Просто так войти в Степной Цветок под своей личностью я не мог. И причина тут была вполне очевидная. Мало того, что я был виновен в смерти полковника, командующего «Левиафаном», так я ещё и дезертировал из армии, не дождавшись демобилизации. Так что, можно сказать, предал всё, что только можно было предать.

И здесь уже точно рассчитывать на свою крутость как практика совершенно не стоило. Великая Степь союзничала с не менее Великой Долиной, и уж там практиков уровня ступени каналов было достаточное количество, чтобы превратить нас в кровавую труху. Да и местные секты не были так уж и слабы.

Поэтому мы снова вернулись к той же схеме, которая была нами использована при посещении Северного порта. Главный командир — это Тарн, затем уже идёт его охрана и, соответственно, несколько человек, которые немного скрывают свои лица. В данном случае мне тоже пришлось напялить капюшон и маску.

— Будете говорить, что вы из секты Медленного Удава, — пояснил нам Син, тоже натягивая маску, чтобы создать единообразие в команде.

— Есть такая секта? — спросил я.

— Ну, если я сказал название, то, значит, есть, — ответил друг. — Я, знаешь, не использую вымышленные имена, когда можно пользоваться хоть и сомнительными, но настоящими.

Вспомнилось мне, как он заставил меня восстанавливать поля в деревне, назвавшись именем чужой секты и показав им письмо и значок. Хитрый он всё-таки жук, и у него в каждом плане несколько слоёв. Не удивлюсь, если он действительно состоял в этом Удаве в своё время.

Ещё до того, как впереди показались стены города, вокруг были заметны следы боевых действий. Кое-где были огромные выжженные проплешины, где трава так и не поднялась, и даже большие воронки от рунных бомб, размера которых я даже не мог себе представить. Судя по всему, Левиафан сбрасывал настоящие рунные гиганты на огромные толпы демонов и их слуг.

— Однако тут было жарко, — сказал Син, разглядывая очередное поле, усеянное костями.

— Вонища тут явно стояла убийственная, — согласилась с ним Наира.

— Я застал только начало осады, — ответил я, — когда демоны стягивали силы, и как-то дальше всё прошло мимо, так что не знаю, чем это всё даже закончилось.

— И ушёл ты отсюда, как я понимаю, не через парадные ворота, — добавила Лиана.

— Скажем так, — усмехнулся я, — я не стал дожидаться торжественных проводов меня на тот свет.

Вообще вести демона в город, который с этими демонами воюет, было достаточно странным решением, и пришлось серьёзно повозиться для того, чтобы скрыть нашу спутницу полностью. Тем более что сокрытие лица и тела, как обет, выданный до достижения следующей ступени возвышения, выглядело вполне нормально, и мы все в итоге переоделись в нечто похожее, напоминающее общую форму. У всех вообще разные извращения порой встречались, так что сильных вопросов возникнуть не должно.

А для того, чтобы краснокожая не фонила своим демоническим этером, я навешал на неё несколько рунных артефактов, позволяющих преобразовывать её энергию в нечто похожее на человеческую. Лиана также добавила настойку, которая делала что-то подобное. В общем, в нашей группе теперь Ашши выглядела как стопроцентный человек, в отличие от всех нас остальных. Эльф тоже отделался настойкой. Он вообще внешне выглядел почти как человек, разве что был мелкий, и уши его выдавали. Так что маски хватало за глаза.

— Театр ниндзя какой-то, — сказала Лиана, когда вся группа оказалась переодета и садилась на коней.

— Это плохо или хорошо? — спросил Тарн.

— Неуютно, — фыркнула девушка. — Да тем более, какой из меня ниндзя?

— Хреновый, как и все мы тут.

Я мельком только в очередной раз отметил, что местные знают такое понятие, которое, по сути, и знать-то не должны. Очередное тлетворное влияние Помеченных? Какой-нибудь попаданец вносил свой культурный код, распространяя те же фильмы и сериалы через адаптацию в виде сказаний, вот, наверное, оттуда и просочилось.

