Я терпеть не мог эту свою новую квартиру.

Будь моя воля, я бы вернулся жить в общагу, где теперь обитал мой неоднозначный товарищ Локи. Но зачем путать уважаемых людей? Так что я остался жить в «Бархатцах», где после случившегося почти не осталось жильцов и где до десяти часов вечера тарахтели машины и матерились рабочие, расчищая двор и подъезды к ЖК.

Сегодня, после похорон, я тоже вернулся сюда.

В кухне на подоконнике все еще лежали забытые Лексой сигареты. Тонкие, розовые, со сладковатым запахом. В спальне стояла незаправленная кровать — я так ни разу и не ложился там, обходился диваном в гостиной.

Первым делом я отметился на нескольких банковских сайтах. Оставил вопрос об условиях содержания приватной ячейки и способах обеспечения сохранности ее содержимого.

Потом развалился на диване, положил рядом пистолет на всякий случай и включил ленту в голосовом режиме управления. Изображение проецировалось в очень высоком 3D-качестве, будто у меня в стене открылось окно, в которое заглядывали всякие политики, музыканты и, конечно же, всякие полуголые девушки, рекламирующие бытовую чушь.

Видео с похорон я тоже нашел. Журналисты щедро осыпали Лексу комплиментами, что-то говорили про откровенный шок и глубочайшее потрясение корпоративной элиты, параллельно накидывая множество портретов присутствующих. И действительно, чуть ли не на каждом женском снимке в кадр попадали руки крупным планом. Идеальный ракурс для привлечения внимания. Все, как говорила Анна. Полагаю, ювелирные бренды останутся довольны.

И вдруг в дверь постучали.

Или, вернее, несколько раз долбанули со всей дури — то ли ногой, то ли кулаком.

Я подобрался. Прислушался к своим ощущениям. Внутри все оставалось спокойным и ровным. Не похоже, что сейчас я получу то, на что охотился.

Кого же тогда ко мне принесло?

Я сунул пистолет под ремень за спину, поднялся и открыл.

На пороге стоял… Локи.

В потертых джинсах, черной майке и мятом кожаном плаще на тощих плечах. В правой руке он держал аккуратный квадратный чемоданчик.

— ЗдорОво, — озадаченно проговорил я, в то время как Локи, без стеснения отодвинув меня от двери, вошел внутрь. — Тебе что надо?..

Локи ответил довольной улыбкой сытой гиены.

— Дверь прикрой, чтоб не сквозило. Я к тебе с сюрпризом.

Я не стал говорить, что само его появление здесь в этот час — уже само по себе сюрприз, причем неуместный. Захлопнул дверь, в то время как мой внезапный гость не разуваясь проперся по коридору в гостиную и плюхнулся на мой диван.

— Что там у тебя? — с некоторым раздражением спросил я.

— А ты погляди, — заговорщицки почти прошептал Локи и — открыл чемоданчик.

Сначала я не понял, что там было внутри. Но когда понял…

— Твою ж мать!.. — вырвалось у меня.

Потому что на меня из чемодана смотрели две отрезанные мужские головы, аккуратно затянутые в тонкую и прозрачную пищевую пленку.

— Моя мать, Монгол, была очень доброй и порядочной женщиной, — внезапно совершенно серьезно возразил Локи.

— Совсем одурел? Притащил мне домой расчлененку⁈ — возмутился я.

— Ты меня не дослушал, — спокойно возразил Локи. — Так вот, она была порядочной и честной, в отличие от нашего брата Шута. Помнишь, я тебе говорил, что у меня фобия, будто кто-то за мной наблюдает? Так вот это были они, — кивнул он на чемоданчик. — Видимо, пан Данилевский никак не мог отпустить своего темного двойника жить, как ему вздумается.

Я захлопнул ногой чемодан.

— Даже если так, нахрена убивать было⁈

— А ты думаешь, они мне с порога представились, что ли? — взорвался вдруг он. — Я вот этого… — он снова распахнул чемодан и выхватил одну из голов, демонстрируя мне. — выследил, а вон тот, — ткнул он пальцем в другую, — на меня попытался накинуться! Ну а дальше… Они уже ничего бы не успели, даже если бы постарались. А потом я нашел у них это…

Он вытащил из кармана и отдал мне карту-ключ с пометкой корпорации Данилевского.

