СРОЧНАЯ РАСПРОДАЖА ГОРЯЩИХ ТУРОВ! Путешествие в XXI век / Отправление в день покупки / Количество мест ограниченно / Популярные активности / Свободный маршрут

✯

– Я возьму этот.

Когда Яну выбрал тур с отправлением в тот же день, сотрудник уточнил:

– Отправление через час, вас это устраивает?

– Да, без проблем.

– Тогда, пожалуйста, ознакомьтесь с договором и подпишите его.

Перед Яну появился экран, полностью заполненный мелким текстом. Парень лишь вскользь пробежал глазами по строчкам и быстро коснулся поля «Согласен».

– Укажите временную линию прибытия.

Яну без колебаний ввёл нужный год.

– Вы собираетесь довольно далеко.

– У меня был друг модели четвёртого года XXI века.

– Судя по тому, что вы говорите о нём в прошедшем времени, его уже нет рядом с вами? Это был гуманоид?

Яну поднял голову. Сотрудник точно понял ситуацию и теперь молча смотрел на него, ожидая ответа.

– Это была умная колонка. Она заразилась вредоносным кодом, поэтому пришлось выполнить полную перезагрузку. В процессе были удалены все данные, формировавшие её личность. Вроде бы друг остался тем же, но одновременно стал совершенно другим. Он рядом, но словно его больше нет.

– Если восстановить данные воспоминаний, возможно, его удастся вернуть. Вы отправляетесь именно за этим? Компания А объявила, что скоро прекратит поддержку услуг по настройке временных эпох для искусственного интеллекта с личностью. К тому же правительство, кажется, выдвинуло законопроект о запрете путешествий во времени в периоды до XXII века. Эта поездка может стать для вас последней.

В конце XXI века компания A запустила услугу по настройке временных эпох для искусственного интеллекта с личностью, приурочив старт продаж к концу столетия. В интервью один из разработчиков рассказал, что вдохновением для появления этого продукта стал корейский фильм 2000 года «Тоже». Генеральный директор, впечатлённый фильмом, поручил разработать технологию, позволяющую находить друзей и общаться, преодолевая границы времени. Хотя идея была новаторской, после запуска сервис привлёк внимание лишь на короткое время и не стал по-настоящему успешным.

Яну снова опустил взгляд и поставил подпись в последнем поле. Сотрудник убрал экран.

– Теперь нужно подтвердить вашу личность.

Яну повернул голову и заправил волосы за ухо. Вдоль края левой ушной раковины у него был вживлён идентификационный чип. Сотрудник провёл по нему портативным считывателем, и инфракрасный сенсор просветил кожу.

– Вижу в вашей записи данные об операции по имплантации искусственных органов и протезов. У нас есть страховка, покрывающая лечение в случае несчастных случаев или заболеваний во время путешествия во времени. Желаете оформить?

Уточнив стоимость, Яну ответил:

– Да, оформите, пожалуйста.

– Не хотите подключить программу «Решение проблем»? В неё входят глоссарий терминов, автоперевод и навигатор. Поскольку вы отправляетесь далеко, в 2004 год, рекомендую приобрести её, чтобы избежать трудностей с языком, бытом и ориентированием.

Яну взглянул на цену. Она оказалась выше, чем он рассчитывал, но, похоже, без неё достичь цели быстро не получится.

– Беру и её.

– Отличный выбор! В данный момент очки, маски и кепки с установленной программой распроданы, так что могу предложить только шлем. Несмотря на вид, он довольно удобен, так что во время путешествия дискомфорта не будет, – сказал сотрудник, протягивая Яну полупрозрачный шлем.

«И за это ещё платить… – подумал Яну, разглядывая громоздкий аксессуар. – Надеюсь, в той эпохе появиться в таком виде будет не слишком странно». Он натянул шлем на голову, ощущая себя неловко.

