Жалкий, истеричный крик Новгородова метался под сводами, дробясь о нефритовую стену. Такой же мысленный вопрос, возможно не настолько отчаянный, читался во взглядах остальных людей, вне зависимости от их отношения к Марку.

Он не ответил.

Никому.

Просто стоял и молчал, глядя на привратника сквозь прозрачную грань ячейки. И от этого гнетущего молчания окружающим становилось сильно не по себе.

— Задание пятого уровня выполнено, — наконец разрезал тишину ровный голос привратника. — Ты справился великолепно. Можешь отдыхать, дожидаясь окончания испытания остальными претендентами.

Вот только дожидаться оказалось нечего.

— Я закончил, — глухо произнёс Беркутов, не сводя глаз с Марка.

— Я закончила, — эхом откликнулась Ольга.

— Закончил…

— Закончила…

Один за другим претенденты объявляли о завершении испытания — и Марк прекрасно понимал почему они так делали. Дело было не только в усталости и в исчерпанных силах: после всего увиденного никто из них не мог заставить себя работать дальше.

Марк видел в их глазах немой вопрос: «ЗАЧЕМ?»

Продолжать испытывать судьбу ради эфемерных очков? Но тогда появлялся риск не справиться и вовсе потерять все заработанное.

Удивить остальных своим результатом?

ЧЕМ и КАК???

Там, за соседней стеной, стоит человек, только что сотворивший заклинание из ЧЕТЫРЕХ СТИХИЙ! Человек, рядом с которым все их достижения разом стали выглядеть блеклыми и никчемными…

Марк обвёл взглядом горящие руны ячеек, быстро подводя итоги испытания.

Алиса единственная покорила четвёртый уровень — не считая, конечно, погибшего Щукина.

Ольга и Татьяна дожали оба плетения третьего. Но если эфирница смерти выглядела крайне измотанной, то целительница еще неплохо держалась: в последней трети срока она применила какой-то артефакт и без единого срыва, исполнила второе плетение.

Артур с Беркутовым осилили только по одному плетению этого же уровня.

Поистине удивил Сергей — он выжал из второго уровня всё, что мог, — три задания из трёх! Феноменальное достижение для эфирника, чей дар не насчитывал и недели.

Столько же взял и Новгородов, окончательно продемонстрировав свое никчемное нутро — во взглядах остальных не читалось ничего, кроме презрения как к самому аристократу, так и к его результату. Даже на Медведева, так и просидевшего весь срок с каменным лицом, смотрели с большим уважением и толикой жалости.

И пусть дополнительных наград не предполагалось — каждый и без того уносил отсюда невероятное: ДРЕВНИЕ ЗНАНИЯ!

Плетения, которые кланы будут разбирать по винтикам годами, делая большой шаг вперёд во всей науке об узорах силы.

Привратник помолчал, словно сверяясь с чем-то внутри себя, а после торжественно произнёс:

— Испытание Храма Знаний завершено! — Пауза. — Настала пора подвести итоги и вручить вам заслуженную награду!

Все замерли, неверяще глядя на голема.

Итоги… Награды…

ЗАКОНЧИЛОСЬ⁈

Неужели весь этот кошмар — смерти, боль, испытания на грани возможного — наконец-то закончился?

Понимая, что привратник не шутит, претенденты шумно выдыхали, сбрасывая незримый груз, беспрерывно давящий на плечи последние дни. Скоро они выберутся отсюда. Вернутся к своим кланам, к семьям, к прежней жизни…

Вот только прежней жизни больше не будет — каждый кристально ясно осознавал эту простую истину.

Мир перестал быть прежним в тот самый миг, когда появился «первый» носитель двух даров: терранта и эфирника.

Продолжил трещать по швам, когда выяснилось — он такой не один!

Окончательно разрушился сейчас — когда над залом загрохотала рукотворная стихийная буря…

— Прошу.

С коротким словом привратника силовые грани ячеек истаяли, а в центре Храма развернулась знакомая пелена перехода.

Но Марк смотрел не на неё.

Он смотрел на Алису.

Девушка застыла внутри своей ячейки, не сделав ни шага наружу. Просто стояла и смотрела на него — широко распахнутыми, потемневшими глазами, в которых читалось…

«Она… боится меня?»

