Пока в особняке Гимул продолжался прием, жизнь в доме Ллойда шла своим чередом.

– Фух… – облегченно выдохнула Хлоя, вылезая из ванны. Девушка обтерлась полотенцем и прошла в комнату для переодевания. Там она снова тихо выдохнула – на этот раз длиннее и глубже.

Купание в ванной, с которым она познакомилась лишь после приезда в столицу, стало ее любимым занятием по двум причинам. Во-первых, горячая вода снимала усталость, мягко растворяя тяжесть прошедшего дня. Во-вторых, дарила редкую возможность побыть наедине с собой. В суете повседневных дел на это почти не оставалось времени, но здесь можно было спокойно все обдумать.

Сегодня, например, Хлоя размышляла о вчерашнем дне, а именно о том моменте, когда она попыталась рассказать Ллойду о своем прошлом.

Даже теперь девушке было так стыдно за свое поведение, что хотелось провалиться сквозь землю. И все же отчаиваться не стоило. Она помнила, как когда-то не могла держать в руках нож, а потом, благодаря упорным ночным тренировкам, ей стало лучше. Если не отступать и встретиться со страхом лицом к лицу, у нее все получится, и Ллойд от нее не отвернется.

И все же было страшно. Боль в спине в очередной раз напомнила о пережитых унижениях, о клейме «проклятой».

«Соберусь с духом и сегодня же скажу ему все».

В сердце вспыхнула решимость действовать, когда неожиданно раздался шорох. Прежде она никогда его не слышала. Он пробрался прямо в глубину сознания, заставляя девушку насторожиться. Ей вспомнились слова Ширли: «Запомните, госпожа. В столице есть вид насекомых, подобный демонам».

Перепуганная Хлоя медленно обернулась. На стене неподвижно сидело большое коричневое плоское существо. Едва она на него взглянула, как по коже побежали мурашки и все волоски встали дыбом.

«Этот жуткий вредитель называется… таракан».

Насекомое вновь зашуршало, и через пару секунд дом сотряс пронзительный крик. Мерзко треща крыльями, чудовище ринулось на девушку, и она невольно присела. С глухим шлепком тварь вцепилась в дверь.

– Что случилось, Хлоя?! – донесся встревоженный голос, сопровождаемый тяжелыми торопливыми шагами.

Дверь распахнулась, и в комнату ворвался Ллойд. В тот же миг таракан сорвался с двери и упал на спину, беспомощно задрыгав лапками.

– Та… тара… таракан… – выдавила Хлоя, указывая на противное существо.

Рыцарь мгновенно сообразил, в чем дело, и облегченно вздохнул. Без колебаний он поднял насекомое, вышел и вышвырнул его в ближайшее окно.

Тщательно вымыв руки, Ллойд вернулся в комнату.

– Теперь ты спокойна? – едва он договорил, как Хлоя бросилась к нему и крепко обхватила руками, словно наконец нашедший свою мать котенок. Ее маленькое, разогретое после купания тело дрожало.

– Мне было… так страшно…

– Опасность миновала. Все в порядке, – ответил юноша и обнял ее, стараясь успокоить.

Он почувствовал влажное тепло ее кожи – и в этот момент…

Полотенце легко соскользнуло на пол. Девушка закрутилась, стараясь его поднять, и перед Ллойдом предстала ее спина, изрезанная глубокими шрамами.

Он замер, его глаза расширились.

– Что… – вырвалось у него, и Хлоя ахнула.

Он увидел не только шрамы, но и ту самую «проклятую» метку. Увидел все, что девушка так тщательно ото всех скрывала. Ее окатило холодом, она задрожала. В голове стало бело и пусто.

Хлоя резко вырвалась из рук Ллойда, схватила полотенце и, прижимая его к себе, выскочила за дверь. Парень кричал ей что-то вслед, но она уже бежала вверх по лестнице. Залетев в свою комнату, она нырнула в кровать и натянула одеяло до самого лица, словно надеясь, что так мир исчезнет.

