Боль…

Душевная боль буквально пожирала его, разрывая на части. Марк даже не предполагал, что может быть так…

Плохо? Больно? Страшно?

Он не знал нужных слов для описания своего состояния.

Его любимая…

Та, за кого он готов был отдать жизнь, оказалась дочерью — ВРАГА!

И сейчас ему было абсолютно все равно — случайность это или чей-то сложный, многоходовой план. Ему также было плевать на то, что многие его тайны вскоре могут выйти на свет. Сейчас его волновал всего один вопрос: «КАК ЖИТЬ ДАЛЬШЕ???»

Испытываемые переживания были настолько сильны, что начали разрушать сознание парня — в голове пульсировал шар боли, а мир перед глазами поплыл.

И тогда…

Тогда подключился артефакт Кайрона, призванный любой ценой сохранить носителя — и тело, и сознание обдало лютым холодом, буквально замораживающим все эмоции.

Паника. Страх. Апатия.

Все эти чувства не исчезли, но разом замерзли, оставшись где-то очень глубоко внутри его души в виде ледяных комков. Медленно приходя в себя, он начал слышать звуки окружающего мира.

— Марк!

Все это время Алиса безрезультатно пыталась достучаться до молчавшего парня. Видя, что он наконец поднял на нее взгляд, она с мольбой в голосе спросила:

— То, что он сказал… правда?

— Да, — в окружающей тишине, его ответ прозвучал механически, словно говорила бездушная кукла. — И я поклялся, что отомщу за их смерть. — Пауза. — Уничтожу весь клан Волковых.

От услышанного глаза Алисы пораженно распахнулись.

— Смелое заявление, юноша…

Начал было Геннадий Волков, но осекся — в его лицо впился яростный взгляд не человека, а… зверя. Смертельно опасного хищника, готового кинуться на него в любой момент.

Но замолчал он не из-за этой дуэли взглядов — на своем долгом веку глава великого клана не раз сталкивался с подобным. Геннадий оборвал свою речь, почувствовав непонятную тревогу, граничащую со… страхом.

От раздавленного новостями парня исходила тихая, необъяснимая угроза, заставившая взвыть интуицию одного из сильнейших людей планеты. Он чувствовал — сидящий напротив человек — ОПАСЕН! Опасен лично для него. И понимание этого необъяснимого факта очень не понравилось Геннадию Волкову.

— Марк, — голос Алисы дрожал, когда она смотрела в его бледное лицо. — Я клянусь тебе всем, что у меня есть. Клянусь своей силой и душой — я не знала об этом! Не знала, что Антон совершил такую… — ее лицо скривилось, — мерзость.

Марк смотрел в наполненные слезами глаза и видел. Нет — чувствовал… чувствовал всем своим естеством: сказанное — ПРАВДА! Его любимая действительно не знала о произошедшем.

Самый большой комок, запечатавший страх предательства, быстро растаял, возвращая целостность большей части его личности. Но это был лишь один из множества…

Марк все равно оставался подавлен и разбит, абсолютно не понимая, как действовать дальше.

— Ты веришь мне? — голос Алисы был переполнен надеждой.

— Верю, — глаза девушки разгорелись, но тут же потухли, стоило ему продолжить. — Извини, мне нужно побыть одному.

В полной тишине он поднялся и отошел в самый дальний угол помещения. Собравшиеся люди начали тихо переговариваться, анализируя все увиденное и услышанное. Большинству было все равно на переживания парня — они думали о другом: можно ли использовать эту информацию в своих интересах.

И только оказавшийся рядом имперский страж тихо произнес:

— Сочувствую твоему горю, друг. — Пауза. — Пусть я потерял родителей совсем младенцем, но я хорошо понимаю, каково тебе.

Сказав это, он отсел дальше, оставляя Марка наедине со своими мыслями.

А поразмыслить действительно было над чем…

Марк давно — еще в самом начале их совместного похода — догадался, что Алиса никакая не дочь предпринимателя. Видя все несостыковки в ее поведении, отношение к некоторым вещам, к деньгам, он понимал: она из аристократического рода.

