Строго на северо-восток.

Сейчас, пока буря.

Учитывая все, что я знал о бурях в здешних местах, это звучало как предложение убить машину в песках. Застрять на входе, а потом топать пешком по жаре, мимо призраков, пока новая буря не попытается нас доконать.

Я вполне доверял Штальману, но никак не мог понять причины его требования мчаться прямо сейчас.

На решение у меня оставались считанные секунды. Еще немного — и песчаная лавина накроет нас…

И в этот момент сквозь помехи до меня донеслось:

— … Хопкинс!..

И одновременно со Штальманом то же самое имя выдохнул Крестоносец.

— Хопкинс! Он уже приземлился на точке!..

И вот тогда я все понял.

Я дернул руль в сторону и вдавил педаль газа в пол. «Туран» с заносом развернулся и вынырнул из укрытия — всего в паре десятков метров до песчаной стены. Мотор отчаянно зарычал, загудел, и мы помчали вперед, дразня всех дьяволов этой пустоши своим ускользающим задом.

Ветер завыл на такой ноте, что у меня заложило уши даже сквозь шлем. Заднее стекло «Турана» вмиг покрылось слоем песчаной крошки.

— Ты думаешь, он нас догонит?.. — перекрикивая гул, спросил меня Локи, вцепившись одной рукой в свое штурманское кресло, а другой — в поручень в потолке.

— А ты думаешь, нет? — откликнулся я, сжимая покрепче руль. — Он знает, где мы, и его вездеходы — настоящие скоростные монстры. Но пока вокруг такое… — я на секунду умолк, объезжая резко сдвинувшееся марево призрака. — Ни одна марионетка не высунет нос из укрытия, чтобы увидеть, куда мы двигаемся! А значит, мы сможем проскочить в коридор Аэтер, не спалив точку перехода! И наша погоня останется здесь!..

Песчаная лавина позади постепенно ускорялась. Мне казалось, она становилась все выше, и теперь могла бы с легкостью укрыть здание этажей на двадцать. Она поглощала развалины, останки машин — всё, что попадалось на пути, скрывалось из зоны видимости и будто бы вовсе исчезало из этого мира.

«Туран» вилял по песчаной целине, то и дело проваливаясь колесами в сыпучие ловушки, но я тащил его дальше, удерживая курс на северо-восток.

— Слева! — предупредил Локи.

Я рванул руль вправо. Мимо, в паре сантиметров от зеркала, пронеслись два небольших сцепившихся друг с другом призрака. Электроника машины моргнула, но снова включилась, едва мы проскочили мимо.

Пронесло!

— Там обломки!.. — вскричал Крестоносец, вскинув руку вперед у меня над плечом.

Я и сам уже видел: прямо по курсу из песка торчали останки железобетонной балки, перечёркивая путь. Объехать — значит подставить бок лавине, которая уже почти настигла нас.

— Держитесь!

Я вдавил тормоз, одновременно выворачивая руль на самое гладкое, без торчащих железок, место. «Туран» занесло, нас швырнуло вбок, и машина с хрустом проехала по балке, царапая и сминая защиту на днище. Но не застряла.

В зеркале я видел, как лавина сожрала то место, где мы были мгновение назад.

Амару тоже обернулся, словно надеялся что-то увидеть сквозь залепленное песком стекло.

А перед нами возникла целая череда призраков. Они двигались волнами, как медузы в океане, перекрывая дорогу. Я принялся объезжать их, но каждый манёвр отнимал время, а лавина дышала в затылок. Пот застилал мне глаза, в висках стучало — то ли от бури, то ли от напряжения.

Ну же, давай! Еще немного, и побыстрее!..

В мою голову ворвался белый шум, и сквозь него уже гораздо отчетливее прозвучал голос Генриха Штальмана.

— … Ты сбиваешься с направления!.. Монгол! Доверни на одиннадцать часов!..

Твою мать, если бы это было так просто!

Вся моя навигационная панель сейчас мерцала, как новогодняя елка. Приборы то вырубались, обнуляя данные, то включались снова.

И в этот момент по песку полыхнуло ветвистыми голубоватыми молниями. Я дернул руль в сторону, уклоняясь от разряда. Машина утробно зарычала, на панели замигали предупредительные огоньки.