Левиафан висел прямо над городом, поэтому сначала мы увидели его огромную каплю, а затем уже стены Степного Цветка.

— Летающая крепость в Великой Степи, — сказал я, разглядывая этот красивый и огромный корабль. — Мне на нём довелось немного полетать.

— Если у них есть такие корабли, то как они проиграли демонам? — спросил Син.

— Он единственный, что есть в Великой Степи, и раньше принадлежал столице этих территорий, городу Серебряный Утёс. Когда город пал, Левиафан перебрался в Степной Цветок и здесь уже, видимо, обосновался навсегда.

Стены города, которые показались после, оказались в весьма печальном состоянии. Несколько пролётов были вынесены практически под ноль и сейчас активно застраивались. Вместо огромных башен стояли временные деревянные бастионы. Видно было, что городу очень сильно досталось во время сражения и осады, но сейчас, когда люди победили, он потихоньку приводил себя в порядок.

— Здесь должно быть много сильных практиков, — тихо сказал Син, подъезжая ко мне. — Может, не стоит соваться наобум? Давай я съезжу один, посмотрю, что там да как, и передам письмо твоему командиру. А встретимся где-нибудь за городом, так будет лучше.

Первым порывом у меня было отмахнуться от предложения друга. Тем более что мы же всё решили, и схема опробована. Маски сшиты, а легенда про секту Медленного Удава озвучена на всю группу. В Северном порту всё же это сработало без единого сбоя, и я почему-то посчитал, что это сработает и дальше. Но чем дольше я смотрел на эти полуразрушенные стены и висящую над городом тушу Левиафана, тем сильнее внутри ворочалось то самое знакомое чувство, которое тревожило меня последние несколько недель.

Северный порт — это город бедных практиков, и Тинг со своей закалкой органов там был вершиной пищевой цепочки, тогда как наша группа выглядела как стая волков среди дворовых собак. Здесь же всё иначе. Великая Степь только что перемолола демоническое вторжение, и в городе сейчас собрались те, кто это вторжение перемалывал — опытные боевики и сильные практики.

— Знаешь, а ты прав, — сказал я, и Син от неожиданности даже придержал лошадь.

— Погоди, я ещё заготовил несколько доводов и одну историю про то, как кто-то сунулся туда, куда не следовало, а ты мне ломаешь всю заготовленную речь.

— Историю потом расскажешь у костра, — я развернул лошадь боком, разглядывая город издалека. — Мы привыкли, что мы самые страшные звери в округе, и эта правда шла с нами почти по всей нашей дороге. Но конкретно здесь это уже не так. Здесь лучшие бойцы Степи и наёмники Долины, а значит, и секты, и армия, и ещё много кого из тех, кого бы видеть вообще не стоило.

— Мне казалось, ты почти не слушаешь своих людей, — сказала Лиана. — Как самодур-тиран сам решаешь, что делать.

— Сейчас этот самодур проявит признаки тирании и отправит тебя чистить вечерний котел после ужина, — пообещал я. — В общем так, Син, ты прав, и ты поедешь с письмом. Отправлять тебя одного — это плохой вариант. Есть желающие присоединиться?

— Предлагаю поехать мне, — сказала Наира, поправляя клинки на поясе. — Мы с Сином сильные практики, но в случае чего Тарн прикроет вас здесь, и это будет гораздо надёжнее.

— Лучше будет, если я поеду один, — добавил Син. — У меня есть некоторые возможности, которые отсутствуют у других людей, и так будет проще.

— Сделаем так, как в Тяньчжэне, — ответил я. — Наира пойдёт как посланник, а ты последуешь в её тени.

— Ну да, вариант, — согласился практик. — Вы остановитесь лагерем, чтобы можно было быстро вас найти?