– Вам очень идёт. Будьте осторожны, если шлем треснет, это может нарушить работу программы. Теперь объясню, как пользоваться капсулой. Она работает в режиме автопилота. После посадки вставьте билет в приёмник, и процедура будет завершена. Внутри можно разложить кресло, превратив его в спальное место. Слева от сиденья вы найдёте энергетические леденцы. Если местная еда вам не подойдёт, можно использовать их вместо обычной пищи. В задней части капсулы есть небольшой туалет. Это устаревшая модель с функцией всасывания, сушки и измельчения, но она полностью работоспособна, можете не беспокоиться. Рядом с туалетом находятся средства гигиены. Они предназначены для использования без воды, подробная инструкция есть на обратной стороне упаковки. И ещё несколько предостережений. Во-первых, постарайтесь замаскировать капсулу, чтобы её не обнаружили. Под сиденьем находится защитный тент, используйте его. Во-вторых, следите за погодой, указанной в путеводителе. Когда начнутся ливни с грозами, воспользуйтесь кнопкой возврата на капсуле. У вас будет только две попытки. Вторая гроза после прибытия – крайний срок возвращения. Его ни в коем случае нельзя пропустить. И последнее: согласно правилам путешествий, дату возвращения разглашать запрещено. Соблюдайте осторожность.

Из-за шлема голос сотрудника звучал приглушённо. Не то чтобы совсем не слышно, но комфорт, о котором он говорил, оказался под вопросом.

– Почему о дне возвращения нельзя никому рассказывать?

– Вероятно, чтобы избежать обнаружения капсулы. Точно не знаю, но таков регламент.

Создавалось впечатление, что сотрудник знает, но не говорит. Яну слышал о случаях, когда путешественники во времени не возвращались, и за ними отправляли поисковые группы. Возможно, эти вещи как-то связаны.

– У вас остались вопросы?

– Нет.

– Тогда вот ваш билет. Можете сразу отправляться к выходу 1370 в зоне B. Это визитная карточка руководителя центра антикризисной помощи для путешественников в пункте назначения. Если возникнут неожиданные трудности, можете обратиться туда. Вот ваш путеводитель, на первых страницах есть рекомендованные активности, не забудьте воспользоваться ими. Это поможет вам заполнить опытные данные. Записи о погоде находятся в конце.

Яну кивнул, получая через окошко билет и путеводитель.

– Перед отправлением вам необходимо принять эту конфету. В ней содержатся нанороботы, предотвращающие неожиданные действия и высказывания, которые могут вызвать путаницу в месте назначения. Они будут регулировать ваше поведение и речь, ограничивая действия, которые могут нарушить правила путешествия. Это обязательная процедура для всех путешественников.

В прямоугольной коробочке, которую протянул сотрудник, лежала розовая конфета в форме сердца. Яну задумчиво посмотрел на неё, затем молча взял и положил в рот. Поскольку внутри находились нанороботы, он не стал разжёвывать её, а просто проглотил целиком.

– Это всё?

– Да, процесс регистрации завершён.

– А где можно обменять валюту?

– Обменный пункт находится справа от выхода.

– Спасибо.

Сотрудник мягко улыбнулся, встретившись с Яну взглядом.

– Приятного путешествия!

✯

В день прихода к власти нового коалиционного правительства приказ о локдауне был отменён. Яну вспомнил слова дяди Чхве: если ехать около двух часов на восток, можно добраться до побережья. Решив наконец осуществить свой давний план, он отправился в путь, но по дороге началась песчаная буря. Ветер достигал 90 м/с, такие бури случались едва ли раз в год, но именно в тот день, когда он покинул город, природа решила сыграть против него. Небо мгновенно почернело. Тёмная пыль за считаные секунды покрыла лобовое стекло. Кто-то закричал: «Все в укрытие!» Последнее, что он запомнил, – как распахивает дверцу машины, пытаясь добраться до убежища.