Мощность начала падать, показатели на приборах обрушились вниз.

— Черт, сраные фильтры забиваются!.. — ругнулся я, на глаз забирая еще немного влево и вжимая педаль в пол. В машине запахло паленой резиной.

— Кончено, — тихо сказал Крестоносец. И в следующую секунду «Туран» загудел натужно и глухо, а потом дернулся и встал, будто влип в смолу.

Раз, два, три — и лавина накрыла нас. Машина просела. Песок застелил все окна, в ушах зазвенело. Включилось аварийное освещение — омерзительно тусклое, желтое.

— … Ты почти у цели!.. — снова прорвался в мою голову голос Штальмана. — Всего два километра!.. Монгол, они идут за вами!..

Я уронил руки на руль.

Отлично.

Они идут за нами.

Я думал, Хопкинс ринется в погоню только когда все закончится. Но он решил не ждать, чтобы не упустить нас. И сейчас где-то там сквозь пыль и песок мчатся его мастодонты.

А мы здесь застряли!..

И тут я увидел в зеркале, что Крестоносец снимает с себя защитный костюм.

— Эй, ты что делаешь?.. — обернулся я.

— Шлем я оставлю, — примирительным тоном уверил он меня.

— При чем тут шлем⁈

— Ну, там переговорник, — пожал могучими плечами Крестоносец. — А то как иначе ты меня слышать будешь?

— Кто-нибудь, врежьте ему за меня хорошенько по этому самому шлему! — вспылил я.

— Некогда спорить, нам идти надо, — мягко возразил Крестоносец.

— Куда идти? — Уставился на него Локи. — Ты о чем?..

— Я, конечно, надел твой костюм, Монгол. Из уважения к тебе и твоей заботе о команде. Но он будет мешать мне чувствовать бурю, — продолжал Крестоносец, окончательно стащив с себя войсковой комбинезон. И, наклонившись, он принялся стаскивать с себя ботинки с носками.

— Ты решил нас добить с тылов? — сморщил нос Локи.

— Как будто твои клиенты пахнут приятней, — бросил на него Крестоносец взгляд исподлобья.

— Даже не сомневайся! У меня клиенты — исключительно свежие, я лежалыми покойниками не интересуюсь.

— Я решил провести вас сквозь бурю, — терпеливо, назидательным тоном возразил тот. — А ты мне носки нюхаешь. Нехорошо!

— Что значит «провести сквозь бурю»? — тихо спросил Амару.

Я глубоко вздохнул.

— Крестоносец раньше жил в пустоши. И научился каким-то образом передвигаться во время бури без защиты и без вреда для своего здоровья, — пояснил я. — Вот только там все было по-другому.

— Бури, Монгол, по сути все одинаковые, — спокойным, рокочущим голосом ответил Крестоносец, словно утешал меня. — Посильнее, послабее — неважно. Благо идти нам недалеко. Так ведь?

Я нехотя кивнул.

— Да, я поймал волну Аэтер. До точки входа осталось около двух километров…

Крестоносец меня не дослушал. Обернулся, напрягся всем телом, играя мускулами под тонкой рубашкой.

— На выход все, — резко и громко приказал он. — Сейчас, живее!

Мы рванулись наружу. Локи и Амару — с правой стороны, мы с Крестоносцем — слева. Горячий песок хлынул внутрь кабины. Я выскользнул наружу, ухнув почти по пояс в сыпучую кашу. Песчаная взвесь захлестала по костюму и визору. Откуда-то со спины, нарастая с каждым мгновением, приближался специфический гул, смешанный с электрическим треском. Амару оступился, глубоко провалившись одной ногой в песчаную ловушку, и Локи подхватил его, вытаскивая на поверхность.

— Живее, прочь от машины и вниз! — прохрипел голос Крестоносца в динамике переговорника, и мы со всей силы бросились в разные стороны, прижимаясь к земле.

И в этот момент небо над нами полыхнуло фиолетово-синим светом. Энергетический жгут толщиной с бревно хлестнул по корме «Турана», оплавив задний бампер. Машина дрогнула и просела глубже в песок.