Локи разжал руки. Голова с глухим стуком снова упала в чемодан.

Джокер глубоко вздохнул и поднял на меня совершенно детский, ясный взгляд.

— Как ты думаешь, он сильно рассердится?..

Как будто, блин, речь шла о взятом без спроса мопеде!

— Я думаю, он будет в ярости, — честно ответил я. — Мне, кстати, тоже достанется. Потому что я даже слова сказать ему не успел про тебя, взял на себя ответственность, и вот…

— Вот и чудесно, что он будет в ярости, — расплылся Локи во внезапной довольной ухмылке, уже через секунду превратившуюся в перекошенное от злости лицо. — Потому что надо быть идиотом, чтобы пускать за мной хвост! Что, большой начальник стал? Так ты передай этому начальнику, что бог троицу любит. Могу для ровного счета к этим черепушкам и его собственную приложить, если он еще хоть раз попробует стоять у меня за спиной и подсматривать из-за плеча, что я делаю!

Я открыл было рот, чтобы хорошенько осадить его, но Локи тем временем продолжал:

— К слову, тебе тут тоже кое-что интересно будет… — он запустил руку в свой второй карман и высыпал на стол пригоршню датчиков, которые со стуком разбежались по гладкой поверхности. — Лови волну, как говорится. Это я в нашей совместной общаговской берлоге нарыл.

Я удивленно приподнял брови.

— Жучки?..

— Заводские номера пробиваются легко и ведут прямиком в реестр соответствующей службы безопасности. Может быть, он их поставил недавно, чтобы слушать меня. А может, это было сделано раньше. Чтобы слушать кое-кого другого.

Я нахмурился. Взял в руку один из «жучков».

— И как ты их нашел?

— Да так. Повод прибраться появился. Они бесхитростно были спрятаны.

— Понятно… — задумчиво проговорил я. Посмотрел на жучки. На головы. На Локи.

Хотел бы я знать, врет он сейчас, привирает или говорит правду?

И в этот момент внутри меня знакомо шевельнулось недоброе предчувствие. Как раз за мгновение до того, как моя железная дверь с грохотом вывалилась внутрь коридора вместе с петлями.

В квартиру ворвались двое мужчин, проскочили от входной двери к гостиной… И вдруг на секунду замялись, вылупившись на содержимое открытого чемодана.

— Гляди, Монгол. Еще две черепушки пришли! — радостно воскликнул Локи с широкой плотоядной улыбкой. — Кучеряво живешь, бро! И главное — весело!..

И тут эти двое бросились на нас. Синхронно. Не сговариваясь.

Парень справа, который был покрупней и повыше своего напарника, с размаху ударил ладонью по воздуху, и мебель в квартире заскользила к стене, мелочи со стола, пола и полок со стуком и бряцаньем ударили в обои. Я на скорости едва успел выскользнуть из-под атаки на другую половину комнаты, за спины нападавших, в то время как второй убийца, с кучей мерцающих девайсов в лысой голове, бросился по направлению к замешкавшемуся Локи, который не успел увернуться от дистанционного удара и сдвинулся вместе с диваном к стене.

Треск!

Подлокотник дивана разлетелся в щепки — это Локи оттолкнулся от него ногами для рывка. Джокер взмыл вверх, неестественно выгибаясь в полете, как плеть. Его правая рука трансформировалась в тонкий гибкий клинок и со свистом опустился вниз, метя в голову лысому.

Но не достал, потому что клиент мигнул — буквально исчез с того места, где был только что, и возник на пару метров левее.

— Уйди с дороги! — крикнул я Локи, и когда тот метнулся в сторону, ответил уродам так же дистанционно. Просто выбросил руку вперед, даже не целясь. Ударная волна от моей ладони буквально впечатала лысого мудака в стену напротив. Он проломил гипсокартон по пояс, поднимая облако белой пыли.

А вот второй устоял. В момент атаки прямо перед ним сверкнул щит. Но не такой, к каким я привык. Не радужная преграда, и не кокон. А скорее подсвеченное зеркало. Ублюдок обернулся ко мне, что-то прошипел, судорожно стиснув руки в кулаки — и в это мгновение я почувствовал, как невидимая петля сдавила мне горло.

Тем временем Лысый, с железными имплантами в черепе, уже стоял в углу. Он выгнулся вперед, и из его солнечного сплетения в Локи полетела лавина острого, как стекло, и прозрачного льда. Она хлестнула по черному плащу, разрезая его, впиваясь Локи в грудь и плечи, красными отметинами разрезая щеки.