Смущало ли его это? Нет. Сначала эта ложь не волновала его, потому что не мешала их договоренностям. А после, стоило ему только понять, что он по-настоящему любит Алису, — Марк для себя окончательно решил, что будет добиваться ее, несмотря на происхождение.

Конечно, был момент, когда он серьезно напрягся, решив, что его планам не суждено сбыться. Близкое знакомство Алисы с наследницей Строгановых дало понять — перед ним не провинциальная аристократка, а кто-то из высшего эшелона.

Тогда же Марк впервые искренне порадовался указу императора — ведь по достижении пятого ранга он сможет получить аристократический титул, совершенно не волновавший его прежде. Во время восстановления руки он много думал о том, что первое, что он сделает, после исцеления Лизы, — наведается в канцелярию, а затем попросит руки Алисы у ее родителей.

Но теперь…

Марк горько усмехнулся. Вот она — идеальная возможность. Перед ним отец девушки. Самое время получить благословение. Пока он не убил его сына. А потом — и его самого…

«Хотя…»

Бросив незаметный взгляд на замершего и сохраняющего молчание главу клана Волковых, он вспомнил слова Алисы о ее мечте — о свободном роде, о драконе, которого нужно победить. Перегруженный мозг отказывался анализировать данные, и Марк понял, что окончательно запутался…

— Таня, — прошептали побелевшие губы Алисы. — Ты знала?

— Алис… я…

— Знала? — два сверкающих, наполненных яростью и болью изумруда заставили Татьяну вздрогнуть.

Опустив голову, она прошептала:

— Знала…

— Я никогда не прощу тебе этого. — По щеке Алисы скатилась одинокая слеза. — Больше ты мне не…

— Постой, — Татьяна схватила Алису за руку и с жаром заговорила: — Не говори этого. Пожалуйста. — Теперь и ее глаза были наполнены слезами. — Я видела, что ты любишь его. По-настоящему. И… — закончила, едва слышно: — Не смогла сказать, боясь разрушить…

Алису разрывали переполняющие чувства. Сейчас она ненавидела весь мир, так больно ударивший ее. И ей очень хотелось найти кого-то, на кого она сможет выплеснуть всю свою злость и ярость!

Взгляд скользнул по отцу, равнодушно наблюдавшему за всем происходящим, перешел на Кирилла Новгородова, прятавшего глаза, — и остановился на Тане.

«Неужели я настолько слаба, что способна сделать больно только близкому человеку?»

Наконец она осмелилась посмотреть на понурившегося Марка, сидящего в одиночестве. Таким растерянным и беззащитным она не видела его никогда.

«Нет! Я не сдамся и буду бороться!»

Решительно посмотрев на Татьяну, она спросила:

— Артефакт тишины с тобой?

От неожиданного вопроса Татьяна Строганова вздрогнула — она уже не надеялась, что Алиса когда-либо заговорит с ней. Недоумевающе посмотрев на подругу, она переспросила:

— Что?

— Купол тишины, — увидев судорожный кивок Татьяны, закончила: — Дай мне его… сестра.

— Спасибо, — одними губами прошептала Татьяна, передавая артефакт дрожащей рукой.

Это действие не понравилось ни главе Строгановых, ни Геннадию Волкову. Но если первый промолчал, то второй произнес:

— Дочь, я запрещаю тебе…

Проигнорировав слова отца, Алиса присела рядом с Марком и, активировав артефакт, заговорила:

— Марк, — парень поднял на нее взгляд. — Я хочу поговорить. Удели мне несколько минут.

Молчание…

— Пожалуйста.

— Хорошо, — тихо ответил он.

— Расскажи мне, что произошло.

— Зачем? — он равнодушно посмотрел в ее глаза и пожал плечами. — Прошлого не вернуть. Зачем тебе знать, что твой брат убил моих родителей и отправил Лизу в кому? — Алиса вздрогнула. — Если ты хочешь попытаться оправдать его поступок — это бессмысленно. Я все равно убью его, несмотря ни на что. И твоего отца. Убью всех.