Что-то горячее и болезненное шевельнулось в груди, поднимаясь к горлу — Марк слишком хорошо знал этот взгляд…

Близкие так не смотрят.

Так смотрят… чужие.

«Неужели…»

Стоило только задуматься о страшном и непоправимом — Алиса сорвалась с места.

Пролетев разделявшие их метры, она врезалась в него, обхватила руками, и сжала так, что заныли рёбра. Марк выдохнул, чувствуя, как отпускают все сомнения и улетучивается загнанный глубоко внутрь страх. Он осторожно обнял хрупкие вздрагивающие плечи.

— Я так испугалась… — прошептала она куда-то ему в грудь. — Когда Олег… когда все посмотрели на тебя… Я думала, что увижу, как ты…

— Всё хорошо, — Марк легко коснулся губами её макушки. — Слышишь? Теперь всё будет хорошо. Скоро мы покинем это место.

Алиса кивнула, не поднимая головы, а Марк, глядя поверх её волос, поймал «взгляд» привратника.

Безликий голем смотрел прямо на него. Неподвижно. Пристально. И было в этом взгляде что-то такое, отчего по позвоночнику пробежал лютых холод.

Мгновение — и ощущение бесследно исчезло.

Привратник отвернулся, обращаясь ко всем:

— Прошу претендентов пройти в зону перехода.

Один за другим уставшие люди шагали в пелену. Марк с Алисой прошли последними, исчезая во вспышке света.

И вновь замерли — как и все остальные.

Их встретил коридор…

Широкий, уходящий вдаль на добрую сотню метров, он был залит ровным золотистым светом: каждый сантиметр стен, пола и сводчатого потолка покрывала вязь золотых рун, тускло мерцающих в глубине тёмного камня. Красиво? Безусловно.

Вот только от этой красоты по коже полз мороз!

Марк не мог объяснить словами, что именно было не так, но коридор…

ДАВИЛ!

Давил самим фактом своего существования — как давит взгляд хищника, следящего из темноты: ты не видишь его, но чуешь загривком.

Судя по лицам остальных — подобное чувствовал не он один.

— Что это за место? — тихо спросил Беркутов, ни к кому конкретно не обращаясь.

Выбитый из колеи новым зрелищем, он совершенно забыл о возможном наказании за нарушение правил.

— Ах да… — привратник, соткавшийся из воздуха позади группы, выдержал паузу. — Совсем забыл.

От будничности его тона стало только страшнее.

— Чтобы получить награду, вам необходимо пройти по этой дороге. — Пауза. — Можно сказать: пройти последнее, негласное испытание.

Слова упали в тишину, словно камни в колодец.

ПОСЛЕДНЕЕ ИСПЫТАНИЕ…

Марк почувствовал, как напряглась под его ладонью рука Алисы. Услышал, как кто-то из аристократов сдавленно выругался. Ольга прикрыла глаза, её губы беззвучно шевельнулись.

Они уже поверили…

Поверили, что всё закончилось!

Расслабились, разжали внутреннюю пружину и отпустили ту звенящую собранность, что держала их в напряжении все эти дни.

И именно ТЕПЕРЬ, на самом пороге…

«Вот в чём смысл», — с ледяной ясностью понял Марк. — «Сокрушительный УДАР по уже расслабившейся воле».

Испытание уже началось…

— Перед вами — голос привратника наполнил коридор, — ДОРОГА ЖИЗНИ!

Золотые руны вспыхнули ярче, отзываясь на имя.

— Она положит на плечи каждого всё, что он несёт. Любовь и вину. Клятвы и страхи. Долг и тайны. Всю вашу жизнь — шаг за шагом. От рождения — и до сегодняшнего дня.

Голем неспешно двинулся вдоль шокированного услышанным строя людей.

— Дорога не судит. Она — ВЗВЕШИВАЕТ!

Пауза.

— А вот хватит ли у вас ВОЛИ выдержать вес собственной жизни… покажут ваши шаги.

Привратник остановился.

— Правила просты: ступивший на Дорогу должен пройти её до конца — сойти с пути или сдаться — нельзя. Наказание за это — смерть! Причинивший любой вред другому идущему — умрёт! Пространственные перемещения подавлены. Чем выше ваша скорость — тем тяжелее будет ноша: Дорогу нельзя проскочить, по ней можно только неспешно ПРОЙТИ.

Гробовая тишина…

— Помогать — можно!

