— Пятый… — поражённо повторила Алиса.

Что она хотела сказать дальше, так и осталось загадкой — к ним подскочил разъярённый Кирилл Новгородов.

Нацелив на Марка дрожащий палец, аристократ закричал:

— ВОР! — Его трясло, от холёной надменности не осталось и следа. — Ты украл то, что принадлежало мне! Это я должен был стать таким… таким… — он задохнулся от гнева, так и не сумев подобрать нужного слова.

— И что именно я у тебя украл? — Марк даже бровью не повёл — в его голосе звучало ледяное спокойствие, достойное высших аристократов.

— Ты украл… — начал Кирилл, но осёкся.

Он и сам не знал, ЧТО скрывалось в том провале с древними письменами. В этом и была вся соль: все это время его клан гадал, что же унёс из подземелья неизвестный, оставивший им лишь голые стены, исписанные рунами.

— Неважно! Ты сам прекрасно знаешь, что забрал! И ты поплатишься за это!

Остальные даже не пытались изображать безразличие — все жадно ловили каждое брошенное слово.

— Я никогда ничего не крал. Ни у тебя, ни у других, — отчеканил Марк. — Всё, что у меня есть, получено мной. Моей силой, моими потом и кровью.

— Врёшь! — самообладание едва не покинуло наследника Новгородовых — его кисть окутала бурлящая вода. — И ты ответишь за свое вранье перед моим отцом!

Угроза прозвучала жалко…

— Если сейчас же не отойдёшь от меня, — Марк окатил аристократа презрительным взглядом, — пожалеешь.

— Пожалею? — осмотревшись, Кирилл хохотнул. — Тут ты ничего не сможешь мне сделать. В империи тем более. По сравнению со мной — ты грязь!

Не видя реакции Марка, продолжил:

— А вот я… — на лице Кирилла застыла торжествующая маска. — Тебе лучше сдохнуть здесь. Если выживешь — на тебя обрушится вся мощь нашего клана. А еще… еще я лично позабочусь, чтобы твоя сестра уже никогда не…

Новгородов не договорил.

Испуганно замерев, он скашивая глаза вниз — на наконечник Губителя, упёршийся ему в горло. Пассивный щит лопнул, словно мыльный пузырь, ни на гран не замедлив стремительного удара, нанесенного с нечеловеческой точностью.

— Привратник, — голос Марка был наполнен смертью. — Что будет, если я убью его?

— Ты нарушишь первое правило, и мне придётся тебя уничтожить, — буднично отозвался конструкт, соткавшийся из воздуха в паре шагов от них.

Услышав ответ, Новгородов приободрился и презрительно усмехнулся — сейчас он ощущал себя в полной безопасности.

Зря…

— А если он выживет? — Марк говорил так, словно обсуждал погоду. — Скажем, я отрублю ему руку. Или ногу.

Привратник на секунду задумался.

— Учитывая твои достижения по итогам двух испытаний — я аннулирую все твои очки заслуг. В случае повторного нападения — уничтожу.

Улыбка сползла с лица аристократа.

— Слышал? — Марк чуть надавил на древко, и на бледной шее выступила алая капля. — Я не стремлюсь к победе. У меня и так есть всё, что нужно.

В его словах не было ни капли лжи — и это почувствовал каждый.

— Советую вернуться на своё место, — наконечник Губителя оставил горло аристократа в покое. — И больше не искушать меня.

Мгновение Новгородов стоял, беззвучно открывая и закрывая рот, но так ничего и не сказав, развернулся и ушёл к своему кругу. Лишь побелевшие костяшки сжатых кулаков выдавали его состояние.

«Запомни этот момент», — глядя ему в спину, подумал Марк. — «Тронешь Лизу — тебя не спасёт ни клан, ни сам император…»

Какое-то время в зоне отдыха висела глухая тишина.

— И когда ты планировал рассказать мне об этом? — в голосе Алисы смешались напряжение и обида. — И планировал ли вообще?

— Я хотел. Думал рассказать сразу по возвращении в Цитадель, — Марк слишком хорошо понимал её чувства. — Но ты сама видела, как закрутились события. За нами постоянно наблюдали, и я не мог рисковать. — Пауза. — Я обязательно бы сделал это перед уходом в зону.

Алиса открыла рот — и… осеклась: ее возмущение схлынуло так же быстро, как накатило.

Она — ВСПОМНИЛА!

Вспомнила, как он говорил, что должен рассказать ей нечто важное. А ведь тогда и она скрывала, что является наследницей великого клана Волковых. А значит — не ей обвинять его в скрытности.

— Понятно, — только и произнесла она.