«Вот и все… я сделал это…»

Марк понимал — сказанное будет означать конец их любви. Сейчас девушка встанет, и уйдет. Уйдет навсегда.

Но он ошибся…

— Ладно, тогда я расскажу. — Сев так, чтобы окружающие не могли прочитать их разговор по губам, Алиса заговорила: — Я зарегистрировалась в Гильдии авантюристов как Алиса Селезнева…

Дальше Марк молча слушал ее исповедь, наполненную болью. Исповедь о жизни, мечтах и реальности, об отношениях с парнями и отцом. Об и их договоренности. О ее страхе и беспомощности.

По щекам Алисы текли горячие слезы, на которые она совершенно не обращала внимания. Марк видел — пусть девушке очень тяжело говорить обо всем этом, но ей явно становится легче. Рассказывая свою историю, она будто сбрасывала многотонный груз, давивший на ее плечи.

Сделав небольшую паузу, она снова заговорила. И теперь в ее словах чувствовалась застарелая, глубинная боль.

— Когда мне было десять, Антону исполнилось восемнадцать. Оказалось, что его двойной дар, которым он так гордился… — Пауза. — Имел очень низкий потенциал.

Видя молчаливый вопрос, Алиса пояснила:

— По прогнозам наших аналитиков он едва ли достигнет шестого ранга, даже упиваясь лучшими элексирами.

Марк кивнул — он понимал, что означает подобный «приговор» для великого клана.

— До моей инициации было еще шесть лет. И тогда… — Алиса продолжила с огромным трудом. — Тогда отец заставил мать забеременеть в третий раз.

Пояснений не потребовалось — Марк прекрасно знал жестокий закон этого мира. Пытаясь выносить и родить третьего ребенка, одаренная женщина начинала лотерею со смертью, несмотря на развитую медицину и услуги целителей.

Многие не решались даже на второго, хотя риск при этом был минимален, не выходя за статистическую погрешность. Чаше аристократы заводили вторую жену или делали детей на стороне, признавая бастардов в случае их высокого потенциала и силы.

— Мама умерла… — Алиса сглотнула ком. — На седьмом месяце.

Марк накрыл ладонью ее руку — и это было первое после полученных известий прикосновение. Первое — и очень важное. Важное для обоих.

— Отец, — Алиса бросила яростный взгляд на мужчину, напряженно всматривающегося в купол, в попытке понять происходящее. — Просто сказал: «Не повезло».

Алиса подняла на Марка взгляд.

— Понимаешь? Не было ни сожаления, ни горя. Холодная констатация факта — будто он поставил на лошадь, которая проиграла.

Алиса не выдержала и тихо разрыдалась, закрывая руками лицо. Марк молча обнял ее — сейчас слова были излишни.

Спустя пару минут девушка глухо продолжила:

— Я возненавидела его. На свое одиннадцатилетние я захотела сделать ему подарок. — Пауза. — Покончить с жизнью.

Марк пораженно замер, не зная, что на это сказать. Но слов не потребовалось — хватало его физического присутствия и транслируемой поддержки.

— Меня остановил дядя Коля. — Алиса успокоилась и вновь посмотрела на него. — Наш старший садовник. Он никому не рассказал о моей попытке. Зато он научил меня ухаживать за цветами и деревьями. И подарил щенка, показав, что можно дарить жизнь кому-то или чему-то.

Пауза…

— С двенадцати лет моя жизнь превратилась в ад, — Алиса непроизвольно вздрогнула от воспоминаний. — Изнурительные тренировки по шесть часов в день. Отцу было плевать на мое самочувствие и возраст —главное увеличить шанс на высокий потенциал. И чтобы я не отвлекалась, он убрал из моей жизни слабость… — Пауза. — На моих глазах убил Дика.

Плечи Алисы снова задрожали от тихих рыданий. Крепче обнимая девушку, Марк чувствовал: все сказанное — правда!

Но не мог поверить в это…

Он вспоминал свою семью и их скромную жизнь. В мире и любви. А еще вспоминал свою зависть… зависть к аристократам и их богатству. Тогда ему казалось, что нет более счастливых людей на свете. Ведь у них были — деньги! Сейчас, слушая историю Алисы, он наконец понял, как же сильно ошибался — и как мало ценил то, что имел.