Услышав последние слова, многие оживились, но тут же сникли, ведь конструкт продолжил:

— Протянутая и ДОБРОВОЛЬНО принятая рука ПОРОВНУ разделит ношу на двоих. Но знайте: держать можно лишь одного и каждый вправе разжать пальцы в любой миг. Дорога запрещает насилие… — в голосе голема скользнуло что-то тёмное, — но не запрещает рациональность.

Претенденты молчали, переваривая услышанное.

Усталые, выжатые досуха последним испытанием, с разряженными амулетами и опустевшими поясами для эликсиров — они смотрели на золотой коридор, и в глазах у многих плескалось отчаяние: предстоящее «испытание» могло оказаться опаснее, чем все предыдущие вместе взятые.

— И последнее, — привратник обвёл всех взглядом. — Прежде чем вы коснётесь камней, Дорога дарует милость: ОДИН может отказаться. Без смерти. Потеряв все накопленные очки и заняв последнее место. Реша…

— Я ОТКАЗЫВАЮСЬ!

Крик Новгородова ударил по ушам раньше, чем привратник договорил.

Расталкивая остальных, аристократ вылетел вперёд, словно боялся, что кто-то успеет раньше — его глаза лихорадочно блестели, на лбу выступила испарина.

— Я отказываюсь! Слышишь⁈ Я!

Повисла неловкая, звенящая тишина…

Некоторые претенденты, задумавшиеся о сдаче, отводили в сторону взгляд — настолько неприкрытым, буквально голым был страх Новгородова. Они отказывались смотреть на него, ведь аристократ транслировал именно то чувство, которое расползалось в глубине их душ и сердец.

— Претендент, — бесстрастно уточнил привратник, — ты потеряешь все очки заслуг и займёшь последнее место. Ты подтверждаешь свое решение?

— Да плевал я на твои очки! — Новгородова передёрнуло. — Просто выпусти меня отсюда!

— Принято.

Голем повёл рукой — и аристократа окутало сияние. Мгновение спустя его фигура возникла далеко впереди, за самой гранью Дороги, у противоположного выхода из коридора.

В безопасности.

Новгородов огляделся, осознал свое положение — и на его лице расплылась торжествующая ухмылка. Скрестив руки на груди, он привалился плечом к стене, устраиваясь поудобнее.

Трусость заняла место на трибунах.

— Прошу — привратник осмотрел остальных и приглашающе повел рукой. — Дорога ждёт…

Неожиданно, но первым вперед двинулся Медведев.

Могучий террант неспешно осенил себя кругом, поправил лямки рюкзака и шагнул на золотые руны широким, размашистым шагом человека, привыкшего смело встречать жизненные трудности и преграды.

Второй шаг дался ему уже тяжелее.

На третьем исполинскую фигуру согнуло, будто на плечи терранту рухнула невидимая плита. Медведев глухо выдохнул и, прикрыв глаза, упёрся ладонями в колени…

Марк увидел, как шевелятся его губы — здоровяк просил у кого-то прощения. А потом — он выпрямился и пошёл: гораздо медленнее, вполшага, но размеренно, словно метроном.

Раз. Два. Раз. Два.

Давление, множимое скоростью, отступило. Урок, преподанный без единого слова, заметили все: спешить здесь — значит заплатить многократно.

Следом на Дорогу ступили остальные.

И у каждого она была — СВОЯ!

Марк улыбнулся — и протянул Алисе ладонь.

— Вместе?

— Вместе.

Сделав первый шаг, он почувствовал, как стремительно, словно бурлящий поток, рухнувший в бездонную пропасть, пустеет накопитель ментального артефакта: хватило секунды, чтобы камень полностью опустел.

Коротким ментальным импульсом Марк подавил попытку центра управления переключиться на новый камень.

«Бесполезно… придется честно нести свою ношу…»

Он шёл, сжимая тёплую ладонь Алисы, и чувствовал, как с каждым шагом на плечи опускается незримый груз. Не боль — именно вес. Тяжесть всего того, что он тащил на себе эти годы и что старательно прятал даже от себя самого.

ВИНА…

«Слаб… не защитил сестру и родителей…» — зашелестело на границе сознания. — «Она лежит там, ждет помощи… а ты так медленно идёшь за силой… А если… если ОНА НЕ ДОЖДЕТСЯ?»