Помолчав, тихо добавила:

— Ты получил эту силу там же, где…

— Не здесь, — резко оборвал её Марк.

И правильно сделал: остальные, даже изображая занятость, тщательно прислушивались к их тихому разговору. А некоторые и вовсе не скрывали, что ловят каждое слово.

Алиса кивнула, а после всё же спросила:

— Это все твои сюрпризы? Или осталось что-то ещё, чего я не знаю?

Марк лишь едва заметно улыбнулся, а глаза девушки распахнулись. Она-то спрашивала в надежде услышать «нет», а он…

— Не сейчас, — опередил её следующий вопрос Марк. — Пауза. — Но клянусь: ещё до того, как ты станешь моей женой, я расскажу тебе всё. И ты сама примешь решение — становиться ею или нет…

Он не продолжил.

Но Алисе и не требовалось продолжения — сердце радостно застучало. Здесь, среди смертей и испытаний, она услышала слова, которые были важнее любых наград.

— Поверь, — тёплая ладонь легла на его щёку. — Ты не сможешь рассказать мне ничего такого, чтобы я захотела отказаться от тебя. И от твоего предложения.

Последние слова Алиса произнесла достаточно громко, бросив торжествующий взгляд на блондинку.

«Эх… мне бы твою веру…»

Марк невольно прислушался к размеренному биению артефакта в груди. Его до жути пугала перспектива этого разговора. Как рассказать любимой, что внутри тебя живёт нечто? Нечто, давно сросшееся с тобой и продолжающее менять тебя каждый день…

Додумать он не успел.

Будто дождавшись, когда на неё посмотрят, со своего места поднялась «мамба» и, покачивая бёдрами, направилась к ним. Испытания изрядно потрепали её обтягивающий костюм, но он по-прежнему притягивал мужские взгляды.

Подойдя, блондинка напрочь проигнорировала выражение лица Алисы и обратилась к Марку:

— Ты обещал уделить мне время.

Марк мысленно нахмурился. Пусть «мамба» и не провоцировала Алису напрямую, но её игра привела к неоправданному риску. И хотя всё закончилось хорошо — желания общаться не было. Никакого.

Но он действительно дал слово…

— У тебя пять минут, — холодно произнёс он.

— Отойдём? — тон ничуть не смутил «мамбу».

Подумав пару секунд, Марк поднялся и отошёл с ней в сторону.

Осмотревшись, блондинка сняла с пояса небольшую пластину, в центре которой мерцал кристалл эфириума и сжала ее в ладони — вокруг них развернулся едва заметный мерцающий купол, отсекающий любые звуки.

— Прежде чем начну, я хотела бы нормально познакомиться, — она протянула кисть, на которой сверкнул перстень эфирника смерти четвёртого ранга. — Ольга.

— Марк, — он даже не взглянул на протянутую ладонь.

Девушка едва заметно поморщилась и, опустив руку, заговорила:

— Я хочу поблагодарить тебя за то, что не отказал в помощи. Твоя еда… она невероятно выручила меня в лабиринте. Возможно, без неё я бы не справилась.

Марк молча кивнул.

— Моё предложение о покупке рецепта остаётся в силе, — не дождавшись ответа, продолжила она. — И ещё. Ты всегда можешь обратиться ко мне с любой просьбой.

Интонация сказала гораздо больше, чем сами слова.

— Конечно, у свободных торговцев нет той же силы и власти, как у аукционного дома «Волхов», но поверь — наша организация умеет доставать редкие вещи. Настолько редкие, что о них говорят шепотом или не говорят вовсе. — Пауза. — А ещё мы предложим лучшую цену за всё… необычное. Без лишних вопросов и уведомления властей.

Вот тут Марк задумался, невольно опустив взгляд на её чёрный нож: организация, способная достать запретное и купить ценное…

— Хорошо, — ответил он. — Буду иметь в виду.

Судя по потеплевшему взгляду, Ольга поняла — это честный ответ, а не вежливая отговорка.

Приподняв бровь, Марк дал понять, что разговор окончен, и настала пора снять купол. Спустя миг, он уловил слабый всплеск энергии — мгновение и под куполом разлился тонкий, едва ощутимый цветочный аромат — приятный, дурманящий, обволакивающий…

«Зафиксировано воздействие на пользователя. Природа — ментально-алхимическая. Воздействие подавлено».

Сообщение центра управления ударило не хуже пощёчины. Подключённые ментальный и лечебный артефакты уже развеивали дурман, не оставляя ему ни единого шанса.

В глазах Марка полыхнула буря:

— Что это было? И зачем ты это сделала?