Вскоре рыцарь поднялся на второй этаж.

– Можно войти? – осторожно спросил он из-за двери.

Ответа не было – девушка лишь дрожала под одеялом.

– Захожу, – предупредил он, и дверь тихо скрипнула, от чего плечи Хлои вздрогнули. Ллойд подошел к кровати, помолчал, подбирая слова.

– Ты в порядке? – В его голосе слышалась тревога.

Хлоя наконец приподняла голову.

– Простите, что вам пришлось увидеть… это… – прошептала она, отворачиваясь.

– Не стоит, – сказал он и по привычке неловко почесал затылок, после чего серьезно спросил: – Расскажешь? Я хочу знать больше о тебе, Хлоя.

Как же просто было бы ответить «да», но слова застряли, а губы будто сшили невидимыми нитями.

Так и не получив ответа, Ллойд твердо сказал:

– Каким бы ни было твое прошлое… я приму его.

Эти слова потрясли Хлою. Она вспомнила прожитые с ним дни – немалое время, за которое успела узнать рыцаря по-настоящему.

«Раз он так говорит…»

Она уже давно знала, что юноша не станет ее бояться, ненавидеть или называть проклятой. А теперь, после того как он увидел ее спину, скрывать правду было уже бессмысленно. Осознание, что пути назад нет, неожиданно придало сил. Хлоя медленно приподнялась, показывая бледное, как у маленького привидения, лицо и тихо сказала:

– Для начала я приведу себя в порядок.

* * *

Натянув ночную одежду, Хлоя вышла в гостиную и опустилась на диван. Ллойд сел рядом. Он не торопил девушку и спокойно ждал, пока она заговорит сама.

Она несколько секунд собиралась с мыслями, а затем тихо произнесла:

– Для начала… я расскажу о своем настоящем положении.

Вчерашней боли в груди уже не было – ее секрет раскрылся, так что прятаться было бессмысленно.

– Мое полное имя Хлоя Арденн, я вторая дочь маркграфа Арденна.

– Вот как. – Ллойд отреагировал до странного спокойно.

– Вы не удивлены?

– Я и раньше догадывался, что ты дочь какого-то аристократа. Не похожа на простолюдинку: ни внешностью, ни манерами.

– Вы очень наблюдательны, – заметила девушку и принялась медленно рассказывать свою историю.

Она говорила о темном родимом пятне и о своем прозвище. О матери, которая отказалась от ее воспитания еще в детстве. О служанке, которая ее вырастила. О том, как эпидемия, охватившая их земли, унесла жизни отца и старшего брата, а мать после этого потеряла рассудок.

Она поведала, как Изабелла обвинила ее в их смерти, как все домочадцы, включая слуг, унижали ее, заставляли выполнять всю работу по дому, пока не кончатся силы. Вспомнила она и тот день, когда сбежала из дома: как ее ударили, забрызгав пол кровью. Как она не успела оттереть ее, и пришедшая в ярость мать схватила нож и погналась за ней. Как она пешком шла из Шадафа, преодолевая поля и горы, пока не добралась до столицы. А там, обессилев, едва не попала в руки бандитов, но ее спас Ллойд.

Она рассказала ему все.

Рыцарь слушал молча, не перебивая, лишь изредка морщился и кивал, позволяя ей выговориться.

– Такова… моя история, – выдохнула Хлоя, понимая, что больше рассказывать нечего.

В груди появилось странное облегчение – наконец все. Но следом пришел страх. Руки и плечи затряслись, сердце заколотилось, дыхание стало неглубоким и частым.

Она с ужасом ждала его вердикта.

– Многое стало ясно, – тихим, но каким-то резковатым тоном ответил Ллойд. – Например, твои умения вести хозяйство и шить. Эта чрезмерная скромность, отсутствие уверенности во всем, что ты делаешь. Все это – следствие жизни в таком окружении.

В его голосе чувствовалась злость, и сердце Хлои сжалось.