— В четырнадцать я превратилась в тень. — Алиса продолжала. — И снова захотела повторить попытку. — Пауза. — В тот раз меня остановила наша кухарка, — впервые с момента исповеди на лице девушки расцвела робкая улыбка, — тетя Клава. Она окружила меня любовью и заботой. Подарив то, что не успела дать мама…

Посмотрев на Марка и увидев, что он чувствует и понимает ее переживания, она закончила — в конце едва шепча:

— Только благодаря им я жива, Марк. Понимаешь? — увидев его кивок, добавила: — И оба они — и дядя Коля, и тетя Клава — часть клана Волковых. Часть тех, кого ты хочешь уничтожить…

Почувствовав, как парень дернулся, Алиса быстро заговорила:

— Я понимаю и разделяю боль твоей утраты. Она не сравниться ни с чем. Но как думаешь — они заслуживают смерти? А сотни других людей, присягнувших на верность клану? Они заслуживают этого?

Алиса видела, что сказанное причиняет ему сильнейшую боль, но не могла молчать. Она знала: так — ПРАВИЛЬНО! А еще чувствовала: он — ПОЙМЕТ!

И Марк действительно понимал…

Разумом он уже довольно давно понимал, что его фанатичная клятва уничтожить все, связанное с Волковыми, — не что иное, как топливо, заставляющее его жить. Именно эта мысль помогла ему выжить в самые сложные, самые трудные периоды.

ЛЮБОВЬ и МЕСТЬ…

Две вещи, позволившие ему победить древнее существо, обладающее куда более весомой силой, чем он. Они же толкали его вперед, заставляя буквально вгрызаться в землю, но двигаться… двигаться к цели, несмотря на преграды.

Но так было раньше…

А сейчас? Готов ли он сейчас уничтожить десятки и сотни ни в чем не повинных людей? А глядя на Алису, он понимал — таких много. Много тех, кто совершенно не касался всей той грязи, в которой по уши замазана верхушка клана.

В его душе шла невидимая, но невероятно сильная борьба. Разум говорил одно, эмоции — другое. Клокочущая где-то очень глубоко ярость кричала: «Уничтожь! Уничтожь все, связанное с ними! Они все этого заслужили!»

Разум шептал: «Ты не безжалостный зверь, а — человек!»

И именно эта короткая фраза позволила Марку осознать, что он не хочет терять ее…

ЧЕЛОВЕЧНОСТЬ!

Ведь именно это качество так ценилось в их семье. Этому в первую очередь учили его родители — всегда оставаться человеком!

То, что он на верном пути, стало понятно, когда перед глазами предстали четкие образы родителей — как тогда, во время Гона в третьем круге.

Покачав головами и улыбнувшись, они будто сказали: «Не нужно, сын. Нам не нужна такая месть».

Но в то же время в стальном взгляде отца Марк видел и другой посыл: «Прощать всех — нельзя! Виновный в смерти матери должен быть наказан. Но, сын… ты же сам чувствуешь, что ты не мясник, убивающий направо и налево. Ты — палач! Палач, выносящий жесткий, но справедливый приговор тем, кто его заслужил».

Спустя, казалось бы, вечность, Марк тихо заговорил:

— Возможно, ты права. Я еще буду думать над этим, — посмотрев на девушку, закончил: — Но обещаю — я не буду бездумно уничтожать всех. Наказание понесут только виновные.

— Спасибо. — Алиса облегченно выдохнула, прикрывая на секунду глаза.

Когда она заговорила дальше, в ее голосе была уже не боль, а теплота.

— Я даже не сомневалась, что ты не тот человек, который будет уничтожать всех без разбора.

Марк вздрогнул — услышанное полностью совпадало с его мыслями. Собравшись с силами, он спросил:

— А как быть нам?

Наконец он задал самый волнующий его вопрос. И кто бы знал, чего это ему стоило.