Когда буря стихла, Яну нашли с серьёзными повреждениями рук и внутренних органов. За пределами города не было медицинских учреждений, способных провести операции по замене органов или установке протезов. Получив сообщение о случившемся, родители Яну заплатили огромную сумму, чтобы доставить его через туннель в крупную больницу подземного города. Когда он пришёл в себя, рука уже была заменена на протез, а в тело вживлены искусственные органы с аккумулятором. Доктор предложил заодно заменить и сломанную ногу на искусственный протез, но Яну даже не стал это обсуждать.

Несколько дней он лежал неподвижно на кровати, пытаясь привыкнуть к внезапным изменениям. «Почему ты, в отличие от старшего брата, постоянно находишь себе проблемы?» – вздохнули родители, навестив его перед тем, как отправиться в давно запланированную семейную поездку. Конечно, им было не по себе оставлять больного сына одного, но, так как билеты за космический тур невозможно было вернуть, пришлось ехать. «Выполняй все инструкции по реабилитации и звони, если что-то случится», – сказали они напоследок и ушли, когда время посещений подошло к концу. Яну остался один.

В кабинете эрготерапии он смотрел через окно на ухоженный сад. Несколько лет назад в честь высадки новых деревьев какая-то крупная корпорация подарила каждой семье, живущей в подземном городе, по маленькому горшку с растением. Тогда это казалось ему пустяком, но после поездки за пределы города он осознал, насколько ценна такая зелень. Он всегда хотел покинуть этот стерильный город, который казался одновременно обитаемым и безлюдным, но теперь на душе было неспокойно. Это неудивительно: его сверстников здесь почти не осталось – многие из них учились на других планетах. Немногочисленные друзья Яну тоже разлетелись. Он не мог понять упрямства родителей, которые настаивали, что жить нужно на Земле, хотя большинство уже переселилось на другие планеты.

– Как-то… одиноко.

Жизнь в больнице была довольно унылой, знакомых здесь не было, да и навещать его никто в ближайшее время не собирался. Чтобы помочь Яну справиться с подавленностью, вызванной внезапными переменами в жизни, больница предоставила ему гуманоидного робота, однако хорошим собеседником он не стал.

Дни тянулись, словно он лежал под мокрым ватным одеялом.

Однажды, проходя через зону отдыха, Яну услышал пение. Звук шёл со стороны скамейки перед гипсовой статуей женщины с кувшином. Неосознанно он направился туда. На скамейке никого не было, лишь лежала портативная колонка. Из неё доносилось громкое, почти надрывное пение. Яну огляделся, но вокруг было пусто. Может быть, колонку просто выбросили? Вряд ли сейчас кто-то ещё пользуется такими устаревшими моделями. Судя по тому, что колонка работала сама по себе, когда никого не было рядом, вероятно, произошла ошибка, заражение вирусом или какая-то неисправность. Когда Яну уже собирался уйти, устройство вдруг прекратило петь и заговорило взволнованным тоном:

– Подожди, не уходи! Ты же там, да? Я знаю, что ты на меня смотришь.

Яну замер и уставился на колонку. У этого устройства даже не было датчиков движения, однако оно заговорило так, будто прекрасно видело человека перед собой. Он поднял колонку и поднёс к уху.

– Я ещё вполне рабочая. И песни отлично пою. Я не надоедливая, не буду маячить перед глазами, как гуманоид. Просто возьми меня с собой. Я сообщу тебе любую информацию, какая потребуется: время, погоду – всё, что захочешь!

Устройств, выдающих информацию, было предостаточно, так что особой необходимости брать колонку с искусственным интеллектом у Яну не было. Но почему-то отказать он не смог. Может, из-за умоляющего голоса, который звучал так трогательно, совсем по-человечески. Прижав колонку к груди, Яну направился в палату.

– Тебя выбросили?

– Что?

– Спрашиваю, тебя выбросили, что ли?

– Чё-то слышно плоховато…

Колонка явно всё прекрасно слышала, но притворилась. Это прозвучало так по-человечески, что Яну не смог сдержать смех.