За секунду по лицу Ольги пронеслась целая гамма едва различимых эмоций: удивление, разочарование, страх…

Но она быстро вернула себе привычную маску и невинно поинтересовалась:

— Ты о чём?

— Мне обратиться к привратнику?

Вот теперь страх проступил куда ярче.

— Прости… — опустив взгляд, едва слышно произнесла она.

Видя, что он продолжает молча ждать, нехотя закончила:

— Это пыльца сердцелова. Цветка из шестого круга. Она… она не причинила бы тебе вреда. — Пауза. — Ты бы просто стал относиться ко мне… чуть лучше.

— Убери купол.

Ольга подчинилась.

И уже в удаляющуюся спину едва слышно прошептала:

— Вот дура…

А Марк шёл и думал, что прав был отец.

«Запомни, сын: если девушка решила заполучить парня — для неё все средства хороши», — говорил он, весело поглядывая на маму, каждый раз притворно возмущавшуюся при таких разговорах. — «Вот я. Как бы я ни отбивался от твоей матери — всё равно угодил в её сети».

Мама в ответ обязательно бросала в него полотенцем.

А Лиза… хохотала…

Воспоминание отозвалось глухой тоской. Как она там? Всё так же лежит без движения в белой палате, окружённая лучшими целителями?

«Держись, сестрёнка. Я уже близок к цели…»

В глубокой задумчивости Марк вернулся и опустился рядом с Алисой.

— Что она хотела? — голос девушки был подчёркнуто спокоен, но он ясно чувствовал скрытое в нём напряжение.

— Поблагодарила за помощь. Предложила услуги их организации.

— И всё?

— Да.

Врать не хотелось, но и рассказывать про сердцелов — тоже.

Незачем.

— А почему ты тогда такой… — Алиса не закончила, но он понял.

— Вспомнил родителей. — Пауза. — И Лизу.

— С ней всё будет хорошо, — Алиса заглянула ему в глаза. — Слышишь? Я уверена.

— Спасибо, — пусть это были всего лишь слова, но они действительно успокаивали. Он обнял девушку, прижимая к себе. — Спасибо за поддержку. Она очень ценна для меня.

Какое-то время они просто сидели, слушая дыхание друг друга.

— Марк?

— Да.

— Расскажи мне о них. О родителях. О сестре.

Парень невольно напрягся, но тут же вспомнил историю самой Алисы. Девочка, росшая без матери. Отец, для которого дочь — актив клана. Она ведь даже не знала, какой бывает обычная семья.

«Не знала какой бывает любовь…»

Он уже было начал рассказ, но сразу же остановился — такое должно звучать только для них…

Марк поднял голову:

— Привратник.

Голем возник рядом через мгновение:

— Слушаю, претендент.

— У меня вопрос по устройству зоны отдыха. Готов заплатить за ответ очками заслуг.

— Задавай.

— Можно ли настроить рунный круг так, чтобы происходящее внутри осталось приватным? — И, чуть помедлив, добавил: — Ответ дай так, чтобы его поняли и услышали все.

По зоне отдыха волной прокатилось оживление. Претенденты, до этого лишь делавшие вид, что им нет до происходящего дела, теперь смотрели прямо — кто с удивлением, а кто и с нескрываемой благодарностью. Приватности здесь отчаянно не хватало каждому.

— Это возможно, — голос привратника окутал помещение. — Восстанавливающая печать поддерживает режим уединения: подайте энергию в эту руну, — голем дождался, пока все рассмотрят место, на которое он указывал, — звук перестанет покидать пределы круга, а происходящее внутри будет скрыто от посторонних глаз. Повторная подача энергии отменит режим.

— Спасибо, — Марк благодарно кивнул.

— Я снял с тебя пять очков заслуг.

Уже через минуту над их кругом сомкнулась матовая пелена, отрезая их с Алисой от остального мира.

И Марк заговорил…

Он рассказывал о детстве — своём и Лизы. О шалостях, за которые им влетало на пару. О походах с отцом на столичную арену и маминых пирогах. О своей коллекции карточек и мечте стать легендарным героем. О том дне, когда стало известно, что он — бездарь…

И о том, что в их доме это не изменило НИЧЕГО: отец лишь потрепал по волосам и сказал: — «значит, будешь лучшим среди обычных». Мама испекла его любимый торт, а Лиза заявила, что всё равно будет говорить всем, что её брат — самый сильный.

Слова лились сами, и Марк чувствовал: они целительны не только для него. По щекам Алисы катились слёзы — но это были светлые слёзы. Его рассказ показывал ей, какой бывает жизнь.