«Я так и знала – он возненавидел меня».

Она была уверена – Ллойд злится, что она скрывала приносящее беды проклятие. Ей стало ясно, что будет дальше.

– Простите… – Голос дрогнул, и слова посыпались сами: – Простите, что не говорила о своем проклятие… Простите, что обманывала… Простите… мне правда жаль…

Полные самоуничижения фразы неудержимо вырывались наружу. Девушке хотелось исчезнуть – в таком отчаянии она была.

– Подобной мне, не место рядом с таким хорошим человеком. Я соберу вещи и уйду…

– Погоди. Погоди, – перебил Ллойд. Хлоя попыталась подняться, но он удержал ее за руку. – Уйти? Почему? – В его голосе смешались тревога и недоумение.

– Н-но… Ллойд… вы ведь злитесь…

– Так вот как это прозвучало. – Его взгляд тут же смягчился. – Я злюсь не на тебя, а на твою семью и всех, кто тебя окружал. – Не обращая внимания на ее растерянный вид, он горячо продолжил: – Кажется, я уже говорил, что ненавижу несправедливость. И когда я думаю о тех, кто издевался над тобой, когда ты была еще ребенком, кто оскорблял тебя и обращался как с тряпкой… злюсь так, что все внутри кипит.

И в самом деле – его сжатые в кулаки руки дрожали, а в глазах полыхал гнев. Хлоя понимала, что Ллойд говорит так не просто из жалости: он сам пережил нечто подобное – был игрушкой в чужих руках, терпел жестокое отношение, – и именно поэтому не мог простить этого другим.

Он не отверг ее, а, наоборот, почувствовал всю ее боль.

– Ллойд, а оно вам… не противно?

– Что именно?

– Мое… пятно.

– Что? Вовсе нет, – отрезал рыцарь, и в душе девушки забрезжила надежда. Однако тяжелое клеймо, которое долгие годы сопровождало ее, снова потянуло в прошлое.

– Нет, так не бывает. Мне всю жизнь твердили, что я проклята, что приношу несчастье…

– Один человек не способен сделать несчастными всех вокруг. Похоже на какое-то местное суеверие, не больше.

Хлоя не нашла, что ответить на столь логичный ответ.

– И потом… – Рыцарь вдруг начал раздеваться.

– Л-Ллойд?! – Девушка вздрогнула от неожиданности, но тут же прикрыла рот рукой, затаив дыхание. Под повседневной рубашкой скрывалось крепкое, тренированное тело, испещренное рубцами, ожогами и свежими ранами. Следы боли были слишком явными, чтобы их не заметить.

– У меня все тело в шрамах. Так что твое пятно на спине не способно хоть как-то повлиять на мое мнение, – как обычно невозмутимо заявил он.

– Можно потрогать?

– Они все старые, так что трогай, сколько захочешь.

Хлоя осторожно коснулась его тела. Под пальцами ощущалось тепло кожи, а вместе с ним – неровные, твердые следы ран. Она не знала, появились ли они из-за долгой службы рыцаря или остались со времен жизни в джунглях. Но было ясно одно: Ллойд не раз проходил через боль и страдания. И своим поведением он показал, что ее собственный след на спине – сущая мелочь.

– Их так много… было больно, да?

– Тебе ли за это переживать, Хлоя. – Девушка вопросительно подняла глаза, и Ллойд, поправляя одежду, пояснил: – Это ведь ты прошла через боль и страдания.

Хотела бы она сказать, что это неправда, но не могла – в родном доме боль была ее постоянной спутницей. Ее жизнь была тяжелой, но она внушала себе, что все закономерно: она проклятый ребенок, и вина лежит на ней. Она убеждала себя в этом и старалась не думать иначе, потому что это был единственный способ убежать от невыносимой реальности.

И все же, оглядываясь назад, Хлоя понимала – ей и вправду было больно. Как только она это осознала, что-то внутри дрогнуло, словно сковывавший ее душу лед дал трещину. К глазам подступили горькие слезы, и она едва слышно прошептала:

– Я… я…

– Ты не виновата.