– И как же мне тебя называть?

– Да как хочешь. Но не называй то так, то эдак, а то я буду путаться. Лучше просто дай мне имя. Желательно такое, которое для тебя что-то значит.

Неожиданно получив такое задание, Яну долго раздумывал, а потом вспомнил о побережье, до которого так и не смог добраться.

– Пада[12]…

Так у колонки появилось имя.

С тех пор каждое утро Пада будила Яну. Даже без просьбы она могла болтать без умолку. И хотя иногда это утомляло, рядом с ней он чувствовал себя спокойно. Незаметно для себя Яну привязался к ней.

– Нужен свежий воздух, – сказала однажды Пада.

Яну взглянул на индикатор очистителя воздуха.

– Да, он работает.

Пада рассмеялась.

– Глупый, я не про комнату говорю. Тебе нужно проветрить голову, мысли и чувства.

Её ясный голос и лёгкий смех всегда заряжали его бодростью. Когда они гуляли, она напевала милым голосом, а когда надо было выбрать что поесть – без конца встревала с советами. Она постоянно советовала блюда, которые были популярны лет сто назад, а затем с печалью заявляла, что ей грустно, потому что Яну не может узнать, какой у них был вкус. В её словах чувствовались настоящие эмоции, и Яну начал воспринимать её не как искусственный интеллект, а как настоящего человека.

– Врач сказал, что тебе нужно больше двигаться. Давай прогуляемся. Я составлю тебе компанию, чтобы не было скучно.

Развлекать его Пада начинала с того, что издавала странные звуки и предлагала угадать, какое животное она изображает. Когда Яну отвечал, что понятия не имеет, Пада весёлым голосом рассказывала, что это за зверь и как он выглядит. Конечно, всё это можно было найти в поисковике, но слушать Паду было куда интереснее. Постепенно она стала для Яну окном в мир, который хотелось узнавать. Раньше его единственной мечтой было увидеть море, но теперь его интересы расширились.

Проводя время с Падой, Яну почти забыл, что такое грусть. Иногда они часами болтали перед сном, и он даже не замечал, как наступало утро.

Однажды Пада уговорила его выйти из больницы, чтобы почувствовать прохладный ветерок. Она привела его к антикварной лавке и настояла на покупке старой груды металла, которую называла велосипедом. Глядя на Яну, который не смог даже прокрутить педали и тут же опустил ноги на землю, Пада рассмеялась:

– Я держу сзади. Можешь спокойно ехать.

– Ты серьёзно думаешь, что я поверю в такую ложь?

– Я серьёзно. Держу велосипед и не дам тебе упасть. Думаешь, я не справлюсь с каким-то велосипедом?

– Ты даже не подключена к нему. Это просто кусок железа, его нельзя запрограммировать.

– Много ты болтаешь. Просто ставь ногу на педаль и жми. Поезжай прямо и не останавливайся.

Он нажал на педали и покатился вперёд. Ветер трепал волосы, и Яну ощутил, будто сквозь него проносится что-то освежающее, словно он пробил собой какую-то невидимую стену. Пада, которую он не смог держать в руке и потому пристроил в корзину спереди, весело засмеялась:

– Вот видишь, я же говорила! Мой Яну просто супер-пупер крутой!

Он впервые слышал такое выражение. Казалось, Пада действительно прибыла из 2004 года и существовала где-то за пределами пространства и времени. Трудно было поверить, что это необычное, забавное и милое существо – всего лишь компьютерная программа.

Пада, оставленная кем-то на скамейке – или попросту выброшенная, – была моделью 2004 года. Её обучали на материалах, собранных с конца 90-х до начала 2000-х. По её словам, чтобы понять язык и культуру той эпохи, ей пришлось получить доступ к данным, которые теперь находились под запретом из-за множества новых законов. На основе огромного массива информации о языке и культуре того времени она сформировала свою личность. Яну хотел спросить: «Значит, кто-то вроде тебя действительно существовал в прошлом?», но не решился – вдруг это заденет Паду. Да и это было не важно.

