Действие: выдать себя за другого человека

Место: Кыргызстан

«Салам алейкум, вы же тхэквондист? Я у вас занимался», – случайный встречный долго всматривался в мое лицо. Кто бы мог подумать, что я встречу своего «воспитанника» в горах Кыргызстана! И вообще узнаю о том, что я тренер по тхэквондо.

Молодой человек снял темные очки, видимо, чтобы сравнить заодно и цвет кожи. Достаточно ли я загорел, чтобы принять меня за жителя солнечной страны? Я подумал: может, сделать пару нелепых движений с имитацией единоборств? Тогда у собеседника не осталось бы сомнений. Или желания доказывать друзьям-попутчикам, что странный тип напротив – его бывший тренер.

Мы все-таки разобрались, посмеялись, но на прощание новоиспеченный «ученик», обернувшись, бросил на меня недоверчивый взгляд. Не думал я, что с этого момента у меня начнется самый странный поход в жизни.

Я приехал из Бишкека в национальный парк Ала-Арча, чтобы одним днем сходить на водопад Ак-Сай. Несложный маршрут, примерно восемь-девять километров в обе стороны от парковки альпинистского лагеря. Хотя сама «белая речка» (так переводится название водопада на русский) по-хозяйски низвергается с ледников на довольно большой высоте, 2860 метров над уровнем моря, чистого подъема вверх будет около 800 метров. Легкое кардио для альпинистов, среднее – для матерых походников, тяжелое – для свидетелей ол-инклюзива.

Видами со скалы Разбитое Сердце можно любоваться вечно

Встреча со «старым знакомым» тхэквондистом на старте пути была только предвестником странностей. Случилась она неподалеку от моего первого привала, у скалы Разбитое Сердце. Огромный каменный кусок узнаваемых очертаний, расколовшийся ровно посередине, служит удобной площадкой для созерцания лепоты. Легенд вокруг причудливой скалы, разумеется, хватает, и все сплошь про неразделенную любовь. Я называю это фольклорной горной болезнью, когда «тахикардическое» великолепие окружающей природы горцы связывают в сказаниях с неприятными событиями: кого-то убили, кто-то застыл, кого-то бросили. Как будто специально для контраста в жизни. Свет и тьма.

А я сижу и просто любуюсь, хотя во мне горы, как и всегда, прорубили окно в философию. Сердце мое отчетливо и часто бьется, в отличие от каменного подо мной, но в душе невозмутимость и спокойствие. Еще одно свойство горных походов – несоответствие физических тягот и полного душевного равновесия. Со спортом не так: ты быстро возвращаешься в проблемы и заботы обыденности, от чего природные громады отгораживают.

Всего 40 километров от Бишкека – и вы у входа в национальный парк Ала-Арча

Так бы и сидел, вдыхая аромат чая, который внизу казался обычным, но с набором высоты будто приобрел свежесть и новые нотки.

– Привет! Далеко до водопада? – Я сидел один, поэтому сразу понял, что на английском обратились именно ко мне.

– Привет, еще прилично. – Я обернулся и увидел троицу высоких подтянутых иностранцев разного возраста. – Вы откуда?

– Из Голландии, путешествуем семьей. Это наш сын. – Женщина в возрасте показала на самого молодого, и родственные связи быстро сложились. – Можно к вам присоединиться?

– Да, конечно, я как раз иду к водопаду. – В тот момент показалось, что я уступаю голландской семье место на Разбитом Сердце, но они и не думали садиться, пошли за мной. Ладно, вместе веселее – с Ханной и ее сыном Маркусом. Главу семейства по имени назвать не могу, потому что он почти все время молчал, и я даже не запомнил, как его зовут.

Но всем, что было в моей голове о Кыргызстане, решил поделиться. Я всегда много читаю о новых местах, смотрю фильмы, знакомлюсь с культурой. Погружаюсь чуточку глубже, чем фраза «сколько стоит» на другом языке. Потому нисколько не смутился, когда голландцы стали задавать мне вопросы о стране. А что? А где? А когда? Насколько хватило английской лексики, я с удовольствием объяснял. Хорошая, казалось мне, возможность попрактиковать язык.