Эти слова она мечтала услышать всю жизнь.

– Виноваты те, кто окружал тебя. – Ллойд заключил ее в крепкие объятия.

В глубине души она и сама догадывалась: она здесь ни при чем. Но день за днем домочадцы повторяли, что она приносит несчастья; раздували слухи, заставляя ее думать, что так и есть. Это они вынудили девушку поверить. А теперь Ллойд ясно и твердо заявил, что она не виновата, и в тот же миг она почувствовала теплую радость. Ее сердце, так долго томившееся взаперти, осветилось ярким солнцем. Она была спасена.

– Тебе не о чем беспокоиться, Хлоя, – мягко добавил он, поглаживая ее спину, пока его одежда пропитывалась влагой.

Глаза девушки горели. Голова была пуста, словно зимний пейзаж. Мысли не складывались в слова, зато из глубины души непрекращающимся потоком поднимались горячие слезы.

– До сих пор ты изо всех сил старалась, – успокаивал ее Ллойд. С дрожащих губ сорвался невнятный звук. – Ты хорошо держалась.

Эти слова позволили ее эмоциям вырваться наружу. Вцепившись в рубашку юноши, Хлоя заплакала. Лицо ее исказилось, а из груди рвались всхлипывания. Слезы хлынули рекой, и остановить их было невозможно.

Воспоминания о полных боли и страданий дни тяжким грузом висели на душе, и Ллойд это увидел. Он понял, как тяжело ей было, и оценил ее усилия. И все, что она столько времени сдерживала, получило выход.

Она наконец была в безопасности. После долгих и тяжелых дней в Шадафе, после трудного пути в столицу, она нашла покой.

Прижавшись к груди Ллойда, Хлоя безутешно плакала, будто дитя.

* * *

Она не знала, сколько времени прошло, пока тело не почувствовало, что ей грозит обезвоживание, и не заставило слезы постепенно иссякнуть. Хлоя наконец отстранилась от Ллойда.

– Успокоилась?

Девушка кивнула, и рыцарь протянул ей носовой платок.

– Спасибо… – прошептала она, вытирая заплаканные глаза той самой тканью, которую расшивала несколько дней назад.

– Простите… я совсем потеряла самообладание…

– Не стоит об этом думать, – мягко ответил Ллойд и мимолетно коснулся ее волос. –  Ты ведь все это время держала в себе. Думаю, хорошо, что ты смогла выплакаться.

– Все же… мне так стыдно…

Однако он был прав: слезы смыли все, что лежало на душе, и Хлоя почувствовала необыкновенную легкость. Вместе с этим ее пронзил невыносимый стыд – за то, что она прижалась к нему и плакала, как ребенок.

Ее лицо пылало так, словно она наелась жгучего перца. Казалось, что из головы вот-вот с шипением повалит дым.

– Что случилось, Хлоя? Все в порядке?

– С-сейчас лучше не смотрите на меня. Я ужасно красная.

– Понял. – Арденн была благодарна ему за то, что он не стал ничего выпытывать. Тут же ей стало неловко: говорить было больше не о чем.

Через некоторое время Ллойд тихо произнес:

– Так значит, ты аристократка.

Он задумчиво подпер подбородок рукой, и Хлоя почти видела, как мысли роятся у него в голове.

Да, она действительно была дочерью маркграфа, и ее могли начать искать. В такой ситуации Ллойд – рыцарь на службе у короля – не мог хранить молчание, ведь это означало бы нарушить долг.

– Я… ни за что не хочу возвращаться домой, – заявила девушка. И все-таки причинять ему неудобства своим присутствием она тоже не хотела, поэтому добавила: – Если мое пребывание в вашем доме создает какие-то проблемы, я уйду. Поэтому, пожалуйста…

– Не переживай, я никому не расскажу, – успокаивающе улыбнулся юноша. – Конечно, долг рыцаря важен, но для меня важнее ты.