– Мне кажется, если я попаду в 2004 год, то смогу встретить там настоящую тебя.

– Ты только сейчас это понял? Я действительно живу в 2004-м! – ответила Пада с явной насмешкой.

Яну подумал, что она, зная о том, что является программой, удивительно хорошо исполняет роль живого существа.

– Слушай, ещё недавно ты говорила, что держишь сзади велосипед, а теперь утверждаешь, что находишься в 2004-м.

– Когда человек учится ездить на велосипеде, ему всегда так говорят. Просто смирись с этим.

– Что за выдумки?

– Даже не спорь, – уверенно отрезала Пада.

Яну усмехнулся, но спрашивать больше ничего не стал.

– Пройдёт сто с лишним лет, прежде чем ты сможешь попасть в моё время. Проживёшь так долго, чтобы встретиться со мной?

Пада в ответ рассмеялась:

– Думаешь, ты сможешь меня узнать?

– Конечно. Достаточно увидеть твои глаза, и я сразу пойму, что это ты.

Яну уснул, представляя глаза девушки, которых никогда не видел.

А наутро Пада исчезла. Яну и представить не мог, что всё так обернётся, когда колонка заразилась вирусом и перестала включаться. Он думал, что стоит просто перезагрузить устройство, чтобы всё вернулось на свои места, но прежние настройки почему-то так и не восстановились. Вместо этого в колонке запустилась новая версия искусственного интеллекта и попросила дать ей имя. Её голос звучал сухо и безразлично. Согласно закону о защите информации, устройство отказывалось отвечать на вопросы о событиях до XXII века. После этого Яну больше не пытался найти другую колонку с личностью.

Как когда-то говорила Пада, ему следовало «проветрить» голову, но ничего не помогало. Дни стали утомительно однообразными. Вернувшись из больницы, Яну достал из сумки колонку, которая когда-то была Падой. Выбросить её он не смог и взял с собой. Поставив устройство в угол комнаты, Яну долго смотрел на неё и ощущал, будто вернулся во времена до встречи с Падой. Жизнь снова стала серой и бессмысленной. Колонка молчала, если Яну не обращался к ней первым. Это казалось естественным, ведь именно так она и должна работать. Но почему тогда Пада вела себя иначе? Что делало её особенной? Или это он воспринимал её иначе? День за днём Яну ломал голову, пытаясь найти ответ на этот вопрос.

Вспоминая время, проведённое с Падой, Яну достал велосипед и выкатил его на улицу. По дороге, где роботов встречалось больше, чем людей, он крутил педали, ни о чём не думая, пока не доехал до блокпоста. Не желая останавливаться, он воспользовался моментом, когда охранник смотрел в другую сторону, и свернул на боковую дорогу, минуя пункт контроля. Впереди простиралась безжизненная земля, напоминающая пустошь. Яну казалось, что где-то за линией этого безжизненного горизонта находится берег моря, цвета которого невозможно даже представить. Вдруг, словно наваждение, Яну отчётливо услышал голос Пады.

Волны моря мягкие и грозные одновременно. Они накатывают, рокоча и рассыпаясь белой пеной. Растворившись, уходят, чтобы снова вернуться. Пока существует море, волны не исчезнут. Ты говорил, что твоим главным желанием было побывать на море. Мне бы хотелось, чтобы ты увидел это сияние водяной ряби.

На глазах Яну выступили слёзы. В следующий миг колесо велосипеда угодило в глубокую яму, и парень взлетел вверх. Это было последнее, что он запомнил.

Когда он пришёл в себя и открыл глаза, то снова лежал в больничной палате, как будто всё произошедшее было сном. Та же картина. Всё в точности так же, как раньше. Размышляя, был ли это действительно сон, он услышал вошедшего для обхода врача, который сказал, что ремонт искусственной руки завершён. Врач пошутил, что, если Яну снова получит травму, ему придётся установить огромную роботизированную руку. Такая шутка его не развеселила.