В национальном парке Ала-Арча есть тропы всех уровней сложности: красота доступна каждому

Особенно длинное «ва-а-ау» я получил в ответ, когда рассказал, что раньше кочевые народы Средней Азии делились в глазах многих государств весьма условно, и киргизами, например, называли в том числе казахов.

– И вы не обижаетесь?

Я только пожал плечами, не став уточнять, почему исторические факты должны меня обижать. Вместо этого продолжил выдавать базу, вовлекая голландцев в беседу.

– Вы же прилетели в Бишкек? А обратили внимание, как называется аэропорт? – Я обернулся, увидел сосредоточенные лица, не дождался ответа и продолжил: – Манас. Это местный богатырь, герой эпоса, который так же и называется. Между прочим, самый большой эпос в мире. Рекорд!

За национальным парком следят, и не без доли юмора

– Вы очень любите свою страну, правда?

– Да, конечно! У нас много красивых мест, – гордо ответил я. Странноватая семейка, как мне показалось: перескакивают с темы на тему. В тот момент до меня еще не дошло, что мои новые попутчики даже не спросили, откуда я.

Мой экскурс в историю продолжался. А для них он превратился в самую настоящую экскурсию. Вопросы от случайных слушателей были простыми, поэтому слишком напрягаться не пришлось. Параллельно подсказывал, как лучше идти. «Наступайте на плоские камни», – посоветовал я при переходе небольшой речки Шаркыратма. Голландцы пошли точь-в-точь за мной, и не думая попробовать по-своему, в полной, похоже, уверенности, что я знаю все камни как родные.

До водопада добрались, разобрав по полной программе названия Киргизского Алатау. Я загрузил чужестранцев топонимами. Слово «Ак-Сай» они запомнили легко, с остальными вышло сложнее. «Шаркыратма» не давалось никак. Пошутили, посмеялись, а после с легким восторгом вздохнули под брызгами воды. Но эмоции улеглись быстро – все-таки трекинг до водопада в национальном парке Ала-Арча хорош, скорее, процессом, сопутствующими пейзажами и новыми ощущениями, чем непосредственно конечной точкой. Высота под 25 метров не удивит ни европейцев, ни наших.

Водопад Ак-Сай вряд ли поразит бывалого путешественника, но в данном случае путь важнее цели

Настало время фотосессии. Я сделал для попутчиков много кадров, каждого голландца по отдельности, всех вместе. Еще удивился, даже с легкой обидой: а чего это они меня не предложили сфотографировать? Пришлось просить самому.

– Отчет, да? – спрашивает Ханна и берет в руки мой телефон. Английское report снова меня не смутило.

– Да, я еще веду блог о путешествиях.

– Вау! И как у вас получается совмещать?

Наконец-то я напрягся: совмещать с чем? Не с преподаванием же тхэквондо. Голландцы даже не спросили обо мне ничего. Пока я думал над ответом, Ханна полезла в рюкзак и достала оттуда деньги. Протянула мне 20 евро и стала горячо благодарить.

Все кусочки недопонимания вмиг сложились в единый пазл. Я не гид, точно такой же путешественник! Но моя культурно-историческая подготовка вкупе с уверенным ходом не заставили голландцев сомневаться. Они хватались за голову и удивленно вопрошали друг друга, как это никто не догадался хотя бы уточнить. Мне оставалось только разводить руками. Деньги я, конечно, не взял. Поинтересовался дальнейшими планами, но уже из любопытства, а не желания заработать на внеплановой экскурсии.

– Дальше пойдете, на пик Семенова-Тян-Шанского?

– О, нет, слишком сложно.

– Маршрут?

– Название! – засмеялся Маркус.

Ну да, ну да, и это говорит мне человек, у которого в родном Амстердаме улицу называют Noordhollandschkanaaldijk. Кто прочитал, тому орден имени вулкана Эйяфьядлайёкюдль.

Мое имя, к слову, голландцев в начале прогулки не натолкнуло на мысли о происхождении, ведь Алексей – нормальное киргизское имя. Но, кроме шуток, у меня тюркское происхождение. И если для русского человека оно незаметно ни по внешности, ни по речи, то в тюркских регионах и странах на генетическом уровне или подсознательно возникает связь.