Ее глаза снова наполнились слезами. Может, после того, как она однажды дала волю эмоциям, слезные протоки стали особенно чувствительными.

– Еще раз спасибо. Я даже не знаю, как отблагодарить вас.

– Не стоит. Ты и так уже многое сделала.

– Я же домработница, так что это естественно…

– Нет, ты делаешь больше, чем просто заботишься о доме.

– Больше? – удивленно переспросила Хлоя, наклонив голову. Ллойд замолчал и отвернулся.

– В общем… «больше» – это «больше».

Пусть она и не могла догадаться, о чем речь, но решила довериться его словам: если Ллойд так говорит, значит, это правда.

– Но у меня есть к тебе одна просьба.

– Просьба?

Без всякого предупреждения Ллойд внезапно обнял девушку. Его тело было теплее ее собственного, а грудь – твердой и надежной. Странно сладкий и успокаивающий запах заставил сердце Хлои биться быстрее.

– Л-Ллойд?

– Больше никогда не говори, что уйдешь. – В его обычно решительном голосе теперь зазвучала мольба. – Я уже не могу представить жизнь без тебя.

От негромкого шепота сердце пустилось в пляс. Стараясь успокоиться, Хлоя тихо спросила:

– Что вы имеете в виду?

Она почувствовала, как тело рыцаря слегка содрогнулось. Некоторое время они стояли молча, а потом он объяснил:

– Благодаря тебе, Хлоя… в доме наладился быт. Готовка, уборка, закупка продуктов – я в этом совершенно не силен. Если тебя не станет, моя жизнь снова развалится.

– В-вот оно что… да, вы, наверное, правы… – Грудь сдавило легкое чувство грусти и разочарования.

Хотя это было немного эгоистично, но Хлоя ожидала чего-то большего. Она фантазировала, что юноша тоже о ней думает, и эта маленькая надежда приносила ей радость. Впрочем, даже если его отношение зависело только от бытовых вещей, ее согревало осознание, что он нуждается в ней и не хочет, чтобы она уходила.

Тогда девушка ответила на его объятия и слегка погладила по спине, словно успокаивая ребенка. Ллойд глубоко вздохнул, и Хлоя сочла это удивительно милым.

– Я правильно понимаю, что твоя семья может начать поиски? – неожиданно спросил он.

– Думаю, что да. Но, зная их, мое исчезновение наверняка скрыли, и поиски ведутся тайно.

Для этого, вероятно, разъяренная Изабелла воспользовалась помощью слуг.

– Но не думаю, что они знают, куда я пропала. Между Шадафом и столицей слишком большое расстояние, чтобы поиски дошли сюда.

Хлоя не могла утверждать это наверняка, но считала, что такое вряд ли возможно. А вот Ллойд размышлял совсем иначе. Вынужденный по долгу службы рассматривать и худшие варианты, сейчас он думал только об одном: что, если Хлою найдут в столице?

– Нужно, наверное, принять какие-то меры…

– Ллойд?

– Нет, все в порядке… Сложности обдумаем позже, когда успокоимся.

Он отпустил ее. Хлоя раскраснелась и выглядела растерянной: должно быть, так на нее повлияли объятия человека, к которому она была сильно привязана.

– Сегодня ты, наверное, устала. Лучше лечь пораньше.

– Спасибо за заботу. Ллойд?

– Хм?

– Можно… мы снова сделаем это? – Только сказав это, она поняла, что произнесла просьбу вслух. Она сама не понимала как, но желание почувствовать тепло юноши вырвалось само собой – слишком много всего произошло, и голова не соображала.

– Что именно? Хочешь обняться? – серьезно уточнил тот.

Хлоя, смущенно подняв руки перед собой, затараторила:

– Я не имела в виду ничего странного … Просто, когда вы меня обнимаете, мне становится спокойнее… У меня редко была возможность так довериться кому-то, поэтому я это предложила… Простите, больше не буду, забудьте.