— Можно было бы остановиться в Проклятых Клыках. Это несколько дней пути от Цветка, но, думается, слишком далеко, — сказал я задумчиво. — Поэтому встанем лагерем чуть подальше в холмах. Когда-то мы там проводили разведку, так что место вполне удобное, и я знаю, что там есть.

Обговорив мелкие детали, я написал письмо Стэйни с предложением встречи и разговора. Отдал Сину и попрощался с друзьями, которые готовились к выходу в город. На всякий случай дал им достаточно денег, пусть ни в чём себе не отказывают.

Правда, письмо пришлось переделывать несколько раз. Нельзя было написать слишком много, оно может потеряться либо попасть не в те руки. Но и слишком мало тоже написать нельзя. Стэйни должен понять, кто именно его зовёт, и понять это без вариантов. В итоге получилось достаточно коротко. Я справлялся о судьбе сержанта Леви и о судьбе общего друга, оставленного на попечение, намекая на бомбы Очищения, которые хорошо послужили городу, а также затронул несколько моментов, которые мог знать только я и мой командир, и добавил, что жду ответа. Подписи никакой не оставил. И так из тех намёток, что я дал, было понятно, кто мог знать такие подробности.

— Если он сразу отправит за вами отряд? — спросила Наира, когда Син спрятал письмо во внутренний карман.

— Я его хорошо знаю, — ответил я. — Он держал своё слово железно, и не думаю, что люди так быстро меняются.

— Люди меняются быстрее, чем ты думаешь, — сказал Син, — особенно, когда получают серьёзную власть. Ты вон на Тинга посмотри.

Тут мне было крыть нечем, но разница характеров поведения людей была очевидна. Тинг — беспризорник, болтающийся где попало, никому не нужный и не имеющий образования парень, который вырвался наверх и почувствовал вкус власти и денег. А Стейни, чьи родственники находились в верхушке внутреннего круга секты, изначально был окружён властью и пониманием того, чего он стоит в этом мире. Когда мы с ним прощались, он дал намёк на то, что я могу прийти к нему. И я это понял именно так, что мы можем с ним договориться. А значит, это будет выгодно всем, и ему, и мне.

Но и подготовиться к встрече тоже стоило. Томительное ожидание выматывало сильнее любого боя. И чтобы не сидеть сложа руки, я занялся тем, что у меня получается лучше всего. Это, конечно же, руны. И пока почти весь отряд развлекался, наблюдая за тем, как Ашши гоняет Лиану с копьём между холмов, — их учебный спарринг хотя бы отвлекал от гнетущей неизвестности, — я вытащил из походной сумки заготовки, на основе которых разрабатывал общий щит.

Схема резонансной связки давно вертелась в голове и была, в принципе, уже готова и начерчена в Сердце Рун. А суть её была достаточно проста: если несколько бойцов активируют щиты одновременно и направят поток этера не на свои щиты, а в общую рунную связку артефакта в центре группы, то индивидуальные барьеры можно будет сложить в единую непробиваемую стену или даже в нечто наподобие временного купола.

Правда, для этого требовалась достаточно тонкая подгонка частот. Малейший разнобой и конструкция тут же рухнет, выжимая из активаторов практически все их силы. Но с другой стороны, это будет практически идеальная защита от лучников и дальнобойных ударов по любому отряду, который будет обладать данными артефактами.

Вот я и пытался из достаточно сложного и не самого удобного механизма работы энергетического щита сделать наиболее простую и рабочую хреновину по тому принципу, который мне всегда нравился: чем проще, тем лучше.

— Ты опять залип, — сказала Лиана, возвращаясь после тренировки и плюхаясь на расстеленный рядом коврик. — Жутковато со стороны выглядит, между прочим.

— Я работаю.

— Тоже хочу получить рабочий внутренний интерфейс, — ответила девушка. — А то Камень Бурь вообще бесполезная штука, только как оружие последнего шанса и пригодится.

