если не руководствоваться правильными принципами, от них не избавишься»[27]. Даже в самые трудные времена нужно стойко переносить невзгоды, используя их как возможность для самосовершенствования. Это и есть путь истинной любви к себе и сохранения достоинства. Это созвучно фразе из «Ши цзин»: «Благородный муж не ищет легких путей к счастью, нарушая долг». Мне очень нравится это изречение, я часто пишу его в книгах, когда оставляю автографы.

Трудно сказать, кем на самом деле был тот вольтеровский нищий, но в его поведении чувствовался особый стержень. Как говорил древнегреческий философ Фалес, «самое легкое на свете – давать советы другим». Этот урок порой бывает весьма горьким. Чтобы прожить жизнь правильно, важно уметь по-настоящему видеть и понимать суть вещей. Послушайте историю о «Пастухе и путнике».

Один путник подошел к пастуху, который пас стадо овец, и завел разговор:

– Каких славных овец вы вырастили! Позволите задать пару вопросов?

– Конечно, – охотно отозвался пастух.

Путник спросил:

– Скажите, как много ваши овцы проходят за день?

– Вы про какую из них? – переспросил пастух. – Про белую или про черную?

– Ну, допустим, про белую.

– Белая проходит за день миль пять.

– А черная?

– И черная тоже миль пять.

Путник спросил снова:

– А много ли травы они съедают за день?

– Вы про белую или про черную?

– Про белую.

– Белая съедает около четырех фунтов травы.

– А черная?

– И черная тоже около четырех фунтов.

– А сколько шерсти вы с них состригаете за год?

– Вы про белую или про черную? – снова уточнил пастух.

– Про белую.

– С белой я получаю шесть фунтов шерсти.

– А с черной?

– С черной тоже шесть фунтов.

О чем бы ни спрашивал путник, пастух отвечал в одной и той же манере. В конце концов путник не выдержал и с некоторым раздражением воскликнул:

– Послушайте, почему вы каждый раз заставляете меня выбирать между белой и черной овцами, если ответы все равно одинаковые?!

Пастух же с невозмутимым видом пояснил:

– Так ведь это же естественно. Понимаете, белая овца – моя.

Путник вновь спросил:

– А черная? Чья она?

– Черная? И черная тоже моя.

О чем эта притча? Как знание отличается от незнания того, что было до него, так и смотреть внимательно – не то же самое, что просто смотреть. Если присмотреться, то даже в самом похожем обнаруживаются различия. Каждая вещь в своей уникальности обладает собственной ценностью. Потому смотреть и смотреть внимательно – это не одно и тоже.

У моего кота передние лапы отличаются от задних, а левая сторона тела – от правой. Даже уши у него разные, и глаза не одинаковые. И это еще не все. Ноздри у него тоже разного размера. Вещи выглядят иначе, если смотреть на них просто так или смотреть с любовью. Для пастуха каждая овечка была особенной и важной. Именно поэтому на каждый вопрос он отвечал отдельно про каждую овцу.

Оказывается, прошло уже полгода, как я живу с этим котом. Наблюдая за ним, я научился понимать его повадки и даже предугадывать некоторые действия. Думаю, и кот по-своему ко мне привык. Мы будто подстроились под ритмы друг друга. Иногда наши пути пересекаются, и в такие моменты я с удивлением думаю: «Ого, а ведь он меня насквозь видит!» Меня постоянно беспокоит, что я ни разу не купал его. Еще больше я хочу узнать, каково состояние его здоровья. Для этого нужно везти его в клинику, но я все медлю. Пока что я просто стараюсь повкуснее его кормить и каждое утро и вечер тщательно протирать ему мордочку и уши.