Какой она ДОЛЖНА быть.

— Пообещай мне, — прошептала она, сжимая его ладонь. — Пообещай, что у нас будет так же.

— Обещаю.

Алиса прижалась к его плечу, и они продолжили говорить — теперь уже о её детстве. Об огромном холодном доме. О учителях, сменявших один другого. Об отце, которого она видела по расписанию…

Эти разговоры были глубже всех прежних — здесь, на границе жизни и смерти, слова обрели истинный вес и ценность.

Они проговорили несколько часов, становясь ближе друг к другу с каждой минутой.

И схожая картина наблюдалась не только у них: неподалёку, отгородившись пеленой, разговаривали Татьяна с Сергеем. Ольга и аристократы тоже воспользовались приватностью, и только Олег Щукин просто сидел, глядя в одну точку.

Но одно зрелище заставило Марка задержать взгляд: под матовым куполом уединились Новгородов и Артур Вольский.

«Интересно, что общего у наследника великого клана и представителя „Волхова“?»

Ответ пришёл сам — и он ему не понравился.

ОН!

У «Волхова» — история продажи артефакта и убийство сотрудников. У Новгородовых — древнее подземелье. По отдельности — лишь обрывки. Но если собрать их вместе…

«Складывают пазл…»

Что ж, Марк и не надеялся, что после всего увиденного его оставят в покое.

Значит, нужно одно — стать сильнее. Быстрее, чем они соберут картину целиком и перейдут к действиям.

Оставшееся время отдыха пролетело незаметно…

Ближе к концу Марк вновь попросил Алису поработать «печью» и приготовил похлёбку — на этот раз из привычных продуктов. Их четвёрка с удовольствием поужинала: после всех потрясений горячая и сытная еда позволила окончательно прийти в себя.

Марк был благодарен стражу и целительнице за то, что они не стали задавать неудобных вопросов, хоть он и видел — их буквально распирает от любопытства.

А потом появился привратник…

И стоило голему возникнуть в центре зоны, как все матовые пелены разом погасли!

Сами.

Без разрешения владельцев.

«Вот и вся приватность…» — Марк мысленно усмехнулся, в очередной раз убеждаясь в своей правоте: он не зря не стал обсуждать под куполом ничего связанного с его силой и возможностями. Что бы ни происходило в этом убежище — для привратника здесь не существовало тайн.

— Претенденты! Время отдыха окончено, — голем обвёл всех взглядом. — Пришло время третьего испытания. Прошу пройти в зону испытания.

Место, в котором они очутились, встретило их благоговейной тишиной…

Огромный зал уходил ввысь на добрый десяток метров. Но взгляды всех приковала дальняя его часть — исполинская стена из нефрита, от пола до потолка исписанная мириадами рун. В глубине зелёного камня, повинуясь неведомому ритму, неспешно перетекало мягкое свечение, а в ключевых узлах рунной вязи переливались сотни драгоценных камней.

Стена — ЖИЛА!

Марк, многое повидавший из воспоминаний Кайрона, и то застыл, поражённый масштабом: на создание подобного даже у древнего мастера должны были уйти десятилетия.

Перед стеной, через равные промежутки, угадывались двенадцать участков, отделённых тонкими серебряными линиями на полу. А в центре зала возвышался одинокий постамент — куда скромнее прежних, но от этого не менее значимый.

— Это… невероятно… — едва слышно прошептал Беркутов.

Довольный произведённым эффектом, привратник торжественно объявил:

— Приветствую вас… — пауза, — в ХРАМЕ ЗНАНИЙ!

Эхо прокатилось под сводами и стихло.

Претенденты подобрались, ожидая привычного продолжения: озвучивания правил и трёх вопросов.

Но привратник удивил.

— Испытание продлится ровно сутки, — голем указал на стену, где над рунами разгоралась длинная светящаяся шкала, заполненная от края до края. — Когда время истечет — всё закончится.

И — тишина…

— А… — начал было Медведев, но сразу же осекся. Только дождавшись разрешающего кивка привратника, закончил: — А правила и вопросы?

— Вопросов не будет.

Шок…

— Правила, уровни, задания — всё это вы получите ментальным пакетом у постамента, — в голосе привратника Марку почудилась легкая усмешка. — Его усвоение и есть первая ступень прохождения испытания. Храм Знаний сам решит, кто достоин прикоснуться к его величию…

По залу пронёсся ропот — идти в испытание вслепую, не имея возможности ничего уточнить…

— Отказавшиеся теряют все накопленные очки и отправляются в зону ожидания. — Пауза. — Желающие?

Претенденты молчали.