А потом последовал еще один удар. «Туран» жалобно взвизгнул металлом, наполняясь фосфоресцирующим маревом, и задымил.

Повернув голову, я видел, как прямо над нами пролетают голубые молнии, испуская отравляющее свечение. Все внутри судорожно сжалось, дышать стало невозможно.

Крестоносец стоял в нескольких шагах от машины. Босой, в шлеме и с автоматом на груди, в трепыхающейся на ветру льняной одежде. Во весь рост, на единственном пятачке, не затронутом разрядом. Будто существо из иного мира.

— Теперь поднимаемся и уходим, — раздался его спокойный голос из переговорника. — Я попробую вытащить из «Турана» рюкзаки, но вы к машине не приближайтесь. Если не хотите пополнить ряды местных юрок.

Он двинулся к машине, стащил автомат и дулом осторожно зацепил и вытащил наружу один из рюкзаков. Потом — еще один. Выпрямился, покрутил головой, озираясь.

Я непроизвольно сделал то же самое. И увидел, как по земле, прямо по поверхности песка, извиваясь, медленно ползет фиолетовый зигзаг, распускаясь множеством отростков.

— Амару, на четыре шага ближе к Монголу! Сейчас! — крикнул Крестоносец, без усилий подхватывая одной рукой оба тяжелых рюкзака.

Парень быстро сдвинулся ближе ко мне, и буквально через пару секунд этот ползущий зигзаг взметнулся вверх и ударил, как хлыст, аккурат в то место, где он только что стоял.

Амару невольно уставился на пятно остекленевшего песка — видимо, представлял себя там.

Крестоносец между тем быстрым шагом подошел ко мне, сунул в руки один из рюкзаков.

— Остальные не достать, так что уходим, с чем есть, — сказал он, закинув второй рюкзак себе на спину. — Сейчас будет небольшое затишье. Двигаться строго за мной, на расстоянии одного шага! — Обернулся он на остальных. — Если я ушел вправо — вы уходите вправо, если я прижался к земле — вы тоже прижимаетесь. И тогда все будет хорошо.

Я обернулся на «Туран». Активировал дистанционный удар и выверенным, плавным движением нахлобучил на него сверху еще песка. Теперь машину будет еще трудней разглядеть. Потом сориентировался в пространстве.

— Нам вообще надо туда, — указал я рукой направление.

Крестоносец кивнул.

— Хорошо. Идти будем петляя, но не волнуйся — я не собьюсь.

Он шагнул вперёд, босыми ногами ступая по раскаленному песку. Следом за ним пошел Локи, за Локи — Амару. Я замыкал нашу цепочку. Ноги сначала очень глубоко проваливались в рыхлый песок, и двигаться получалось медленно. Потом дело пошло быстрее.

Мы продирались сквозь ветер и песок, забирая то вправо, то влево, замедляя и ускоряя шаг. Мы наклоняли головы, и над нами били голубые молнии. Обходили призраков. Справа и слева воздух наполнялся зеленовато-голубой дымкой, а мы проходили мимо этих клубов, будто по невидимой узкой косе посреди волнующегося моря.

Вечер становился все гуще. И чем насыщеннее становилась тьма, тем ярче и фантастичнее сияла пустошь.

Минут через двадцать, когда первое напряжение спало, я в полной мере оценил великолепие момента. Это было почти за гранью реальности: пустошь, буря и мы, медленно движущиеся среди сияния, как множество теней одного человека, до мелочей повторяющие каждое его движение.

Это было захватывающе.

А потом сквозь это мерцание и песчаный туман я отчетливо различил вдалеке отблеск фар.

Штальман не преувеличивал. Хопкинс и правда шел за нами по следу, безбоязненно подставляя крыши вездеходов под удары разрядов.

Ну же, где переход?

И в этот момент я натолкнулся на внезапно остановившегося Амару. Который в свою очередь врезался в Локи.

А на том месте, где только что стоял Крестоносец, ветер заносил следы его ног.

— Вперед! — скомандовал я, и мы один за другим перешагнули невидимый рубеж рифта.

Земля ушла из-под ног, пустой желудок судорожно сжался, перед глазами потемнело…

И в ту же секунду я очутился в ярком солнечном дне.