С трудом хватая воздух ртом, я активировал убийцу. Из ладони плавно проклюнулся ядовитый клинок с маслянистым зеленым мерцанием на лезвии. Ну же, давай, в этот раз я хочу, чтобы ты вышел из руки полностью! Еще одно внутреннее усилие — и клинок оформился окончательно, лег мне в руку. Миг — и я метнул его в Лысого.

Тот ловко увернулся, используя ускорение.

Шустрый, гад. Вот только я шустрее.

Не обращая внимания на усиливающееся удушье, я воспользовался пространственным коридором. Один шаг — и я очутился практически вплотную к Лысому и по самую рукоять вонзил в него свой ядовитый клинок.

— Второго не убивать! — крикнул я, глядя в еще живые, но уже подернутые мертвенной пленкой глаза Лысого. Тот содрогнулся — и из его рта фонтаном выплеснулась кровь.

Окровавленный Локи со счастливым оскалом быстрой тенью скользнул к зеркальному, вскинув два клинка вместо рук. Удар! Комната наполнилась оглушительным, резонирующим звоном. Петля на моей шее ослабла, но Локи отшвырнуло в сторону, из его груди вырвался сдавленный стон.

Понятно. Зеркальный барьер отражает не только дистанционные атаки, но и выпады ближнего боя. А еще он обладает способностью бить и душить дистанционно.

Локи с упрямством разъяренного пса снова набросился на зеркального, осыпая того градом молниеносных ударов, рассчитывая на ошибку противника. Комната наполнилась нескончаемым звоном и лязгом.

Изловчившись, я на максимальной скорости подскочил к зеркальному сбоку, схватил со спины за горло и, сосредоточившись, активировал мутационный блок. Паралич всех способностей! Сейчас!

Я почувствовал, как мое тело будто бы накрыло сверху чем-то тяжелым, в висках привычно застучал пульс.

Я взрывным ударом вломил ему ногой под колено, и зеркальный рухнул вниз. Локи добавил ботинком в грудь, и парня опрокинуло на пол.

— Попался! — радостно воскликнул Локи и вонзил ему в оба предплечья свои руки-клинки, прибивая тем самым зеркального к полу.

Тот заорал.

Я выдохнул. Присел рядом с ним на корточки.

— Ну-ну, — сказал я, похлопав парня по щеке. — Поверь, это еще не больно. Кто тебя послал? Если скажешь, я тебе даже медиков вызову. Ну так что? Договоримся?..

— Меня… послал… — еле слышно пробормотал он. Я наклонился чуть ниже.

А потом зеркальный плюнул.

По всей видимости, хотел в меня. Как в кино. Но плевок повис розовой пеной у него самого на подбородке.

Детский сад какой-то.

— Очень эффектно, — иронично заметил я. — Но глупо.

— Сейчас дело лучше пойдет, — сказал Локи и вытащил клинок из руки пленного.

Металл дрогнул, возвращая руке человеческий вид. Только из указательного пальца вытянулись два тонких и острых стальных усика.

— Помнишь, я тебе говорил, что у меня есть специфические способности, которые тебе не понравятся? Вот одна из них, — усмехнулся Локи. — Называется «Честное слово». Во время действия отключает в голове всякую творческую самодеятельность.

— То есть?

— Врать не сможет. Как под гипнозом, — пояснил Локи. — Если, конечно, у него в принципе мозги на месте.

— А откат?

Улыбка Локи стала чуть тоньше.

— Будет. Потом. Неприятный. Но ты ведь хочешь правду, Монгол?

Зеркальный задергался, пришпиленный к полу, но я придавил ему грудь коленом.

— Оно его не убьет?

Локи посмотрел на пленного с легким сомнением, будто прикидывал качество материала.

— Само по себе? Нет. Но если там стоит блокировка, самоуничтожение, ментальная петля или еще какая-нибудь корпоративная гадость, обещать не стану.

Я придержал пленнику голову, и Локи поднес руку к виску зеркального. Серебристые усики едва заметно дрогнули и ушли под кожу — неглубоко, почти без крови. Парень дернулся, выгнулся, задышал часто и сипло. А потом вдруг расслабился и обмяк.

