К этой грустной истории остается добавить совсем немного. Тело Маяковского кремируют, а мозг извлекут и в тазу увезут в Институт мозга для изучения. Такое поветрие было в то время: отыскивать приметы гениальности, копаясь в сером веществе великих людей. Если отмести псевдонаучную абракадабру, можно понять лишь, что в извилинах В. Ленина, например, присутствовали следы болезни. А мозг Маяковского был необычайно велик – весом 1 килограмм 700 граммов.

Якова Агранова расстреляют в августе 1938 года и закопают на печально известном полигоне НКВД «Коммунарка».

Осип Брик умрет в феврале 1945 года на пороге собственной квартиры от сердечного приступа.

Лиля Брик в конце 30-х окажется в расстрельном списке. Но Сталин вычеркнет ее имя, наложив резолюцию: «Жену Маяковского не трогать». В этом почти официальном статусе, «жена», долгие годы будет получать 50 % от издания произведений поэта и весьма неплохо жить. В преклонном возрасте (86 лет) у нее случится перелом шейки бедра, и, не желая оставаться лежачей мумией, в августе 1978 года в Переделкине Лиля примет смертельную дозу препаратов.

Вероника Полонская, упомянутая В.В. как «член семьи», не получит ничего, кроме оскорбительного предложения взять бесплатную путевку и поехать подлечить нервы. Покинет она этот бренный мир в Москве в сентябре 1994 года, как и Лиля, в возрасте 86 лет.

А Маяковский? С Маяковским все в порядке. Стоит себе в виде громадной статуи на площади Маяковского у станции метро «Маяковская», поглядывает на нас: как оно вам тут, товарищи потомки?

Гендриков переулок, где втроем жили В.В. и Брики в доме 15/13 с 1926 по 1930 год, в 1935 году будет переименован в переулок Маяковского. Одно время здесь будет музей. Еще один музей – в доме 3/6, строение 4 по Лубянскому проезду с «комнатой-лодочкой» Маяковского, в которую он въехал в 1919 году и где предпочитал заниматься поэтическим творчеством.

Он был очень разным поэтом в разные годы. Ранний Маяковский – это одно, периода «Окон РОСТа» и «газетных» стихов – другое. Кто-то еще откроет его для себя как тонкого, ранимого лирика: «Я хочу быть понят родной страной, / а не буду понят – что ж?! / По родной стране пройду стороной, / как проходит косой дождь…»