Несмотря на три смерти никто и мысли не допускал сдаться ВОТ ТАК — не разобравшись в сути задания.

— Тогда прошу к постаменту. По одному.

Первым шагнул Беркутов — в этот раз без споров и задержек.

Положив ладони на вершину, он на миг окаменел, а после исчез, чтобы тут же возникнуть на одном из участков у стены. Воздух вокруг него сгустился, отвердевая прозрачными силовыми стенами: теперь аристократ стоял внутри просторной ячейки, видимый всем — и отрезанный от всех.

Марк увидел, как схватившись за виски, Беркутов упал на колени и начал раскачиваться, что-то тихо бормоча. Звук не покидал пределов его временной тюрьмы.

«Ни помочь, ни помешать…».

Один за другим претенденты на наследие подходили к постаменту, получали пакет и переносились в случайные ячейки.

Реакция на вливаемые знания была разной: Новгородов кричал и катался по полу, ударяясь о прозрачные стены; Медведев лишь глухо повёл плечами, будто стряхивая невидимый груз; Щукин, казалось, вообще ничего не почувствовал; а Ольга покачнулась, но устояла, тут же приложившись к флакону с эликсиром.

Артур, Татьяна, Сергей — все успешно приняли пакет, по-разному отреагировав на ментальное вмешательство.

Алиса перенесла усвоение на удивление легко — Марк заметил, как она приложила руку к груди и тут же нашла его взглядом, показав, что у нее все хорошо.

«Отлично — кулон успел зарядиться за сутки».

Наконец подошла его очередь — и в этот раз ему не удастся избежать контакта с постаментом.

Но Марк был спокоен.

У него было время проанализировать реакцию великого артефакта на попытку сканирования — и он понял: Кайрон изначально заложил защиту своего творения от ЛЮБЫХ сканирующих заклинаний и артефактов. Сокрытое в его груди так и останется тайной для привратника. Сняв перчатки, Марк почувствовал прохладный камень под ладонями.

Миг — и в сознание хлынул поток.

Для остальных это было испытанием боли: чужеродные знания вгрызались в разум, распирая его изнутри. Но Марк, чей мозг когда-то выдержал наследие целой жизни Кайрона, лишь прикрыл глаза, раскладывая поступающую информацию по полочкам.

Суть испытания оказалась изящной и жестокой одновременно…

Пять уровней.

Претенденты сами решали на каком из них остановиться. Единственное правило — переходить по возрастающей. В случае, если претендент не успевал справиться с заданием до истечения времени — он считался проигравшим и терял все очки.

Над каждой ячейкой загоралась руна с номером — все видели, КТО на какой ступени, но не видели, ЧТО именно тот изучает.

Первый уровень — само усвоение пакета. Минимум очков заслуг.

Второй — простые плетения, подобранные под стихию претендента. По меркам древних — азбука для детей. По людским — заклинания на голову выше общедоступных. Изучил, воспроизвёл в реальности — получил очки. Всего можно было освоить три заклинания. Успел больше других — получил больше.

Третий — два плетения четвертого ранга, которые в великих кланах хранили бы как родовые сокровища. Награда за каждое — вдвое выше, чем за предыдущий уровень.

Четвёртый — найти и исправить ошибку в сверхсложном плетении, а после — активировать его. Это плетение уже можно было поставить на одну ступень с теми, что сделали кланы ВЕЛИКИМИ. Очки вновь удваивались.

Пятый…

О пятом уровне пакет сообщал ровно одну вещь: награда снова удваивается. Все! Об условиях и требованиях — ничего! Информация станет доступна, только после активации.

«Как и говорил привратник в самый первый день» — Марк припомнил слова конструкта, сказанные ещё перед началом испытаний. — «Проверять будут силу, выносливость и интеллект».

Но это испытание не только проверка восприятия и интеллекта…

«ПОНИМАНИЕ И КОНТРОЛЬ МАГИИ!»

Совершенно ясно Марк понял главную суть испытания.

Оглядевшись, он хмыкнул: над его ячейкой горела руна — «ПЯТЬ»…

Только она.

Выбора не было — для ключника испытание вновь начиналось там, где для остальных заканчивалось.

«Кроме тебя, конечно…» — мысленно передразнил он голема.

Новый пакет пришёл, стоило коснуться нужного участка стены.

Задание пятого уровня развернулось перед внутренним взором — и Марк пораженно замер. Ему не предлагалось изучить готовое плетение. Не предлагалось найти ошибку.

Он должен — СОЗДАТЬ!

Из десятков готовых блоков, рунных связок и энергетических узлов, он должен собрать рабочее плетение.

