Глава 8

Калел

Когда я спрашиваю, все ли в порядке, плечи Алиры напрягаются.

Она медленно оборачивается ко мне. Ее прекрасные серебристые волосы вымокли. Мое маленькое божество сидит в паре дюймов от кромки воды, но выглядит так, будто ее топили. Она упала в море? Должно быть, ей ужасно холодно. Я тянусь к ней, и она вздрагивает. И тогда я вижу на ее лице выражение, которого не замечал с тех пор, как забрал ее из Алзора.

Недоверие.

Сжимая пальцы, я убираю руку.

Сердце у меня бешено колотится.

Что ей показал блуждающий огонек?

Настороженность в ее взгляде режет меня сильнее любого клинка. Моя душа тут же наполняется желанием все исправить, в чем бы ни было дело. Отправив огонек, боги ясно дали понять, что хотят ей что-то показать… Уверен, чтобы настроить ее против меня.

Я должен первым рассказать ей правду. Она должна узнать обо всем от меня, иначе будет только хуже.

Но как мне сказать ей об этом? Все в животе сжимается, но я снова протягиваю ей руку.

— Нам нужно тебя согреть, Алира, — осторожно говорю я, и спустя мгновение нерешительности она вкладывает в мою ладонь свою. Холодную, как лед.

Сумерки уже опустились, так что спешить выбраться больше нет смысла. Каких бы призраков нам не предстояло увидеть, бороться с ними мы будем с помощью силы воли. Пока мы держимся вместе, все будет хорошо.

— Как ты умудрилась вся промокнуть? Море здесь всего пару дюймов глубиной, — мой голос полон тревоги, свернувшейся в груди.

Моргнув, она смотрит на собственные руки, побледневшие от холода.

— Я… Не знаю, — неуверенно и задумчиво говорит она.

Подхватив на руки, я закутываю ее в свой плащ и несу вдоль побережья к месту, где утесы выглядят не такими крутыми. Она всю дорогу молчит. Я хочу сказать ей тысячу вещей, но не могу вымолвить ни слова.

Может, огонек показал ей полубогов, ждущих возле края завесы? Готовящихся к войне? А может, то, как Плутон ответил на мою молитву после возглавленного ею нападения на Торнхолл, и как я ее проклял? Ужас просачивается в мое сердце. Проклятие временной петли было ужасным поступком с моей стороны, но мы сейчас вместе лишь благодаря ему.

От всех этих мыслей я начинаю задыхаться. Нет. Если бы она увидела что-то из этого, то отбивалась бы от меня, пытаясь сбежать.

Ее глаза полны не ненависти. Это скорее сомнения.

Боги не выражаются неясно, отправляя блуждающие огоньки. Я пытаюсь прогнать эти мысли, когда мы наконец подходим к стоящим на поле лошадям. К счастью, я смог найти друзей перед тем, как начал спускаться. Николай и Тесса привязали лошадей, так что если те снова испугаются, то хотя бы не смогут сбежать.

Мой взгляд задерживается на Тессе. Ее лицо будто высечено из камня, но я знаю ее лучше других. Она в ярости от того, что Алира специально сбежала от отряда. И учитывая, каким сильным стало напряжение из-за войны на пороге нашего королевства, я не уверен, что она не расскажет об этом королю Ахиллу.

И если она сделает это, он запрет Алиру в тюрьме за такую выходку.

Я усаживаю свое маленькое божество себе на колени, чтобы согревать ее по пути в Девицит.

— Давайте свалим отсюда нахуй, пока не появилось что-то похуже. Блуждающий огонек — последнее, что должно нас волновать, — говорит Николай, натягивая поводья. Резко развернувшись, его конь мчится к мосту.

С отчаянно колотящимся сердцем, я тревожно всматриваюсь в густой туман.

— Он прав. Мы поговорим, когда окажемся на другой стороне, — мой голос звучит резко, но я не уверен, что Алира это слышит. Ее мысли блуждают где-то далеко.

Из-за сделанного нами крюка мы возвращаемся глубоко за полночь, но к счастью, мы не встречаем больше ничего потустороннего, успешно проезжаем по мосту и оказываемся на материке. Но я знаю, что рассказы о творящихся здесь странностях правдивы, потому что с самого момента наступления темноты нас преследуют тени. Слава богам, что они держатся ближе к туману. Каждый волосок у меня на затылке так и стоит дыбом, пока мы не преодолеваем мост.

Пугающая атмосфера тут же рассеивается, и я снова могу дышать.

Мы не успеем вернуться во дворец до позднего вечера, и снегопад стал неожиданностью, так что я веду всех к небольшой пещере, где иногда остаюсь на ночлег, когда погода застает меня врасплох, как сегодня.

Тесса возражает против этого, потому что так путь назад займет больше времени, но я напоминаю ей, что Алира, в отличие от нас, восприимчива к холоду. Она морщит нос, но соглашается.

Николай довольно быстро разводит сильный огонь. Его магические навыки пригождаются нам все чаще. Он очень расстроен из-за произошедшего с огоньком. Как и все мы. Алира сильно нас огорчила и прекрасно это знает.