— Во-первых, он может фильтровать этер, — сказал я, даже обижаясь за артефакт, который столько раз меня спасал. — А помимо этого, можно вместо пилюль использовать напрямую ядра духовных зверей, что весьма упрощает процесс восхождения по ступеням и делает тебя независимым от необходимых ресурсов и алхимиков.

— Я думаю, почему ты такой злой порой? Тебя разве не учили, что одним из основных правил практиков этера является то, что поглощать духовные ядра очень опасно.

— Ну без него было бы опасно. Он очень много раз спасал мне жизнь.

— Расскажи мне, кто такой Алекс, за которым мы тащимся через полмира. Я-то понимаю, что прибилась к группе неожиданно, и на меня ты не рассчитывал, но отправиться за своим другом — это достойный поступок, наверное, он стоит того, чтобы это сделать. Мне интересно, что он за человек.

Я немного помолчал, прикидывая, стоит ли что-то рассказывать, а потом понял, что скрывать особо смысла и нет. И рассказал ей всё: от момента нашего знакомства и наших приключений до попадания в ополчение и войны с демонами — о том, как мой друг вместо меня получил золотую пилюлю и стал бешеным практиком. Про то, как он сломался, убивая демонов, и переставал узнавать друзей и тех, кто был рядом. Как тогда уже капитан Стейни пообещал попробовать его вылечить, ну или хотя бы остановить золотую лихорадку и дать ему возможность выжить. Тогда у меня не было вариантов остаться с ним и защитить его. Я поверил своему командиру. А сейчас пришла пора вернуться за ним и отдать долг. Когда-то он спас меня от наёмницы, подосланной дядей.

— Знаешь, я скажу тебе как биолог и почти врач, — сказала девушка, когда я закончил свой долгий рассказ. — Не обещай себе, что ты сможешь его вылечить. Попробуй. Может, получится, а может быть, и нет. Но разница огромная, и, возможно, она спасёт тебе рассудок. Я видела, что делает с людьми вина за то, что им было неподвластно.

Она до сих пор очень много брала из того, что было с ней на Земле, и этим разительно отличалась от моего состояния. Лиана уничтожила в себе личность дочери барона и заместила её полностью, в то время как я прошёл через слияние и стал совершенно другим человеком. Изначально разные подходы и такие разные результаты.

— Ты многого обо мне не знаешь, — сказал я, усмехнувшись. — Лечение, на самом деле, — это не такая серьёзная проблема. Взять, например, тебя: я тебе могу выправить все каналы и раскрыть два недостающих для того, чтобы сделать тебя идеальным практиком. Нужно только время и безопасное место для того, чтобы это сделать. Когда мы расстались, я не мог этим похвастаться. А сейчас, да, сейчас я на совершенно другом уровне развития, и Алекса точно спасу.

— В нашу сторону движется два десятка всадников, — неожиданно подошёл ко мне Тарн, который сейчас находился на дежурстве. — Едут без агрессии, но довольно быстро.

— Не забываем про маски, — сказал я, поднимаясь и вглядываясь туда, куда смотрел практик. — Приготовились.

Хотя готовиться было особо нечего. Тарн стоял чуть впереди, мы, соответственно, немного позади, выстроились в относительный боевой порядок, прикрывая Лиану и эльфа. Даже краснокожая стояла рядом со мной, показывая, что готова в любой момент ударить противника копьём. На этих землях ей было не до мыслей о том, чтобы сбежать или вести себя неразумно. Вне нашего отряда её всюду ждала смерть и ничего другого.

Очень скоро неожиданные гости показались из-за холма, выехав ровной колонной. Их действительно было около двух десятков, и двигались они очень чётко и без лишней суеты, явно привыкшие к военному порядку. Одинаковые лошади и одинаковая форма с серебристой вышивкой на воротниках и плечах. Это были не обычные солдаты, а личная гвардия, которая выглядела соответствующе. Оружия у них при себе на виду не было, кроме небольших коротких кинжалов, что показывало их максимально миролюбивые намерения.

