Джон Леннон и Йоко Оно

А ночью во время бессонницы я вспомнил еще одно указания группы местных памятников, конкретно Мисс Свобода это, вроде, сказанула — про лидера группы Битлз и его японскую подругу. Ну да, дата смерти Джона намертво сидела у меня в памяти — 8 декабря 1980 года, даже время помнил, 22.50 по местному. И кто его замочил, у меня тоже отложилось, некий Марк Чепмен, абсолютно ничем не примечательный американец, у которого с детства был комплекс неполноценности.

Итого у меня было два выхода из этого тупика — предупредить как-то Леннона, либо сделать что-нибудь с этим злосчастным Чепменом, чтоб он не вышел на траекторию пикирования через 5 лет… я выбрал второе — к Леннону меня вряд ли кто допустит (хотя кто его знает, как тут безопасность вип-персон обеспечивают), а ни к кому не известному Чепмену подход будет свободным, я думаю.

Я перевернулся на другой бок и начал вспоминать, что я знаю про этого шизика, завалившего мировую рок-звезду возле ТЦ Дакота… это, кстати, совсем недалеко от тех мест, где я недавно побывал — и от Мэдисон-Сквер-Гардена, и от бродвейских театров, угол Централ-парк-вест и 72-й Западной стрит. Но ладно, решил я, отставим Леннона с его ненаглядной Йоко в сторону и займемся лучше товарищем Чэпменом… хотя скорее всего его товарищи доедают лошадь в густых тамбовских лесах.

Я встал с кровати, все равно сна ни в одном глазу, вскипятил чайник, пока они еще должны на плите греться, до электрических гаджетов еще десяток лет остается. Заварил чай из пакетика и продолжил размышлять о делах своих скорбных. Чепмен-Чепмен, что мы о нем знаем… родился где-то в Техасе, с детства фанател по битлам, но в итоге разочаровался в них после известного сравнения Леннона с Христом. Это что-то сдвинуло в его мозгах, в результате чего он перешел из битловских фанатов в хейтеры… вообще он планировал убить большой круг знаменитостей, Дэвида Боуи там, Элизабет Тейлор, Кирка Дугласа, но в поле его зрения остался в итоге один Леннон.

Его убийство он и начал планировать начиная с этого, прямо, 1975 года. Конкретно сейчас он должен находиться где-то в Джорджии, работать в Пресвитерианской церкви и крутить роман с настоятельницей этой церкви. Вот здесь с ним можно и поработать. Джорджия это же совсем недалеко от Нью-Йорка, как будто… открыл карту США… ну не так, чтоб и близко — 1200 км по прямой, но явно ближе, чем до России. Ладно, будем думать.

Наутро я после чашки кофе набрал своего кореша Джона и задал ему такой вопрос:

— Ты никогда не бывал в Атланте?

— Знаешь, ни разу, — даже растерялся он, — это ж голимый юг, нас, северян, там не очень жалуют… а почему ты про нее спрашиваешь?

— Да понимаешь… — не сразу нашелся с ответом я, — есть там один товарищ, с коим хотелось бы встретиться…

— Понял, опять ваше кей-джи-би проснулось…

— Ну, можешь считать и так, — не стал я перечить ему, — надо бы, короче, смотаться туда на денек…

— На машине это далековато, а на авиа вполне доступно, — сразу же перешел Джон к конкретике, — и не очень дорого встанет.

— Кэш имеется, — продолжил я, — беру финансирование на себя…

— Тогда поехали, — быстро согласился Джон, — можно прямо завтра, из Джона Кеннеди рейсов пять в Атланту за день улетает.

— А чего тянуть-то, — ответил я, — давай сегодня и полетим, занятия в Хай-скул у нас послезавтра начинаются, два дня свободных…

Короче говоря, уговорил я своего друга, и в половине второго дня мы уже сидели в креслах Боинга-737, готовящегося совершить полет до международного аэропорта Хартфилд-Джексон, что расположен в штате Джорджия (что в переводе на русский означает Грузия). Я даже невольно вспомнил частушку из КВНа 90х годов — в штате Джорджия грузин открывает магазин.

— Я где-то читал, — сообщил я Джону в процессе полета, — что южане у вас даже говорят на своем языке… не совсем английском.

— Да не, — ухмыльнулся Джонни, — язык у них тот же самый, что и у нас, но произношение иногда сильно отличается… например гласные они любят растягивать, например не айс, а аааайс. Еще из переходит в ид — не изн’т, а идн’т. Ну и ударение они очень своеобразно ставят, у нас на второй слог в основном, а у них на первый — пОлис, Инсуранс, дИсплей, хОтел…

— Ну полицию, например, я всегда на первый слог ударял, — возразил я.

— Короче, ты понял, они такие же, как мы, но с некоторыми особенностями… и с большими понтами, как говорят у вас в России.

— Да уж куда понятнее, — ответил я, — а с организованной преступностью у них как дела обстоят?