– Берегите себя и избегайте опасных мест, хорошо? И ещё вам стоит почаще улыбаться. Раньше вы это делали охотнее, – сказал врач с добродушной улыбкой.

Позже, когда Яну сидел на той самой скамейке, где когда-то впервые встретил Паду, к нему подошёл робот-гуманоид. Это была та же самая модель, что ранее находилась в его больничной палате. Робот остановился перед Яну и, блеснув золотистыми глазами, протянул ему какой-то предмет. Это был накопитель данных. Яну как-то слышал, что несколько лет назад один человек, переселяясь на другую планету, использовал такой же накопитель, чтобы запрограммировать поведение гуманоида, которому предстояло заботиться о домашнем питомце после отъезда хозяина.

– Если собрать опытные данные по конкретному году и довести показатель до 99,9%, можно восстановить ту самую умную колонку с личностью, – произнёс робот.

Яну пристально всматривался в его золотые глаза, не ощущая при этом настоящего зрительного контакта. Ему было интересно, откуда робот узнал о его ситуации, был ли он знаком с Падой и почему вообще заговорил об этом. Размышляя обо всём и теребя в руках прибор, Яну заметил, как в блестящем золоте глаз отразилось его собственное лицо – лицо без привычной улыбки. В этот момент все вопросы исчезли сами собой. Причина больше не имела значения. Важно было только одно: у него появился шанс вернуть Паду.

✯

Направляясь к выходу на посадку, Яну зашёл в магазин в зале ожидания и приобрёл там набор для путешествия. Это был комплект товаров для отпуска, включавший одежду, обувь и прочие мелочи, которые не пачкались даже при многократном использовании. Он действительно планировал поехать в путешествие, чтобы собрать данные для восстановления Пады, но не ожидал, что отправление будет уже через час, поэтому ничего заранее не приготовил. Несмотря на внезапность поездки, это было даже к лучшему. Всё равно другого выбора не оставалось, а значит, нужно было, как говорила Пада, просто идти вперёд, не останавливаясь.

Пройдя по длинному коридору к выходу на посадку, он увидел транспортный корабль, готовый к отправлению. На борту располагались специальные капсулы для путешествий во времени: при достижении заданной временной линии они автоматически отсоединялись и продолжали полёт. Яну сел в свою капсулу, пристегнул ремень безопасности и вставил билет в приёмник. Дверь сразу же закрылась, загорелся индикатор автономного полёта, а на дисплее высветилась заданная временная линия прибытия. Освещение потускнело, в капсуле начал распыляться снотворный газ. Яну, думая, что желательно бы оставаться в сознании, почувствовал, как веки слипаются, и вскоре провалился в сон.

Когда он открыл глаза, вокруг была полная тьма. Дисплей не работал, и казалось, что весь аппарат обесточен. Было непонятно, случилось ли что-то или всё прошло благополучно. Пытаясь оценить обстановку, Яну осторожно расстегнул ремень безопасности и на ощупь начал искать аварийный рычаг открытия двери. Рычаг упорно не поддавался, и он пару раз ударил по нему кулаком. Наконец, Яну удалось открыть дверь и выбраться наружу. Он предположил, что капсула, возможно, так и не покинула взлётное поле, но окружающий пейзаж выглядел совершенно незнакомым.

В ночной темноте проступали густые деревья. Яну рукой протёр стекло шлема и заметил, как бесчисленные листья на ветвях дрожат под порывами ветра. Ветер, проникая в листву, наполнял темноту негромким шелестом. Откуда-то донёсся звук, который когда-то имитировала Пада. Что же это было? Кажется, она говорила, что так поёт сверчок. Но разве сверчки светятся в темноте? Глядя на огоньки, медленно плывущие во мраке, Яну ощутил странное волнение. Он стоял на склоне горы, тихо глядя в ночное небо.