— А что изменилось? — Алиса смотрела на него совершенно серьезно. — Раньше я хотела создать свой род, в котором все будет работать по закону и справедливости. Сейчас… — Пауза. — Сейчас я не против стать супругой главы такого рода. Если, конечно, он, захочет этого…

— Захочет, — хрипло произнес Марк — и все же добавил: — Но что скажет на это твой отец?

— А какая разница? — Алиса вновь улыбнулась, пожав плечами. — Во-первых у нас есть еще целый год впереди. За это время тебе нужно найти лекарство для Лизы, а мне… мне нужно стать сильнее, чтобы не обращать внимание на его желание.

Тишина…

— Но если у меня не получится и придет время… — Алиса с надеждой посмотрела в его глаза. — Ты же защитишь меня от дракона?

— Да, — Марк ответил совершенно серьезно. — Я защищу тебя от всех драконов мира.

— Спасибо, мой принц.

Он остановил потянувшуюся было к нему Алису — остался еще один очень важный вопрос, о котором нельзя было молчать.

— Алиса, ты права насчет того, что многие, служащие вашему клану, не виноваты в смерти моей семьи. Но есть тот, кто, несомненно, причастен к произошедшему. Тот, чью вину мне не нужно доказывать. — Пауза. — Это твой брат. И я уже вынес ему смертный приговор.

Пауза…

— Антон, — кулаки Алисы сжались, — монстр! С самого детства он совершал поступки, за которые мне не раз хотелось его убить. Именно он рассказал отцу про щенка.

Новая слезинка скатилась по ее щеке.

— Но я не могу этого сделать, ведь он мой брат. Думать об этом — да. Осуществить — нет. — Алиса посмотрела на Марка. — Позволить тебе…

Его сердце сжалось — он ожидал услышать просьбу не делать этого. Простить. Но то, что она сказала дальше, потрясло его до глубины души.

— Помнишь снайпера, который стрелял в нас? — не дожидаясь ответа, Алиса продолжила: — Это был личный слуга моего брата. Его перст, всегда действующий по его указке. Я уверена — это Антон пытался сначала меня похитить, а когда не вышло — убить.

Видя, что слова дошли до него, Алиса закончила:

— Поэтому я только облегченно выдохну, если ты избавишь от него этот мир. Он, как никто другой, заслужил смерти.

Марк молчал, переваривая услышанное. Алиса тоже прислушивалась к себе, осознавая, насколько ей стало легче после того, как она открылась парню.

Вставая со скамейки, она произнесла, указывая на вошедшего мужчину, которого наверняка знал каждый житель не только Российской империи, но и мира и который сейчас с любопытством смотрел на них.

— Нам пора. Настало время получить свою благодарность и наконец узнать, что здесь происходит. Но сначала… — девушка наклонилась к Марку и жарко поцеловала его, на глаза у всех, вызывая невероятное оживление в зале. — Поговорю с отцом. Мне только что пришла в голову отличная идея…

С этими словами Алиса деактивировала купол тишины и направилась к разъярённому Геннадию Волкову, вокруг которого мгновенно образовалось пустое пространство.

— Что ты себе позволяешь, — возмущенно начал тот.

— Ты знал? — Алисе было совершенно плевать на разом подскочившую на десяток градусов температуру. Всмотревшись в лицо отца, она констатировала: — Конечно знал. Как и всегда. За многие годы твои люди отлично научились вытаскивать Антона из всякого дерьма.

— Следи за своим языком!

Геннадий Волков был невероятно зол. Только присутствие императора удерживало его от немедленного наказания как дочери, так и простолюдина, с которым она связалась. И поцелуем с которым, только-что прилюдно опозорила как себя, так и весь клан.

Но дальше его дочь сказала такое, от чего вся злость разом испарилась, а аналитический разум включился, мгновенно просчитывая последствия произошедшего.

— А то, что он попытался меня сначала похитить, а после убить? Здесь, в Цитадели? Ты тоже в курсе этого? — уже закончив говорить, Алиса увидела на лице отца невозможную эмоцию — искреннюю растерянность. — Да неужели?