Шаг.

ОБЯЗАТЕЛЬСТВА…

«Так много клятв… Ты поклялся уничтожить клан, а после полюбил дочь ВРАГА и отказался от клятвы… как ты будешь смотреть Лизе в глаза, когда придёт время?..»

Шаг.

СТРАХИ…

«Человек ли ты? ЧТО у тебя внутри? Ты хоть понимаешь, что оно с тобой делает? Кем ты становишься с каждым его ударом?.. Можешь ли ты еще считаться…»

Внезапная жгучая боль в груди заставила Марка стиснуть зубы — мысленно поблагодарив артефакт, он тряхнул головой и сбросил наваждение.

«Это — не МОЕ! Не МОИ мысли! Я — ЧЕЛОВЕК! Я — спасу Лизу! Я — накажу виновных! Я — НЕ МЯСНИК!»

Выпрямившись, Марк пошёл дальше, крепче сжав руку Алисы.

Он — ЧУВСТВОВАЛ — ей приходилось не легче!

Побелевшие губы, испарина на висках, остановившийся взгляд, устремлённый внутрь себя, — Дорога взвешивала и её жизнь.

Мёртвая мать. Ледяной дом и несчастное детство. Попытки самоубийства. Брат, чьё имя она не могла произносить без ненависти.

И страх… липкий, удушливый страх своего отца…

Но Алиса — ШЛА!

Шла, не сбиваясь с шага, не прося передышки, лишь крепче цепляясь за его ладонь. И Марк в который раз подумал, что ВОЛЕ этой хрупкой девушки могли бы позавидовать самые крепкие мужчины.

Остальные растянулись по коридору неровной цепочкой.

Медведев мерно вышагивал далеко впереди — его ноша оказалась тяжела, но проста, как и он сам: процветание и развитие клана. Цельным людям Дорога не могла предложить сюрпризов.

Беркутов шёл последним — тяжело, набычившись, волоча за собой невидимый груз чужих ожиданий.

Но шёл, упрямо и зло.

Сергей с Татьяной двигались в паре, сцепив руки. Стражу приходилось скверно: Марк видел, как ходят желваки на его скулах, как всё ниже опускаются широкие плечи. Дорога подняла из глубин то, что террант прятал ото всех, — и теперь этот груз пригибал его к золотым рунам вернее любой плиты.

А Татьяна…

Татьяна держалась из последних сил. Целительница, не поднимая глаз, переставляла ноги, и по её щекам беззвучно катились слёзы.

«Знала — и молчала…» — читалось в её сгорбленной спине. — «Могла рассказать — и испугалась…»

Удивительно, но Ольга и Артур тоже шли вместе.

Представитель «Волхова» сам предложил ей руку — ещё на первых метрах, с безукоризненной вежливостью делового человека: «Я готов разделить ношу. Думаю, так будет проще».

И Ольга, помедлив, приняла помощь — сил отказываться у неё не было уже тогда.

Эфирница смерти шла хуже всех…

Что бы ни поднимала Дорога из глубин её памяти — это было нечто такое, от чего девушка, чьим оружием была сама СМЕРТЬ, беззвучно кричала, распахнув рот. Её ноги заплетались, свободная рука судорожно сжимала рукоятку черного клинка…

На половине пути Артур остановился — с каждой секундой груз ДАВИЛ на их пару все сильнее, буквально примораживая ноги к земле.

Обернувшись, Марк увидел, как «корпорант» несколько секунд стоит неподвижно — спокойный, собранный, с лицом человека, сводящего дебет с кредитом. Он видел, как тот оценивающе смотрит вперёд, на оставшуюся часть Дороги. Как переводит взгляд на повисшую на его руке Ольгу.

И… разжимает пальцы.

— Прости, — донеслось до Марка ровное, почти вежливое. — Ничего личного. Не знаю, что ты натворила, но я не собираюсь умирать за тебя.

Ольга рухнула на колени…

А Артур Вольский встряхнулся и пошёл дальше — тяжело, размеренно, но гораздо легче, чем раньше. Он не оглядывался. Зачем? Человек, только что закрывший убыточную сделку, не видел в этом никакого смысла.

Ольга стояла на коленях посреди золотого коридора, не в силах подняться.