Только среди ослепительно сверкающих на солнце снегов и серых скал.

Система климат-контроля костюмов замигала сигнальными маркерами, визоры запотели, так что нам пришлось их тут же открыть.

Крестоносец, с мгновенно раскрасневшимися на снегу ступнями, растерянно вертел головой во все стороны.

— Это же вроде рифт?.. — пробормотал он, прижимая к груди снятый шлем.

Я широко улыбнулся в ответ.

— Да, они здесь бывают без визуальных эффектов! Мы действительно это сделали!..

Не знаю, насколько при составлении коридора из рифтов Аэтер может контролировать расстояния между арками перехода, но по счастью ли или по душевной доброте Штальмана следующий проход мы нашли буквально за пять минут и шагнули в него.

И вот этот второй рифт после всего, что мы только что пережили, произвел просто ошеломительное впечатление.

Легкий теплый ветерок, температура воздуха около двадцати пяти градусов Цельсия, влажность — порядка семидесяти процентов, мягкая сочная трава по колено, журчание извилистой мелкой речушки, простирающиеся во все стороны холмы и малиновый закат вдалеке.

— А тут… Уютненько, — прищелкнул языком Локи. — Как в кино. Только непривычно, что интерфейс молчит. Мне категорически не хватает этих поэтичных названий и букво-циферных комбинаций. Цивилизация три ноля хер поймешь «Кровавая жопа дракона» активирована, — подражая голосу электронного помощника, провозгласил он. — Задание один: всех убить и самому не сдохнуть!..

— Не люблю, когда в рифтах уютненько, — проворчал я, держа автомат наготове. — Обычно ничем хорошим это не заканчивается.

— Монгол прав. Даже в райском саду, у Бога за пазухой, и то нашелся один гад ползучий… — хмуро заметил Крестоносец, пристальным взглядом осматриваясь по сторонам.

Ветерок опять зашелестел травой, и на этот раз мне показалось, будто что-то металлическое блеснуло в высоких зарослях над рекой, справа от нас.

Я предостерегающе поднял вверх руку.

Все вопросительно обернулись на меня. Я указал направление. Осторожно спустил с плеч тяжелый рюкзак и мягкими, бесшумными шагами двинулся к зарослям.

Поднимать шум стрельбой, не имея для этого веского повода, мне не хотелось. Мало ли, может, там просто труп лежит в броне. Или какая-нибудь диковинная дикая тварь. Или просто местный рыцарь девицу в кусты затащил.

Трава снова зашелестела, и на этот раз точно не от ветра. Что-то пробиралось поближе к нам, выдавая себя тусклыми металлическими проблесками в закатном мареве. За спиной я слышал, как тонко зазвенели клинки Локи, будто вынутые из ножен.

Шаг. Еще один.

Раздался утробный вопль, и из зарослей на нас выскочили пятеро существ, поразительно похожих на наших юрок-щитовников.

Сгорбленные, почти полностью покрытые тёмно-серыми наростами с металлическими проблесками.

Первый из них с такой неожиданной прытью одним прыжком сиганул ко мне, что я с трудом увернулся, тут же активировав ускорение.

И сразу стало понятно: только двое существ из этой толпы не обладали ускоряющими мутациями. Остальные хоть теперь и не выглядели такими уж проворными, тем не менее оставались вполне подвижными и даже энергичными!

Локи на скорости подскочил к ближайшему подвижному «броненосцу» и всадил свой клинок тому под челюсть. Кровавый фонтан начал распускаться цветком вокруг раны. Локи, увернувшись от когтистой лапы, с усилием выдернул меч из раны.

— Как любопытно! Они очень плотные! — чуть замедленно для меня крикнул он, в то время как я обдал биокоррозией сразу двух «активистов».

Ядовитая дымка слизнула кожные покровы с их рук и лиц — там, где тела не были защищены наростами. Уродцы взвыли и… Бросились на меня!

Я отскочил в сторону, отшвырнул их от себя дистанционным ударом, пока Локи подскочил к замершим противникам.

Активировав «убийцу», я метнулся к одному из раненых и с размаху всадил клинок аккурат промеж двух защитных пластин на груди. Готово.