Пока я снимаю доспехи и достаю припасы еды, Алира сидит, обняв колени и укрывшись моим плащом. Потерявшись в мыслях, она смотрит на огонь глазами цвета бури. Волосы у нее наконец высохли, но я все равно боюсь, что она мерзнет. Лягу спать поближе к ней, чтобы согревать.

Помешивая дрова, Николай бросает на меня взгляд через всю пещеру и кивает в сторону выхода, будто приглашая поговорить о том, что за херня только что произошла и что мы собираемся с ней делать.

Дав Алире время побыть наедине с собой, я убеждаюсь, что лошади как следует устроены на ночь и выхожу наружу вслед за Тессой и Николаем. Снег по-прежнему идет.

— Что за хуйня только что произошла? — рявкает Тесса, резко толкая меня в плечо.

Я стону от того, каким сильным получился удар и зло смотрю в ответ.

— А что мне было делать, Тесс? Я погнался за ней и пытался схватить, пока она не зашла слишком далеко, но нихуя не мог разглядеть из-за снега. А где была ты? Раз уж мы тут бросаемся обвинениями, — рычу я, охваченный яростью и от ее слов, и от всего произошедшего. Весь день превратился в какой-то кошмар, начиная с открывшихся Врат Мортема, а теперь еще и это.

Сделав глубокий вдох, Николай медленно отводит волосы с лица.

— Она была в истерике от того, как хотела узнать, что ей покажет огонек. Она знает, что мы что-то скрываем. Конечно, блядь, она знает, это несложно заметить. И то, что король Ахилл приставил к ней охрану, ничем не помогает.

Есть особая причина, почему я назначал Николая охранять ее как можно больше времени. Он докладывает мне о ее мыслях и подозрениях. Меня пожирает чувство вины, но Алира знает о способностях Николая. Она в любой момент может стать более осторожной в мыслях, так что правды мы все равно не знаем.

— Ты сегодня пытался ее прочесть? — спрашиваю я, оглядываясь на пещеру, чтобы убедиться, что Алира по-прежнему сидит у огня. Она даже не пошевелилась. Все так же кутается в одеяло, подтянув колени к груди и смотрит на пламя.

Николай кивает.

— Она помчалась за огоньком, потому что я отказался рассказать ей, что мы скрываем… Если бы я дал ей хоть крупицу правды, мы не оказались бы в такой ситуации, — покачав головой, он отводит взгляд.

— Какой ситуации? — я смотрю на Тессу, прищурившись. Думаю, я уже понимаю, о чем они, но хочу, чтобы вслух об этом сказала она.

Она скрещивает руки на груди. Кажется, она не гордится тем, что ей придется предложить, но все равно произносит:

— Калел, ты прекрасно знаешь, что мы должны доложить об этом королю Ахиллу.

Я смотрю на нее во все глаза.

— Тесса. Алира не опасна. Она просто…

— Не опасна? — ее голос, полный яда, режет меня, как кинжал. — Она возглавляла нападение на Торнхолл, убивала мирных жителей, в том числе, твою мать. Ты забыл? Или это по-твоему не опасна?

Николай резко оборачивается от ненависти в ее словах и смотрит на меня. Лицо у него краснеет от тревоги.

С тем же успехом можно было бы просто вонзить меч мне в грудь.

Но ответы в ярости никогда не помогали мне во взаимоотношениях. Так что я делаю глубокий вдох и смотрю Тессе прямо в глаза.

— Думаешь, я бы смог забыть о таких ужасных вещах, Тесс? — шепотом спрашиваю я.

Она надеялась, что я на нее накинусь. Выражение ее лица тут же становится виноватым.

— Алира — моя жена. Она отчаянно хотела узнать, какое видение скрывается в огоньке. Это — не преступление и не предательство.

— Вот только мы понятия не имеем, что он ей показал. Может, она что-то замышляет против нас, пока мы тут болтаем! — глаза у нее пылают от гнева. Злость Тессы не беспочвенна. Полубогам нельзя доверять… И мы знаем Алиру недостаточно долго, чтобы успеть ей поверить.

Блядь.

Я даже не помню, когда мы с Тессой вот так ссорились в последний раз. Она всегда встает на мою сторону и слушается приказов, потому что верит в меня.

— Прошу прощения, Генерал. Мои руки связаны. Если ты думаешь, что я позволю ей игнорировать наши приказы без последствий, то тебе стоит вспомнить, на чьей ты стороне в этой войне. Ты кто, демон или сторонник полубогов? — она говорит так, будто может мной командовать, и от этого у меня закипает кровь.

— Тесса… Он бросит ее в подземелье. Пожалуйста, — опустившись на колени, я склоняю голову.

Подойдя к Тессе, Николай кладет руку ей на плечо.

— Тесс, я внимательно изучал ее мысли. Алира не замышляет против нас ничего плохого. Мы должны доверять друг другу, иначе нас ждет лишь поражение…

— Ни у одного из вас нет семьи в королевстве. Может, вас и не заботит, что может сделать даже один полубог, находясь под завесой, а меня — да. Пусть ее судьбу решает король Ахилл. Он не причинит ей вреда, и я уверена, выпустит ее сразу после того, как мы разобьем армию Алзора.