И не просто плетение…

Заклинание — ЧЕТЫРЕХ СТИХИЙ!

Воздух. Вода. Молния. И первородный эфир…

«Сложная задачка…»

Марк опустился на пол ячейки и, скрестив ноги, прикрыл глаза. Со стороны могло показаться, что он впал в ступор, смирившись с неизбежным. На деле же в его голове уже вращались блоки будущего плетения.

Проблема была не в стихиях — универсальность позволяла ему работать с любой. И не в сложности создания нового: «Шар плазмы» давал понять — это возможно.

Проблема была в…

ОДНОВРЕМЕННОСТИ!

Четыре потока разной природы требовалось вести параллельно, сплетая в единый узор, следя за тем, чтобы стихии не разрушили друг друга. Вода гасила молнию. Молния рвала воздушные контуры. Воздух иссушал воду. А эфир… эфир стремился подавить всех. Для реализации подобного требовался невероятный контроль.

Ошибка в исполнении означала срыв.

Каждый срыв на таком уровне — серьезная травма эфирных каналов.

Восстановление — время.

Время — ЖИЗНЬ!

«Не спешить. Сначала — идеально в голове. Потом — один раз в реальности».

Приняв решение, Марк отрешился от окружающей действительности и полностью погрузился в работу, лишь изредка открывая глаза, чтобы взглянуть на соседние ячейки.

На создание плетения и мысленную отработку ему потребовалось пять часов — невероятно короткий срок, даже по меркам древних. Помогли обширные знания Кайрона и навыки программирования. Но он не спешил заканчивать испытание — периодически прогоняя плетение, Марк пристально следил за результатами остальных.

А посмотреть было на что…

Медведев стоял перед своим участком стены, яростно сжимая и разжимая кулаки. Его лицо окаменело. Над ячейкой тускло светилась «единица» — и Марку не требовалось слышать сибиряка, чтобы понять его состояние.

Для терранта испытание закончилось едва начавшись.

Плетения были для него закрыты — грубый силовой импульс, вот максимум доступный носителям внутреннего резерва. Он не мог сплести тонкую вязь заклинаний. Храм Знаний, детище великого древнего, попросту не мог ему ничего предложить.

«Лабиринт времени был испытанием тела — и там страдали эфирники», — Марк провел холодный анализ. — «Храм — испытание эфирного дара. Сегодня страдает он. Справедливо? Возможно».

Сергей корпел на втором уровне. Новоиспечённый пирокинетик работал медленно, вдумчиво, как первогодка в академии — каждое движение выверено, каждый жест перепроверен трижды.

Если бы не ментальный пакет знаний, содержащий подробную инструкцию — он никогда не смог бы освоить ни единого плетения за столь короткий срок. Но и так ему приходилось совсем нелегко: огненные искры то и дело срывались с пальцев — эфирная вязь расползалась прежде, чем сложиться в готовый узор.

Но он не сдавался: ругался, восстанавливался и… начинал заново.

И так по кругу…

К середине срока над его ячейкой по-прежнему горела «двойка», но рядом с ней светилась одинокая черта, демонстрируя всем — страж справился с первым заклинанием из трех!

«Главное, чтобы он вовремя остановился…»

Ольга и Артур Вольский методично пытались сплести первое из заклинаний третьего уровня. Беркутов, помучившись, тоже перебрался на третий и сейчас активно восстанавливал силы, прежде чем приступить к новому штурму.

«Неплохой результат…»

Новгородов застрял на третьем заклинании второго уровня, и по его дёрганым движениям было видно — аристократ на взводе.

«Элита империи…» — Марк не удержался от едкого комментария.

Татьяна отдыхала.

Она справилась с первым заклинанием третьего уровня и сейчас усваивала знания о втором — и, судя по безмятежному лицу, совершенно не переживала об утекающем времени. Целительница явно все рассчитала и понимала — она успеет. О четвертом уровне она даже не задумывалась.

«Молодец!»

Алиса…

За результатами Алисы Марк следил неотрывно.

Второй уровень девушка прошла играючи — три плетения за пару часов, три огненных всполоха. Третий дался ей тяжелее: над одним из заклинаний она провозилась долго, дважды срываясь в самом конце. Но упрямо начинала заново — артефакт быстро восстанавливал повреждения каналов.

На исходе половины срока над её ячейкой зажглась — «четвёрка!»

«Опять рискуешь…» — сердце Марка сжалось.

Алиса замерла перед стеной, усваивая полученное задание. Потом села, по-детски подперев подбородок кулачками, и надолго застыла, закрыв глаза.

Час. Другой.