Она попыталась — упёрлась ладонью в руны, подтянула ногу… и завалилась обратно. Лишившаяся второго носильщика, она рухнула под гнетом ноши, возложенной на нее Дорогой — эфирницу смерти с каждой секундой все сильнее вжимало в камни…

Мимо, тяжело набычившись, прошёл Беркутов. Скользнул по упавшей взглядом — и отвернулся, ускоряя шаг настолько, насколько позволяла Дорога.

Никто не остановился и не пришел на помощь…

Никто и не должен был: каждый нёс СВОЕ — и своего хватало с избытком.

Марк ощутил, как дрогнула ладонь Алисы.

— Марк.

Он повернул голову.

Девушка посмотрела на него, потом — на скорчившуюся позади фигуру в чёрном.

— Ты можешь помочь ей?

— Что? — ему показалось, что он ослышался.

— Ответь.

— Не знаю… — Марк с сомнением прислушался к себе. — Наверное, да.

— Тогда… я прошу — помоги ей! — твёрже повторила Алиса, пытаясь высвободить руку из его хватки. — Я продержусь сама. Осталось совсем немного.

— Нет, — попытался он сжать ее пальцы, но увидев ее взгляд — остановился.

— Лиса…

— Посмотри на неё! Она не дойдёт! — В изумрудных глазах, обращённых к нему, не было ни сомнения, ни колебания — лишь усталая, взрослая решимость. — Хватит смертей, Марк. Хватит. Я видела уже три — четвёртую видеть не хочу.

— Ты уверена, что…

— Я справлюсь! — Алиса упрямо вздёрнула подбородок, и сквозь смертельную усталость на миг проступила та самая девушка, что когда-то в Химграде заявила ему, что не остановится ни перед чем, ради достижения своей цели. — Я смогу дойти, но не смогу вернуться и помочь. Если кто и способен на такое, — пауза, — то только ты.

Секунду Марк смотрел ей в глаза… затем медленно разжал пальцы, выпуская тёплую ладонь, — и тут же ощутил, как полегчала его собственная ноша, лишившись части чужого груза.

Алиса покачнулась, шумно выдохнула… выпрямилась. Готовый в любую секунду вновь прийти на помощь, Марк тревожно всматривался в ее лицо.

— Нормально. — Девушка смахнула выступивший пот. — Выдержу.

— Уверена?

— Да, — Алиса качнула головой и… пошла к выходу.

Шаг. Ещё шаг.

Невероятным усилием Марк заставил себя развернуться и в несколько десятков тяжёлых шагов добрался до Ольги — идти обратно оказалось ничуть не легче…

Блондинка полулежала на полу, упираясь в светящиеся руны дрожащими руками. Услышав шаги, она с трудом подняла голову — и застыла…

Не веря.

Марк молча протянул руку.

— Почему?.. — её голос был хриплым, чужим. Взгляд метнулся за его спину — туда, где, пошатываясь, шла в одиночку Алиса. — Я же… я же пыталась тебя…

— Она попросила, — просто ответил Марк.

Ольга смотрела на него ещё мгновение.

А потом в её глазах — глазах повелительницы смерти и страха, девушки, привыкшей просчитывать людей на десять ходов вперёд, привыкшей играть их судьбами, словно хрупкими игрушками, — что-то беззвучно треснуло и осыпалось.

Она вложила ледяные пальцы в его ладонь.

Ноша навалилась на Марка немедленно — чужая, тёмная, пахнущая старой кровью и старым горем. Он стиснул зубы, перераспределяя вес, и потянул девушку вверх:

— Идём спокойно. Не думай о конце пути — думай только о следующем шаге.

И они пошли…

Это было тяжело — тяжелее, чем всё то, что Дорога преподнесла ему до сих пор. Двойной груз давил на плечи, шёпоты сплетались в два голоса: свой твердил про белую палату и уходящее время, чужой — сипел что-то на незнакомом языке, полном шелеста и могильной стыни.

Но Марк шёл…

Шёл, потому что там, впереди, брела его девушка — и каждый её шаг был для него важнее собственного.

Шёл, потому что рука в его ладони уже не была ледяной.

Шёл, потому… что не умел иначе…

Медведев первым пересек грань.

Алиса и Артур сделали это практически одновременно — золотые руны оборвались, и девушка, сделав шаг на тёмный камень, осела на подломившихся ногах. В тот же миг Марк испытал невероятное облегчение —даже идти стало немного легче.

