Людей можно разделить на два типа.

Одни говорят: «Если кто-то все равно должен это сделать, так почему не я?»

Другие: «Если кто-то должен это сделать, так пусть сделает кто-то другой».

В жизнеописаниях древних монахов часто встречаются истории о людях, которые всю жизнь прожили в бедности далеко в горах. Сюжеты бывают разными: кто-то ухаживал за животными, кто-то читал проповеди, а есть и рассказы о том, как животные платили добром за проявленное милосердие. В книге «Достойные дела тех, кто надел черные одежды» сохранилось такое свидетельство.

Монах Фалан, живший в государстве Цзинь, был родом из Пэйсяня. Он изучал в храме чань-буддизм и в совершенстве знал его каноны. Слава о нем гремела по всей округе, и люди стекались к нему, подобно облакам. Пожертвования, полученные от последователей, он тратил на издание священных писаний, отливку статуй Будды, строительство пагод и храмов, а также помогал беднякам. Но было у него и другое обыкновение: завидев пойманное животное, он тут же выкупал его и забирал в храм. Вскоре его двор был полон гусей, уток, кур, собак и прочей живности. Когда монах ложился отдыхать, животные затихали, не смея издать ни звука, но стоило ему выйти на прогулку – все разом поднимали радостный гомон. Говорят, этот шум был громче звуков барабанов и флейт. Разве это не свидетельство того, что их души понимали друг друга?

В начале 1980-х, когда я только встал на монашеский путь, в районных центрах еще работали рынки. На этих рынках, которые устраивались раз в пять дней, торговали не только утварью и продуктами, но также кожами и скотиной. Наш монах-эконом всегда помечал в календаре рыночные дни и отправлялся за покупками для нужд общины. Мы же не знали точных дат, но, если нам случалось проходить мимо рынка, мы обязательно останавливались поглазеть на торговые ряды. Зимой там иногда продавали живых зайцев, фазанов или голубей, которых удавалось поймать. Если у нас были деньги, мы старались выкупить их и выпустить на волю. В те времена наше ежемесячное содержание, которое мы получали от храма в Канвондо, составляло всего пять тысяч вон. Даже если добавить деньги, полученные в качестве подношения, мы могли спасти от силы пару-тройку живых душ, но все равно старались делать все, что было возможно.

Историй о том, как звери благодарят людей, великое множество. Одна из них приводится в «Записках из горного скита» – сборнике преданий, составленном в начале эпохи Мин монахом по имени Ухуан Шучжун. Он описывал времена, в которые жил сам: от вторжения монголов в Южную Сун до полного их господства там и падения Монгольской империи, уделяя особое внимание положению буддизма в те неспокойные годы. В этой книге есть глава «Благодарность крыс».

В одном храме жили два монаха. Одного из них так утомили крысы, что он взял две палки и изготовил ловушку, которую снабдил зеркалом. Когда крыса, пробегая мимо, задела ловушку и попалась, монах бросился к ней с ведром воды, намереваясь утопить. Второй монах, не в силах вынести этого зрелища, схватил палку, разжал ловушку и выпустил крысу на волю. На следующий день монах, что установил ловушку, ушел по делам, и второй монах должен был спать в одиночестве. В ту ночь крысы вели себя необычайно шумно, совсем не так, как обычно. Монах в конце концов не выдержал и проворчал:

– Да что же вы за существа такие! Я ведь вчера спас вам жизнь, а вы в благодарность только и делаете, что шумите!

Утром, едва проснувшись, он увидел у изголовья своей постели синий шнурок. Монах удивился, но шнурок подобрал. Через несколько дней он опоясал себя этим шнурком и вышел из храма. Другой монах, который как раз выходил из соседней комнаты, увидел синий шнурок и спросил, указывая на него:

– Постой, это же мой шнурок! Я потерял его в спальне, как он оказался у тебя?

Монах рассказал, при каких обстоятельствах получил его. И только тогда они поняли, что крысы всей стаей шумели в соседней комнате, чтобы стащить шнурок у одного монаха и подарить его другому в знак благодарности за спасение.

Как мы проживаем свою жизнь? Защита любого существа, будь то невзрачный зверек или скотина, идущая на убой, – это акт милосердия. Желать всем счастья и благословлять каждую жизнь, чтобы она текла без боли, – в этом и заключается первая заповедь Будды «не убей». У каждого животного свой характер. Если относиться к ним с любовью, начинаешь этот характер понимать. Живя с котом, я открыл для себя одну любопытную вещь – он обожает играть в прятки. Обычно мы играем на закате, когда закончена вечерняя трапеза. Конечно, у каждого человека свое любимое время суток, но лично я люблю смотреть на длинные тени уходящего дня. В такие минуты кажется: и время, и сама жизнь так же неуклонно идут к закату. И от этой мысли рождается мужество смиренно принимать все как есть. Ведь изначально ничего не было!

Когда я обхожу ступу великого монаха в Тхапчоне, я всегда наблюдаю за сменой времен года, за тем, как меняется лес, расцветают и увядают цветы. За этим занятием я провожу все больше и больше времени. Кот всегда словно чувствует этот момент: он внезапно появляется, запрыгивает на ровную плиту ступы или прячется за углом ступеней, припадая к земле, и замирает, будто приглашая: «Ну же, найди меня!» В нем просыпается инстинкт охотника, который есть у всех кошачьих. Прежде чем напасть, нужно затаиться. Когда я прохожу мимо и нарочито спрашиваю: «Ой, а где же Няни?» – он замирает и втягивает голову. Это так забавно! Затем я резко разворачиваюсь и восклицаю: «Вот же он!» – и кот, довольный собой, молнией несется к ближайшему дереву и демонстрирует чудеса ловкости, залезая наверх. У него нет ни другого кота, ни человека, который проводил бы с ним дни напролет; возможно, если бы я с ним не играл, от нашей совместной жизни не было бы никакого проку. Потому я и притворяюсь для него. Пожалуй, из всех животных кошки – единственные, кто способен играть с человеком в прятки. Благодаря Няни я понимаю, что, даже не зная нашего языка, они прекрасно умеют обмениваться с нами чувствами и теплом.

Когда ты улыбаешься жизни,

половина улыбки сияет на твоем лице,

а вторая половина – на лицах других.

В чем смысл этого тибетского изречения? Счастливый человек улыбается и смеется. Закон природы таков, что все, что переполняет душу, неизбежно выплескивается наружу. Улыбка, идущая от души, отражается в других, как в зеркале, а счастье ближнего – это теплая награда за эту улыбку. Понимая этот круговорот, мы учимся мудро относиться ко всему живому и обретаем радость совместного бытия.