А затем поднялась — и Марк узнал этот разворот плеч, этот упрямый наклон головы и уверенный взгляд.

«Нашла!»

Девушка повела руками, и раз за разом принялась сплетать наверняка сложнейшую вязь, вплетая исправленный фрагмент в общий узор. Спустя три часа она облегченно опустила руки, завороженно наблюдая за результатом, скрытым силовыми стенами.

После Алиса обернулась к ячейке Марка и… нахмурилась…

Она обратила внимание, что он продолжает сидеть, как и многие часты до этого, не делая ни единой попытки сплести заклинание. Но стоило ему показать быстрый знак, на языке авантюристов обозначающий: «Все под контролем…» — она просияла и уселась отдыхать, всем видом показывая: свою программу она выполнила и даже перевыполнила.

Марк улыбнулся в ответ.

«Гений поколения…»

К этому времени с испытанием закончили практически все — одаренные прекрасно рассчитывали свои силы и возможности. Поэтому внимание Марка перетянул на себя тот, кто находился от него дальше всего и от кого он не ожидал каких-либо сюрпризов.

«Ошибся…»

Олег Щукин.

Марк, признаться, списал аристократа со счетов ещё после лабиринта: потерявший все очки, замкнувшийся, раздавленный.

Но эфирник света — УДИВИЛ!

Марк не видел, что второй уровень испытания тот проскочил, будто разминаясь, — плетения складывались под его пальцами легко и естественно, как дыхание. Третий уровень, на котором остальные возились несколько часов, Щукин прошел вдвое быстрее остальных.

Он закончил с четвертым уровнем чуть позже Алисы только из-за того, что его лечебный артефакт разрядился и аристократу потребовалось несколько часов на восстановление.

Саму ошибку в сверхсложном плетении он нашёл за время, за которое иные не успели бы прочесть его структуру.

Исправил. Активировал.

«А ведь не зря их клан считается первым в разработке новых плетений…» — Марк с искренним интересом наблюдал за преобразившимся аристократом. — «Вот где его стихия. Не в лабиринтах и не в драках».

Стоило четверке на его участке загореться зеленым, как Щукин расцвел: ссутуленные плечи расправились, движения обрели точность и щегольскую лёгкость — он больше не был неудачником.

Весь его вид кричал — это ещё не предел!

И тогда… окрылённый, буквально опьянённый триумфом, Олег Щукин совершил роковую ошибку…

Шагнув к стене, он потянулся к ПЯТОМУ уровню.

Привратник, недвижимо застывший в центре зала, повернул голову в его сторону.

«НЕТ!» — Марк вскочил на ноги. — «Стой, идиот!»

Поздно…

Руна над ячейкой сменилась на «пятёрку». Щукин принял пакет — и рухнул на колени, скребя пальцами пол. Спустя час, кое-как поднявшись, он опустошил ещё один эликсир. А после…

ОСОЗНАЛ ЗАДАНИЕ!

Марк видел, как стремительно бледнеет лицо аристократа, как страх буквально обволакивает его. Руки безвольно опустились, губы начали беззвучно шевелиться — быстрее, еще быстрее, срываясь в конце на крик, которого никто не слышал…

И тогда привратник повёл рукой.

— … невозможно! Это же невозможно! — ворвался в зал срывающийся голос: голем открыл звук ячейки для всех. — Вы слышите⁈ Здесь ошибка!

— Храм знаний не ошибается, — голос привратника заставил Щукина вздрогнуть.

Затравленно посмотрев на голема, он произнес дрожащим голосом:

— Но здесь… здесь нужно СОСТАВИТЬ заклинание из готовых блоков!

— Всё верно, — ровно ответил привратник.

— Составить и активировать! САМОМУ!

— Верно.

— Но здесь ЧЕТЫРЕ СТИХИИ! — Щукин вцепился в собственные волосы. — Четыре! Не бывает людей даже с тремя! НЕ БЫ-ВА-ЕТ!

— Пятый уровень был твоим выбором, претендент.

Тишина, повисшая в зале, звенела.

— Я… — Щукин затравленно огляделся. Наткнулся взглядом на прозрачную стену. На шкалу времени, в которой оставалась едва пятая часть. — Я сдаюсь. Слышите? Сдаюсь! Это испытание невозможно пройти.

— Нет, претендент, — в голосе привратника не было ни злорадства, ни сочувствия. Только констатация факта. — Ты, наверное, забыл: сдаться можно с любого уровня. Кроме пятого.

Секунду Щукин стоял неподвижно, а потом… потом до него — ДОШЛО!