А я даже распознать не мог, к какой секте или отряду они принадлежали, так как носили совершенно незнакомые мне знаки различия. Значит, письмо дошло, и дошло достаточно быстро.

— Приветствую путников на землях Степного Цветка! — громко сказал один из всадников, остановившихся в десяти метрах от нас. — Генерал Стейни приглашает весь ваш отряд проследовать во дворец, где вас ждут с почестями и со всем уважением. Это личное приглашение, и отказ не принимается.

Значит целый генерал. Хороший карьерный рост для бывшего лейтенанта.

— Благодарим, — кивнул Тарн, как фиктивный предводитель отряда, немного поклонившись. — Мы принимаем приглашение великого генерала и с удовольствием проследуем вместе с вами.

Предводитель отряда коротко кивнул. На этом, судя по всему, ему больше нечего было сказать. Он жестом показал на всадников, которые отделились от строя и развернули своих коней, готовясь сопровождать нас с флангов. Мы собрались быстро, наскоро свернули лагерь и направились к стенам Степного Цветка.

Там нас тоже ждали. Во всяком случае, у открытых ворот была усиленная охрана с несколькими десятками арбалетчиков, направленными не на нас, но показывающими, что порядок здесь строг. Пропустили нас при этом без лишней суеты, так как явно ждали. Город внутри тоже представлял собой пёструю смесь восстановления и следов войны. Видно было, что демонам удалось прорваться и достаточно серьёзно повоевать внутри города, прежде чем их отсюда смогли выбить.

По самому городу мне и в прошлый раз не удалось особо поездить, и в этот раз нас сразу провели через внутреннюю крепость по пустому тракту, где не было никого, кроме марширующих солдат, и через час пути мы оказались на территории огромного дворца, возвышающегося на несколько десятков метров высокими острыми пиками куполов. Я даже не знал, что здесь такие есть. В своё время мне ничего не удалось увидеть.

Там же к нам присоединились Син и Наира, которые в одном из залов дожидались нас в окружении ещё одного десятка конвоирующих бойцов. Здесь мы оставили лошадей и уже без конвоя, в сопровождении всего лишь двух солдат, проследовали дальше в один из огромнейших залов, посередине которого находился трон и где сидел один-единственный человек. У него даже охраны не было.

— Генерал Стейни перед вами, — сказал один из сопровождающих, затем отошёл назад и захлопнул дверь, оставляя генерала и нас в помещении одних.

На троне сидеть Стейни не стал, поднялся быстро и направился в нашу сторону. Он не сильно изменился, как будто раздался немного в плечах и похудел, но походка и манера смотреть остались прежними и никуда не делись. Он серьёзно вырос за то время, пока я его не видел, и перешёл в начальную стадию закалки органов. Я отметил это практически автоматически, прощупывая его Этерным Щупом настолько деликатно, насколько умел.

Затем вышел навстречу и снял маску.

— Приветствую господина генерала, — сказал я, немного поклонившись и отдавая честь так, как положено делать ополченцам Лазуритового Копья.

— Оставь, ты дезертир, тебе по уставу не положено, — сказал Стэйни ровно, внимательно смотря, как я на это отреагирую. — Рад тебя видеть в добром здравии, Корвин.

— Взаимно, командир. Я ожидал, что рядом с тобой будет сержант Леви. Было бы приятно увидеть этого старого ворчуна.

— Леви давно уже капитан и командует собственным большим отрядом. Сейчас он занимается уничтожением отдельной группы демонов и их слуг, где-то в неделе пути от нас. Так что увидеть ты его не успеешь, если, конечно, не задержишься надолго.

— И Гаррет с ним?