— О чем ты говоришь? — Волков цедил слова сквозь зубы.

— Ты знаешь где Игнат?

— Отправился с инспекцией по поручению…

Геннадий не договорил. Желваки на скулах заиграли — его, великого главу, великого клана — обманули! Вскоре множество людей лишиться не только должности, но и голов.

Алиса покачала головой.

— Ты постарел отец. И потерял хватку.

— Замолчи! — Вокруг Геннадия Волкова вспыхнула огненная аура. — Ты уже достаточно опозорила и себя и меня.

— Нет, отец, — Алиса вновь покачала головой.

Казалось, вместе с исповедью ушел весь ее страх. Теперь она видела перед собой не могущественное существо, до дрожи пугавшее ее в детстве, а постаревшего, озлобленного человека, любящего власть — и только власть.

— Прежде чем замолчу, я хочу напомнить тебе о нашем договоре. О том, что, если до тридцати лет я получу пятый ранг, то сама смогу выбрать себе мужа из предложенных тобой кандидатур. Если же не успею — лягу под любого, указанного тобой.

— З-А-М-О-Л-Ч-И, — вновь процедил Волков.

— Я хочу внести изменения в наше соглашение, — Алиса продолжала говорить, не обращая внимания на реакцию отца. — Если ты не боишься…

Скрип зубов Волкова, казалось, был слышен во всей Цитадели.

— Говори.

— Через год мы сразимся. — Алиса посмотрела в лицо отца. — И если победа будет за мной — ты оставишь меня в покое. Навсегда. Я сама буду выбирать, с кем и как жить. — Быстрый взгляд на Марка. — А если я проиграю — до конца жизни я буду беспрекословно исполнять любой твой приказ.

Тишина…

Геннадий обвел бешенным взглядом собравшихся в зале. Отказаться сейчас — окончательно потерять и так рухнувшую в пропасть репутацию.

— Хорошо, дочь. Я принимаю твои условия. — Волков кивнул, в его глазах полыхало пламя. — Потом не моли меня о пощаде и снисхождении. Их не будет.

— И все время до поединка ты не будешь трогать меня и ограничивать мою жизнь. — Видя, что отец хочет что-то сказать, Алиса быстро произнесла: — Как и раньше — я не возьму ни кредита из клановой казны на свое развитие.

— Договорились. — Геннадий понимал, что в текущей ситуации ему некуда отступать.

— Услышано! — хором рявкнуло несколько глав великих кланов.

— Но и ты послушай меня, дочь. — Волков не мог не оставить за собой последнее слово. — На этот год я снимаю с тебя защиту клана Волковых. Отныне — ты сама по себе. Обычная безродная авантюристка, связавшаяся, — он бросил брезгливый взгляд на Марка, — с грязным простолюдином.

Алиса ничего не ответила, зато помещение сотряслось от очередного:

— Услышано!

Подойдя к ошарашенному Марку, она едва слышно прошептала побелевшими губами:

— Не знаю как, но теперь ты просто обязан сделать меня сильнее.

Парень не успел ничего ответить, ведь наконец заговорил император, с живым интересом наблюдавший за всем происходящим.

— Зря ты так, Гена, — он покачал головой.

— Я в своем праве, дарованным мне…

— Я не о твоем договоре с дочерью, — Александр IV примирительно поднял руки.

Видя вопросительный взгляд Волкова, император пояснил:

— Зря ты оскорбляешь героя Цитадели, называя его грязным простолюдином.

Волков только сжал кулаки, полыхнувшие белым пламенем.

— Да и не похож он на него, — Император будто не заметил этого, с любопытством рассматривал Марка. — Глянь, какой красавец. Была бы у меня дочь — я бы задумался…

Александр IV перевел взгляд на Алису.

— Впрочем, кто я такой, чтобы разлучать такую пару. — Император совершенно бесстыдно рассматривал наряд Алисы, вогнав девушку в краску. — А ведь я помню тебя совсем крохой. Смотри, в какую красавицу выросла…

Окружающие прислушивались не только к каждому сказанному слову, но и тону, с которым оно произнесено. Александр только прикидывался простаком. Все присутствующие прекрасно осознавали — перед ними могущественный человек, руки которого по локоть в крови, и который всегда ведет свою игру. И если он что-то говорит… за этим кроется второе, а возможно, и третье дно.