— Готово, — сказал Локи. — Минуты две у нас есть. Потом начнет путать слова или отключится.

Зеркальный попытался что-то сказать, но из горла вырвался только хрип.

Я склонился ниже.

— Кто тебя послал?

— Император… — выдавил он и тут же зажмурился, будто сам испугался сказанного. — Импе… Импера…

Локи присвистнул.

Я усмехнулся.

Император, значит?

Вот уж у кого было множество возможностей вбить в крышку моего гроба последний гвоздь. Но почему-то Никитин до сих пор воздерживался. А в этот раз вдруг прислал двух убийц?..

Кроме того, Император теперь прекрасно осведомлен о моих приключениях в Аэтер. И должен примерно понимать мою силу. Так что, подозреваю, будь заказчиком Никитин, исполнителей он бы подобрал получше и помощней. И, думаю, побольше численно.

— Не сходится, — сказал я. — Император послал бы других людей.

Локи наклонил голову, прислушиваясь к чему-то внутри пленника.

— Он сопротивляется. Кто-то заранее вшил ему правильный ответ.

— Тогда надо попробовать обойти ответ, — сказал я. — Император, говоришь? — проговорил я, склонившись над пленником. — Ну и какими же словами он это сделал? Где и когда? Какие задачи перед вами поставил?

— Я не знаю! — с мукой в голосе выдохнул парень. — Не знаю… Он… Прислал сообщение в чат. В интерфейсе. Сказал, ты тот самый Отшельник!.. Назвал время и место…

— Вот как, — удивился я. — А ты, значит, игрок?

— Экспериментальный… Интерфейс… Воссозданный. Не оригинальный. Я… Я вижу чат. И свои способности. Но не включен Кукольником в рейтинги… Я — безымянный номер… пять…

Мы с Локи переглянулись.

Экспериментальный интерфейс? Это еще что за новости?..

— Он сказал… что Император больше не контролирует ситуацию. Что он изменил главному направлению и прежним договоренностям… Имя Императора — как пароль… чтобы ты поверил. Он сказал, если назвать Императора, ты засомневаешься. Хоть на секунду. Этой секунды хватит, чтобы…

— Чтобы довести дело до конца, — закончил я фразу за него.

— Двести очков. Мне пришло сообщение. Что за твою голову отдают двести очков! Хватит, чтобы прокачать мгновенную регенерацию. Он сказал — выживешь… Он сказал…

— Кто — он? Какой у него был ник в чате?

Зеркальный не договорил. Судорога скрутила его тело, из глотки вырвался стон. Зрачки расширились, взгляд застыл — а потом глаза закрылись.

— Твою мать!.. — выругался я. — Он что, умер?..

— Да пока вроде нет, — как-то неуверенно отозвался Локи, вытаскивая свое «честное слово» из тела зеркального.

Я принялся ощупывать шею нашего пленного, пытаясь отыскать пульс.

И, к счастью, нашел.

— Живой вроде, — облегченно выдохнул я.

— А я что-то ничего не понял с этим его особым интерфейсом. Есть какой-то параллельный взвод?..

Я покачал головой.

— Это вряд ли. Ты когда-нибудь видел в чате безымянных? Номер один, или пять?

— Не-а.

— Вот и я тоже. Что-то у меня данные пока не стыкуются… А мог он об этом наврать?

Локи покачал головой.

— Не похоже. Он не спотыкался, не сопротивлялся сказанному. Звучало, как правда. Или, по крайней мере, он сам так думает.

В этот момент я вдруг услышал справа от себя хруст обломков бетона под чьими-то ногами. И обернулся.

В выломанной двери, округлившимися желтыми глазами осматривая комнату, стоял Данилевский. В дорогом сером пальто. С бетонной пылью на черных глянцевых ботинках.

И его лицо было буквально белым.

Еще бы.

Головы в открытом чемодане. Кровь на стенах. Я, склонившийся над безжизненно распластанным телом. Локи с клинком вместо левой руки. Окровавленный труп в глубине комнаты. Все вокруг переломано.

Великолепная картина, ничего не скажешь.

— Что. Тут. Происходит? — спросил Данилевский, и его голос был холоднее и жестче, чем любая ледяная атака.

— Братец, здравствуй, дорогой! — широко распахнув свои объятия и улыбаясь от уха до уха, двинулся к Яну Локи. — Только тебя нам здесь и не хватало!