— Выпустите меня… — прошептал он, и тут же сорвался на крик: — ВЫПУСТИТЕ! Я хочу выйти! Я хочу домой, слышите⁈ ДОМОЙ!

Плетения света ударили в силовую стену — одно, второе, третье! Грани даже не дрогнули, равнодушно глотая всполохи. Щукин кричал и бил… бил, вкладывая в удары весь свой талант и страх…

Марк молча смотрел за разворачивающейся трагедией.

Паника пожрала рассудок аристократа без остатка — Щукин метнулся к рюкзаку и достал из него массивный жезл, в навершии которого светилась эфирная жемчужина: остановившись на третьем уровне тропы силы, он сохранил заряд мощного артефакта, способного сокрушить крепостные стены.

Но стоило только направить жезл на силовую стенку — ячейка потемнела, разом становясь непроницаемой.

Три удара сердца…

Когда стены вернули прозрачность — внутри было пусто. Ни аристократа. Ни вещей. Ни единого следа.

— Претендент предпринял попытку разрушения Храма Знаний и был уничтожен, — бесстрастно объявил привратник.

Кто-то сдавленно охнул. Татьяна зажала рот ладонями. Сергей медленно, с силой провёл рукой по лицу.

А потом случилось то, чего Марк ждал: один за другим претенденты поворачивали головы…

К его ячейке.

К руне «ПЯТЬ», горевшей над ней с самого начала испытания.

Марк буквально читал их мысли по лицам: «Он с самого утра на пятом уровне… Четрые стихии… Он владеет — ОДНОЙ. Он не сможет ни выполнить задание, ни сдаться… Он — покойник!»

Ольга смотрела расширившимися глазами, забыв про свою вечную полуулыбку. Беркутов и Медведев — с мрачным удовлетворением. Новгородов же не скрывал жадного, голодного предвкушения.

Сергей и Татьяна искренне переживали, судорожно ища попытки ему помочь.

А Алиса…

Алиса стояла, прижав ладони к прозрачной стене своей ячейки, и в её глазах плескался такой страх, что у Марка перехватило дыхание. Губы девушки беззвучно шевелились, раз за разом повторяя одно и то же слово.

Его имя.

«Хватит», — что-то внутри встало на место — и вдруг… стало хорошо. — «Хватит скрывать».

Ждать дальше — сводить Алису с ума. Марк поднялся и неспешно отряхнул колени.

Повернулся к своему участку стены… и повёл руками.

По эфирным каналам ОДНОВРЕМЕННО устремились четыре потока, подвластные его ВОЛЕ и КОНТРОЛЮ.

Наэлектризованный воздух взвился тугим прозрачным вихрем, закручивая спираль от пола до верха ячейки. Вода соткалась из ничего, сгущаясь в клубящуюся сизую тучу, повисшую в сердце воронки. В глубине тучи, зародилось злое белое свечение первородного эфира…

Первая молния прошила тучу насквозь, с сухим треском расколов воздух. За ней была вторая. Третья. Ветвистые росчерки заметались внутри вихря, огибая воздушные контуры, отражаясь в водяной взвеси тысячами осколков света.

На участке Марка бушевала буря…

Настоящая, живая буря, охватившая ячейку целиком — с ливнем, шквалистым ветром, вспышками и глухими раскатами грома, от которых мелко дрожали пол и стены ячейки.

А Марк…

Он был — СЕРДЦЕМ БУРИ!

Претенденты застыли.

Кто-то попятился, уперевшись в стену своей ячейки.

Алиса медленно, не отдавая себе отчёта, поднесла руку к горлу: вспомнив недавние слова парня, ей почем-то стало трудно дышать.

Сергей смотрел не мигая, и на его каменном лице впервые проступило что-то похожее на суеверный трепет.

Марк удерживал плетение ровно столько, сколько требовалось для засчитывания результата, — а после… мягко опустил ладони.

Буря исчезла так же стремительно, как родилась: молнии угасли, туча истаяла, вихрь опал. И лишь потраченный эфир невесомой, невидимой пылью оседал в ячейке.

В звенящей тишине Марк повернулся к привратнику и спокойно произнёс:

— Я закончил испытание.

Мгновение зал молчал. А потом тишину разорвал истерический, срывающийся на визг крик Новгородова:

— ДА КТО ТЫ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ТАКОЙ⁈

Добрый день, дорогие читатели!

Надеюсь глава вам понравится — я честно старался ))). Если вдруг вы еще не поставили лайк — не проходите мимо: осталось всего восемь лайков до трехсот. Давайте сделаем вместе красивое круглое число ). Заранее благодарю!

Всем здоровья и добра!