Мимолетная, едва уловимая – раз за разом я устанавливал ее в Кыргызстане со случайными знакомыми. Пошел как-то к водопаду Девичьи Косы в ущелье Джеты-Огуз. Туристов туда водят местные гиды на лошадях, навстречу попался один из таких. Тропа узкая, поэтому всадник остановился пропустить всех пеших путешественников и каждому говорил: «Здравствуйте». Когда очередь дошла до меня, он шире улыбнулся и сильнее кивнул: «Салам алейкум». Ну что ж делать: «Ва алейкум салам!» На том и разошлись.

Каньон Конорчек также известен как Сулуу-Терек

Каньон Конорчек глубоко запрятан в середине Киргизского Алатау – нужно идти больше пяти километров по руслу высохшей реки

В каньоне Конорчек интернациональная группа студентов, среди которых были и местные ребята, приняла меня за местного жителя. К тому моменту я прилично загорел да вдобавок был в белой футболке и песочного цвета льняных брюках. И главное, быстро ориентировался, куда и как лучше ступить в довольно каменистом русле высохшей реки, через которое проложена тропа к каньону.

– И вы так каждый день ходите? – спрашивает одна девушка.

– В смысле? Я тут первый раз.

– Ну конечно! – она приняла мой ответ за шуточный. – Скажите, дальше хоть будет что посмотреть?

– Будет! Идите за мной, – я решил не спорить и подыграть. Трек на карте был изучен заранее, и в каньон мы благополучно пришли все вместе.

В моих глазах при виде рыжих глиняных скал на 360 градусов, похоже, явно считывался восторг нового впечатления. Каким бы опытным и бывалым ты ни был, ребяческая эмоция первооткрывателя обязательно вылезет наружу.

– Так вы и правда первый раз…

Пожалуй, более известный каньон Кыргызстана находится на берегу Иссык-Куля. Называют его романтично: Сказка. С вершины разнообразие цветов выглядит сумасшедшим – от рыжего и желтого до зеленого и синего.

Конорчек – это целая сеть каньонов, окруженных глиняными скалами

Джеты-Огуз с киргизского переводится как «семь быков». Так называют красные скалы в начале ущелья

Приятно, знаете ли, удивлять других людей. Всякий раз, когда я представлялся в Кыргызстане или в соседнем Узбекистане, приводил собеседников в легкое замешательство. «Алексей, да?» – с хитрым прищуром всматривались они в мои глаза, как будто я назвался Джеком Лондоном. Забавный опыт, который всегда перетекал в приятное общение. И перетечет независимо от вашего происхождения. Будет дружелюбно, по-свойски, что ли, но на таком эмоциональном уровне, что ни в коем случае не вызовет неприязни и не оттолкнет, скорее, наоборот – самые закрытые открываются.

Однажды во время поездки в Узбекистан формы обращения «уважаемый» и «братан» у моего собеседника внезапно сплелись воедино и превратились в «уважаемый братан». Мне было очень смешно, что сразу стерло границы коммуникации. Или вспоминаю киргизский случай, когда я не мог перевести деньги с банковской карты. Позвонил в премиальную (!) службу поддержки, где местный менеджер клиентского сервиса очень быстро перешел от официального «чем я могу вам помочь?» до «братан, скажи, на что ты нажимаешь?»

Да что там говорить, если даже гаишники в Кыргызстане здороваются за руку через окно. Ну, нарушил и нарушил, протокол подождет. Сначала надо по-человечески, без лишних формальностей поприветствовать, обсудить сегодняшний день.

Неудивительно, что после поездки в Кыргызстан в моей телефонной книге появились контакты Кыял, Эркин, Айнура и многие другие. Да, вероятно, я говорил с ними в первый и последний раз, но каждая радушная, искренне доброжелательная беседа остается в сердце, с очень приятным ощущением теплоты.

Действие для читателей

Подготовьтесь к путешествию так, чтобы выступить гидом для друзей или близких. Погружаясь в детали (ответственность все-таки!), вы заметите, как новые и более обширные знания прочнее закрепляются в памяти.