Когда кот возвращается с улицы, он пулей подбегает к двери моей комнаты. Если я на месте, он первым делом трется боками об углы двери и косяки – это его знак приветствия. Только после этого он приступает к еде. Ест он понемногу, но часто. Наверное, в нем еще жива привычка дикого зверя, который всегда должен быть готов к охоте. Собака или кот смотрят человеку прямо в глаза, будто выражая свои затаенные желания, и от этого взгляда порой невозможно отвернуться. Этот кот с самого начала очень хотел попасть ко мне в комнату. Между нами было своего рода противостояние, долгое и изнурительное, пока я наконец не сдался. Теперь же, нагулявшись, Няни спокойно ложится в уголке моей комнаты, а когда на душе у него воцаряется покой, начинает усердно вылизываться.

Наблюдать за тем, как кот, которого, возможно, ни разу не купали с рождения, приводит себя в порядок, – занятие, вызывающее чувство, которые трудно описать словами. Он тщательно вылизывает шерстку на лапах, животе и спине. Те места, куда язык не достает, – мордочку, глаза, за ушами и затылок – он чистит с помощью передних лап. Сначала хорошенько облизывает лапку, а потом, увлажнив ее слюной, проводит ею по мордочке. Закончив этот долгий ритуал, он ложится поудобнее, зажмуривается и погружается в глубокий сон. Утром и вечером я протираю ему глазки влажной салфеткой. Кот покорно подставляет мордочку, и я старательно вычищаю уголки глаз и протираю его роскошные белые усы. Особенно ему нравится, когда я накрываю его глаза прохладной салфеткой и мягко надавливаю пальцами или чищу внутри ушных раковин. В такие моменты он громко и довольно урчит. Иногда он в шутку пытается прикусить салфетку или кладет лапку мне на руку, выказывая, как мы близки.

Когда приходит время сна, он вытягивает все четыре лапы и замирает. Иногда он приходит со следами былых сражений – с поцарапанным носом или вырванным клоком шерсти на спине. А иногда приносит на себе колючки и семена трав из леса. Поэтому мне приходится постоянно его осматривать. Если бы человек ввязался в драку или поранился, он бы ворочался от обиды и боли, но кот забывает обо всем в ту же секунду и спит самым безмятежным сном.

В тибетских и индийских практиках есть медитация на «белый скелет» – созерцание бренности бытия. Глядя на кота, я задаюсь вопросом: а нельзя ли медитировать на кота? На тибетском медитация называется «гом» (sgom), что буквально означает «привыкание» или «освоение». Мы привыкаем к отношениям с другими, но не менее важно прийти к примирению и любви к самому себе. Даже если весь мир будет тебя любить, без любви к себе внутри останется лишь пустота. «Стать ближе к самому себе» – вот чему нас учат. На тибетских нагорьях на ветру трепещут разноцветные флаги лунгта и молитвенные полотна тарчог. На тибетском языке «лунгта» означает «флаги ветра», и на них начертаны священные тексты. Когда ветер колышет флаги, слова молитв разносятся по всему миру. В этом заключен образ свободолюбивого духа и удачи. Тибетцы верят: куда бы ни подул ветер, пролетающий над этими флагами, он разнесет благословение по всему свету. В древней тибетской молитве есть такие слова:

Пусть каждое живое существо обретет счастье и причины счастья.

Пусть каждое живое существо освободится от страданий и причин страданий.

Пусть каждое живое существо обретет радость и причины радости.

Пусть каждое живое существо избавится от пристрастий и вражды и пребудет в великом спокойствии.

Потертые подушечки лап, пожелтевшая местами шерстка, старые шрамы на мордочке – все это красноречиво говорит о том, что́ коту пришлось пережить. В отличие от сородичей, которые неприкаянно бродят по Большому храму, Няни здоров и благополучно переживает долгую зиму, забыв о холоде и голоде. На солнечном свету его мордочка кажется светлее, шерсть лоснится, а его особенный, пронзительный взгляд придает ему утонченности. Когда он лежит в комнате, я выключаю центральный свет и оставляю только настольную лампу или бра в углу, чтобы не слепить его. Тогда он перестает жмуриться, открывает свои круглые глаза и смотрит на меня или просто разглядывает комнату, пока не провалится в сон. Возможно, в такие минуты ему хочется сказать: «Знаете, все это время мне было очень непросто».