— Не сложнее, чем в Нью-Йорке, — сказал мне Джон, когда наш Боинг делал вираж перед посадкой в Атланте.

— Я тут некоторые изыскания произвел, — сказал я другу, когда мы уже выгрузились в аэропорту (кстати достаточно колхозный на мой взгляд он был), — эта самая Пресвитерианская церковь здесь находится на Пичтрее-1328 (на Персиковой улице, короче… сразу вспомнился хит Юрия Антонова Пройдусь по Абрикосовой, сверну на Виноградную). Можно сразу туда поехать или сначала заселиться в ХотЕль… или, как говорят местные жители — в ХОтель.

— Давай в отель сначала, — откликнулся Джон, — у меня дисконт есть в одну гостиничную сеть.

— В Хилтон? — наобум спросил я.

— Не, ты что, Хилтон это топ списка гостиниц, у меня ваучер в Чойз-хотел, бюджетный вариант…

— Ну погнали в твой Чойз, — кивнул я, — посмотрим, как живут бюджетные американцы.

С такси мы не стали заморачиваться, большой комфортабельный автобус всего за 20 минут доставил нас в центр Атланты. За смешные полтора бакса.

— До отеля пройтись надо, — сказал мне Джон, — с километр где-то.

— Да не вопрос, давай прогуляемся, — отозвался я, — слушай, а как южане называют вас, северян? В уничижительном смысле конечно…

— Янки, — ответил он, — еще федераты были, но это давно.

— А вы как их называете?

— Дикси… а если совсем уже грубо, то Ребсы… это от Ребелс — мятежники то есть.

— А Дикси это что?

— Когда-то так все южные штаты называли, земля Дикси… о, а вот и первые южане…

Прислонившись к стеночке, у нас на дороге стояли трое тинейджеров в модных джинсах-клеш и рубашках невообразимых расцветок… тепло было в Атланте, и без джемперов можно обойтись. Все они курили, как паровозы и поминутно сплевывали под ноги.

— Стоять-бояться, — негромко сказал нам один из них, видимо старший. — Янки? Вы с какого дистрикта?

— С 13-го, — первым ответил я, — знаешь, где это?

Видимо что-то пошло не по плану, так как главарь этот, детина под два метра с рыжей щетиной на подбородке, вдруг запнулся и подбирал ответ добрых полминуты.

— Ты че какой дерзкий, — наконец нашел нужные слова он, — в табло хочешь получить?

Мимо нас проехала полицейская машина, из которой внимательно оглядели всю нашу группу, но видимо ничего криминального не нашли, поэтому уехали дальше.

— Не, в табло не хочу, — я тоже подобрал нужные слова, — мне церковь не велит драться.

— Какая еще церковь?

— Пресвитерианская, — пояснил я, — мы туда и приехали. Не подскажешь, где их тут искать?

— На Пичтри, — нехотя вымолвил детина, — проходи, мы малохольных не трогаем.

— Молодец, — похвалил меня Джон, когда мы уже заселялись в гостиницу (одна ночь обошлась нам в червонец — по-божески), — быстро ты с этими парнями разобрался…

— Опыт Нижнереченска пригодился, — улыбнулся я, — а что это за пресвитерианцы, не подскажешь? Чисто чтоб в теме быть…

— Без проблем, — улыбнулся Джон, — зайдем перекусить куда-нибудь, там и расскажу.

Зашли мы прямо по соседству в заведение под названием Тако-Белл, специализирующееся на мексиканской кухне, как я успел прочитать на биллборде рядом с входом. Там значилось много непонятных названий типа буррито, кесадильо и начос, но спорить я не стал — Мексика, значит Мексика.

— Так вот, про церковь, — начал Джон, когда мы сели за столик со своими заказами (я взял буррито, оказавшееся типичной шаурмой, а он заказал начос — чипсы из кукурузы с подливами), — пресвитерианство это разновидность протестантства… только родом из Швейцарии, кальвинизм ее еще называют…

— Кальвин…Кальвин, — задумался я, — Кальвина Кляйна знаю, но это наверно не то…

— Не, Кляйн это модельер модный, — потряс головой Джон, — к нашему делу никак не относится. А швейцарский Кальвин был тем еще чудом… но религию имени себя сумел сделать. В чем ее отличия от традиционного католицизма, интересно?

— Конечно, — сказал я, уплетая буррито, — рассказывай.

— Если вкратце, то все протестанты выступают за упрощение взаимосвязи человека с богом — церковь у них выполняет чисто утилитарные функции… ну как нотариус например. Молельные дома у них без украшений, просто прямоугольник с крестом, все литургии и католические праздники отменяются. Короче, католицизм на минималках, если по-нашему…

— А ты сам-то к какой вере принадлежишь? — не смог я не задать такой вопросик.

— Католики мы все, — честно признался он, — родом из Ирландии, там все эти модернизации религии мимо как-то прошли.