Пока Эсах и Элизабет сидели на кухне дома на колесах, обсуждая сорта моркови, Уолтер с Айшей уселись на мягкий диван, который комфортно проминался под их весом. Но что-то кислотно-яркое в поле зрения не позволяло Айше до конца расслабиться. Она перевернула одну из подушек – на оборотной стороне красовался уже знакомый ей кричащий принт.

Блохиш нежился на солнышке между ними, периодически мурлыча от поглаживаний Уолтера. Айша наблюдала за тем, как мягко свет очерчивает весь его силуэт, с какой осторожностью Уолтер старается не касаться чувствительных мест Блохиша: проплешины на лапе, открытого брюха. Движения рук Уолтера были уверенными. Да и сами руки – тоже ничего, с чистыми, аккуратно подстриженными ногтями и чересчур длинными большими пальцами.

Айше безумно хотелось прикоснуться к ним.

– Как ты вообще ко всему этому относишься? – тихо спросила она, мысленно подавляя свое желание.

– Если его стошнит, я за ним приберу, клянусь, – сказал Уолтер, с нежностью глядя на неказистое животное, которое довольно равнодушно смотрело на него в ответ.

– Да я не про кота. А про все в целом, – внесла ясность Айша. – Вот это все. – (Уолтер поднял взгляд, успев уловить, как она обвела рукой фургон, намекая на поездку, на поиск пропавшей сестры.) – У нас не было времени как следует это обсудить.

Уолтер настолько глубоко задумался над ответом, что почти перестал гладить кота. Воспользовавшись моментом, Блохиш ударил его лапой. Но Уолтер этого будто не заметил, продолжая медленно поглаживать пушистика и смотреть в пустоту, мыслями уносясь все дальше отсюда.

– Как я к этому отношусь? Я взволнован, – ответил он наконец. – Мне кажется, это очень здорово. – В подтверждение своего отношения к происходящему Уолтер уверенно кивнул. Темная прядь волос упала ему на лоб, а в лучах солнца глаза стали светло-карими, почти золотистыми. – И знаешь, я до этого думал: вдруг у нас так и не получится отправиться в совместное путешествие, прежде чем… ну, ты знаешь… Это было бы очень грустно.

Айша продолжала наблюдать за ним и Блохишом. Ее удивляло, с какой легкостью Уолтер ко всему относится. Ему часто было непросто сделать выбор, но он всегда четко знал, что чувствует: неуверенность, досаду, восторг. Сама же Айша не всегда отдает себе отчет в собственных чувствах, словно иногда какая-то внутренняя боль готова перерасти в бурю и вот-вот вырваться наружу, а она не понимает почему.

– Уолтер… – Айша запнулась и резко понизила тон, чтобы мать не услышала. – А что, если мы ее не найдем? – прошептала она.

– Найдем. – В словах Уолтера не было и тени сомнений.

На мгновение этот ответ разозлил Айшу, но чувство, которое он вызвал потом, было гораздо приятнее, чем привычная тянущая боль в груди. Уолтер понятия не имел, как все сложится, но при этом был уверен в успехе. Как он может говорить такое, не зная даже того, что им готовит завтрашний день?

– Не говори глупостей, – возразила она. Джун могла быть где угодно, даже на другом континенте, да и связаться с ней невозможно. Она не оставила номера. Потому что не хотела больше видеть ни сестру, ни мать.

– Не теряй веры, – парировал Уолтер. – Мы примерно знаем, где она может находиться, и не сдадимся, даже если твоей сестры там не окажется. – Он пожал плечами.

Все в нем было наполнено мягкостью и нежностью: движение плеч, взгляд карих глаз, то, как он гладил этого сердитого блохастого кота, который, очевидно, ненавидел его точно так же, как и всех остальных.

– Не хочу верить во что-то, что с большой вероятностью приведет к разочарованию, – ответила Айша раздраженно. – Нам придется сдаться, если не найдем ее там. Не хочу, чтобы твоя семья потратила отведенное им время впустую.

Увидев выражение, с которым Айша говорила все это, Уолтер просто согласился.

– Хорошо. – Он отвел взгляд и продолжил гладить кота.

Его безмятежность не успокаивала Айшу и никак не влияла на ее отношение к этой поездке. В последнее время Уолтер был слишком добрым и понимающим, если только его не пытались намеренно разозлить. Айше хотелось, чтобы он злился чаще, ей хотелось, чтобы он был придирчивым и саркастичным, как раньше. Ей хотелось…

Хотя на самом деле она понятия не имела, чего ей хотелось. Зачем ей его злость? Чтобы ему было больно? Чтобы внутри у него тоже бушевала буря? Это эгоистично. Размышления об этом только сильнее разозлили Айшу. Впереди долгая дорога, и у нее нет никаких гарантий, что в конце пути их ждет Джун.

Айша фыркнула:

– Хватит гладить кота. Ты его избалуешь.

– Я хочу его избаловать, – спокойно сказал Уолтер, не отводя глаз от Блохиша.

– Нет никакого смысла к нему привязываться, – колко ответила Айша.

– Я бы поспорил, – возразил Уолтер.

– Не трать свое время на кота!

– У привязанности нет ограничений, – заметил парень. Уже более резко, но все еще отстраненно.

Айша почувствовала себя ужасно. Такая мелочность и такая раздражительность ей несвойственны. Просто сейчас ей было необходимо… что? Айша не знала. В Уолтере ничего не изменилось. Так что же постоянно вызывало в ней эту вспыльчивость, которая накатывала так легко и так внезапно?

Выглянув в окно, Айша заметила, что их кемпер направляется совсем не в сторону шоссе. Вместо этого они ехали по хорошо знакомой ей дороге: той самой, которая вела к Пинангскому мосту. Он уже виднелся далеко впереди, высокий и величественный, а под ним в солнечном свете искрилась водная гладь.

– Куда мы едем? – озабоченно поинтересовалась она у Уолтера, вмиг позабыв об их ссоре.

Уолтер не поднимал на нее глаз, но и гладить кота перестал. Теперь Айше захотелось, чтобы он вернулся к этому занятию.

– Я попросил отца сделать одну остановку.

Море росло на глазах. Когда наступит конец света, оно породит цунами, но пока вода спокойно колыхалась, играя яркими бликами. Башни на мосту по мере приближения к ним становились все выше и выглядели устойчивыми.

– Мы едем на пляж, – догадалась Айша. – Наш пляж.

– Если ты не против, конечно, – ответил Уолтер. Он все еще казался отстраненным, равнодушно буравя взглядом кошачью шерсть цвета карри.

Айша не понимала, почему потянуться к нему и дотронуться до нагретого солнцем плеча стало такой непосильной задачей. Ей отчаянно хотелось это сделать. Но она не могла.

– Конечно я не против. Мне и правда хотелось бы туда заглянуть.

Уолтер пожал плечами – быстрое короткое движение – и больше ничего не сказал.

А дом на колесах тем временем выехал на длинный мост.