Теперь последний!

— А-ааа! — раздался позади вопль Локи. — Твою мать, это не режется!..

Я обернулся.

Один из застывших уже лежал на траве, пачкая ее кровавыми разводами. А вот второй, на котором слои щитов срастались в толстые корявые массы, все еще щерил клыки и медленно поворачивался в сторону, в то время как Локи, оставляя белесые следы на его броне, пытался найти в ней слабые места.

А потом с досады просто вонзил правый клинок в приоткрытую пасть существа.

Тем временем мой второй «активист», которого я отшвырнул только что в заросли, неожиданно…

Нет, не прыгнул, не бросился на меня, лязгая зубами.

Он ломанулся прочь! На четвереньках, ломая ветки кустарника и буквально растворяясь в траве в считанные секунды.

Локи с воплем выдернул сталь из глотки осевшего ему под ноги уродца.

— Вот суки, из чего они вообще сделаны⁈ — выругался он, трансформируя клинки обратно в руки. Причем правую кисть покрывали кровавые волдыри.

Я сдернул с головы надоевший шлем, вытер ладонью взмокшее лицо. Подошёл к телу последней жертвы Локи. Тот еще хрипел на вдохе, выпуская из разорванной пасти кровавые пузыри. Краем глаза заметил, как на него тяжелым взглядом уставился Амару. Еще один хриплый вдох — и «щитовник» безжизненно растянулся на влажной траве.

Наступила тишина. Только журчание воды и мой собственный хриплый выдох.

— Как думаешь, это местные? — спросил Локи с плохо скрытой надеждой в голосе. Будто хотел, чтобы я сказал: «да, это просто здешняя фауна, проехали».

Я присел рядом с телом. Пощупал наросты. Как будто кость вперемешку с тонкими стальными пластинами. Серыми и крупинчатыми…

— Сомневаюсь, что это местные, — сказал я. — Фактура их панцирей слишком своеобразная и уже знакомая. Точно такую же я видел у тех юрок в пустоши. Помнишь? Внешним видом и поведением похожи на щитовников. Не лишены чувства самосохранения, способны устроить засаду. Если что, щитовники даже оружие могут использовать и создавать крепкую иерархию внутри группы. А еще эта их броня… Не думаю, что случайная мутация. Такое ощущение, что это какой-то специально созданный вид. И попали они сюда из нашего мира.

Я выпрямился.

— Крестоносец, раскрывай рюкзак! Надо обработать руку Локи и на всякий случай уколоть сыворотку. Еще тест на токсины сделай — кто знает, может, в их слюне или крови содержится какая-нибудь дрянь. А я пока осмотрюсь.

Кивнув парням, я закинул автомат на спину и двинулся вдоль реки.

В голове теснились мысли.

В пустоши появились юрки. Обычные и странные.

И эти странные юрки пробрались в коридор рифтов Аэтер.

Я не понимал, что именно происходит, но одно было очевидно: ничего хорошего это не сулило.

Солнце между тем опускалось все ниже. На горизонте за холмами проступила широкая полоса леса. Ветер переменился, и теперь он приносил за собой смолистые, хвойные запахи.

В первый момент я им даже обрадовался. Давно мне не доводилось вдыхать такой чистый и душистый воздух.

А потом я разобрал в нем сладковатые нотки дыма.

Я ускорился. Не слишком сильно, чтобы передвигаться без лишнего шума, но достаточно, чтобы добраться до леса раньше, чем опустится ночь. И найти источник этого запаха, который становился все более отчетливым.

А потом я увидел световое пятно и язычок костра, вокруг которого расположились человекообразные силуэты.

Активировав одновременно убийцу и соколиный взгляд, я приблизил картинку и присмотрелся…

Это были те самые панцирные юрки! Они сидели на земле у костра, раскачиваясь из стороны в сторону, и стояли небольшими группками в отдалении, занятые непонятно чем.

Но самое странное было не в этом.

А в том, что у костра вперемешку с юрками сидели…

Люди. Трое мужчин в тактических костюмах с оружием и обвесами.

От удивления у меня даже фокусировка сбилась.

Что, черт возьми, здесь вообще происходит?..