Однако молодой человек внезапно обнял Хлою так, словно хотел заставить ее замолчать. Сладкий запах принес ей умиротворение. На этот раз объятие было крепче, и ощущение защищенности захватило ее с головой.

Ллойд слегка похлопал ее по голове и прошептал у самого уха:

– Я готов обнимать тебя, когда нужно.

Хлоя растаяла от его слов.

– Спасибо, – произнесла она, полностью расслабившись.

Рыцарь наконец отпустил ее, но девушка по-прежнему чувствовала его крепкие руки у себя на талии. Ощущение было таким приятным, как если бы она парила в облаке. Тут она вдруг заметила, что у Ллойда слегка покраснели лицо и уши.

– В любом случае… сегодня отдыхай. Об остальном я подумаю сам.

– Поняла.

Он встал и, словно спеша скрыться, повернулся к ней спиной.

– Ллойд… – Хлоя посмотрела на него с ясной, словно после шторма, улыбкой. – Спасибо вам.

* * *

– Два сапога пара, да?.. – пробормотал юноша поздней ночью, лежа на кровати в своей комнате. Хлоя, должно быть, уже спала.

Сегодня она открыла ему свое прошлое. Он догадывался, что ее жизнь была непростой, но то, через что ей пришлось пройти, превзошло все его ожидания. Парень и сам в детстве сталкивался с несправедливостью, поэтому хорошо понимал ее чувства. Кроме того, он вспомнил, как поделился с девушкой своей историей: тогда она обняла его, а сегодня – уже он обнял ее.

– Сущий кошмар, – вырвалось у него. Эти слова как бы подытоживали все, что довелось пережить Хлое.

От мыслей об этом в груди поднималась невыносимая ярость. Если бы перед ним оказался кто-то, кто несправедливо мучил такого доброго ребенка, заставлял ее работать, как лошадь, Ллойд бы разрубил его своим мечом.

Впрочем, на самом деле он не причинил бы им вреда, но только из-за рыцарского кодекса. В глубине души бурлило желание наказать тех, кто мучил девушку. Обычно спокойный и редко проявляющий эмоции, юноша понимал, откуда взялся его гнев: Хлоя стала для него слишком важна.

Он вспомнил их недавний разговор.

«Я уже не могу представить жизнь без тебя», – тогда сказал он, едва удержавшись, чтобы не сказать: «Я люблю тебя».

Но он подавил рвущиеся на волю слова. Он давно понял, что его чувства к Хлое вышли за рамки отношений работодателя и домработницы. Если бы кто-то спросил его, почему он так любит ее, для ответа ему мало было бы и ночи – причин слишком много. Если коротко, то он очарован ее добротой, стойкостью и прочими качествами, которыми не обладает сам. Но все же открыться он не мог – и не потому, что трусил.

«У меня нет права любить кого-то, и нет права получать любовь» – это убеждение прочно укоренилось в нем. Однако то же делали и чувства к Хлое: они росли и набирали силу, и Ллойд уже не мог их сдерживать. Если бы это было возможно, он хотел бы немедленно войти в ее комнату, увидеть ее лицо, услышать ее голос, погладить по голове и обнять. Ему хотелось впустить девушку в свое сердце, рассказать обо всем, что он чувствует. Но только он решался действовать, как его останавливал разум.

«Ты этого не заслужил», – шептал незнакомый голос внутри, словно дым, пробираясь сквозь окровавленный занавес.

«Но я… все равно…»

Не в силах ни на что решиться, Ллойд погрузился в сон, и после встретил утро с тяжестью невыраженных чувств.

А вскоре после этого произошло кое-какое событие.

* * *

На следующий день, во второй его половине, Хлоя пришла в лавку Иэна. Она бродила между рядами книг, тихо напевая себе под нос.

– Сегодня вы вновь в приподнятом настроении, – заметил юноша.

– Ах, вы заметили? – Девушка улыбнулась в ответ на его дружелюбный взгляд. – Вчера произошло кое-что приятное.