Бросив новый взгляд на Геннадия Волкова, император задумчиво произнес:

— Может дать ему титул за совершенный подвиг, а? — Посмотрев на Марка, спросил: — Хочешь сделаю тебя бароном?

— Нет.

— Нет? — Александр IV искренне удивился.

— Сам заработаю титул.

— Сам? Не хочешь быть должником даже у императора? — почесав подбородок, Александр продолжил: — Ну да, так оно будет гораздо ценнее. Тогда не задерживайся надолго на четвертом ранге.

Марк ничего не ответил. Последнюю минуту он чувствовал ненавязчивое ментальное воздействие, но не понимал его источника и цели.

Видя, что он молчит, император снова заговорил:

— Денег предлагать не буду — вы заработали столько, что хватит на всю жизнь. Новый ранг в гильдии вы уже получили…

Увидев медные перстни авантюристов на пальцах обоих, Александр IV нахмурился и, повернувшись к главе Гильдии авантюристов, спросил:

— А почему у них медные перстни, а не серебряные? Ты же докладывал, что их заслуг хватило?

— Все верно, ваше императорское величество, — быстро ответил Каменев. — Но замена колец производится только в Химграде. И они лично должны присутствовать там.

— Да, помню, — Император поморщился и посмотрел на Марка и Алису. — Получается, мне нечем вас наградить? Непорядок.

— Нам ничего не нужно… — начал было Марк.

— Нет, — император покачал головой, — Я никогда не оставлял героев без заслуженной награды. А то, что совершили вы, — великий подвиг.

Александр прошелся по залу, заложив руки за спину. Остановившись и хлопнув в ладоши, он радостно произнес, заставив окружающих замереть от услышанного:

— Придумал! — Император снова внимательно осмотрел Марка и Алису. — Каждому из вас я дарую однократную возможность обратиться ко мне с любой просьбой или вопросом. Я оставляю за собой право отказать в ней, но даю слово — лично приму вас без проволочек и выслушаю.

— Услышано! — в третий раз за день разнеслось по помещению.

Марк не сразу понял, что это значит, — не осознавая ценности сказанного. Зато отлично понимала Алиса — подойдя к парню, она легонько толкнула его ладонью в спину и, подавая пример, склонилась в поклоне.

— Благодарим вас за оказанную честь, ваше величество.

Марк молча повторил поклон.

Удовлетворенно кивнув, Александр произнес:

— Вы это заслужили.

Обведя взглядом всех собравшихся, император подал едва заметный знак рукой и заговорил:

— Ну а теперь пришло время приступить к тому, ради чего мы все здесь собрались и чего некоторые, — Александр бросил быстрый взгляд на главу Рысевых, — так долго и нетерпеливо ждали.

Император и все присутствующие впились взглядом в черный ящик, который внес лично Казанцев. Поставив его на стол, глава тайной службы откинул крышку, открывая доступ к содержимому.

— Узнаем, сможем ли мы получить наследие Древних.

Главы кланов и представители крупнейших сил молча подобрались — а вот молодое поколение вскрикнуло в голос: видимо, услышанное стало для них неожиданностью. Все завороженно смотрели на чудо, находящееся совсем рядом.

Марк тоже пораженно смотрел на едва светящиеся на камне руны. Он наконец понял, откуда к нему шел ментальный зов.

Но совершенно не понимал, что происходит…

Дорогие читатели!

Если вам нравится мое творчество — поставьте, пожалуйста, произведению лайк. Оказалось, что это помогает в продвижении книг. А значит вы можете помочь другим людям узнать обо мне, как об авторе. Сейчас книгу читает гораздо больше людей, чем стоит сердечек )). Если вы еще не определились — нравиться вам или нет — поставьте авансом. Я обещаю, что приложу все силы, чтобы не подвести ваши ожидания!