В груди у меня полыхает огонь. Встав, я отхожу на пару шагов, вынимаю меч и приставляю лезвие к ее горлу.

— Это может занять годы.

Она даже не морщится.

— Да хоть пятьдесят. Удобно, что тебя, как Пожирателя, ждет долгая жизнь. А она — дочь Венеры. Вы всех нас переживете, — одним движением оттолкнув клинок, Тесса решительно проходит мимо меня.

Каждая мышца в моем теле дрожит от ярости.

— Тесса, если ты это сделаешь…

Николай бросается за ней, подняв руки.

— Тесса, вернись!

Резко развернувшись, она бьет его прямо в грудь. Николай падает в снег. Я наклоняюсь, чтобы помочь ему подняться. Мы оба неверяще смотрим, как она вскакивает на лошадь и мчится в ночь, в сторону Девицита.

Николай кашляет, и мне приходится снова помогать ему выпрямиться. Он окидывает меня полным ужаса взглядом.

— Калел… Король не будет милостив с Алирой. Я читал его мысли, — вздрогнув, Ник тяжело сглатывает. — Мы не можем отвезти ее обратно в королевство.

Я безрадостно улыбаюсь в ответ.

— Тогда нас тоже объявят предателями. Единственный вариант — догнать Тессу и отрубить ей голову.

Его глаза вспыхивают от ужаса, но Ник понимает, что я прав.

Если бы я не был генералом… может, все было бы иначе. Мы бы убежали вдвоем, я отвез бы Алиру в небольшой домик в священных землях, который я нашел во время путешествия в Девицит. Мы жили бы долгую, спокойную жизнь, полную согласия и нежности. В других обстоятельствах перед нами был бы весь мир.

Как следует встав на ноги, Николай делает пару шагов ко входу в пещеру.

Остановившись, он оглядывается и выдавливает с полной боли улыбкой:

— Знаешь, вы все равно могли бы сбежать.

Я скалюсь, проходя мимо него.

— Пошел нахуй из моей головы.

***

Когда я подхожу к Алире и беру ее за руки, она внимательно смотрит в ответ. Ее ладони немного согрелись. Я облегченно выдыхаю, хоть и не знаю, сколько продлится это состояние.

— А где Тесса? — спрашивает Алира, поглядывая на вход в пещеру так, словно ожидает увидеть там рыцаря.

— Она так разволновалась из-за Врат Мортема, что решила поехать вперед, — ложь оставляет во рту кислый привкус, и мне приходится отвернуться, чтобы не показать, как я зол на Тессу. Не думаю, что смогу простить ее, если она не передумает и доложит королю.

— Ей безопасно путешествовать одной в такую погоду?

Мне хочется сказать, чтобы она не переживала за Тессу, но лишь киваю. Николай садится напротив нас. Лицо у него такое, будто он вот-вот расплачется. Сморгнув влагу с глаз, он ложится на бок лицом к стене и спиной к нам.

Я откашливаюсь.

— Алира, все хорошо? Что тебе показал огонек? — наконец спрашиваю я. У нее нет причин мне не доверять, если только ей не показали войну за границей завесы или грехи, что я совершил против нее, наподобие цветов…

Прищурившись от ужаса, она качает головой.

— Не хочу об этом говорить, — ее голос едва громче шепота.

Я морщу губы.

— Там было что-то обо мне? Не хочу давить, но ты смотришь на меня так, будто я кусаюсь, — пошутив, я выдавливаю улыбку.

Чуть округлив глаза, она еле заметно улыбается.

— Но ты кусаешься.

Усмехнувшись, я нежно глажу ее по рукам.

— Тогда почему ты так на меня смотришь? Будто боишься, — рискованно, но я должен знать, чтобы понять, что делать дальше.

Алира морщит губы. Значит, она пытается придумать, что ей ответить.

— Огонек показал мне будущее. Мы живем счастливо, у нас есть детки, королевство процветает, — медленно говорит она, не глядя мне в глаза.

Я всматриваюсь в ее прекрасное лицо, а потом перевожу взгляд на огонь, пытаясь представить сказанное ею. Моя душа заходится болью от того, как я жажду хотя бы подобия такой жизни.

— И другой вариант он тоже показал, — тяжелым голосом добавляет она.

Я смотрю в ее полные холода глаза.

— Тот, в котором война не закончилась. Девицит пал и все, кто нам дорог, погибли, включая нас самих, — она говорит четко и как есть, но я все равно ясно представляю себе эту картину.

Завеса исчезает. Королевство, что мы построили, лежит в руинах.

Кровь льется рекой.

Напрягшись всем телом, я проглатываю ком в горле и заставляю себя продолжить лгать.

— Мы закончили войну, когда поженились, Алира, — я ловлю ее неуверенный взгляд. Она отчаянно ищет, за что бы зацепиться. Потом ее лицо смягчается, и кажется, она сомневается во мне уже не так сильно. От этого я чувствую себя еще хуже.

Я должен рассказать ей правду.

И должен уберечь ее от подземелий короля.

Я совершенно не понимаю, как справиться хоть с чем-то из этого.