— Гаррет погиб во время нашего неудачного похода на Серебряный Утёс, когда мы пытались освободить город, — сказал Стэйни, и было видно, что ему горько это говорить. — Очень много тогда моих людей погибло. Когда мы уходили из Серого дозора, и то было проще. Не будем о грустном. Я рад, что ты пришёл, и знаю, зачем ты пришёл.

Старого разведчика, который многому меня научил и который помог мне сбежать с Левиафана, было искренне жаль. Я надеялся, что он точно выкарабкается, потому что он был чертовски везучим воином. Но, видимо, боги сложили ему совершенно другие карты.

— Да, генерал. Теперь это не моя война, но я хотел бы забрать Алекса с собой.

Мы отошли от основной группы, которая так и осталась стоять на ногах, так как во дворце не было ни сидений, ни скамеек, ни тем более столов.

— Если бы ты пришёл ко мне один, оборванный голодранец и без гроша, я бы отдал тебе Алекса в тот же день и дал бы денег на дорогу и безбедную жизнь до самой старости, — сказал Стейни. — Степной Цветок и его гарнизон выполнят любой мой приказ, и твоя заслуга в этом огромна. Но ты прислал ко мне своих людей, а затем я вижу твою команду и очень удивлен, что среди них есть практик ступени каналов и ты сам боец такого высокого уровня. Я прекрасно знаю тебя, Корвин, поэтому не буду спрашивать о том, как ты за эти несколько лет прошёл такой огромный путь, на который у многих людей уходят десятилетия. Гений рунного мастера и хорошая боевая школа сделали именно то, что и должны были сделать, — вытащили тебя наверх. Я могу гордиться тем, что ты служил под моим началом и прошёл этот путь.

— Спасибо, генерал. Это хорошая формулировка, но давайте всё же вернёмся обратно. Вы отдадите мне Алекса?

— Ты свалился как гром среди ясного неба. И должен понимать, что я не могу не воспользоваться тем, что практики такой силы находятся на моей территории, и у них есть определённые обязательства. У тебя есть определённые обязательства, — уточнил генерал. — Услуга за услугу, Корвин. Так это работает у взрослых людей. Если откровенно, то мне нужна твоя помощь.

— Если не соглашусь, — спросил я его спокойно. — Если решу, что мне проще будет забрать его силой?

— Я тебе не враг и угрожать не собираюсь, — Стейни при этом даже не напрягся. — Да и ни к чему это. Алекс находится в защищённом имении, путь к которому знают всего лишь несколько человек, включая меня. Я не скажу тебе, где он, пока ты не согласишься помочь мне.

— В чём же должна заключаться моя помощь, генерал?

— Правильный вопрос, — сказал он. — Помнишь, во что превратился Серебряный Утёс? А он когда-то являлся самым главным городом в Великой Степи. Сейчас армия занята уничтожением остатков демонов, но города, которые были ими захвачены, по-прежнему кишат демонами и их слугами. Секты грызутся за влияние, а совет городов уже который год не может решить, кто теперь главный в степи. А главенство в степи, чтобы ты понимал, — это вопрос не просто тщеславия, а вопрос выживания и того, кто соберёт разрозненные дружины в единое войско, чтобы выбить демонов со всех территорий. Нам осталось сделать маленький шаг для того, чтобы закрепить победу, и мы не можем этого сделать, потому что прорваться туда нашими силами и уровнем невозможно.

— Так при чём здесь тогда я и мой отряд?

— В храме главного дворца Серебряного Утёса осталась корона степи. Ей много тысяч лет, и она никогда не принадлежала конкретному человеку. Эта корона даётся городу, который признаётся первым среди равных. Так решили основатели, и так это работает до сих пор. Верни её мне, и город Степной Цветок станет столицей. Мне нужно склеить степь до того, как её начнут рвать изнутри внутренние конфликты. Я предоставлю тебе Левиафан и все необходимые ресурсы, включая свою армию, для того чтобы ты помог мне это сделать.