За ними Дорогу покинул Беркутов.

Улыбка, застывшая на лице Марка после выхода Алисы с Дороги, — померкла…

Он увидел, что они ДОГОНЯЮТ Сергея с Татьяной: последние шаги давались этой паре с невероятным трудом — они буквально продирались сквозь пространство, проливая тонны пота.

Ещё через полсотни ударов сердца они сравнялись…

Заглянув в лицо терранта, Марк увидел в глубине его глаз бездну отчаяния — Татьяна явно держалась из последних сил, — и страж совершенно не понимал, что ему делать.

Играя желваками и буквально стирая зубы друг об друга, Марк двинулся дальше…

Шаг. Еще шаг.

Стоило переступить грань — и ноша исчезла!

Просто растворилась, вся и сразу, будто кто-то перерезал невидимые постромки, освобождая его от груза.

От внезапной лёгкости их повело: Ольга не удержалась и упала на четвереньки, хрипло, взахлёб дыша.

— Спасибо… — выдавила она между вдохами, ища взглядом Алису. — Я запомню. Свободные торговцы… я… мы не забываем долгов.

Марк не успел ничего ответить.

Внезапно раздался крик:

— БЕРУ ВСЕ НА СЕБЯ! — секундой позже, Татьяна кубарем вылетела с дороги.

Отдышавшаяся Алиса бросилась к подруге, поднимая ее на ноги. Развернувшись, Марк посмотрел на Дорогу.

Там, на последнем отрезке пути, остался один человек.

Сергей…

Террант стоял на коленях, упёршись кулаками в руны, не в силах двинуться дальше. Его ноша — та, что он прятал ото всех, та, что Дорога вытащила на свет и только что умножила стократ, — дожала его на этих метрах, когда рядом не осталось никого.

— Не надо! — Татьяна бросилась наперерез привратнику. — Не наказывай его! Он не сделал мне ничего плохого… Он… помог — вытолкнул меня. Я не просила! Я…

Голос целительницы сорвался, сменившись громкими рыданиями.

— Он знал правила, — привратник пожал плечами. — Совершив подобное — он взял слишком много и приговорил себя. Я только облегчу его страдания.

— Пожалуйста… не надо… — Татьяна обернулась, обвела всех отчаянным взглядом — и нашла Марка: — Помоги ему! Он же не встанет…

Марк на секунду замер — и сделал ШАГ к пелене…

— Претендент, — голос привратника догнал его у самой грани. — Ты понимаешь, что делаешь? Дорога не обнуляет пройденное. Вернувшись, ты не только вновь примешь целиком свою ношу, но и разделишь его.

— Понимаю.

— Это будет твой третий проход.

— Я умею считать, — Марк шагнул на золотые руны.

Ноша рухнула на плечи мгновенно — знакомая, злая, изголодавшаяся.

Белая палата. Клятва. Артефакт.

Шёпоты накинулись разом, почуяв усталость, но Марк лишь опустил голову, и словно несокрушимый путник, идущий против бури, двинулся вперёд.

Шаг. Шаг. Шаг.

Сергей не поднял головы, даже когда тень Марка легла на руны перед ним.

— Зачем… — глухо выдавил террант.

— Я не бросаю друзей, — Марк присел рядом и заглянул ему в глаза.

— Уходи, — Сергей спрятал глаза.

— Нет, — Марк попытался положить его руку себе на плечо.

— Оставь меня! — страж дёрнулся, высвобождаясь — его сил едва хватило на это. — Я не достоин твоей помощи.

— Я не бросаю друзей.

— Я не друг тебе! — сорванный голос Сергея хлестнул по коридору. — Ты не знаешь… не знаешь, что я…

— Хотел убить меня, — спокойно закончил Марк.

Сергей окаменел.

Медленно, очень медленно он поднял голову — и уставился на Марка так, будто увидел впервые.

— Ты… знал?..

— Догадывался, — Марк вновь положил себе на плечо его руку и рывком поднял обоих на ноги.

Дорога УДАРИЛА, наваливаясь тройным весом, но он — устоял!

— Твой вид, после выхода из шатра императора. Взгляд на тропе силы. Одноразовый артефакт, невообразимой мощности… — Пауза. — Несложная задачка.