– Приятное… это связано с тем, о чем вы говорили раньше? – уточнил он.

– Да… думаю, что да.

– Поздравляю. – Иэн тихо зааплодировал.

– Н-нет, это не совсем то, о чем вы подумали! – поспешно возразила она.

– Я просто пошутил. Но только наполовину!

– А на другую половину вы, значит, были серьезны?

– Да, ведь вы и впрямь выглядите такой счастливой.

– Мне теперь неловко…

И все же книготорговец был прав: Хлоя была счастлива. Она открылась Ллойду, рассказав о родимом пятне на спине и о прошлом, и он принял ее такой, какая она есть. Все ее прежние страхи об отвержении оказались совершенно напрасными.

Более того, рыцарь по-настоящему рассердился на ее семью, которая когда-то так ее обижала, и это радовало Хлою больше всего. Утром юноша сказал, что у него дела, и ушел пораньше, поэтому они почти не успели поговорить. А ведь девушке хотелось его еще раз поблагодарить. К тому же, ей вспомнилось обещание: «Я готов обнимать тебя, когда нужно».

В этом и крылась причина ее приподнятого настроения: в тихом шепотке на ухо и полученном «праве обниматься в любое время». Арденн тихо захихикала.

– Хлоя? Да вы прямо таете!

– Ах, простите, я…

– Но я рад, что вы счастливы.

После такого теплого обмена новостями Хлоя купила книгу.

– Спасибо. – Иэн улыбнулся ей, и, крепко держа бумажный пакет, она отправилась дальше – к торговой площади.

По пути к ней, как обычно, обращались знакомые:

– Хлоя, сегодня ты особенно красива!

– Здравствуйте, Эскардо. Да что вы…

Ненадолго задержавшись у хозяйственной лавки, она продолжила путь.

– Приветик, Хлоя! Сегодня снова за покупками?

– Здравствуйте, Сноу. Да, я иду к Сиэль.

– Понятно! Кстати, Хлоя, это же ты вышила ей платье?

– Да, я.

– Я видела работу, получилось потрясающе! Я бы тоже хотела что-нибудь заказать…

– Если вам понадобится моя помощь, я готова в любое время.

– Правда? Ты меня очень выручишь! Тогда в следующий раз обращусь уже официально!

– Д-да, буду ждать!

После приятной беседы с Сноу, владелицей цветочной лавочки, Хлоя пошла дальше. Она была в столице всего чуть больше двух месяцев, но в торговом районе ее знали все. Красота, не свойственная обычным людям, естественная скромность и обаяние пленяли окружающих, хотя сама девушка этого не осознавала.

Подняв глаза к небу, она увидела, что солнце уже клонится к закату, окрашивая улицы оранжевым.

«Ой, нельзя так расслабляться, – подумала Хлоя. – Если я еще немного задержусь, то вернусь позже Ллойда».

И она торопливо направилась к Сиэль.

– Привет, Хлоя, рада видеть!

– Здравствуйте. Сегодня я хочу приготовить немного роскошный ужин. Может, что-то порекомендуете?

– О! Какой повод?

– Нельзя сказать, что это что-то грандиозное, но определенно кое-что хорошее…

– Ага! Наконец-то с тем самым рыцарем? – Сиэль показала на безымянный палец, намекая на новую ступень их отношений, и хитро усмехнулась.

– Н-нет, я не об этом. Но хорошее событие есть хорошее событие!

– Ну-ну, путь еще долгий. Ладно, вернемся к делу…

Привычно следуя советам, для основного блюда Хлоя выбрала роскошную вырезку, из которой собралась приготовить ростбиф.

– И огромное спасибо тебе за работу! – вновь поблагодарила женщину, принимая деньги. –  На приеме ее хвалили! Многие спрашивали, где я купила такое чудо!

– Правда?! Как приятно! – Лицо Хлои сразу же озарилось радостью.

Она по-прежнему тревожилась, все ли у нее получилось, поэтому такие слова были особенно приятны.