— И ты… — Сергей задохнулся — то ли от уменьшенной ноши, то ли от осознания сказанного. — Зная это — ты делил со мной кров и еду? А сейчас… сейчас вернулся за мной⁈ За предателем⁈

— Ты этого не сделал.

— Но МОГ! Мог сделать! Я…

— Нет, — Марк перебил и снова посмотрел ему прямо в глаза. — Не мог.

Он сказал это спокойно и весомо — как говорят об очевидных вещах, не требующих доказательств: о том, что день сменяет ночь; что земля круглая и вертится вокруг своей оси.

Сергей опустил взгляд, желваки на его скулах заходили ходуном.

— Да… — выдохнул он наконец. — Не смог бы. Понял это ещё до тропы. Но я ведь не отказался сразу… я взял этот проклятый артефакт… носил его рядом с тобой и…

— Неважно, — оборвал Марк. — Неважно, о чем ты думал. Важно — что сделал. Важно — что нашел смелость признаться.

Пауза…

— А сейчас важно только одно: выбраться отсюда. — Он потащил стража вперед. — Я не собираюсь терять единственного друга на последних метрах.

Несколько шагов они прошли молча.

— Друга… — тихо повторил Сергей, будто пробуя слово на вкус. — Знаешь… у меня много знакомых и приятелей. Сослуживцев по корпусу… А вот друга — не было. Никогда.

— А теперь есть?

— Теперь есть.

Больше они не сказали друг другу ни слова.

Не потому, что не было сил, — хотя сил не было тоже. Просто двое сильных людей уже выяснили всё, что должны были выяснить.

Остальное — лишнее.

Шаг. Шаг. Шаг.

Золотые руны оборвались.

Тёмный камень принял их обоих —ноша сгинула, и Сергей, потеряв опору сразу во всех смыслах, повалился на подставленные руки Татьяны. Целительница, вцепилась в него словно клещ и что-то яростно шептала — судя по обрывкам слов, вперемешку отчитывала за самоубийственное геройство и благодарила за помощь.

Страж не спорил.

Он улыбался…

Марк выпрямился, переводя дыхание. Мышцы гудели, в висках стучала кровь, но всё это было неважно.

ПРОШЛИ!

Все, кто ступил на Дорогу, — прошли…

— Любопытно, — привратник материализовался рядом, и в его голосе Марку почудилось что-то новое. — Не уверен, что даже мой господин, создавший Дорогу Жизни, смог бы пройти ее трижды. — Пауза. — В чем твой секрет?

Марк устало пожал плечами:

— Просто повезло.

— Повезло. — повторил голем, чуть склонив голову набок.

Помолчав, привратник развернулся и двинулся к дальнему концу зала, где сгрудились измученные претенденты.

Подскочив к Марку, Алиса подставила плечо уставшему парню: опираясь друг на друга, они двинулись вслед за големом, пройдя мимо Новгородова, так и стоявшего у стены со скрещёнными руками. Вот только торжествующая ухмылка давно сползла с лица аристократа: провожая взглядом Марка, он невольно вжался в стену.

— Претенденты! — голос привратника наполнил зал. — Дорога Жизни пройдена. Испытания убежища — завершены. Прошу следовать за мной. Вас ждут заслуженные награды.

Дальняя стена дрогнула и разошлась в стороны, открывая скрытый проход…

И они пошли — измученные, выжатые до дна, шатающиеся от усталости. Восемь человек, прошедших все круги этого места, и один, отказавшийся от последнего.

Пошли за древним конструктом навстречу наградам, о которых мечтали кланы и империи…

Дорогие читатели!

На этом ознакомительный фрагмент заканчивается… следующая глава будет доступна по подписке.

До конца книги осталось предположительно пять-шесть глав.

Я заранее от всего сердца благодарю всех читателей, которые решат поддержать меня — и купят произведение на сайте. Уделяя в течении трех месяцев по несколько часов в день на написание глав, я теперь отлично понимаю других авторов и их отношение к пиратским сайтам…

Пусть я и пишу для удовольствия и самореализации, но конечно же буду рад даже небольшому материальному вознаграждению, которое пополнит мой семейный бюджет )))

Если у вас возникнут проблемы с оплатой (финансовые или географические) — напишите мне, и я постараюсь вам помочь.

Желаю все ЗДОРОВЬЯ и МИРНОГО НЕБА!