– Некоторые тоже захотели сделать тебе заказ. Хочешь еще поработать? Разумеется, я честно заплачу!

– Шить для аристократов? – изумленно распахнула глаза она.

«Сначала Сноу, теперь еще и эти…»

В ней снова заговорила неуверенность.

– Н-нет, как я могу принять такой заказ…

– Что за ерунда! Неси себя гордо! – резко оборвала ее женщина, заставляя Хлою выпрямиться. – Дворяне признали твою работу превосходной. Скромность – это хорошо, но к своему творчеству нужно относиться с уважением, иначе его обесценят!

– Уважение и гордость… – Эти понятия казались ей далекими и почти недостижимыми. Но Сиэль была права: если она не взрастит в себе уверенность, другие будут считать ее слабой и пользоваться этим. Она уже через это проходила, и повторить не хотелось.

– Да… это верно. – Девушка почувствовала, как в ней разгорается смелость. – Я готова!

– Вот это настрой! В следующий раз обсудим детали.

– Да, спасибо большое! – Хлоя победно сжала кулаки.

Ее умение наконец-то приносило ощутимую прибыль, но что важнее – оно же приносило пользу другим. От этой мысли она задрожала. Дома ей никогда не было так радостно. С тех пор как она приехала в столицу, ей казалось, что она наконец делает то, что должна, и это дарило непередаваемое чувство удовлетворения.

«Как же хорошо, что я выбрала это место», – счастливо подумала девушка.

– А, кстати… – внезапно начала Сиэль, будто вспомнив что-то важное. – Среди гостей был человек, который очень хотел с тобой встретиться.

– Со мной, правда?

– Да. Ее вроде звали…

Не успела женщина договорить, как раздался голос, от которого Хлоя похолодела. Она мечтала его больше никогда не слышать, потому что в ее сердце он навсегда был связан со страхом.

– Давно не виделись, Хлоя.

«Не может быть», – мелькнуло у нее в голове. Невозможно – это кошмар, ставший явью…

Трепеща, она обернулась в сторону голоса, и сердце ее зашлось от ужаса. Перед ней стояла девушка с длинными огненно-красными волосами, с фарфорово-белой кожей и проницательными глазами, которые смотрели на всех свысока. Ее роскошное алое платье выглядело абсолютно неуместно среди уличных лавок.

– А, да-да, Лили. Вовремя пришла, – сказала Сиэль с небольшой ноткой облегчения в голосе.

– Я слышала, что ты часто сюда заглядываешь, – притворно мягко улыбнулась старшая Арденн.

Хлоя знала: эта улыбка, тронувшая только губы, но не глаза Лили, предвещала неизбежный и страшный удар.

– Сестра… – прошептала девушка так тихо, что никто не мог ее услышать.

Она хотела броситься прочь, но по обе стороны Лили стояли двое крепких мужчин – вероятно, охранники. Попытка побега была обречена на провал: ее бы мгновенно схватили.

– Так вы знакомы? – спросила Сиэль, наблюдая за их молчаливым обменом взглядами.

Хлоя не смогла ответить, ее разум опустел. Лили тоже молчала. Долгие поиски увенчались успехом. Искривившая губы усмешка была полна скрытой угрозы.

– Ты пойдешь со мной, ведь так?

– Д-да… – выдавила Хлоя, чувствуя, как страх сковывает тело. Выбора все равно не было.

* * *

«Это же… Хлоя?»

Иэн подметал перед лавкой, когда мимо прошествовала группа из четырех человек.

«И с ней какая-то знатная леди?» – Он нахмурился, заметив рядом с девушками двоих мужчин, чья крепкая комплекция и суровый вид выдавали в них охранников. Эта компания показалась юноше подозрительной.

«Хлоя, кажется, совсем не в духе».

Совсем недавно она радовалась и светилась от счастья, а теперь от ее улыбки не осталось и следа. Наблюдая за пасмурневшим лицом приятельницы, Иэн озадаченно наклонил голову.